Глава 23
Что может быть лучше, чем выдумка плана мести своего парня? Не знаете? Тогда я вам отвечу: это детальная доработка всех ходов, чтобы поставить на место лучшую подругу. Я была ужасно зла на них, и хотела как можно скорее покончить с ними двумя. Чувство ненависти охватило меня з головой, а пьянящая капля сладкой мести не давала забыть её вкус, и я продолжала пить этот алкогольный напиток, если не наркотик.
Я сидела за письменным столом, делая глотки чёрного кофе, и глупо уставилась на одну точку - центр белого альбомного листа. Рядом с ним лежал карандаш, которым я ещё час назад планировала расписать по пунктам план мести Тори. В голову ничего хорошего не приходило, лишь глупые детские шалости, такие как: закрыть в туалете или выпихнуть её в одном билье из раздевалки, развесить по школе её неудачные фото и остальные в этом роде. Нет, это всё слишком банально. Нужно играть по крупному и до полного уничтожения. Я отставила чашку с горячим напитком и снова взяла в руки карандаш, начиная нервно тыкать концом острого серого стержня по белому листу бумаги, оставляя после этого маленькие точки. Вначале медленно, потом быстрее и быстрее... В конце концов, я разозлилась и просто разчертила кривыми линиями весь холст. Я облокотилась на спинку стула и резко отбросила карандаш куда-то в сторону, снова делая большой глоток кофе.
Неожиданно в дверь постучались, и я повернула голову в сторону исходящего звука, крикнув:
- Входите!
В дверном проёме показалась голова тёти Полли. Она натянуто улыбнулась и сказала:
- Джесс, девочка моя, обед готов. Пойдём кушать.
- Спасибо, я не хочу, - резко ответила я и отвернулась.
- Но ты уже второй день ничего не ешь. Тебе нужно хоть что-то скушать, а то испортишь желудок. Пойдём, я приготовила лазанью.
- Я сказала, что не хочу, - не глядя на женщину, процедила я.
- Джесс, ты должна...
Она не успела договорить, так как я повернулась всем телом к ней и громко выкрикнула:
- Я никому ничего не должна! Неужели не понятно, что я не хочу есть? - язвительно проговорила я и хлопнула рукой по столу.
- Да, конечно, - улыбка с лица женщины сразу же пропала. Она опустила голову и собиралась закрыть двери, но я её остановила.
- Тётя Полли, извини. Я...я сейчас спущусь, - тихо сказала я и отвернула голову.
До моего уха дошёл слабый и равнодушный голос тёти:
- Хорошо, - а потом звук захлопнувшейся двери.
Я нервно опустила голову на руки, что лежали на столе, и взвыла. Ну почему я такая дура? Тётя Полли хотела как лучше, а я... Меня стало тошнить. Большой ком стал в горле из-за чего мне стало нечем дышать. Я стала жадно глотать воздух, а слёзы душили изнутри, пытаясь вырваться наружу, но я старалась себя сдержать. К сожалению, мои попытки не очень-то помагали. Сквозь плотно сжавшиися зубы из моего рта доходили вспхлипы, которые я была не в силах сдержать. Слёзы всё-таки начали литься из глаз, как бы я не старалась это предотвратить. Я стала активно вытирать их рукой, но они продолжали и продолжали течь. У снова меня началась истерика. В последнее время, она всё чаще и чаще проявляется в моём поведение. Да что же это такое? Что со мной случилось? Я крепко сжала руки в кулаки, чтобы сдержаться и не скинуть разные предметы со стола. Мои ногти впились в кожу, оставляя на ней следы. Теперь я взвыла от боли, но, опомнившись, прикрыла рот рукой, чтобы это не услышала тётя Полли. В одну секунду во мне что-то произошло, и я задержала дыхание, набрав полные лёгкие воздуха. Нервные всхлипы прекратились, а вместе с ними и слёзы. Я провела рукой по лицу, чтобы убрать влажные следы. Медленно выпустив
воздух, я сразу же прикусила губу, сдерживая новый поток слёз. Подождав пока лицо окончательно просохнет, только потом я, убедившись, что на лице не написаны мои чувства, пошла на кухню.
Через пару секунд я оказалась в столовой. Тётя Полли сидела за небольшими кухонным столом, равнодушно ковыряясь вилкой в салате. Когда я подошла к столу, она подняла на меня свой взгляд, но потом сразу же опустила, продолжая размазывать еду по тарелке. Тихо выдвинув стул, я присела напротив своей тёти и тоже принялась за еду.
- Лазанья очень вкусная, - негромко подметила я, нарушая тишину.
- Спасибо, - также тихо ответила тётя.
- Извини, - резко отложив столовые приборы в сторону, уверенно произесла я.
- Не переживай, - равнодушно ответила женщина.
- Просто у меня проблемы в школе, поэтому я часто хожу поникшая, срываюсь на остальных, - нервно перебирая свои пальцы, я начала оправдываться. Неожиданно мне захотелось рассказать всё тёти Полли, и я уже была готова это сделать, но женщина меня перебила:
- Джесс, у тебя проблемы? Не переживай, у тебя все наладится. В подростковом возрасте это часто случается. Если хочешь, мы можем обратиться к психологу, - заметно оживившись, начала тётя.
Моего желания что-то рассказать женщине теперь и след простыл. Я, опустив голову, стала вполуха слушать успокоительные речи тёти. Она всё продолжала и продолжала изливать слова, но они уже существовали у меня на втором плане, плавно сливаясь с шумом дождя за окном. В горло не лез ни один кусок. Меня никто не понимает. Мама... Почему ты ушла? Тётя Полли, не переставая, бубнила, припоминая, скорее всего, уже сама себе всех знакомых подростковых психологов. Самое ужасное было то, что она даже не выслушала меня, мои проблемы, что тревожат, но сразу же начала их решать, даже не вникнув. И чем больше мне приходилось слушать эти бессмысленные слова, тем хуже мне становилось в душе, а к горлу подступил ком. Где-то в глубине я плакала, заливаясь крокодильими слезами, но внешне лишь продолжала равнодушно смотреть в одну точку, иногда кивая головой в знак согласия с тётей, а мои пустые глаза, казалось, уже и не моргали, а я, как-будто, застыла, остановилась жить. Отсутствие аппетита превратилось в отвращение к еде, поэтому я больше не притронулась к лазаньи. Ещё немного послушав "успокоительные речи" тёти Полли, всё время кивая головой в знак согласия с ней, я, не забыв поблагодарить за ужин, пошла в свою комнату.
Морально обессиленная, я рухнула на кровать, полностью расплатившись на ней. Моя голова, казалось, вот-вот взорвётся. Глубоко вздохнув, я перевернулась на спину и оглядела комнату. На полу я заметила карандаш и, нехотя поднявшись с кровати, пошла подобрать её. Подойдя к столу, моему взору тут же предстал испорченный лист. Я долго смотрела на него, не решаясь пошевелиться и прокручивая в голове последние события. Моё сердце тут же сжалось, брови нахмурились, а пальцы превратились в кулак. Медленно поднеся руку к листу, я скомкала холст и отшвырнула в мусорное ведро, стоящее около письменного стола. Слова тёти Полли разозлили меня ещё больше, чем действия Тори, поэтому я решила действовать.
"Нужно мстить, и только мстить" - зловеще прошептал мне мой внутренний голос. Именно после разговора с моей временной опекуншей мне захотелось сделать что-то плохое, чтобы она поняла, что её слова абсолютно бессмыслены, а психиатры - это пустая трата времени и денег.
"Мстить", - снова пронеслось у меня в голове, и я, полная решимости, взяла новый лист бумаги и стала сосредоточенно и глубоко размышлять над новым планом.
*****
Сегодняшний школьный день, как и всегда, не особо отличался от остальных. Толпы учеников живо передвигались по коридору, устраивая настоящее испытание друг другу, пытаясь пройти вперед самому и вечно толкая остальных. Наконец, выбравшись из этой "живодерни", я оказалась на свежем воздухе и глубоко вдохнула его. Оглянувшись по сторонам, я заметила всё-таки кое-что новенькое и интересненькое: Тори шла за руку с Алексом. Их пальцы были переплетены, а они, казалось, целовались каждую минуту. От этой картины мне стало плохо. Неужели из-за этой шлюхи Алекс перестал со мной общаться?
То она спит с Мэттисом, то с Джеймсом, а теперь Алекс - и это только за три месяца.
Ни сколько не колебавшись, я быстро подошла к этой парочке и, глянув на их руки ещё раз, процедила сквозь зубы:
- Поздравляю, - после этого я неестественно улыбнулась и отошла от них как можно дальше.
На улице был прохладный ветер, поэтому долго на улице пробыть я не смогла и вскоре вернулась в здание школы. Зайдя в класс раньше звонка, я заметила, что была там не одна. Все ученики были распределены по группам. Ботаники сидели с ботаниками, сплетницы со сплетницами, популярные с популярными, и только я сидела в одиночестве. Все о чём -то болтали, абсолютно не обращая внимания на остальные социальные группы. Как на зло в кабинет заявилась Тори и подсела к своим новым подружкам из круга крутых. Я сильнее сжала ручку при виде девушки, а Тори мельком глянула на меня, ядовито улыбнувшись, как бы предупреждая об очередной гадости, а потом резко отвернулась, продолжая разговор с девочками. Эта улыбка вызвала во мне бурю негативных эмоций. Её презерающий и холодный взгляд заставил меня содрагнуться и почувствовать себя униженной. Это было возмутительно испытывать такое, зная, что не одна я погрязла в грехах, но Тори всё продолжала строить из себя невинную овечку. Ну что ж, пора действовать и поставить мою "подружку" на место. Выждав время пока Тори и вовсе отвернулась от меня, я незаметно подсела к сплетницами. Кэтрин - главаная из них - недовольно на меня посмотрела, но потом всё же отвела от меня свой взгляд и продолжила болтать. Когда девочки сделали паузу в разговоре, я решила, что сейчас самое время.
- Эй, вы видели, как Тори сегодня смотрела на мистера Коулмана? - почти шёпотом произнесла я, чтобы другие в классе не услышали.
- Что ты имеешь в виду? - нахмурилась Джейн - одна из девчонок.
- Она, словно, раздевала его взглядом. Только не говорите, что вы не видели? - слегка усмехнувшись спросила я, чтобы подогреть их интерес.
- Да, и, правда, я видела, как Тори пялилась на него, - подхватила другая сплетница.
- А вы заметила, как он на неё смотрел? - не унималась я.
- Ну, конечно, он весь урок с неё взгляда не спускал. Я, кстати, заметила, что и оценки у Тори повысились по этому предмету. Слушайте, может у них что-то есть? - спросила Кэтрин, серьёзно глянув на подруг.
Наш новый молоденький учитель французского языка мистер Коулман давно вызывал интерес у старшеклассниц. Его красивая внешность привлекала многих в нашей школе, но, конечно же, ничего больше кроме воздыханий по нему, ученицы да и учитель не могли позволить. Вот я и подумала, а что если Тори всё-таки решилась на что-то большее?
До начала урока, я просидела, слушая, как зарождается новая сплетня, всё время пытаясь сдержать улыбку, чтобы не выдать себя. Думаю, что скоро уже все будут знать о романе Тори и мистера Коулмана. Будет смешно смотреть на непонимающее лицо девушке с её до ужаса глупыми клипающими глазами. Гордая своей выполненной работой, я просидела с довольным лицом до конца урока и даже упела получить отличную отметку.
После окончания учебного дня я собиралась уже идти домой, но меня кто-то перехватил, схватив за руку. Обернувшись, я заметила Джеймса и улыбнулась ему.
- Ты что-то хотел?
- Джесс, не хочешь сходить на выходных куда-нибудь? - весело спросил Джеймс. - В субботу, например?
- В субботу? Но у тебя же футбольная игра. Ты про неё мне все уши прожужжал.
Джеймс расстеряно посмотрел на меня и опустил голову. Я заметила, как напряглись его скулы, а с лица исчезла улыбка.
- Джеймс? - окликнула я, положив ему руку на плечо.
- Я ушёл из команды, - мрачно сказал парень.
- Как? - удивилась я. - Ты, ведь, здорово в него играешь, ты обожаешь его, ты, в конце концов, капитан. Может, ты уже объяснишь, что с тобой происходит?
- Со мной всё в порядке, я не понимаю, почему ты так волнуешься. Я вырос, мне теперь футбол не интересен, это лишь школьное увлечение, - заверяя, скорее себя, чем меня, ответил Джеймс. Спустя пару секунд на его лице снова заиграла улыбка, как мне показалось, фальшивая. - Ну так, что на счёт субботы?
- Я не против, - слегка расстеряно ответила я.
- Отлично. Пойдём, я провожу тебя, - аккуратно взяв мою сумку, Джеймс пошёл на выход, а я поплелась за ним.
Мне всё ещё не до конца верилось, что Джеймс бросает футбол. Не понимаю, это шутка такая? Хоть я его и ненавидела сейчас, но не могла не волноваться о нём.
Подойдя к моему дому, мы остановились напротив двери. Джеймс неловко протянул мне сумку. На его лице было столько печали, что мне стало жаль его. Минуту мы просто стояли, глядя друг на друга. Мы всё не решались попрощаться.
- Может, зайдёшь ко мне? - неожиданно для самой себя предложила я. - Тёти дома нет, - сказала я, глядя на пустое парковочное место.
- Если ты не против, то я не откажусь.
Вежливо пропустив Джеймса во внутрь, я вошла следом за ним и закрыла дверь. На встречу нам выбежал Арчи. Весело веляя хвостом, он начал лизать руку парня.
- Какой хороший пёсик, - Джеймс погладил собаку, присев на уровни пса.
- Будешь чай? - снимая пальто, спросила я.
- Да, не откажусь, - улыбнулся парень.
Я прошла на кухню, чтобы приготовить чай. На белом мраморном кухонном столе лежала небольшая жёлтая бумажечки. Я небрежно взяла её и прочла надпись, написанную аккуратным красивым почерком:
"Я уехала на вечер писателей. Буду поздно. Еда в холодильнике,
Целую, тётя Полли".
Вскоре я принесла в гостинную две чашки имбирного чая с корицей. Этот аромат тянулся по всему дому. Всегда любила этот запах.
- Спасибо, - взяв чашку в руки, сказал Джеймс.
- Не за что, - улыбнулась я.
Мы замолчали. В тишине были слышны лишь негромкие посёрбывания чая. Меня немного смущало то, что сейчас мы сидим не в моём доме, а моя семья обанкротилась. Об этом мы с Джеймсом не говорили, но я думаю, что в школе об этом уже все знают в мельчайших подробностях. Сейчас со стороны казалось, что мы совершенно два чужих человека, не имевшие друг ко другу никакого отношения. Глубоко вздохнув, я всё же решила начать разговор:
- Может, ты расскажешь, что случилось?
- Джесс, со мной всё в порядке.
- Я вижу, - тихо хмыкнула я.
- Джесс, - парень повернулся ко мне и взял мою руку в свою, - послушай, со мной, действительно, всё хорошо. Просто меня огорчает, что мы проводим вместе в последние дни мало времени.
- Разве парни переживают из-за этого? - усмехнулась я, недоверчиво глянув на Джеймса.
- Само сабой! В каждом парне живёт купидончик, - рассмеялся Кларк, а я подхватила его смех.
- Посмотрим фильм?
Джеймс кивнул головой, а я полезла в маленький шкафчик, чтобы найти диск с каким-то подходящим фильмом, но кроме мыльных опер там ничего не оказалось.
- Что ж, просмотр фильма отменяется, - грустно вздохнула я.
- Может тогда в прятки? - неожиданно предложил парень.
- Да ну? Ты серьёзно? - не поверила я, но глядя на выражение лица Кларка, я поняла, что он не шутит. - Ладно, ты водишь, - резко согласилась я и побежала прятаться.
Громкий счёт парня начинал сбивать меня с толку, напоминая о скором истечении времени. Так как я сама в этом доме живу недавно, то тайные места я знала не так уж и хорошо. Неожиданно на глаза мне попалась небольшая дверца. Я видела её раньше, но не заходила во внутрь. Так как Джеймс досчитывал уже до двадцати, то выбора у меня особо не оставалось, и я вошла туда. Эта оказалась маленькая комнатка, скорее всего, кладовка, но внутри было слишком темно, поэтому я не смогла рассмотреть. Я сильно вжалась в стенку и притаила дыхание. Джеймс уже начал искать меня, всё время окликивая меня, как-будто я отозвусь. Тяжёлые шаги парня заставляли меня дышать всё реже и реже.
Неожиданно звуки шагов прекратились, дверь открылась и Джеймс резко вошёл. Он сразу же заметил меня и прильнул ко мне. Его губы сразу же накрыли мои. Парень сильнее прижал меня к стенке и стал страстно, даже немного жадно и агрессивно, целовать. Это было настолько неожиданно, что я растерялась и не сразу ответила на поцелуй. Руки Джеймса обхватили моё лицо, а через мгновенье они стали блуждать по моему телу. Я не на шутку испугалась и остановила Джеймса.
- Что ты делаешь?
- Я, кажется, забыл рассказать правила игры, - игриво поцеловав мою ключицу, усмехнулся Джеймс. - Джесс, если ты не хочешь, я не буду, не переживай, - он резко отодвинулся и улыбнулся.
- Нет, всё в порядке, - ответила я и, обвив шею парня, настойчиво поцеловала его.
Ну что ж, Джеймс, я подарю тебе сегодняшний вечер, как ты мне подарил прекрасный месяц и первую любовь. Я подарю его не только потому что этого хочешь ты, а потому что этого хочу я. А месть будет чуть позже, чуть позже... Сейчас я просто хочу любить и быть любимой.
*****
Пятница один из самых приятных дней в недели. А сегодня небеса решили превознести мне ещё один подарок. Сидя на математике, я не осознано чертила непонятные линии в черновике, как вдруг к нам в кабинет кто-то постучался. Учитель разрешил войти, и в класс проснулась голова школьника.
- Виктория Браун учится здесь? - задал вопрос парень и окинул взглядом кабинет.
- Да, - послышался голос девушки.
- Тебя вызывают к директору, - строго сказал ученик и вышел из кабинета.
Тори непонимающе взглянула на учителя, а тот лишь недовольно посмотрел на неё, тогда девушка посмотрела на своих подруг, а те пожали плечами. Я победно усмехнулась, наблюдая за этой сценой. Значит, слухи уже дошли до директора? Быстро, однако же. Тори медленно собрала свои вещи и вышла из класса, всё также в недоумение.
До конца дня с моего лица не сходила улыбка, но это была лишь одна сторона монеты. Эта радость была какой-то вынужденной, ненастоящей, нужной, как конечный результат. В глубине мне было жаль Тори. Столько лет дружбы... Я даже не чувствовала удовлетворения. В один миг она стала для меня чужим человеком, к которому я абсолютно равнодушна. И стоило ли мне мстить?
Весь вечер я усердно продолжала убеждать себя в том, что мне этого только и надо было и теперь я рада, но на самом деле всё было немного иначе. На следующей день я и вовсе забыла про подругу. С самого утра Джеймс мне позвонил и напомнил про свидание, поэтому мысли о Тори тут же покинули меня. Я усердно готовилась к этому вечеру, как будто это было в последний раз. От мысли, что это, возможно, действительно, последнее наше свидание, мне стало не по себе, но я всё же продолжала тщательно готовиться к нему. Завивая локоны, я то и дело психовала, пытаясь довести всё до идеала, а волосы как назло не слушались. После длительных мучений в попытках сделать причёску, принялась за макияж. С ним всё обстояло ещё хуже. Сегодня, определённо, ужасный день. Не смотря на это, я всё же добилась желаемого результата - я, действительно, выглядела идеально.
Когда Джеймс позвонил дверь, я быстро прихватила свою сумку и под восхищения о моём внешнем виде и пожелания хорошо провести время вышла из дома. Парень встретил меня с букетом белых ромашек и распростертыми объятиями. Нежно поцеловав меня, Джеймс открыл дверцу машины и предложил мне сесть.
Мы всё ехали и ехали, и я уже не была уверенна в том, что эта поездка будет безопасной. На все мои вопросы Джеймс лишь отвечал: "Скоро сама увидишь", - продолжая всё также рулить с невозмутимым лицом. Моё любопытство наростало с каждой минутой, поэтому я продолжала задавать вопросы, выводя Джеймса из себя. В машине играла приятная музыка, а за окном виднелись прекрасные пейзажи полей, лесов: мы давно уже выехали из города.
- Джеймс, ну серьёзно, куда мы едем? Мы в дороге уже два часа, - в очередной раз спросила я.
- Ты такая забавная. Как ребёнок. Такая же нетерпеливая и любопытная, - улыбнулся парень.
После этих слов я наигранно надула губки и повернулась к окну, на самом деле пытаясь скрыть улыбку. Внезапно машина остановилась, а напротив, за окном, стоял небольшой дом, ничем не ограждённый. Я повернула голову к парню и вопросительно посмотрела на него, но он снова лишь обаятельно улыбнулся. Обойдя автомобиль, Джеймс приоткрыл мне дверь, чтобы я смогла выйти. Медленно высунувшись из машины, я окинула взглядом коттедж. Когда мы подошли чуть ближе, то с заднего двора к нам на встречу вышел мужчина средних лет. Увидев нас, на его лице сразу же заиграла улыбка.
- Джеймс, здравствуй. Давненько я тебя не видел, - наконец подойдя к нам, пожал руку мужчина.
- Бэн, привет. Я тоже по тебе соскучился, - пожимая руку в ответ, сказал Кларк.
- А это кто за прекрасная леди? - улыбнувшись, вежливо спросил мужчина, кивнув головой в мою сторону.
- Это Джессика - моя девушка.
Через несколько минут мы стояли около конюшни. Я долго не могла поверить, что мы с Джеймсом действительно пойдём на конную прогулку. Но, к сожалению, я почти совсем не умела кататься на лошадях. Я всего лишь в детстве пару раз каталась верхом, но и то, это было так давно, что я уже совсем забыла что и как. Стоя около одной из лошадей, я кормила её яблоками, проводя рукой по гладкой шерсти. Эту лошадь я сразу же отметила от остальных. Она чем-то была не похожа на других. Её большое белое пятно на спине на коричневой шерсти отличало от однотонно-идеальных остальных лошадей. Когда Лада слизывала с моих рук дольку яблока своими большими губами, щекоча мою ладонь, я искренне улыбалась.
- Почему ты мне не сказал, чтобы я одела брюки? Как я буду кататься? - не сводя взгляда с лошади, спросила я.
- Не переживай, здесь есть специальная одежда, - поцеловав меня в макушку, ответил парень.
Вскоре мы быстро переоделись в форму. Белые обтягивающие брюки ужасно шли Джеймсу, а синий пиджак подчеркивал его фигуру, поэтому мне приходилось всё время отворачивать голову от Джеймса, чтобы он не заметил мой хищный взгляд и покрасневшие щеки.
Взяв поводку лошади, Кларк аккуратно вывел Ладу на улицу, а я пошла следом за ними. Немного отойдя от конюшни, Джеймс остановился и сказал:
- Садись, - похлопал он по седлу, - а я пока приведу вторую лошадь.
- Джеймс, я не умею кататься, - тихо сказала я.
- Что? Ну это ещё лучше. Будем учится, - весело протянул парень.
Подойдя ко мне, Джеймс одел мне на голову шлем и начал завязывать его. От этой близости меня перетрусило, как-будто ударило хорошем зарядом. Наши взгляды встретились, я сразу же смущенно улыбнулась и отвела взгляд, опустив глаза. Заметив это, Кларк на секунду остановился, а потом резко поцеловал меня в носик и, быстро закончив возиться со шлемом, подошёл к лошади.
- Садись скорее, - сказал Кларк, и я послушно стала около Лады, чтобы залезть на неё. Парень аккуратно подсадил меня.
Когда я оседлала лошадь, Джеймс взял её за поводье, и мы неспеша двинулись вперед. Сейчас мне было так спокойно и хорошо, что я даже забыла, что Кларк меня обманывал, изменял. Казалось, это всего лишь выдуманные небылицы, и, на самом деле, он ничего плохого не делал. Эта утопическая мысли проникла до последних косточек моего мозка, и я совсем забыла, что ещё недавно злилась на этого парня. Медленно даигаясь в неизвестном мне направлении, я продолжала наивно улыбаться, глядя, как Джеймс трепетно оберегает меня и ни на секунду не отпускает лошадь, чтобы та не рванула вперёд.
- Закрой глаза, - шепнул мне нежный голос, и я покорно опустила веки.
Его голос всегда заставлял меня слушаться, будто он имел какую-то магическую силу. Я всё время исполняла его просьбы, даже если иногда и не хотела. Он скажет закрыть глаза - я закрою, он скажет пойти с ним - я пойду, он скажет успокоиться и не плакать - я перестану. Джеймс словно манипулировал мной, но в то же время давал мне возможность попасть в нирвану рядом с ним, поймать счастливые минуты, насладиться каждой мелочью, любить каждый день, в ожидании увидеть его. При встречи хочется, чтобы он прижал к себе и не отпускал, чтобы миллионы крохотных бабочек в моём животе устраивали ураган своими крыльями, с помощью которых я бы взлетала всё выше и выше на седьмое небо счастья.
Пока я ехала с закрытыми глазами, мои романтические мысли не знали границ. Они всё разрастались и разрастались, делая любовную паутину в моей голове.
- Всё, можешь открыть, - тихий голос Джеймса заставил меня вернуться на землю.
Я медленно открыла глаза и увидела нечто неожиданное. Мы были на берегу океана! Погружаясь в собственные мысли, я не услышала шум волн синих вод. От радости я прикрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть.
- Спасибо, - быстро спрыгнув с лошади, я крепко-крепко обняла Джеймса и поцеловала его.
Вскоре мы вдвоем сели на лошадь и стали бежать по самому берегу океана, сотворяя массивные брызки от удара копыт об воду. Красный закат солнца, что ложилось за горизонт, придавал особую атмосферу. Его теплые лучи едва касались песка, на котором мы удобно расположились с Джеймсом. Было холодно, как никак начало декабря, но я молчала: не хотела портить всё. Любуясь закатом, я положила свою голову на плечо парня, наслаждаясь прикосновением. Вскоре мы решили размять немного ноги и пройтись вдоль берега. Ступая по сухому песку мы сохраняли тишину, которую перебивал шум прибоя. Я шла, опустив голову, глядя себе под ноги, а небольшой ветер подхватывал мои тёмные волосы.
- Джесс, ты очень красивая, - ласково сказал Джеймс и остановился, а я вместе с ним.
Красивая... Как много мне пришлось перенести, чтобы такой стать. Сколько я мучилась и страдала? А всё из-за кого? Правильно, из-за Джеймса. Неожиданно, эти мысли прервали мой хороший вечер и заставили вспомнить то, почему я ещё общаюсь с этим парнем. Мне резко захотелось покончить с этим сейчас раз и навсегда. Пусть ему, может, будет не больно, но я больше не могла терпеть, потому что больно становилось мне. Каждый день видеть его, понимать, что это, может быть, всего лишь фальшивая игра все наши чувства. Внезапно, порыв гнева обрушился на меня, как гром среди ясного неба, и я, наконец, решилась.
- Джеймс, мне нужно тебе кое-что сказать, - серьёзно начала я.
- Стой, сначала я, - перебил меня Джеймс. - Ты не только красивая... В тебе так много хорошего, что я, наверное, и не смогу всё перечислить. Я хочу сказать, что твои добрые глаза, твой звонкий смех, твои детские капризы, твои нежные руки - это всё..., - сделав небольшую паузу, Джеймс продолжил: - Чёрт, Джесс, я люблю тебя! - неожиданно выкрикнул парень. - Люблю, люблю, люблю! И никогда не устану тебе это повторять! - не переставал кричать Джеймс.
Чёрная хитрая Леди в моей душе победно усмехнулась и уже собиралась открыть рот, чтобы сказать кое-что неприятное, но белая сторона стала на весовые чаши вместе с чёрной и сравняла их. Вот он, вот этот момент, которого я так ждала. Джеймс признался мне в любви! Пора сделать, что и планировалось, но...вдруг ему будет слишком больно или...он снова врёт? Нет, пусть он получит по заслугам, почувствует на собственной шкуре какого было мне. В конце концов, Чёрная Леди окончательно перевесила чашу, оставив в проигрыше Белую. С стороны моё поведение казалось немного странным. Я неподвижно стояла перед Джеймсом, даже почти не дышала, обдумывая, что сказать, а он в надежде смотрел на меня, но какого же будет его разочарование.
- Джеймс, я хотела тебе сказать, что нам нужно расстаться. Понимаешь, я...я не люблю тебя.
- Что?
- Неужели, ты правда думал, что я смогу полюбить такого, как ты, - произнося его же собственные слова, я победно усмехнулась. В его глазах я увидела боль и отчаяние. Месть свершилась!
Глаза парня в ту же секунду моментально разширились, а рот приоткрылись. Он пристально посмотрел мне в глаза, но в них я старалась изобразить насмешку и, видимо, у меня получилось. Грудь парня начала подниматься всё чаще и выше. Я ощущала его скорое дыхание. В его глазах было столько разочарование, что мне стало жаль его, и захотелось сказать, что я пошутила. На одну секунду мне показалось, что его зрачки расширился, а глаза стали чёрными, но в тот же миг его веки резко закрылись.
- Джеймс! - только и успела выкрикнуть я, но было поздно, потому что он начал падать вперед, на меня. От еожиданнгти я схватилась за его голову и, не разсчитав от страха силы, дёрнула за волосы, от чего они оказались в моих руках, а мне в глаза ударила гладкая лысина. Я не на шутку испугалась. Схватив парня за плечи, я аккуратно опустила его па песок и присела рядом с ним, чтобы проверить пульс.
- Джеймс! - кричала я.
Неожиданно раздалось оповещание о пришедшем сообщение. Я дрожащими руками разблокировала телефон и открыла СМС:
"Ну и зачем ты распустила эти сплетни?! Ты же знаешь, что я теперь с Джеймсом. Кстати, он сейчас у меня. Только как жаль, что он променял тебя на меня(. Ахах, я пошутила, мне абсолютно не жаль,
Тори"
Мой телефон выпал у меня из рук, проскользнув между пальцами. Эти лживые слова... Как я раньше не догадалась, что Тори врала с самого начала.
- Джеймс, прошу очнись, прости меня.
Положив говолу парня себе на колени, я пыталась вызвать скорую, заливаясь слезами, не в силах их остановить и, пытаясь понять, что же случилось с Джеймсом, и отойти от шока того, что случилось.