Глава 21
Грехи других судить
Вы так усердно рвётесь,
начните со своих и до
. чужих не доберётесь.
В.Шекспир
***
Все люди так непредсказуемы. Ты уже давно знаешь человека, и кажется, что уже изучил его до кончиков пальцев, но потом оказывается, что все наши наблюдения такие поверхностные. Я давно знала Тори, она давно знала меня... Всегда были за друг друга горой, и никогда не ждали такого подвоха с обеих сторон. Самое страшное — разочароваться в челове, и, к сожалению, мы обе это испытали на собственной шкуре.
Тори воинственно шла по коридору, сложив руки на груди. Она остановилась рядом со мной и зло прошептала на ухо:
— Сучка, — и как бы "случайно" толкнув меня, пошла дальше.
Я решила проигнорировать этот знак внимание и дальше спокойно пошла по коридору. Сейчас было время ланча, поэтому я спешила на школьный двор — там меня ждал Алекс. Удобно разместившись на тваве, я достала приготовленные Стэффани бутерброды и с наслаждением откусила кусочек. Алекс сегодня был не многословный, а какой-то напряжённый. В одном ухе у него торчал наушник, а второй свисал на шее. Недалеко от нас я заметила Джеймса. Он шёл в обнимку с длинноногой блондинкой и мило улыбался ей.
— Очередная шлюха, — проконстатировала я факт.
— Что? — нахмурив брови спросил Алекс, высунув наушник.
— Разве я не права? — равнодушно парировала я, стараясь не смотреть на друга.
— Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку?
— Нет, не кажется. С таким как он могут спать безмозглые потаскухи! — недовольно выкрикнула я. — А ты почему на его сторону перешёл?
— А не слишком ли ты высокого мнения о себе. Может ты тоже девушка легкого поведения, просто не замечаешь. Не бери много ответственности за чужие грехи. Кто ты, что бы судить других? Ты всего лишь такой же человек как и остальные, со своими грехами и не совсем здоровыми предпочтениями, такая же как и, как ты выразилась "шлюхи". Они одержимы сексом, а ты местью. Ты не лучше их, а может даже и хуже.
— Извини, но мне не нужны бесплатные психотерапевты, — буркнула я.
— Не переживай, я бы к тебе и не пошёл на эту должность, потому что ты и так мне уже надоела со своим ежедневным нытьём. Ты только и оговоришь о Джеймсе и как ему отомстит.
— Ну и вали тогда, раз я такая надоедливая.
— Долго не заставляю себя ждать, не волнуйся, — Алекс поднялся с земли и наскоро запихнул свой ланч в рюкзак. — А знаешь? Та девушка была его кузина, — спокойно сказал парень и, развернувшись, ушёл прочь.
Кузина? Ну и что? Может быть, сегодня я и ошиблась, но это не значит, что он не бабник. О, Джеймс! Замечательно, теперь я ещё и поссорилась с Алексом. Он был единственным, с кем я поддерживала отношения в школе, а теперь я действительно осталась одна. Мне стало тошно от самой себя, и я, быстро собрав свою еду, направилась во внутрь школы. Когда я подошла к шкафчика, там меня ждал сюрприз. Дверца была изрисована всякими грубыми словами, а в правом нижнем углу красовалась подпись:
"С любовью, Тори".
Ну нет, она уже переходит все границы. Я не позволю так с собой обращаться. Она хочет войны? Она её получит! Я взяла сменную одежду и резко закрыла дверцу шкафчика, создавая громкий хлопок. Покраснев от злости, я глубоко вдохнула, набрав полные лёгкие воздуха, и медленно сделала выдох. Главное, не повырывать моей подружке волосы.
Я пошла в раздевалку, к счастью, там никого не было. Быстро переодевшись в спортивную форму, я отправилась на физкультуру. Звонка ещё не было, поэтому в спортивном зале собралось только пару человек из нашего класса. Я села на лавочку и стала ожидать начала урока. Вот они, "прелести" одиночества. Еле как дождавшись, когда наконец прозвенит звонок, я первая побежала строиться на построение. Когда наш класс весь стоял поровнявшись по одной линии, учитель начал свой урок.
— Сегодня мы будем играть в волейбол. Делитесь на две команды: девочки против мальчиков.
Наш класс долго не мог определиться кто с кем будет играть, поэтому мистер Росс решил поделиться нас сам, разделив мальчиков и девочек по две группы. Первая половина девочек играла первой, а я оказалась в ней. Когда все игроки вышли на поле, раздался свисток, и игра началась. Среди противником я заметила Джеймса. Он весело подмигнул мне и стал подавать мяч. Оливия, одна из нашей команды, поймала мяч и передала мне. Я сделала неудачную попытку забить гол, но попала в сетку. Очко защитали команде противников.
— Джесс! — недовольно крикнула Оливия. Я лишь пожала плечами и продолжила игру.
Вскоре наша команда значительно увеличела разрыв в счёте, и, к сожалению, не в нашу пользу. Я ни как не могла собраться и вечно пропускала мяч. Перед глазами у меня стоял Алекс, Джеймс, Тори. Я до сих пор не могла поверить, что всё конечно.
Я стала на подачу. Внимательно осмотрев поле, стала в позицию.
В команде соперников что-то пошло не так. Джеймс и ещё один парень начали спорить, толкая друг друга в грудь. Мистер Росс, свиснул в свисток, оповещая об окончании игры, но я не так растолковала этот сигнал, приняв его за разрешение начать продавать мяч. Перед глазами снова промелькнула картина, как целовались мои бывшие подруга и парень, и собрав всю силу и злобу в кулак, я бросила мяч. Я, довольная собой, заметила, что никто уже не играет, и посмотрела куда летит мяч. Ещё немного и он попадёт в...
— Джеймс! — выкрикнула я, но было поздно. Парень повернул голову, и мяч попал ему прямо в лицо. Джеймс упал.
Все взволнованно подбежали к Кларку. Растолкав всех, я оказалась возле него и присела рядом.
— Джеймс, Джеймс, —начала я его толкать. Парень медленно поднялся, держась рукой за лицо. — Убери руку, я посмотрю, что там, — заботливо произнесла я.
Кларк открыл лицо, и я увидела, что из носа у него течёт густая тёмная кровь. Я прикрыла рот от испуга.
— Что там? — спокойно спросил Джеймс и прикоснулся к носу. На его пальцах отпечатались следы крови. — Чёрт, — выругался он про себя и поднялся.
— Кингсли, отведи его в медпункт, — послышался строгий голос учителя. Я кивнула головой и, взяв парня под руку, вышла из зала.
— Сильно больно? — тихо спросила я.
Джеймс улыбнулся, но ничего не сказал. — Прости, — выдавила я из себя извинения, но на самом деле мне было нисколько не жаль его и, более того, я не чувствовала вины.
— Ничего страшного, — снова улыбнулся парень. — Надо почаще так, чтобы ты мне мячом попадала, мы может хоть пообщаться тогда. В последний раз мы разговаривали неделю назад, тогда, на благотворительном вечере. Джесс, что случилось? Почему ты избегаешь меня? — серьёзно спросил Джеймс.
— О, нет! — замахала я руками. — Я вовсе не избегаю тебя. Просто в последнее время столько дел появилось.
— Понятно, — грустно ответил парень.
Мы подошли к нужному кабинету, и я постучалась. Медсестра позволила нам войти. Дав ему вытереть кровь, она внимательно осмотрела его и покачала головой.
— Извини, — обратилась женщина ко мне, — ты бы не могла выйти? Мне нужно поговорить с Джеймсом наедене.
Вначале на меня настал ступор. Неужели, что-то серьёзное?
— Да, конечно, — задумчиво ответила я и вышла из медпункта.
Возвращаться на урок я не стала, всё равно через несколько минут он закончится. Медленно шагая по коридору, я пыталась понять, что же такого случилось с Джеймсом. Не такой уж у меня и сильный удар, чтобы были такие последствия. Не могу сказать, что я бью слабо, но и не до такой степени, чтобы человек упал. Или, может, в этот раз я, действительно, была так сильно зла, что ударила по мячу слишком сильно. Всё равно, странно.
Я неспеша переоделась и уже хотела выйти из раздевалки, но сюда неожиданно вошла Тори с хитрой улыбкой на лице. Она плотно захлопнула дверь и повернула замок, чтобы запереть нас.
— Что ты хочешь? — сердито спросила я.
— Ничего, — спокойно ответила девушка, что насторожило меня ещё больше. Тори начала медленно приближаться ко мне, и я попятилась назад. Она усмехнулась. — Боишься меня?
— Ещё чего, — хмыкнула я и остановилась. — Так что тебе нужно?
— Просто хотела убедиться в том, что тебе страшно, — я закатила глаза.
— Не льсти себе.
— Ты так безпомощна, что кажется, я могу уничтожить тебя, если просто прикоснусь.
— Лучше бы о себе беспокоилась, — зъязвила я.
— О, у меня всё отлично, — восторщено проговорила Тори, — а вот у тебя... Мать-алкоголичка, которая бегает по молоденьким мужикам, и папа, который...
— Закрой рот, — повысила я голос, не дав договорить рыжей бестии.
— А то что? — криво улыбнулась она. — Я просто сказала правду, — девушка состроила невинные глазки. Я не выдержала и потянула её за волосы. Тори, видимо, не ожидала такого поворота, поэтому не сразу отреагировала, но это ей не помешало потом прижать меня к стене и ударить головой об кафель. Я разозлилась ещё больше, и через несколько секунд уже Тори была прижата к стене. Мы держали друг друга за волосы и как можно сильнее тянули их на себя. Послышался стук в двери, а за этим раздался звон ключей. Тори хитро улыбнулась.
— Пока, — тихо сказала она и спустилась по стене.
В раздевалку ворвалась толпа девочек во главе с мистером Росс.
— Кингсли, что ты наделала? — ошеломленный учитель подбежал к нам с Тори. Моя "любимая подружка" лежала без сознание, вернее делала вид. Мужчина взял её на руки и собирался уже выйти, но в последней момент повернулся ко мне и сквозь зубы процедил: — К директору, Кингсли, живо.
Я хотела ещё что-то возразить, но по взгляду учителя было понятно что это бессмысленно. И глубоко вздохнув, опустила голову и поплелась в кабинет директора. Там я выслушала в полуха лекцию о моральных принципах и правильном поведении, но воспринять её у меня не получалось, как бы я не старалась. Я всё ещё не верила в то, что произошло. Как же низко опустилась Тори, хотя это уж точно не мне судить.
Учебный день вскоре закончился, и я пошла домой. И, как всегда, я встретилась с Томасом. Он, наверное, единственный человек, который ещё терпит меня такой. Я ему за это так благодарна. Тихо подсев к нему, я не решилась начать разговор. Уж слишком опасно. Благодаря своему языку я лишилась последнего школьного друга — Алекса. Последнюю неделю мы часто виделись с Томамом. Кадый день я всегда приходила к этой лавочке, на которой "по-случайности" он сидел. За это время мы с Томасом сильно сдружились. В эти дни, никто, как он, меня всё время поддерживал.
— Почему молчишь? — неожиданно спросил Томас.
— Как ты узнал, что это я?
— Твои духи'.
— А, ясно, — уныло протянула я.
— Что случилось?
— У меня всё хорошо.
— Я не помню, когда в последний раз у тебя было всё хорошо, — улыбнулся парень.
— Томас, а у тебя много друзей? — резко перевела я тему.
— Мне хватает.
— Разве можно так измерять друзей, — я озадаченно выгнула бровь.
— Как видишь, — парень пожал плечами.
Мы ещё немного так посидели, болтая о всякой ерунде. Ближе к вечеру я пришла домой. Оперевшись о входные двери, я начала стягивать с себя обувь. Отставив ботинки в сторону, я сняла пальто и по инерции протянула руку, чтобы повесить верхнюю одежду, но вместо вешалки обнаружила пустое место. Тогда я в растерянности стала нащупыват рубильник, чтобы включить свет. И когда лампочка загорелась, то я обнаружила, что наш коридор пуст. Бросив пальто на пол, я побежала в кабинет к отцу. Дальше в доме обстановка не менялась. Все комнаты были пусты. Ничего не осталось, кроме парочки ненужного барахла.
— Папа, что случилось? — ворвавшись в комнату, испуганно спросила я.
Отец стоял около окна, оперевшись на подоконник. Услышав мой голос, он нехотя повернулся и озадаченно посмотрел на меня.
— Папа, что случилось с нашим домом? — уже громче и серьёзнее переспросила я.
Выдержав недолгую паузу, отец, сглотнув, произнёс хриплым и осидшим голосом:
— Мы банкроты, — и закрыл глаза.