Глава 15
Марта
Танцы всегда насыщали меня энергией. В мире движения есть столько разных направлений на любой вкус. Когда я была подростком меня привлек хип-хоп, потом мне приглянулся контемпорари, за ним – бачата и танго. Мне нравится выпускать негатив, страх, тревогу через движение. Люблю, когда собственное тело повинуется ушам, ловящим музыку, словно кобра перед факиром. В танце можно не просто показать пластику. Танцы могу рассказать целую историю, поведать о чувствах танцующего.
Когда-то я бросила свою команду, сейчас даже не смогу вспомнить, в чём была причина. Возможно, мне показалось, что я добилась успехов и больше занятия ни к чему, а может я обленилась. Но я никогда не переставала танцевать полностью. Стены моей комнаты наблюдают вспышки эмоциональных движений почти каждый день. Да, сейчас я уже не так хороша, как раньше, но, как говорится, талант не пропьешь.
Мы с Джулс провели четыре часа в таком привычном мне зеркальном зале, повторяя одни и те же движения. Я с упоением наблюдала за своей фигурой в отражении, которая плавно плыла по волнам музыки, и вновь получала знакомую дозу хорошего настроения. Когда репетиция закончилась, а мы с подругой лежали, глядя в потолок, тело ныло от приятной усталости, я вдруг резко для себя решила – хочу вернуться в танцы. Мне никогда не нравился спорт как явление, любые его виды меня не привлекали. Но танцы... Их я оставлять не хочу. Но как сделать это, будучи на официальной работе, которая ни капли силы не оставит к концу дня? Мне нужно обдумать это.
А пока, мы с Джулс отправились к новым приключениям. Нас ждал огромный парк аттракционов, из которых нам нужны лишь два – колесо обозрения и американские горки. Первое для Джулс, второе – мое давнее желание. Пока мы ехали к месту, всю дорогу спорили.
- Я не хочу лезть на твои дурацкие горки, это опасно! – пищала Джулс.
- А колесо, по-твоему, не опасно? Кстати, напомню, ты сказала, что не будешь выполнять только то, что угрожает твоей верности Питеру. Не вижу в горках угрозу измены, так что ты пойдешь.
- Нет!
- Да!
- Приехали, – сообщил таксист, уставший слушать нашу перебранку.
Мы с подругой поспешили выйти, поблагодарив мужчину. Когда мы обернулись на парк, у нас у обеих рты пооткрывались. То самое колесо обозрения, которое привлекало к себе всё внимание своим разноцветным свечением, было не просто огромным, оно было гигантским! Американские горки, находящиеся в парке справа, не вызывали столько страха, сколько эта здоровенная штука.
- Ладно, идем сначала на горки, - испуганно проговорила Джулс, а я рассмеялась. Так-то!
Нам повезло, очереди оказались не такими длинными, какими могли быть. Поэтому через пол часа мы уже уютно устроились на первых местах в вагонетке. Джулс от страха искусала все губы, а её ноги не переставали трястись. Зато мне было очень весело, меня никогда не пугала высота или скорость. Поэтому, когда вагонетка медленно покатилась, у меня на лице засияла счастливая улыбка, а подруга вцепилась в ремни так сильно, что, я уверенна, останутся следы.
Первый раз Джулс завизжала, когда мы набрали скорость и вошли в резкий поворот. Второй раз – когда вагонетка медленно подползла к краю пути, за которым следовал обрыв, и резко сиганула вниз. На третий раз, могу поспорить, подруга была на грани обморока, потому что вагонетка влетела на скорости в петлю 360 градусов, затем вернулась обратно, и застыла, держа нас вверх ногами.
Была бы моя воля – я бы прокаталась на этих горках всю ночь, но нас ждало колесо. Когда мы вышли с аттракциона, Джулс так яро пыталась прожечь во мне дыру злым взглядом, что я, не удержавшись, залилась громким смехом на весь парк.
- Я больше никуда с тобой не пойду, поняла? – угрожала подруга.
- Верю-верю, только прошу, перестань на меня так глазеть, а то у меня от смеха пупок развяжется, - просила я, продолжая надрываться от приступов.
- Ну всё, тебе конец.
- Ой.
Мы обе сорвались с места. Джулс – в попытке пролить невинную кровь, я – с желанием остаться в живых. Бежали, куда глаза глядят, маневрирую между прохожими. Пару раз подруге удалось схватить меня за руку, но я ловко вывернулась и продолжила побег с дикими криками о помощи. В какой-то момент, мне на глаза попался отличный шанс на спасение. Поэтому я разогналась и со всего маху влетела в комнату страха. Джулс до слёз боится всяких монстров и призраков, поэтому моя идея оказалась беспроигрышной. Пока я притаилась за каким-то чучелом, вдалеке раздался дикий вопль.
- Марта, я прощаю тебя! Пожалуйста, забери меня! Марта!
Я медленно выползла из укрытия и пошла на голос. Подруга стояла прямо посреди коридора, в окружении здоровенных пауков, жутких звуков и мигающего тусклого света, обняв себя за плечи и крепко зажмурив глаза. Когда я подошла к ней и хотела взять за руку, произошло то, чего мы обе не ожидали. Джулс со всей дури зарядила мне кулаком в щеку.
- Ауч! – скрутилась я, ухватившись за место удара.
- Боже! Марта, прости! Я не думала... что это ты... - извинялась подруга, начиная уже чуть ли не плакать.
- Один-один. Мы квиты.
- Что?
- Ну, я сводила тебя на горки, ты испортила мне макияж. Ай... – скривилась от резкой боли я, когда попыталась улыбнуться, и от этого стало втройне смешнее.
Маленькая невинная Джулс прописала мне хук с левой, потому что подумала, что я чудовище. Меня снова охватил приступ смеха.
- Почему ты смеешься? Тебе не больно? – с надеждой спрашивала та, краснея от стыда.
- Ещё как больно, ты что боксируешь в свободное время? – не унимала я свой поток шуток.
- Марта не смешно, тебе нужно приложить лёд, а то синяк останется, - ругала она меня как ребенка, как будто я с домика на дереве свалилась, а не поцеловалась с её кулаком.
- Это очень смешно, я сейчас описаюсь от смеха... - уже задыхаясь, выдавила я, - Майк Тайсон случайно не твой родственник?
- Он мой папа... - неожиданно серьезно заявила Джулс, мы обе замолчали, встретились взглядами и... взорвались.
Я обессиленная продолжительным смехом упала на пол, держась за живот, на котором уже начали образовываться кубики. Щека горела от улыбки и удара. Из глаз лились слезы. Джулс быстро догнала мое состояние и тоже заливалась в истерике.
- Что вы тут делаете?! – вдруг остановил нас голос, который раздался где-то над головой.
Это, видимо, был работник, который пришёл на шум.
- Боимся. А что, не видно? – выпалила я, и мы снова покатились по полу с Джулс.
- А ну убирайтесь! Сейчас же! – вопил тот.
- Хорошо-хорошо, уже уходим, - вытирая слезы, сказала Джулс.
Вышли мы на трясущихся ногах, пытаясь сдерживать не прекращающуюся истерику. Прохожие странно оглядывались на нас, которые выползли из комнаты страха, задыхаясь от смеха. Пару минут мы пытались успокоиться, но, то и дело, кто-то из нас продолжал подкидывать дров в костёр.
Следующий аттракцион ждал нас, маня устрашающими размерами. Но сейчас мы слишком возбуждены и раззадорены, чтобы бояться. Перед походом на колесо Джулс настояла, чтобы мы купили мороженное, и я приложила его к лицу. И пока мы шли, я всю дорогу держала у щеки холодный стаканчик, а подруга воровала оттуда по ложке ванильной сладости.
- О, нет... - протянула капризно Джулс, когда я засмотрелась на тир.
Подруга подошла, поравнявшись со мной, и уже хотела начать меня отговаривать, но увидела огромного плюшевого пса, который напоминал Роберта.
- Я заплачу, если ты выиграешь мне его, - тыкая пальцем в игрушку, шепнула она.
- Ловлю на слове.
Я пихнула ей стаканчик с мороженным и подошла к палатке с четырьмя видами пневматического оружия оформленные под вид боевых: АК-47, Кросман с лазерным прицелом и Хатсан Альфа. Мой выбор всегда на стороне Калашникова. Удобный прицел и рукоятка, небольшая отдача.
- Привет, красавчик. Заряди мне Калашников, пожалуйста. Я намерена уйти с этой чудесной собачкой, - уверенно обратилась я к парню за стойкой.
- Тогда тебе нужно сбить абсолютно все мишени, - указал на мои цели он. - Объяснить, как стрелять?
- Не стоит.
Я взяла автомат, прицелилась и на одном дыхании сбила нижние пять мишеней. Всего их было двадцать. С каждым уровнем они становились всё меньше. Самые верхние были такими маленькими, что было понятно, почему в палатке всё ещё куча призов, будто их повесили просто подразнить, но никто ещё не смог выиграть хотя бы средний. Но я не люблю уходить ни с чем, поэтому, когда пятнадцать мишеней лежали и оставался уровень «хард», я навела прицел на точку, опустила дуло чуть ниже, задержала дыхание и нажала на курок. В яблочко! Так же я повторила ещё три раза, а на последней – промахнулась.
- Какого чёрта? – крикнула я, когда поняла, в чём дело.
- К сожалению, собаку вы не выиграли, но вот вам утешительный приз, - он протянул мне дешевый брелок с названием парка.
- Последний выстрел был холостой, вы за идиотку меня держите? – злилась я.
- Марта, пойдём. Ничего страшного, в другой раз получится, - пыталась успокоить меня подруга, но точка невозврата уже пройдена.
- Не могу с Вами согласиться. Выстрел был. Вы не попали. Приза не будет, - наслаждался моей яростью этот парень, но он сделал это зря.
- Ах так.
Я резко забралась на стойку с оружием, сорвала собаку со стенда и спрыгнула обратно.
- Что Вы творите!? Верните собаку! – кричал он, пытаясь дотянуться до меня через стол, но я сделала шаг назад. Видимо, вылазить из палатки было бы слишком долго.
Я показала ему язык и скорчила гримасу. Затем схватила Джулс за руку, и мы дали дёру, ловя в спину разные нелестные словечки. Добежав до колеса, мы с подругой встали в конец очереди, переводя дыхание.
- Я за весь год столько не бегала, сколько за последнюю неделю, - тяжело дыша, заявила Джулс.
- Согласна. Кстати, вот твой Роберт, - протянула ей собаку я.
- Боже, какой он миленький, - замурлыкала подруга, обнимая здоровую синтепоновую игрушку. - Спасибо!
- Не стоит, она ворованная, - улыбаясь как чеширский кот, напомнила я, а Джулс рассмеялась.
Через пол часа пришла наша очередь занимать кабинку на колесе. Когда мы попали внутрь и почувствовали, как она шатается от ветра или любого движения, страх вернулся, но только к подруге. Я же была слишком весела. Нас закрыли, перед этим сказали ни в коем случае не прыгать и не раскачивать кабинку. И всё. Мы медленно стали набирать высоту, отдаляясь от земли всё дальше. Джулс сидела, крепко вцепившись в сиденье, и старалась не шевелиться.
- Мы сюда пришли от страха трястись или видами любоваться? – спросила с усмешкой я.
- Меня сейчас стошнит, - выдала та, и я отодвинулась подальше.
- Не смей! Нам еще пол часа торчать в этой консервной банке, – наказала я, молясь, чтоб этого не произошло.
- Тогда помолчи!
- Это твоя идея, а не моя! Так что перестань разглядывать свои ноги и взгляни в окно! – скомандовала я.
Вид уже захватывал дух несмотря на то, что до вершины мы ещё не добрались. Большой город светился огнями, уходя за горизонт, куда норовило сбежать и солнце, окрашивая небо в ярко-розовые тона. По другую сторону бледнел полумесяц, зажигая первые самые яркие звезды. Внизу бегали, словно муравьи, маленькие люди. Земля, в целом, казалась чересчур огромной, когда смотришь на неё с высока. Всё уменьшалось в размерах, даже ты сам превращаешься в песчинку среди величия этих просторов.
Джулс сделала какую-то дыхательную технику, прогоняющую страх, и, наконец, подняла взгляд.
- Вау...
У неё заблестели глаза, а рот застыл в форме «о». Лбом она приникла к стеклу, изучая город, распростертый перед нами.
- Марта, ты веришь в судьбу? – спросила вдруг она, поворачиваясь ко мне.
- Ого, так шарахнуло, что аж пофилософствовать решила? – усмехнулась я.
- Я не шучу, мне правда интересно. Так веришь или нет?
- Зависит от обстоятельств, - коротко ответила я.
- А я верю... Не может быть, чтобы всё это существовало без заранее продуманного сценария. Каждый выбор, который, мне казалось, я совершаю осознанно, был сделан вследствие давящих факторов. Переезд и поступление буквально сравнимо с подбрасыванием монетки с одинаковыми сторонами. У меня была иллюзия выбора, но не сам выбор. Знакомство с тобой я бы могла отнести в категорию гениально продуманного «случайного» обстоятельства. Ведь сколько должно было произойти в наших жизнях моментов, которые привели к тому, что мы в тот день совпали во мнениях? И могли ли мы представить в начале нашей истории, что когда-то окажемся здесь? Вдвоем, на высоте птичьего полета, над незнакомым городом. Это пугает и завораживает одновременно...
Я задумалась. Конечно, и раньше мне приходилось размышлять на такие темы, и, как я и сказала ранее, мое мнение зависело от обстоятельств. Если для определенного момента легче было принять произошедшее, свалив всю ответственность на судьбу, то я делала так. Но когда что-то получалось у меня спустя долгий кропотливый путь, ни о какой судьбе и речи не могло быть, это только моя заслуга. Эта чертовка не получит моих наград, якобы потому что так и должно было произойти. Кто-то может решить, что такая позиция – слабая, выбирать всегда наиболее легкий вариант исключительно ради собственной выгоды. Но я не соревнуюсь, не стараюсь прожить эту жизнь, идя только по сложному и долгому пути, чтобы потом получить медаль за стойкость. Мои идеи куда проще. Если что-то хочет сломать меня, я выберу наименее болезненный вариант, как с этим справиться, если что-то будет веселее сочетаться со словом «судьба», то так тому и быть.
- Если наша встреча – дело рук судьбы, то спасибо этой гадине, за такую подругу, - заключила я, затягивая свою рыжую малышку в крепкие объятия.
Джулс вдруг расчувствовалась и начала всхлипывать прямо мне в плечо. Я не стала мешать её слезам, просто мягко поглаживала по спине.
- Марта, прости меня, - выпалила она сквозь рыдания.
- За что?
- Ты не будешь злиться? – оторвалась она от меня и посмотрела самыми невинными глазками.
- Нет, не буду. Говори, что такое?
- У тебя пол лица посинело...
Я смотрела на подругу, которая ждала моей реакции, и судя по тому, что она готова была откусить себе губу, она ждала моего гнева. Но я глядела на её сморщенное стыдом личико и не смогла удержаться. Снова рассмеялась.
- Джулс, ты такая дурочка.
Когда кабинка вернулась с небес на землю, мы решили отправиться дальше гулять по оживавшему городу. Солнце давно спряталось, а людей на улицах становилось всё больше. Шумные компании гуляли по тротуарам с бутылками алкоголя в руках и напевали любовные песни. Почти на каждом углу располагались музыканты с разными инструментами: скрипачи, гитаристы, флейтисты, саксофонисты, барабанщики. Мимо постоянно пролетали машины с громыхающими из неё песнями из чартов. Всё это превращалось в какофонию, но ведь у каждого города своё звучание, и у этого – такой. Хаотичный, шумный, вибрирующий.
Мы не искали что-то определенное, просто прогуливались, разглядывая всё вокруг. И на каждый квартал находилось что-то интересное: то скандал влюблённой пары, который выглядел, как сцена из фильма, то потасовка выпивших парней, то совершенно завораживающий танец пожилой пары под игру уличных музыкантов.
Но одно место всё же привлекло нас больше остальных. По одной из улиц тянулся квартал различных баров. На самом углу расположилось местечко под названием: «Don't be shy - do it». Окна были панорамными, поэтому мы остановились, чтобы рассмотреть, что происходит внутри.
Бар напоминал подвал любого родительского дома, в котором живут дети фантазёры. Вся мебель была пошарпанная и не совпадала между собой по стилю. На стенах куча постеров, плакатов, фотографий, гирлянд, неоновых вывесок и другого декора. Помещение напоминало и салун, и пляжный бамбуковый островок, и домик на дереве. В углу бара расположилась небольшая сцена с микрофоном, на которой прямо сейчас исполняла песню какая-то симпатичная девушка.
Мы с Джулс поняли друг друга без слов, лишь по одному взгляду, и забежали внутрь. Атмосфера стала ещё ощутимее. Пахло пивом, гренками, сыром и свежими фруктами. Необычное сочетание. Пока Джулс занялась запечатлением всего, что видела, на камеру, я отправилась к барной стойке за напитками.
- Добрый вечер, два «секса на пляже», - попросила я.
- Добрый! Не припомню, чтобы видел Вас раньше, поэтому спешу сообщить, что, если исполните песню на сцене, получите приз – любой коктейль совершенно бесплатно!
- Звучит как вызов, - усмехнулась я.
- А то!
Девушка на сцене как раз допевала последний куплет популярной песни. А на углу сцены моё внимание привлекла акустическая гитара, вся обклеенная различными наклейками. Долго я не думала.
- Гитара настроена? – спросила я у бармена.
- Конечно! Теперь я заинтригован, что за песню Вы будете исполнять.
- О, это наш с подругой гимн лета. Советую начать колдовать над напитками, - бросила напоследок я, направляясь за Джулс.
Девушка стояла около макета обреза на стене и пыталась сфотографировать так, чтоб в кадр попал ещё и череп какого-то животного, висевший на соседней стене. Мне пришлось прервать это занятие. Я взяла её за руку и потащила к сцене.
- Что ты делаешь? Я не закончила, – возмутилась она, а потом поняла, куда мы идём. – Нет. Марта, нет. Я не стану петь.
- Не тушуйся! Мы всех этих людей видим первый и последний раз. Представь, что мы одни у тебя дома, – на ходу уговаривала я подругу, а когда мы оказались около сцены, добавила: - Если споем – нальют бесплатно.
Джулс долго смотрела на меня хмурым взглядом, а я отвечала умоляющим. В какой-то момент она сдалась, и я захлопала в ладоши.
- Какую песню мы сейчас опозорим?
- Не опозорим, а споем. «Riptide»! – Уверенно заявила я, и поднялась на сцену, направляясь за гитарой.
Мне потребовалось пара минут, чтобы вспомнить, как играть. Джулс тем временем неуверенно пялилась на переполненный бар. Когда я сообщила, что готова, мы вдвоём подошли к микрофону. Подруга держалась за мою рубашку, ухватившись за самый краешек, будто если отпустит, то потеряется. Пальцы правой руки переместились на первый аккорд. Может я и не помнила, как он называется, зато руки по привычке идеально разместились на грифе. Левой рукой стала наигрывать бой, и в виде вступления, пыталась привыкнуть к последовательности движений. По бару затихли голоса и смешки, посетители перевели свое внимание на нас.
- Я начну, а ты подхватишь, - шепнула я Джулс.
Когда момент настал, я приблизилась к микрофону, и глядя на подругу пропела первые строчки:
- Я боялась стоматологов и темноты, я боялась заводить разговор с красивыми девушками.
Песню я посвящала ей – моей рыжей, вечно стесняющейся, до безумия милой, доброй и такой же сумасшедшей Джулс. Её щечки надулись от улыбки, которую она дарили сейчас мне. Голова слегка покачивалась в такт песни, а глаза блестели теплотой. Когда я допела первый куплет, мы в унисон протянули:
- А-у-у, а-о-о... а теперь они все не у дел...
«Леди, бежавшая к бушующим волнам,
И оказавшаяся на темной стороне,
Я хочу быть твоим единственным,
Мне нравится, когда ты поешь эту песню, и
У меня ком встает в горле, потому что
Ты будешь петь не те слова...»
Всё вновь потеряло смысл. Весь мир был такой незначительный, только я и она – моя опора, поддержка, моё вдохновение, имели значимость. В такие дни, как сегодня, у меня сердце разрывалось от любви к этой девушке. Перед глазами пролетали все самые яркие моменты, которые мы прожили. Но и в самые темные, когда казалось, что уже ничего не поможет, она была рядом. В первый год нашего знакомства, я представала перед ней в маске сильной, бесстрашной, мудрой девушки. Давала советы, пыталась помочь собрать разбитое сердце, развлекала. И так боялась, что, если покажу свою слабую сторону, она уйдёт, ведь так сделали все. Но она не ушла. Она тут, со мной, поёт нашу песню перед толпой незнакомцев и пританцовывает. Она лечит меня, слушает самый несуразный бред, который приходит мне в голову время от времени, ругает, когда я ленюсь сделать что-то важное, подставляет плечо, если я рыдаю, в очередной раз ошибившись, не уходит, если я обижаюсь, а просит прощения, всегда отвечает на звонки. Она мой подарок, моё благословление, моя Джулс.
Вечер прошёл незаметно, попав по окончанию в копилку лучших. Мы вернулись в отель под утро. Пьяные, счастливые и с кучей фотографий на память. Спать не хотелось, поэтому мы легли в кровати, обняли собак и, повернувшись друг к другу, стали шепотом болтать о всяком девичьем. Так и уснули, с улыбками на лицах.
Проснулись мы к обеду, едва способные пошевелиться, потому что все мышцы болели от танцев и побегов. Помимо этого, у меня болело лицо, с которого не до конца сошла опухоль. Мы провалялись в кроватях час, не желая подниматься и что-либо делать. Джулс переписывалась с Питером, а я выбирала фотки, чтобы выложить их в сеть. В какой-то момент меня прервал звонок, а на экране высветилось имя «Макс».
- Ало?
- Привет, Марта. Хотя, судя по голосу, доброе утро. Вы свободны? – без лишних разговоров, спросил парень.
- Если не считать попытку срастись с кроватями, чем-то важным, то да, мы свободны, - лениво сообщила я, потягиваясь.
- Тогда собирайтесь, через пол часа заеду, – уверенно заявил тот.
- Ты, конечно, симпатичный и богатый, но это не значит, что мы поедем с тобой, не пойми куда по первому зову, – Хмыкнула я. - Хотя если меня накормят, то я согласна, но для Джулс нужно что-то повесомее, она не подает признаков дееспособности уже час.
Макс рассмеялся, и я услышала, как на том конце хлопнула дверь автомобиля.
- Я уверен, она быстро придет в себя, когда узнает, что я хочу сводить вас к себе на производство, - выдал парень, а у меня глаза на лоб полезли.
Джулс, даже не зная о чём речь, уже начинала капризно строить недовольную моську, потому что по моему лицу было ясно, что сейчас придётся вставать и куда-то ехать.
- Ты серьёзно? – задала скорее риторический вопрос я.
- Абсолютно. И каждая минута вашего опоздания равна штрафу в виде миллилитра подарочного парфюма, который вы выберете себе сами. Время пошло! – смеясь, добавил Макс и сбросил.
Я подскочила на кровати. Джулс спряталась с головой под одеяло, не желая слушать о том, как быстро она должна привести себя в порядок.
- Ставлю сто баксов на то, что, как только ты узнаешь, куда мы едем, тебе хватит десяти минут, чтобы собраться, ещё и меня подгонять начнёшь.
Джулс, не высовываясь из своего кокона, истошно застонала.
- Марта, даже если ты сейчас скажешь, что нам предложили слетать на луну, у меня не перестанет болеть каждый сантиметр тела. А вечером нам опять на эту пытку в виде репетиции! Мы уже который день встаем и весь день носимся где-то, может хотя бы сейчас просто поваляемся в кроватях? Я даже готова добавить это в список, чтоб ты не смогла возразить...
Мне стало смешно, потому что на луну Джулс явно не хотела, а про бренд «Arnovia» я послушала уже сотню лекций.
- Помнишь духи, про которые ты мне все уши прожужжала?
- Помню... - подозрительно протянула Джулс, видимо, догадываясь, что сейчас услышит то, к чему была не готова.
- Так вот, Макс – владелец компании «Arnovia», и прямо сейчас едет за нами, чтобы провести нам экскурсию по заводу.
Я сложила руки на груди и с победной улыбкой наблюдала за её реакцией. Она отбросила одеяло, и с совершенно изумлённым выражением лица воскликнула:
- Что?!
- А еще он сказал, что подарит нам по флакону, если мы успеем собраться к его приезду.
Я в голос рассмеялась, потому что Джулс сорвалась с места, собираясь бежать в душ, но запуталась в одеяле и шмякнулась на пол. Не обратив на это внимания, она выкрутилась из ловушки и скрылась в ванной, громко хлопнув дверью. Усталость с неё, как рукой сняло.
Пока в душе что-то громыхало, я подошла к зеркалу и рассмотрела свое лицо. Пятно сливового цвета растянулось от скулы до подбородка. Отёк выглядел так, как будто я спрятала что-то за щекой и забыла пережевать. Мне стало смешно от того, что сейчас мой образ полностью соответствовал характеру – дерзкая хамка с побоями на лице, которая отстаивает свои интересы не только словами. На деле же, история удара намного комичнее.
Всего через пару минут, Джулс пулей вылетела из душа, и стала носится по комнате то с одним, то с другим. Пока этот ураган не снес меня, я тоже поспешила в душ. Готовы мы были через пятнадцать минут, и это ещё с задержкой, потому что мне нравилось бесить Джулс своей медлительностью и напоминанием о том, что она должна мне сто баксов.
Мы вышли из отеля, как раз в тот момент, когда Макс заехал на территорию. Окрыленная Джулс запрыгнула в машину первая и начала тараторить так, что мозг не успевал усвоить информацию, которая туда попадала.
- Привет, Макс! Я столько читала про твои духи! Спасибо, что покажешь нам святую святых! Обещаю, все тайны производства умрут вместе со мной! А ещё ты суперкрутой, потому что твоя линейка — это нечто, как вообще ты додумался до такого? Если это секрет, то не говори, но я бы хотела послушать... А вообще я бы хотела узнать всё! И понюхать! И увидеть! Боже, я не могу поверить, что мы вот так просто сидим в одной машине с основателем «Arnovia»! Может у меня белая полоса и стоит купить лотерейный билет?
Всё это вылетело из Джулс на одном дыхании, машина даже тронуться не успела, а мы с Максом еле сдерживали смех. Когда наступила пауза, потому что подруге нужно было сделать вдох, парень приостановил её пыл.
- Полегче, Джулс. Я покажу тебе всё, что хочешь, главное не отключись на радостях, - улыбаясь, пообещал парень.
- Спасибо, спасибо, спасибо! Я только не знаю, чем отплатить за такой подарок... - вдруг приуныла она.
- Ты чего! Ни смей даже думать об этом, это Вы гостьи в нашем городе, да и мне не составит труда порадовать одну нашу клиентку, по достоинству оценивающую производимый парфюм, – смущенно отозвался тот.
- Так. Ценители обонятельных экспонатов, я, конечно, тоже очень рада и всё такое, но, если мы не поедим, впечатление будет заранее испорчено. Поэтому давайте поскорее набьем животы, и только потом отправимся в ваш храм божественных запахов.
Макс хихикнул, и выехал с парковки. Место обеда он выбрал не дорогое, но приятное и вкусно пахнущее. Несмотря на то, что этот парень явно мог купить этот ресторанчик, он вел себя без излишнего снобизма и высокомерия. Заказал простые блюда, запил их капучино, без лишних вопросов оплатил счёт и оставил приличные, но не чересчур, чаевые. Затем мы вновь сели в машину и сытые отправились в назначенное место.
Расположился завод в промышленном районе города на окраине. Это было огромное здание из красного кирпича с высокими окнами по всем периметру. Внутри всё было оформлено под стиль лофт. Как сказал Макс, офис расположился здесь же, поэтому это и мозг, и сердце компании. На удивление, помещение не выглядело, как завод из моего воображения. Никаких тебе тараканов или крыс, побитых стекол, пыли и пошарпанной штукатурки, работники выглядели опрятно и были полны сил и энергии. Ото всюду доносился смех и бытовые разговоры, никто не стал вставать по стойке смирно, как бывает, когда приезжает начальство. А запах... Я почувствовала его, когда мы только подъезжали, но, оказавшись внутри, он стал ярче и окутывал с ног до головы. Можно было закрыть глаза, и представить любое место: от цветущего поля, до морского побережья.
- Ну что, дамы. Предлагаю пройтись по каждому этапу создания аромата, а затем вы отправитесь к нашим ребятам, которые на основе вашей истории создадут желаемый парфюм.
Джулс радостно захлопала в ладоши и быстро закивала головой. Макс же направился к первому помещению, где расположился огромный офис с кучей компьютеров и людей, работающих за ними.
- Представляю вашему вниманию – отправная точка, начало, старт любого заказа. Здесь собраны самые креативные ребята города, с утончённым вкусом, чутким нюхом и бесконечной фантазией. Именно сюда поступают все письма и звонки от клиентов, которые обрабатываются в реальном времени каждым присутствующим, а затем результаты передаются в лабораторию.
Пока Макс вещал, с ним поздоровались пятеро проходящих мимо работников, на что тот в ответ вежливо кивал. Никто не сторонился босса, не пытался состроить глазки и не дрожал от страха. Парня возле нас уважали, но не так, как это обычно бывает. Макс не задирал возле своих подопечных голову, а те не стремились облизать его со всех сторон и показать какие они достойные трудоголики ради повышения, премии или отгула. Тут чувствовалась атмосфера взаимопонимания.
В какой-то момент к нам подошел парень и Макс поспешил нас друг другу представить:
- А этот сверхчеловек – моя правая рука. Знакомьтесь – Дуо – креативный директор «Arnovia».
Дуо – улыбчивый парень, наш ровесник. Ростом даже ниже Джулс, карамельного цвета волнистые волосы до подбородка, изумрудные глаза, куча пирсинга: нос, бровь, два в губе и по штук десять в каждом ухе. У него была очень необычная, но в тоже время притягивающая внешность. Им можно было приманивать детей вместо конфеток, потому что его улыбка и взгляд излучали столько доброй энергетики, что хватило бы зарядить поселение.
- Не знал, что у нас проводят экскурсии, но буду рад поучаствовать! Приятно познакомится, - задорно сообщил он и по очереди пожал нам руки.
- Ты как раз вовремя. Мне нужно отлучиться ненадолго, поставщик на проводе. Расскажи девочкам, что к чему, - попросил Макс и, приложив телефон к уху, быстро удалился.
- Надеюсь, мы тебя не отвлекаем, у тебя наверняка куча работы... - первая заговорила Джулс.
- Что ты, я сделал всю работу ещё час назад. Теперь шляюсь в поисках новой, - усмехнулся он. – Что Макс успел вам рассказать?
Джулс снова воодушевилась, и сообщила, какой мизерной информацией мы владеем, а она хотела бы знать всё. Дуо это развеселило, и он повел нас по помещению.
- Как вы уже знаете, ароматы мы создаем по описанию любых историй. Здесь мы каждый день изучаем сотни таких. Бывает, что нам присылают целые романы! – активно жестикулируя, Дуо всплеснул руками в воздухе. - Затем по описанию здешние ребята составляют список основных ноток, которые они посчитали уместными для той или иной ситуации. Например, если человек рассказывал о яркой любви, что является самым популярным запросом, то в аромате обязательно будет какая-нибудь резкая нотка, которая символизирует бабочек в животе, но основной запах – цветочный, свежий и чуть сладкий. Для точного подбора, мы можем обратиться к заказчику с вопросом о том, какие цветы дарил партнер, где проходило первое свидание и так далее.
Мы с Джулс так внимательно слушали парня, что не заметили, как вернулся Макс и молча пристроился рядом.
- Боже... всё это звучит как фантастика. А работа – целый день читать людские истории – мечта! Кто придумал всё это – гений! – восхищалась подруга.
- Ну зачем сразу гений, - усмехнулся Макс, - я был молод и полон идей. Удивлен, что одна из них превзошла мои ожидания.
- Шутишь? Это ж надо было не просто такое придумать, но ещё и воплотить в реальность! У меня слов нет! – продолжала восхвалять парня подруга, а у того аж уши покраснели от комплиментов.
- Не часто я встречаю людей, которые добившись успеха, не кичатся им везде, где только можно, и при этом танцуют в клубах до упаду, - вспомнила я наше знакомство, и Макс рассмеялся.
Дальше нас проводили в лабораторию, где запах стоял самый сильный. Девушки в халатах стояли у вытяжных шкафов и орудовали колбами и пипетками. Вдоль одной из стен расположился огромный шкаф с затемнёнными стеклянными дверцами, из которой девушки доставали маркированные пробники. На основных столах стояли разные аппараты, в которых что-то бурлило, мешалось, тряслось или пищало.
- А тут у нас лаборатория – второй пункт производства, – начал рассказ Макс. - Девушки-парфюмеры получают описание аромата, который должны воплотить в реальность. Могу с уверенностью сказать, что это самая сложная часть, потому что при смешивании разного сырья – так называются запахи – мы можем полностью изменить аромат всего каплей. Поэтому девушки соблюдают строгие пропорции и создают по десять приближенных пробников, которые потом проверяет наш специалист-эвалюатор и отбирает три лучших. Далее – приглашается заказчик для оценивания работы и выбора оформления. Пройдёмте дальше.
Мы прошли в следующую комнату, которая оказалась дизайнерским офисом. Здесь было уже не так много компьютеров и людей, но атмосфера царила творческая.
- Третий этап – создание индивидуального флакона. Наши дизайнеры тоже изучают историю заказчика, а потом предлагают несколько вариантов с учетом всех пожеланий. У нас есть несколько устойчивых версий самой формы флакона, которую выбирает покупатель, а всё остальное – надписи, рисунки, колпачки, упаковка – придумывается здесь.
Дальше мы направились в самое большое помещение из всех, что мы прошли. Это был промышленный блок с кучей огромных махин. Всё шумело, дрожало, крутилось. Здесь работали одни мужчины.
- А это заключительная часть. Здесь мы принимаем уже готовые флаконы, которые подвергаем творческому видоизменению. Технологии не стоят на месте, поэтому большую часть работы выполняет 3D-принтер. Остальное – упаковка, брендовые пакеты, благодарственные открытки, печатаются на этой штуке.
Макс похлопал по огромному принтеру, который прямо сейчас печатал что-то с надписью «Arnovia».
Удивительное место. Этот бренд не только хорош оригинальной идеей, но и исполнение было на высшем уровне. Все, кто работал здесь – улыбчивые и вежливые, как будто, мечтая о шоколаде, устроились на фабрику Вилли-Вонки. Меня так воодушевило всё это, что я поняла – у тебя есть шанс работать не там, где придётся, а там, где хочется. Просыпаться утром, с удовольствием идти на работу, где приятные коллеги и начальство не хамит, и возвращаться домой не истощенным ненавистной рутиной. Это не сказка, это реальность, и она существует. Я только что это увидела. Я видела, как любят даже эту часть своей жизни - работу.
- А теперь предлагаю вам рассказать свою историю, и навсегда запечатлеть её в виде запаха, – хлопнув в ладоши, объявил Макс.
Чтобы не тревожить тех, кто и так занят работой, выслушать наши истории вызвались сам Макс и Дуо. Первый пригласил меня в своей кабинет, а Джулс ушла со вторым. На удивление кабинет Макса не отличался ничем от остальных комнат, разве что у него была личная кофемашина. Внутри было чисто: все бумаги лежали аккуратными стопках на столе, в шкафу все папки стояли в алфавитном порядке, даже ручка на столе лежала параллельно краю.
- Ты как будто здесь и не бываешь, - сказала я, оглядывая всё вокруг.
- Порядок на рабочем столе – порядок в голове, - защитился тот. - Будешь кофе?
- Не откажусь.
Я села на мягкий желтый диванчик и стала наблюдать за Максом. Ещё одно удивительное явление, которое я добавлю в список странных явлений – сам основатель крупной компании сейчас готовит мне – девушке, которая не собирается стать его партнером, будущей женой или инвестором – кофе, и намерен выслушать мою историю, чтобы лично создать аромат.
- Ну что, начнём? – спросил парень, ставя кружку на столик передо мной.
Макс взял кожаный коричневый блокнот и ручку, готовясь делать пометки. Я сделала глоток терпкого кофе и приступила к рассказу, который первый пришёл в голову, при мысли о возможности понюхать воспоминание.
- Мне было лет восемь. Середина лета, каникулы, жара. Я в деревне у бабушки и никак не могу уснуть. С улицы доносится пение сверчков, лай собак, шелест листьев. А мне страшно, я одна в тёмной комнате, ночник сломался. Даже идти к бабушке боюсь, потому что под кроватью точно монстр, и, если опущу ноги, он схватит меня. В какой-то момент, знакомо заскрипел пол по направлению к террасе. Это была бабушка, я поняла по шагам. Мне стало так радостно, ведь она ещё не спит, что я, позабыв про чудовище, побежала к ней. Она стояла с кружкой чая, от которой шёл пар, и молча, с улыбкой, смотрела на звезды. Её не удивило, что я не сплю, но меня удивило, что взрослая женщина улыбается ночному небу в одиночестве. «Почему ты не спишь?» - спросила я. Она добродушно усмехнулась, предложила мне свой чай, который я приняла, села на скамейку и пригласила присоединиться.
Бабушка шепотом поведала мне, что, когда сама была маленькой, они с её бабушкой каждый вечер выходили во двор и смотрели на звезды. Та рассказывала моей маленькой бабушке легенды, разные истории и придания. Они обе придумывали уже таким родным звездам собственные имена и истории, соединяли их в самые разные фигуры, а потом гадали на что больше похоже – слона или гуся.
Мы просидели почти час, а я так внимательно слушала, что не заметила, как опустела кружка. В ту ночь мне до утра снились звезды. А встречаться на террасе по вечерам с бабушкой мы не прекращали, пока я не уехала.
На следующий год я приехалауже, как я думала, слишком взрослая для таких глупостей. Вместо наших привычныхвстреч, я стала задерживаться с друзьями на улице. Забыла про волшебство звезд.А сейчас, мне больше не с кем придумывать им легенды. Бабушки не стало три годаназад. И я бы всё отдала, чтобы в последний раз выпить с ней чаю на террасе...