Глава 10
Джулс
- Надень уже что-нибудь и поехали наконец! – возмущалась Марта, стоя у выхода из номера.
- Как я могу выбрать, если не знаю, куда мы идём? – простонала я, перекапывая вещи в чемодане.
- Удобное, закрытое, неброское – этого описания тебе недостаточно?
Недостаточно. Особенно если учесть, что меня разбудили пол часа назад, накормили и отправили в душ. Я до сих пор не соображаю, что происходит, поэтому стараюсь просто выполнять то, что говорит подруга. Кстати, одета она совсем не по-летнему – чёрные брюки с тёмно-коричневой обтягивающей футболкой. К какому типу приключений можно отнести этот «лук»? Я пока не решила, но мы явно едем не в клуб и это радует. Парни заглянули, пару минут назад, предупредив, что уже готовы. По лицу Кевина я поняла, что он в курсе того, куда мы отправимся. А вот Алекс явно был в легком предвкушении.
Пока я рылась в вещах, Марта не выдержала и решила помочь. Она сунула руку в чемодан и достала летний зелёный комбинезон без рукавов. Я понятия не имела, как он там оказался, ведь я не хотела его брать.
- Я ведь...
- Да, это я его положила. Я считаю его очень милым и не понимаю, почему он оказался в категории: «годится только для собственных похорон». Поэтому одевайся и на выход. Жду снаружи, - объяснила подруга и вышла из номера.
Псы заскулили, видимо понимая, что мы снова оставим их одних на время. Поэтому я погладила их и пообещала, что уже сегодня мы отправимся снова в путь. Марта доложила о планах, когда я проснулась. Кевину и Алексу пора возвращаться на работу, а потому сегодня мы разъедемся в разные стороны: они – домой, а мы – искать новые приключения. Как бы это не было грустно, я была рада знакомству с ними. Они оказались славными ребятами, по которым я даже буду скучать и обязательно вспомню их имена, когда пройдет куча времени и я стану рассказывать о бурной молодости в семейном кругу. А сейчас меня ждёт ещё один явно незабываемый день в этой компании.
Я быстро переоделась, закрепила волосы крабиком и написала Питеру сообщение:
Д:«Марта везёт меня исполнять свою очередную мечту. Если перестану выходить на связь – я либо за решеткой, либо в морге...»
П:«Все настолько плохо? :D»
Д:«Она безумна! Так что, запомни меня такой, на случай если мы едем на бои без правил...»
Д:*Фото*
П: «Ты прекрасна. Будь аккуратнее и напиши, как появится возможность! Уже скучаю;)»
Я приложила телефон к груди и влюблённо запрыгала на месте. Неужели мне действительно повезло в этот раз с выбором? Питер даже на расстоянии заставлял меня визжать как девчонка. Это напугало Понго и Роберта, поэтому я быстро пришла в себя, извинилась перед ними и выбежала на парковку.
Мой бывший и единственный парень, бросил меня, осознав, что чувства угасли. Я помню каждый миг той боли, что мне пришлось пережить. Год жизни стерся в вечных рыданиях и размышлениях о том, что я сделала не так? Разве я не заслуживаю любви? Марта помогла мне понять, что заслуживаю. Её методы поддержки оказались достаточно грубыми, но действенными. И, наконец, спустя месяцы вечных самоуничижительных мыслей, я осознала, что дело не во мне. Просто такое бывает: люди расходятся, а чувства пропадают и в этом нет чьей-либо вины. Это могло произойти и со мной, в этом и есть прелесть жизни – не знать, что тебя ждёт в будущем. Даже если страшно снова напороться на обрыв, лучше шагнуть вперед и, падая, верить, что внизу ждёт новая возможность разбежаться, а не пытаться найти причину, почему ты пришёл именно к этому месту.
Марта, Кевин и Алекс стояли около джипа. Парни тоже были одеты достаточно официально для 30-ти градусной жары – брюки и белые поло. На лицах всех троих были солнцезащитные очки, и выглядели они так, словно мы из команды «Кингсмена» и собираемся на важную миссию. Даже не удивлюсь, если это окажется правдой.
- Надеюсь, нам не понадобится маскировка и вы надели очки просто так, а не потому, что нас будет разыскивать интерпол после Мартиных желаний, - предположила я, подходя к ребятам.
- Ты преувеличиваешь, Джулс. Я – авантюристка, а не психопатка, - усмехнулась подруга. - А теперь в машину! Времени нет.
Подруга подтолкнула меня к джипу и сама поторопилась. Алекс был за рулем, Кевин на пассажирском объяснял дорогу, а мы с подругой сели сзади и мне пришлось наблюдать за её безумной ухмылкой и блестящими глазами всю дорогу. От волнения я не прекращала трясти ногой и кусать губы.
- Джулс, спасибо, конечно, за массаж, но меня скоро стошнит от тряски, - вдруг обратился ко мне Кевин, и я поняла, что стукала коленом об его кресло всё это время.
- Прости, я просто не знаю, как сообщить Марте, что не стану врываться на чужую свадьбу с криками: «Остановите торжество! Я всё ещё люблю его...» - я обернулась на подругу, уверенная в том, что попала в точку, но она замотала головой.
- Не угадала. Этим мы займёмся позже, - она улыбнулась во все тридцать два зуба.
- Боже, у тебя и такое в списке имеется? – удивился Алекс, усмехаясь.
- Марта, обещай, что вы снимите это на камеру и отправите мне, я хочу это увидеть, - обернувшись, попросил Кевин и сложил ладони в мольбе.
- Обещаю. Это будет моя плата за твою помощь, - улыбнулась Марта и тут до меня дошло, но было уже поздно. Машина припарковалась около местной больницы.
- Нет-нет-нет... Марта, умоляю тебя, можно я подожду вас тут? – попросила я, уже зная ответ.
- Джулс, ты и так половину из моих желаний не сможешь выполнить из-за статуса «в отношениях», поэтому отказы не принимаются.
По её голосу я поняла, что даже если сейчас попробую убежать, она догонит и потащит силой. А по сложившемуся в голове пазлу, я поняла, что тащить она меня будет в морг. Утром пока я бегала по номеру, она рассказала, кем работают наши новые знакомые. Как на это согласился Кевин? Он совсем работой не дорожит? Или у больниц нет чёрного списка? На удивление, Алекс не был испуган, но и улыбка с его лица пропала. Когда Кевин уже собирался выйти из машины, брюнет вдруг отчеканил:
- Если ваше желание – попасть в морг, я подожду вас тут.
- Что? Почему? – не понял его друг такой быстрой перемены в настроении.
Алекс вытащил пачку сигарет и закурил прямо в машине, а мы ждали ответа.
- Я не так давно в рядах спасателей, но я насмотрелся на трупы и в этом нет ничего веселого, - вдруг разрушил всю атмосферу тот, предаваясь явно не лучшим воспоминаниям.
Повисла неловкая тишина. Я представила то, что мог видеть Алекс, будучи пожарным – обгоревшие трупы, дурно пахнущие и изуродованные пламенем до неузнаваемости. Мне вдруг стало плохо от появившихся картинок в голове, но я сдержала позыв, стараясь не шевелиться. Марта тоже слегка поникла, застыв взглядом на одной точке. Но через мгновение она расправила плечи и улыбнулась.
- Прости, я не подумала о том, что для тебя это может оказаться чересчур. Но в моей голове границы расставлены так, чтобы как можно меньше вещей, мыслей или происшествий вызывали во мне боль, страх или тоску, и для меня это желание лишь повод узнать, куда попадёт моя прекрасная задница после очередного приключения, которое выйдет из-под контроля. Кто знает, может это произойдёт завтра, – спокойным голосом объяснила та и, хлопнув по ляжкам, закончила: - Кевин, Джулс, если вы не передумали, то нам пора.
Она вышла из машины, направляясь прямиком к больнице. Кевин, похлопал друга по плечу, сказал, что это ненадолго и отправился следом. А меня одолели сомнения. Действительно ли я хочу видеть, кучу обездвиженных тел с бирками на ногах? Или я слишком боюсь встретиться лицом к лицу со смертью? Боюсь. Но очень хочу понять подругу. Что она хочет найти там, где тела проходят последнюю остановку перед вечностью? Какие мысли посетят меня?
И я выскочила из машины, пока сомнения не переубедили меня остаться. Догнала ребят, и мы вместе подошли к огромному белому зданию. Марта одарила меня быстрой благодарной улыбкой и вновь натянула серьезное лицо.
- Слушайте меня и делайте, как скажу, – обратился к нам Кевин. - Подойдите к стойке регистрации и спросите о поступлении к ним Роберта Линксли. Убеждайте медсестру, что он поступил именно в эту больницу, до тех пор, пока я не позвоню. Удачи!
И блондин первым скрылся за дверями. Мы переглянулись с Мартой и, увидев её уверенное лицо, у меня задрожали коленки. Если я всё испорчу своим неумением врать, то попадёт всем троим, и эта мысль не давала мне сделать шаг.
- Говорить буду я, а ты прекрасно вжилась в роль шокированного внезапной болезнью родственника, поэтому просто будь рядом. Если заплачешь, то будет вообще супер! – рассмеялась та, а я покрылась холодным потом.
Не успела я что-либо ответить, как она взяла меня за руку и направилась в здание. Первым, что я увидела, был пост охраны, с которого нас осмотрели с ног до головы. Далее был длинный коридор, набитый людьми - уставшими, плачущими или не совсем здоровыми. В конце стоял круглый стол регистрации, за которым сидела медсестра, почти полностью скрытая за папками и бумагами. В три стороны от стола, уходили коридоры в другие корпуса. Яркий свет и белые халаты слепили мои глаза, а запах спирта въедался в нос. Кевина не было видно. Приближаясь с каждым шагом к стойке, больничный шум стихал, и я слышала только то, как громко стучит моё сердце. Марта выглядела непоколебимо.
- Добрый день. К вам сегодня поступил Роберт Линксли, не могли бы вы сказать в какой он палате? – начала Марта, и я удивленно на неё взглянула, услышав дрожащий голос. Подруга сжала мою руку, заметив это.
- Кем вы ему приходитесь? – спросила сестра, быстро печатая что-то в компьютере.
- Я его невеста, а она, - Марта кивнула в мою сторону, - сестра.
- Одну секунду.
Прошла явно не секунда и даже не две. Мы стояли около пяти минут, пока она хмуро глядела в экран монитора и несколько раз что-то перепечатывала. Мои руки и ноги непроизвольно дрожали, а подруга постукивала по стойке пальцами то ли от страха, то ли от предвкушения. Но во взгляде не было ничего, её глаза опустели. Будто она действительно вот-вот потеряет близкого человека и неизбежность уже принята. Я не сразу заметила, что сестра снова заговорила.
- Вы уверенны, что он поступил к нам? – спросила она. - В списке поступивших нет человека с таким именем.
- Да, я уверенна, я сама вызывала скорую и узнала, куда она направится. Ошибки быть не может, – убеждала её Марта.
- Не могли бы вы рассказать, что произошло и описать черты пациента? – попросила сестра и поднесла стационарный телефон к уху. – Я свяжусь с бригадами скорой помощи, может они ещё в пути.
- У него случился инфаркт. Когда приехала скорая он уже был без сознания... – по щекам Марты покатилась слеза, а голос надломился. От этой картины и страха, раздирающего грудь, я вдруг разрыдалась.
Пока мы были увлечены актерской игрой, а медсестра пыталась нам как-то помочь, на горизонте замаячил Кевин. Он был в белом халате и маске, отчего я не сразу его узнала. Блондин молча зашел за стойку, оказавшись за спиной у девушки, взял какие-то ключи из ключницы и так же незаметно удалился. Мы с Мартой сделали вид, что не заметили его и продолжили плакать, ожидая сигнала.
- Девушки, ни одна бригада сегодня не забирала никаких Робертов Кинксли с инфарктом, - настороженно и даже немного грубовато сообщила медсестра. Она имела право злиться, мы тратили её время.
- Этого не может быть! Я же не сошла с ума! – вспыхнула Марта и собиралась продолжать, привлекая внимание охраны, но её остановил звонок телефона.
Подруга хмуро слушала Кевина, затем убрала телефон и обратилась к девушке:
- Его забрали на вертолете, неужели нельзя было сообщить сразу? – с горечью в голосе выплюнула она, схватила меня за руку и направилась на выход.
Я молча следовала за ней, пока мы не оказались с другой стороны здания, около служебного входа. И когда мы остановились, я выдохнула. Адреналин кипел в крови, слезы сами по себе продолжали увлажнять мои щеки. Подруга тоже тяжело дышала, а затем рассмеялась, стараясь делать это как можно тише, чтобы не привлекать внимание. Моё состояние шока не давало мне поддержать Марту, поэтому я просто пыталась медленными вдохами и выдохами успокоить себя.
- Что дальше? – спросила я, когда немного отошла от произошедшего.
- Ждем Кевина тут, а затем идем в место назначения. Приведи себя в порядок, мы должны выглядеть неприметно. – объяснила она, и стала в отражении экрана телефона поправлять макияж и прическу. Я повторила за ней. Блондин появился достаточно быстро.
- Так, наденьте это, - он протянул нам халаты и маски, - а теперь идите за мной, и что бы не случилось, молчите и делайте вид, что всё нормально.
Мы сделали всё как он велел и вновь вошли в больницу. В этот раз коридор был менее широким и ярким. Куча подсобных помещений, зон отдыха и ни одного человека по пути. Мы шли в сторону лифта, и я вздрагивала от каждого шороха, голоса или шага, но старалась скрыть это за маской безразличия. Четыре камеры видеонаблюдения запечатлели нас и на секунду, я задумалась, а не вернуться ли в машину? Но было уже поздно. Если уйду, этих двоих наверняка поймают. Поэтому я сосредоточилась на том, чтобы не упасть в обморок.
Когда мы оказались около лифта и встали в ожидании, я молилась, чтобы внутри никого не оказалось. Сердце стучало о ребра, глаза слезились от страха, будто я собиралась грабить банк, а не на невинную «экскурсию» по моргу. И вот оповещающий звук донесся из лифта, сообщая, что она прибыл. Я задержала дыхание, и мечтала закрыть глаза, но сдержалась. Двери медленно разъехались в стороны и внутри оказалось пусто. Я незаметно выдохнула, чуть не заплясав от радости. Мы втроем прошли внутрь. Я встала позади, Марта рядом, а Кевин у самых дверей, нажимая на кнопку подвала. Только двери пришли в движение, закрываясь, где-то из коридора послышался голос:
- Придержите!
Глаза округлились, паника вспыхнула где-то в груди, сводя тело в ступоре. Рука непроизвольно ухватилась на халат Марты, потому что, кажется, я вот-вот упаду в обморок. Она взглянула на меня и одними губами произнесла: «Не бойся».
Кевин нажал на кнопку открытия дверей, и я увидела, как в нашу сторону бежал парень в санитарном костюме. В глазах появились чёрные пятна.
- Спасибо, а то пришлось бы ждать этот лифт пол дня, - поблагодарил парень Кевина, радушно улыбаясь.
- Конечно, вечная проблема с этим, - ответил блондин. - Вам на какой?
- Четвертый, пожалуйста.
Я заметила, что всё это время не дышала, и когда, наконец сделала заветный вдох, пятна перед глазами исчезли. Парень оглядел нас, пристраиваясь около Марты.
- Новые интерны? Не встречал вас раньше, – спросил тот, без капли подозрения, скорее с интересом. Но, мне кажется, пара волос у меня на макушке поседели.
- Мы из «Святой Марии», приехали утвердить тело для вскрытия перед студентами, - ответил Кевин, и двери закрылись. Воздуха вмиг стало не хватать. А от последней реплики, меня вот-вот стошнит.
- А-а, точно! Совсем забегался и забыл про это, - задумчиво почесал затылок парень. - Мне по пути к главврачу, могу сообщить, что вы приехали.
- Не стоит, я его уже навестил, нас ожидают в морге.
Кевин был спокоен как никогда. И серьезен. Так же выглядела и Марта. А вот я явно не вписывалась в этот кружок юных врачей. Мой вид кричал о том, что я тот самый студент медицинского, которого заставили поступить родители и которого стошнит при виде капли крови.
- Хорошо, рад был повстречать коллег из «Святой Марии», - снова подал голос парень, когда лифт издал звук о прибытии в подвал, и я вновь вздрогнула.
- Взаимно, - улыбнулся Кевин, пожал руку парню и вышел из лифта. Марта лишь невозмутимо кивнула. Я поторопилась за ребятами, проигнорировав вежливость.
Блондин молча шёл по очередному коридору, не оборачиваясь и не останавливаясь, будто знал больницу наизусть. Запах здесь отличался от запаха наверху. Я ощущала холод, пустоту и нотку резины. Было непривычно тихо: нет голосов, детского плача, стука колес передвижных коек, шагов или чего-то ещё. Лишь наши халаты шуршали в безмолвном коридоре.
Мы прошли несколько поворотов, словно в лабиринте, и оказались напротив железной двери с табличкой «Морг». Странный запах усиливался, а от осознания того, что находится прямо передо мной, подкашивались ноги. Марта тоже переживала, я поняла это по сжатым кулакам и стиснутой челюсти. Кевин излучал спокойствие, которого нам обеим не хватало.
- Патологоанатомы на обеде, поэтому у нас около тридцати минут, - сообщил блондин, открывая дверь в царство смерти, ключами, которые стащил на наших глазах.
Он вошел первый, Марта сразу за ним, а я замешкалась. В нос ударил мерзкий запах, не столь яркий, но ощутимый. Мне стоило огромных усилий, сделать шаг внутрь. И для собственной безопасности, я решила сначала рассмотреть пол.
- Не может быть... Мы в морге! – скорее шокировано, чем радостно, выпалила Марта.
- Добро пожаловать в место, где первым делом проверяют медиков на прочность, - развел руками в стороны Кевин.
Я продолжала сосредотачиваться на чём угодно, но не на этом запахе. Получалось не очень.
- Я бы сказала, что это конечная станция любого приключения, - привела другое сравнение подруга. Она смело расхаживала по комнате, видимо, осматриваясь.
- А как же гроб и кладбище? Разве не это - последняя станция? – спросил тот.
- В гроб мы ложимся без кучи органов. Пустые оболочки. Да и похороны созданы не для мертвых, а для живых – дабы дать всем проститься с покойным. Наговорить пустому сосуду слов, что не успел сказать при жизни, а затем запечатать их под землей, – изливала свои мысли Марта. - То ли дело морг! Несколькими этажами выше рождается жизнь, проходит огромное расстояние, прежде чем вернуться сюда же, но несколькими этажами ниже. И именно здесь решается, превратится оболочка в пепел или отправится на съедение червей под землю.
Слова подруги казались слишком пессимистичными, но только если не знать её. Я понимала, что для неё – оказаться здесь и столкнутся с новой реальностью – повод найти ещё тысячу причин не терять минуты драгоценной жизни зря. Наши последние дни ближе, чем нам кажется, и Марта понимает это.
- Чем так пахнет? – спросила я, потихоньку приходя в себя.
- Формалин, спирт, хлор и куча других химикатов, - ответил Кевин.
- Я так испугалась...
- Если честно, то я тоже, - усмехнулся блондин. - Не думал, что достать ключи и халаты будет так просто, но тот парень мог испортить весь план.
Набравшись смелости, я всё же подняла взгляд. Передо мной стояли два металлических стола, каталка для тел, слева, вдоль стены, были капсулы, как в фильмах, на большинстве из них висели таблички с именами, прямо был проход в ещё одну комнату, справа располагались столы с аппаратурой и инструментами, но самое главное – я не увидела трупов. Я выдохнула, потому что это место не выглядело столь устрашающе без кучи крови, тел в черных пакетах или накрытые белыми покрывалами. Тут было чисто, но слишком тихо, только вентиляция почти незаметно гудела. Я прошла вдоль капсул, прочитала несколько имён, затем оказалась напротив одного из столов. Ко мне подошёл Кевин.
- Могу рассказать, процесс подготовки тела, если нервы крепкие, - отозвался парень, и рядом сразу возникла Марта.
- Очень хотим!
- Только не в красках, умоляю, - попросила я.
- Как скажете дамы, буду очень аккуратен.
Мне пришлось убедить себя, что это один из этапов жизни и в этом нет ничего страшного или мерзкого. Это предстоит каждому и для некоторых это не страшилка из интернета, а рутинная работа. Значит и мне не стоит придавать рассказу Кевина столько жути. Это нормально. Нормально.
- И так. Это у нас секционный стол для процесса вскрытия, - начал блондин, обводя рукой объект рассказа, - он имеет слив и выдвижной шланг с душевой насадкой для, так сказать, гигиенических процедур.
- Что за процедуры? – спросила я.
- После биологической смерти, все мышцы тела расслабляются, и покойник испражняется. Поэтому перед вскрытием тело моют.
Я скорчилась от мысли, что умереть красиво никогда не получится и кому-то придется отмывать меня.
- А для чего нужно вскрытие? – задала следующий вопрос Марта.
- Это, почти всегда, обязательная процедура. Отмытое тело разрезают, от груди до паха, - Кевин провел пальцем по своему телу, показывая путь скальпеля, - затем достают все органы, взвешивают и проводят анализ, сравнивая с нормой. Так же поступают и с мозгом. Это нужно для точного определения причины смерти, которая вносится в заключение. В процессе вскрытия все биологические массы стекают в слив, то же происходит и с кровью, которую выталкивают путем вымывания формальдегидом. Затем органы помещают обратно в брюшину, туда же кладут и мозг, а череп заполняется старой одеждой или любыми тряпками: это необходимо для того, чтобы избежать подтекания. Далее тело зашивают, приводят в естественный вид гримом, веки фиксируют во избежание непроизвольного открытия, то же делают и с челюстью. Потом труп одевают и передают в похоронное бюро. Это достаточно краткий рассказ.
Я была рада, что Кевин решил упустить все подробности, потому что даже этой информации хватило, чтоб меня снова начало мутить. А вот подруга оказалась непробиваема, она словно была на уроке биологии – так внимательно слушала.
- Очень романтично, что в конечном итоге, мозг и сердце оказываются рядом, – вдруг заключила Марта.
- Фу, меня сейчас стошнит! Как ты можешь думать о какой-то романтике в такой момент? Может тебе всё-таки посетить психиатра? – взвыла я от её реплики.
- Мы можем взглянуть на труп? – проигнорировав меня, спросила подруга Кевина.
- Думаю да, если я найду перчатки.
Кевин удалился в соседнюю комнату, в которую я решила не заходить, и вернулся в резиновых синих перчатках. Кажется, он надел сразу по несколько на каждую руку.
- Так, посмотрим, что тут у нас, - вслух бубнил Кевин, читая таблички у капсул. - Нашел! Элизабет Фишер – 32 года, рак печени, дата вскрытия... вчерашний день. Подходит.
Кевин открыл капсулу и выдвинул тело. Оно не было ничем прикрыто, а на ноге висела бирка. Остальное я решила не рассматривать. Мне показалось, что так поступать – некрасиво. Она ведь была жива ещё некоторое время назад, а уже сейчас стала просто интересом для моей подруги. Так не должно быть. Она заслуживает уважения и после смерти. Но я не хотела говорить об этом Марте здесь.
Пару минут Кевин что-то рассказывал и объяснял подруге, а я старалась не вслушиваться, погрузившись в собственные мысли. Я убеждена, что не хотела бы, чтоб мое тело стало научным экспериментом после смерти. Не хочу, чтоб меня рассматривали как экспонат, а не человека, жившего и дышавшего когда-то. Это... ужасно.
Звук шагов, вывел меня из мыслей, резко переключая меня с тоски на страх.
- Ребят. Кто-то идёт...