Долгожданный момент
Прежде чем мы окажемся в серых буднях начала ноября, наполненных для наших героев множеством позитива, останемся на немного в октябре. Спустя два дня после шокирующих новостей, Оливия пришла в гости к семье, пока муж был занят съемками какого-то видео, про которое долго умалчивал, но застала она там только Остапа и Грету.
Взобравшись по лестнице, девушка аккуратно постучала в дверь, параллельно позвонив в звонок. Остапу пришлось оторваться от заполнения конспектов, а Грета что-то колдовала на кухне. Юноша, поправив волосы назад, отпер дверь квартиры и выглянул на лестничную клетку.
— Как я вовремя собрался тебе звонить! — воскликнул с улыбкой Старенко, — Легка на помине, сестра!
Лив улыбнулась, быстро зашла за порог и обняла дорогого братца. Услышав шум из прихожей, Аврамер также оставила своё дело и вышла посмотреть.
— Привет! — сказала Грета, Оливия поприветствовала её в ответ, девушки опять же обнялись.
Совсем скоро троица собралась за столом, Остап поспешно разъяснил, что Алина в офисе, будет поздно, поэтому ждать её нет никакого смысла. Разговор за чаем затянулся на час, они обсудили много всего и неожиданно была затронута странная тема.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Ося, поводив ложкой в чашке, — Макс говорил, что ты никакая дома.
Да, мы все знаем ответ, и Ви тоже его знает, только не имеет понятия как преподнести.
— Не знаю, всё хорошо, моя врач сказала, что это от перепадов давления. — на ходу придумала Оливия, перепутывая пальцы.
Вдруг, брат с укоризной, сквозь натянутую ниточкой улыбку, посмотрел на неё, в чём-то подозревая, парень-то он не глупый.
— От какого давления? Ты никогда метеозависимой не была, — ответил с усмешкой Остап.
Напуганная таким взглядом и такими меткими намеками юноши Тарасенко попыталась скрыть улыбку и искрящиеся глаза, устремив взор в чашку и полностью сгибая шею.
— Просто не знаю как тебе сказать, что скоро с племянником будешь сидеть... — сказала Лив очень скованным, но наполненным счастьем голосом.
Грета восхитилась, закрыв рот рукой, а Ося вскочил со стула и подлетел к сестре, обнимая её.
— Только никому пока не слова! — угрозила Оливия.
Остап обещал молчать, ведь за это она ласково его называла – «партизан».
***
Общество сегодня снова воссоединенилось. Снова можем видеть героев, выпавших из нашего рассказа – Женю с его женой Вирджинией, которые снова вернулись в привычный ритм спокойствия, а ко всему Миронов наконец определился с трудоустройством, став экспертом в заведении плотно связанном с его профессией – в биотехнологической лаборатории. Вирджиния пока не заботилась о работе, поскольку Ксении всего полтора года, а обеспечения отца им очень даже хватает.
Саша с его ненаглядной невестой Галиной тоже возвращаются в череду нашего повествования, они упорно готовятся к свадьбе, второй раз за свою жизнь, пусть первый раз она не стала самым знаменательным событием, то в январе, после новогодних праздников мы сможем вкусить толк в русских гулянках. После разрыва их взаимоотношения стали крепче прежнего, они стали больше времени проводить вместе, и по другим критериям всё возросло до максимума, одним словом – разрыв пошел на пользу, но только в том случае, что они снова вместе.
Оливия всё ещё ловко укрывает от Макса факт своей беременности, но врач, медицинское образование и шестое чувство ей подсказывают, что это продлится ещё недолго. Дети имеют свойство расти, даже если они ещё под сердцем матери. Уже небольшие задатки маленького чуда видны, но Лив уверенно носит необтягивающую одежду, что-то по типу вязанных кофт и растянутых по фасону футболок, и пьет витамины. Наконец, с началом их приема, у девушки прекратились эти суточные залёживания, угомонились эмоции и нервы, ей стало легче, а Максим ни о чем ещё не подозревает.
***
Сегодня заснеженный, солнечный день посетил Санкт-Петербург, снег медленно падал рано утром, в бледных лучах золотого солнца, а сейчас лежит под ногами и приятно хрустит из-за влажности воздуха и морозного ветерка. По улице города уверенно и налегке шагает компания из шести человек – вы все их прекрасно знаете.
Впереди всех идет Женя, каждые две минуты вытягивая шурина к себе поближе, за этим наблюдала шедшая рядом Вирджиния, посмеиваясь над братом, которого мотыляет вперёд-назад, он успевал только ловить лисью шапку, от которой пахло мылом, в один момент Женя это учуял.
— А ну стоять! — скомандовал Евгений и сдернул с друга шапку.
Александр пытался противостоять такой наглости и сразу полез к другу, который нюхал его головной убор.
— Ненавижу такие запахи. — вынес вердикт Миронов и напялил шапку обратно на голову Саши.
Чуть позади шла Галина, когда её жених был одернут назад вместе с шапкой, она с заботой стала поправлять очки, шарф юноши, потому что он сам этого не сделает.
Рядом, держась за руки, шли Макс и Оливия, на лице Максима была заводная улыбка, он смеялся над поведением друзей-юмористов, а вот голова Лив была занята несколько другими мыслями, но она быстро их отбросила и вошла в темп разговора.
Ребята направлялись в дом, где их ждал Остап, поскольку хотел просто встретиться и обсудить произошедшее и свои додумки, да и Алина была не прочь посидеть в дружеской обстановке.
Друзья шли по улицам родного города, оглядывая его как в первый раз, то и дело посмеиваясь над разными шутками, пока дело обсуждений не коснулось последних трёх месяцев. Смущающие обстоятельства, обман, толкотня, волокита, борьба с судом и личные проблемы – все смешалось в один хаос и это хотелось бы поскорее забыть, но всё приходит и проходит со временем.
Юноши и девушки вошли в знакомый двор – всё тот же подъезд с зайчиком, проезд, парковка, голые как и прежде дубы нагоняли чувство ностальгии по животрепещущим и безумно интересным временам, которые запечатлены в нашей трилогии. Ещё только недавно рождалась на свет по кусочкам первая часть, а уже подходит к концу вторая, всё неуправляемо в этом мире, а особенно время, которое уходит вдаль как поезд, утягивающий с собой вагоны приятных воспоминаний, которые никак не догонишь.
Обратив внимание на парковку они заметили машину и стоящую недалеко от неё Алину. Она обрадовалась такой скорой встрече и сразу подошла к компании. Сразу обменялась объятиями с любимой племянницей и поприветствовала зятя и его верных друзей.
— Пойдёмте тогда скорее в дом, холодно, — предложила Алина, все с ней согласились.
— А Вы тоже только с работы приехали? — спросил Макс.
Женщина подтвердила его слова и все они пошли к подъезду. Все знали на какой этаж идти и все были знакомы с этими зелеными стенами и душными предбанниками. По закону жанра их должны были встретить у порога, но этого не произошло, пришлось самим открывать дверь.
— Странно, Остап вроде дома, ничего не понимаю, — сказала Алина и повернула ключ в нижнем замке.
— Может... — Женя улыбнулся, но Вирджиния, Саша и Макс, прекрасно зная, что может вымолвить этот неугомонный двадцатичетырехлетний подросток с почти двухлетней дочкой, заткнули его, не дав закончить.
Если говорить, что было в квартире – словом "чертовщина" это не обзовёшь. Как только все вошли в прихожую они заметили открытый шкаф и подле него стоящие органайзеры с документами, обилие волокиты в квартире туманило мозг, Саша даже схватился за сердце, высмотрев этот беспорядок. Задним делом в голове Тарасенко, и одного, и второй, промелькнула мысль, что квартиру обнесли, но всё было на месте, просто вытащено из шкафов и стащено с полок. В спальне Остапа и Греты была открыта дверь, там что-то шуршало и хлопало бумагой по столу. Группа пришедших стала потихоньку снимать куртки, пальто, с интересом дожидаясь развязки этого остросюжетного, непонятного киднеппинга. Никто даже не сообразил окликнуть занятую чем-то пару. Через несколько томных мгновений какого-то шелестания из комнаты раздался радостный крик в два голоса, юноша и девушка быстро обнялись и сорвались на выход. Все семь пришедших очень напугались, путались в догадках, крик сподвигнул снять уличную одежду ещё быстрее и оказаться впереди планеты всей. Остап очень быстро показался в перпендикулярном проходе от коридора, за ним сразу же выскочила Грета, которая обнимала возлюбленного за плечо. В руке Оси была какая-то заламинированная бумага желтого цвета, он вознес её в воздухе, рассматривая испуганные лица сестры, тетки и друзей.
— Вот оно! Папино завещание!