Звезда на белом небе
Позволим себе пройти в будущее, ведь время безудержно и не подвластно нам.
Закончилось беспечное лето и началась кудрявая осень. Вместе с сентябрем на мир вылился золотой свет наступающей серии дождей и похолоданий, но пока зелёный цвет радовал глаз, перемешиваясь с проблесками затянутого облаками голубого неба. Города вновь отошли от отпусков и началась непрекращающаяся работа, школьники, студенты вышли на учёбу, поэтому имеем право сказать кое-что про наших учащихся героев.
— Мы не опоздаем? — озабоченно спросила Грета, догоняя очень быстро идущего возлюбленного.
Остап вместе со своей девушкой шли по проспекту прямиком к колледжу, куда он торжественно идет на третий курс. На нем был костюм с белой рубашкой и галстуком, в руке сумка с компьютером и тетрадями. Юноша как всегда был в шляпе, но теперь еще и с серьгой в ухе, что делало из него настоящего сына итальянской мафии. Грета шла, а точнее бежала рядом в синих балетках и такого же цвета платье с юбкой по голень. Пара подошла к калитке учебного заведения и, взглянув на поджимающее время, Ося кротко, но с улыбкой поцеловал Аврамер и элегантно понёсся к стоящей под стенами колледжа своей группе. Девушка помахала ему в след и пошла обратно к дому, со спокойствием на душе наслаждаясь прогулкой. Дорога её легла мимо школы, в которой раньше учился её возлюбленный и сейчас учится его младшая сестра. Грета, отвлекшись от прекрасных веток тополя, свисающих со столба-ствола, обратила внимание на двор школы. Из любопытства шатенка встала у калитки и принялась разглядывать школьников. В одном месте скопились младшеклассники, где-то совсем взрослые ребята, но табличка "девятый «Б»" привлекла её внимание. Под ней она увидела девчонку в недлинной клетчатой юбке, кроссовках и вусмерть выжженными в белый передними прядями волос. Аврамер подумала, что ей показалось, но нет – эта особа слишком похожа на своего брата. Для того, чтобы не засорять себе голову Грета решила спокойно пойти домой, но мысли всё равно накладывались одна на другую. Судить об этом нам не суждено.
***
— Ребят, она опять что-то выдумала! — сквозь смех и слезы от него проговорил Макс, показывая в объектив камеры свою жену.
Оливия стояла на табуретке, в руке у неё была какая-то белая тряпка, смех пробирал девушку до костей.
— Ну, хватит, что вы в самом деле? — воскликнула появившаяся в дверях комнаты Вирджиния, Максим перевел на неё камеру. — Не снимай меня!
Джина, выругавшись, схватила с полки брошенную кем-то книгу и бросила в сторону Тарасенко. Шатен, увернувшись, неосторожно подлетел к табуретке, на которой стояла Лив и чуть не сбил её, снимая всё на телефон. Книга впечаталась в стену и шлепнулась на пол. Обоих Тарасенко разорвало от этого по полной.
— Макс, кинь книжонку обратно! — попросила Вирджиния, не терпящая беспорядков.
Максим, как только пришел в себя и смог выстоять весь порыв истерического припадка смеха на ногах, тяжело дыша, поднял книгу и аккуратно кинул подруге.
— «Обломов... Как стена выдержала её вообще?» — с усмешкой подумала синеволосая, — «Кто у нас читает такое?»
— Вот, сейчас посмотрим, что Лив сгенерировала в своей голове! — продолжал говорить Макс, поставил телефон горизонтально и опёр его о какой-то вазон на столе.
Оливия, посмеявшись, разделила заранее подготовленную белую полоску ткани на две, одну отдала мужу. Стоя на табуретке, девушка поделила пальцами волосы и захватила рукой левую сторону своих кудряшек. Она ловко подвязала этот хвост лентой и сделала так, чтобы это выглядело как бант – вторым кусочком ткани она создала объем и получилась беззаботная двадцатидвухлетняя первоклассница. Макса вынесло ещё раз.
— Ну Максим!! — воскликнула Лив, слезая с табуретки, — Я же красивая!
— Безусловно! — сквозь смешки проговорил Тарасенко и отошел от супруги отключать запись.
Рядом с Максом появилась Вирджиния всё с той же книгой. Она молча показывала ему, парень, успокиваясь, не мог понять что девушка от него хочет.
— Это ты читал? — спросила синеволосая.
— Нет... — сразу переменившись в лице протянул блогер, — И не Лив, она сейчас на Ремарке.
Черноволосая подтвердила слова супруга. Джина устало выдохнула.
— Я ему сейчас смятение устрою! — воскликнула Вирджиния и, стукнув по столу рукой, ринулась в другую комнату, где меланхолил её брат, Макс грянул за ней.
Девушка ворвалась в спальню и резко включила верхний свет. Люстра осветила покинутого всеми силами Сашу. Парень без привычного ему испуга взглянул на сестру, друга и снова отвел взгляд в стену.
— Алло, Ильинская! — выругалась Вирджиния и резво села на тумбу перед креслом, — Когда это закончится?!
Александр молча сверлил взором плинтус, пол, обои, но активное поведение Джины привлекло его.
— Ты когда решишь свои дела? Чего ты ждёшь?! — читала нотации синеволосая, Макс смиренно стоял у двери.
— А что я жду!! я потерян, уже всё! — сквозь боль и отчаяние в голосе выкрикнул Саша.
Не ожидав такое услышать Вирджиния резко бросила на брата дикий взгляд и словно выжгла у него на лице точку. Девушка спрыгнула с тумбочки и встала недалеко от кресла.
— А ну встань. — скомандовала спокойным тоном Джина.
Александр только повел бровью и не воспринял слова разгневанной сестры.
— Эй, я кому говорю?! — воскликнула синеволосая и, ухватившись руками за рубашку Шуры, стащила его с кресла, ошарашенный парень замер и встал перед ней с очень напуганным лицом, — Я понять не могу – ты взрослый парень, двадцать три намечается! А мыслишь будто амёба какая-то. Высшее образование получил, а жизни кто научит? Правильно! Шурочка, такими темпами ты в могилу себя сведешь!
Саша устало выдохнул, ему было тяжело от мыслей, заполонивших его молодую голову, его угнетали все слова в его адрес, потому что он потерял смысл своего существования, без которого он не жалел жизни и не боялся даже смерти. Это ужасно осознавать, когда человек знает свой исход и не воспринимает это как что-то невозможное, а просто соглашается. С появлением коричневолосой красотки Александр стал ближе к самому себе, он стал чувствовать сердце, как оно бьётся сильнее при мысли об этом человеке, насколько прекрасны ощущения любви, но всё расколол один злополучный промах, в котором виноват только Саша, и больше никто. Ему и нести ответственность.
— Что ж вы все про смерть-то! — выразился Александр, за что сестра дёрнула его ещё раз.
— Ты сам должен разобраться с этой проблемой. — подхватил Макс, выйдя из темной стороны комнаты.
— Что я сделать-то могу? — дрожа, спросил Саша.
— Ответь мне на простой вопрос – ты любишь этого человека?
Александр завис на месте. Ответ крутился на языке, от чего во рту стало очень кисло и в горле стал неприятный ком смятения и тяжёлых размышлений.
— Д-да... — скованно выговорил как провинившийся ребёнок очкарик.
— Ну, тогда слушай что придумала за тебя твоя сестра.