2 Часть
Поездка из Нью-Джерси до Нокфелла оказалась очень долгой, растянувшись на много утомительных часов. Монотонный гул двигателя и мягкое, убаюкивающее шуршание колёс по асфальту вскоре сделали свое дело. Девушка, измотанная пережитым потрясением и бессонной ночью, несмотря на внутреннее напряжение, постепенно отключилась, погрузившись в тревожный, но глубокий сон. Она спала, свернувшись калачиком на заднем сиденье, пока назойливый солнечный луч, пробивавшийся сквозь стекло, не начал настойчиво танцевать у нее на веках, заставляя проснуться. Оставшуюся часть пути она провела, безучастно глядя в окно, наблюдая, как мелькают за стеклом чужие города, леса и одинокие фермы, не оставляя в душе ничего, кроме чувства отчужденности и легкой тоски.
***
Наконец, машина резко затормозила и остановилась. Девушка немного помедлила, не решаясь сразу выйти. Её сковывал страх перед неизвестностью, пугала мысль о том, что же ждет ее дальше в этом незнакомом месте. Сердце учащенно забилось в груди, но отступать было некуда. Глубоко выдохнув, собрав всю свою волю в кулак, она нажала на ручку и вышла из машины.
***
Перед ней возвышалось массивное пятиэтажное здание из темного кирпича, залитое лучами послеполуденного солнца. Оно было частично обрамлено с одной стороны густым ковром плюща, который цепкими усиками карабкался к самой крыше, словно пытаясь поглотить его. Среди темно-зеленой листвы кое-где проглядывали нежные соцветия, их лепестки трепетали на легком ветру, создавая живой контраст со строгим фасадом. Несмотря на эту природную оправу, апартаменты были выдержаны в строгом, даже немного мрачноватом стиле, от чего внушали невольное беспокойство, холодок страха пробежал по спине. Возникало стойкое ощущение, что это безмолвное здание хранит в своих стенах великое множество чужих секретов и тайн. Машина, привезшая ее, уже уехала, оставив ее одну на пустынной улице. Постояв еще несколько мгновений и тяжело вздохнув, словно перед прыжком в ледяную воду, девушка направилась к входу. Войдя внутрь, она окончательно растерялась. В подъезде было прохладно, тихо и пусто. Очень страшно оказаться в таком странном, безлюдном месте одной. Взгляд ее упал на ближайшую дверь, выкрашенную в темно-зеленый цвет. Судя по табличке на почтовом отсеке, здесь жил некий Эддисон. Чисто интуитивно, движимая желанием поскорее найти ориентир, она решила постучать именно в эту дверь, надеясь, что ей помогут найти квартиру тёти. Но едва она подошла вплотную, как вздрогнула и замерла, из узкой темной щели почтового ящика на нее пристально наблюдала пара чужих глаз.
Девушка была совершенно растеряна и напугана. Она не знала, как реагировать на столь странное и недружелюбное внимание. Замешкавшись, сдавленным голосом она все же выдавила вопрос. Из-за двери, не открываясь, прозвучал короткий ответ, тётя Моника живёт в 404 квартире. Пришлось, пятясь, отойти от зловещей двери и направиться к лифту. Когда двери лифта разъехались, внутри оказались две неизвестные личности, чьи молчаливые фигуры и скрытые взгляды заставили ее внутренне сжаться. Не заинтересовавшись ими, она опустила глаза, уставившись в пол, и стала молча ждать, пока лифт медленно и с скрипом поднимется на нужный этаж.
***
Наконец, лифт остановился. Едва двери разъехались достаточно широко, она выскользнула из кабины и почти бегом подбежала к двери с номером 404. К ее удивлению, дверь тут же открылась, будто ее кто-то поджидал. «Странно» промелькнуло в голове, но, не раздумывая, она быстро вошла внутрь и тут же захлопнула дверь за собой, ощущая облегчение.
— Здравствуйте, тётя Моника! — радостно пролепетала девушка, и, испытывая смесь облегчения и выплеска накопившихся эмоций, бросилась обнимать свою тётушку.
— Здравствуй, солнышко! — улыбнулась та, и ее улыбка показалась на удивление теплой - Идём, я тебе покажу твою комнату.
— Хорошо.
Дойдя до одной из дверей в коридоре, тётушка попрощалась и ушла, как она сказала, по срочным делам. Оставшись одна, девушка оглянулась и зашла в комнату. Она была выдержана в сдержанных серых тонах, что создавало мрачноватое, но в то же время спокойное и даже уютное впечатление. Немного осмотревшись, она принялась раскладывать вещи. Чемодан был небольшой, собранный наспех, впопыхах, так что разбирать его пришлось не особо долго.
Закончив, девушка села на край кровати. Делать было абсолютно нечего, и мысль о чашке горячего чая, который мог бы помочь разобраться во всем, что произошло, показалась очень заманчивой. Сев за барную стойку на крохотной кухне, она попыталась размышлять. Но в голове стоял полный беспорядок, хаос из обрывков фраз и образов. Виски стали нудно пульсировать, а голова разболелась от переизбытка мыслей. Девушка потрясла головой, словно отгоняя назойливых мух, и с силой выдохнула. Ей нужно было разобраться во всем этом, но явно не сейчас, сил не оставалось. Не зная, чем еще заняться, она подошла к зеркалу в прихожей. Глаза были красными и опухшими от слез. И тут боковым зрением девушка заметила нечто странное — две слабые красные точки, отразившиеся в глубине стекла. Посчитав, что это просто глюки из-за сильного недосыпа и переутомления, она махнула рукой и пошла в ванную. Освежив лицо прохладной, почти ледяной водой, она почувствовала себя немного лучше, будто смыла часть усталости и напряжения.
...