Две крайности

Автор главы: @Maria_Vin

Иван долго стоял за прилавком в гипермаркете 31 декабря, выбирая шампанское. В итоге взял то, этикетка которого его привлекла больше других  изысканностью дизайна, плюс, по цене одно из недешёвых - так обычно и выбирают алкоголь люди, ничего в нём не смыслящие. А он в алкоголе, как для студента с набитым кошельком, разбирался очень плохо. Положил бутылку к сырам: дорблю, каммамберу; банке икры, сырокопчёной колбасе, фруктам: мандаринам, апельсинам, винограду, к каким-то ещё лакомствам, встретившимся по пути.
Над каждым продуктом он стоял так долго, как будто они проходили у него кастинг на шоу талантов для выпуска: "С чем его не выгонят?". Его план, заведомо провальный, но ещё не провалившийся, медленно и верно полз к Машиной двери.
Она могла быть где угодно: у родителей или дома с родителями; у сестры или у себя с сестрой; у подруг или на квартире с подругами... Она могла взять путёвку на море и уехать за тысячи километров с маленьким чемоданчиком, не сказав ему ни слова. Могла уйти в ресторан или на Красную площадь жечь фейерверки. Но гораздо больше его беспокоила мысль, что она может праздновать Новый год с другим мужчиной. Он принимал факт того, что их отношения держатся на молчании. На его молчании. И как только он заикнётся - всё рухнет, как замок из песка, который он кропотливо складывал и пытался защитить от шквального морского ветра её порядочности собственной спиной. Но ведь она оставалась свободна и ничем не была ему обязана - в отношениях без отношений нет преграды в виде верности или совести. Нельзя быть уверенным в том, во что один ты веришь.
Он взял в руки пакеты и по сухому хрустящему снегу пошёл к тёмно-серой BMW, сложил всё в багажник, улыбнулся Ричи с заднего сидения, сел за руль и громко хлопнул дверью. Завёл мотор и сжал руль, глядя на покрасневшие от мороза пальцы, пытаясь собраться с мыслями. Знакомство с её родителями не представлялось ему таким страшным, как знакомство с её молодым человеком. Хотя и с теми и с другими у него были маленькие шансы пересечься.
- Поехали, - бросил он и вывернул руль в сторону, решившись рискнуть.
***
Полодиннадцатого, когда на улице поднялась новогодняя суматоха, уже слышны были взрывы салютов и по телевизору кричали устаревшие постсоветские песни, в дверь позвонили. Маша удивлённо забилась в мыслях, кто же это мог быть, и подумывая, что это, наверное, Леру занесло ненароком, без задней мысли вытерла мокрые руки об себя, и пошла распахивать двери. Её встретил Ваня и косо улыбнулся. В домашней одежде она выглядела совсем иначе: небрежно собранные волосы, на лице зеленоватый крем, смешной приталенный фартук, поверх майки с шортами. Она поспешила закрыть дверь, но он поставил подножку.- Подожди! Послушай...
Она не могла пришибить его ногу, поэтому ослабила хватку, подождала, не сделает ли он чего странного, затем, выглянула одним глазком. - Что?
- Я хотел тебя поздравить... Вас, - он растерялся, опуская плечи.
- 31 декабря? - переспросила она, отпуская ручку, и тем самым открывая дверь нараспашку, нервно и задумчиво покусывая губы.
- Я свободен. У меня сегодня нет никаких дел, да если бы даже были - я бы всё отменил, - он вытащил из сумки ананас и вручил ей, - вместо цветов.
- Полезные цветы. С витаминами... - покрутила она в руках заморский фрукт, явственно слыша, как престарелые соседи наваливаются на двери и выдвигают теории, согласно природе намерений этого молодого человека, за замками соседних квартир.

Они молчали, не глядя друг на друга. Ваня знал, что ему поскорее бы стоило уйти, пока соседи не надумали чего недоброго. И это не могло не расстраивать.
- Машуньк, хорошо всё? - выглянула старенькая бабушка, - шумно тут у вас. Может, позвонить кому?
- Да, Лариса Васильевна, - улыбнулась ей Маша, - всё в порядке. Мой друг на праздник пришёл.
- Ты, если что, сразу к нам! Я мигом вызову, кого надо.- Нет, нет, не нужно, - отрицательно замахала она руками, - это друг. Он свой.
Лариса Васильевна закивала и скрылась. "Кто, говорит?", "друх!", "ну и молодеж пошла".
- Ну... долго будешь стоять, друг? - повела головой Маша внутрь. - Куранты скоро бить будут. Помоги оливье дорезать.
Он поднял на неё ясные глаза, полные признания и надежды. Глаза человека, чья мечта сбылась и лежала у него на ладони.
- Да! Сейчас! - с жизнью выплеснул он и буквально одним движением поставил за порог сумки, потом хотел войти, но замялся, так как вспомнил, - я... собаку в машине оставил...
- Она, надеюсь, не грызёт мебель?
- Нет! Он очень воспитанный пёс! Прямо как я!
Маша усмехнулась, почесав кончик носа:
- Охотно верю.
***
Губернев позвонил в звоночек и отстегнул Ричи от поводка, который, звонко лая, бросился на Машу и сбил её с ног.
- В-а-а-а! - только и успела выкрикнуть она, под конец поджимая губы, пока её лицо зализывал радостный золотистый ретривер.
- Ричи! - крикнул на него Ваня, подбегая и помогая Маше подняться.

———————————————

Автор главы: @Vinyl_Streychl_1

— Поистине гениальные творения русского художника-кубиста Георгия Красова никого не оставляют равнодушными. Художник мастерски и лаконично вписывает реальность на картинную плоскость, поделенную на геометрические фигуры, а зритель при этом видит изображения будто через мозаичное витражное стекло, искажающее реальную картину. Потрясающий прием живописца. Не правда, ли?

— "Нет, не правда" — про себя ответила Валерия, беспристрастно наблюдая мансы экскурсовода перед группой посетителей художественной галереи.

Он был высокий и тонкий, словно травинка, чему соответствовала даже одежда, которая практически вся состояла из зелёных оттенков, не считая белых ботинок. На голове у экскурсовода были прилизанные на бок жидкие светлые волосы и круглые очки, что заставило неосознанно взглянуть на Губернева. Благо, сам Виктор этого не заметил, продолжая с улыбкой слушать щебет о жизни художника и о том, как тот был одарён. К счастью, его запас трижды выученных слов был достаточно быстро исчерпан, по итогу чего были сорваны благодарные овации и невидимые ошейники. Последнее позволило группе свободно разойтись.

— Тебе правда нравится? — спросила девушка, слегка наклонившись в сторону Виктора.

– А тебе нет? — Губернев удивлённо приподнял бровь, не ожидая подобного вопроса от, как ему казалось, такого же ценителя искусства.

— Не скажу, что всё здесь... не на мой вкус, но... ты просто посмотри на ту картину, — девушка прищурила глаза и прочла мелкий шрифт названия, — соблазнительный кубизм.

На картинке был такой хаос, что даже не описать. Голую женщину свернули в обратный клубок, а после оторвали куски плоти и разложили в разные части картины, буквально нарисовав левую грудь у плеча, а вторую часть лица у пятки. Назвать такое соблазнительным даже в голову не пришло бы.

— Это выглядит как минимум странно.

— Художник рисовал свои эмоции. У него не было цели изобразить реальность.

— Да, слышала. Десять минут назад от того мужчины в зелёном.

После этих слов Губернев шумно вздохнул с улыбкой на лице. Бороться смысла нет. Ему не платили за то, чтобы кого-то переубеждать в столь вкусовском деле. Ровно за этим вздохом в голову пришла мысль. Попросив Валерию немного подождать, он куда-то ушел. Когда Губернев вернулся, на лице была хитрая улыбка сытого кота, которую он не смог сдержать.

— Господи, Виктор, что ты наделал? — настороженно спросила Валерия, не сводя глаз того, кто устремил свои в сторону картины.

— Ничего особенного.

Ровно после этих слов возникла тишина. Губернев все так же стоял на месте и улыбался, словно шкодный ребёнок, а девушка так и продолжала на него смотреть, ожидая хотя бы минимальной подсказки. Данная интрига долго не длилась. К ним подошла пожилая дама с планшетом и ручкой. В отличии от экскурсовода, женщина была одета в более подходящую одежду, которая куда лучше соответвовала новогодней тематике.

— Распишитесь, пожалуйста, — попросила она, протянув Виктору оба предмета.

— Конечно, — кивнул он и быстро оставил свое согласие в углу документа.

— Поздравляю, Валерия, теперь она ваша. И с Наступающим Вас, — администратор улыбнулась и широким жестом указала на ту самую картинку.

Женщина поспешно удалилась, не желая мешать разговору Виктора и, как он выразился, его женщины. Вот только вместо разговора был один лишь немой взгляд прямо в глаза. С одной стороны счастливый и самодовольный, с другой уставший и осуждающий, но без злости. Злиться на Губернева попросту не получалось.

— Зачем?

— Мне показалось это забавным.

— Я думала, ты более строгий в вопросе финансов и знаешь цену деньгам.

— О, перестань. Разве это деньги?

Снова встало молчание, которое разрушил смех Виктора. Сначала тихий и через закрытые губы, а после звонкий и с ладонью на глазах. Вид радостного Губернева и звух его искреннего смеха довольно быстро растопили строгость Валерии. Она не выдержала и, выдохнув едва слышное "дурачьё", мягко хлопнула того ладонью по груди. Не успев шагу ступить, девушка оказалась в объятиях, а после в потоке нескольких "извини" с короткими выдохами в макушку.

— Если захочешь, я её заберу, но выбросить не дам, — Виктор привычно взглянув по сторонам. Не заметив лишних глаз, он снова обратил все внимание только на Валерию.

— Это мне в роли подарка на новый год?

— Нет, я приготовил тебе другой подарок.

— А я все ещё не знаю, что подарить тебе, Виктор. У тебя есть все, — честно призналась девушка и отвернулась в сторону окна. За ним медленно падали белые хлопья. До самой весны о мотоцикле можно было не вспоминать.

— Подари мне свою компанию тридцать первого числа.

— До последнего думала, что ты захочешь провести этот день с сыном.

— Он уже взрослый. Всё поймёт, — лукаво улыбнулся Губернев, обнажив едва заметные морщинки у внешних уголков глаз.