Глава 22
Разговор с настоящим демоном — то ещё удовольствие, особенно если он говорить не собирается. Хотя любой разговор с демоном — хождение по раскалённым углям.
Джин и на этот раз остался верен себе — поступил так, как посчитал нужным. Из Баррагора он меня увёл, притом очень хитренько, тайными тропами. Сперва мы, словно воришки, выбрались из дворца, затем пробежали через половину города, и лишь тогда этот шифровальщик открыл портал. Он вёл не в жемчужный дворец (хвала богам), но и не в дом Йери, куда я очень хотела попасть!
Мы оказались на небольшом каменном островке без растительности, но с узенькой полоской песка.
— Куда ты меня привёл? — уточнила, оглядываясь по сторонам. — Хоть светлячок зажечь можно? Ночь совершенно безлунная, страшно.
Я выросла у воды и не раз купалась ночью, но сегодня, после всех нервных потрясений, даже рядом с Джином чувствую себя уязвимо. Было желание прижаться к нему, почувствовать тепло тела, успокоиться, но я не позволила себе проявить слабость. И так уже вляпалась в ситуацию с Юнги, на сегодня достаточно. Побуду умненькой Джису.
Вода вокруг острова замерцала, а затем и вовсе засветилась. Джин призвал планктон и, похоже, добавил магии в воду. Подобных заклинаний я не знаю, но расстраиваться этому не собираюсь. Выучу ещё.
Быстро скинула туфли и едва не замурлыкала от восторга, когда натруженных ступней коснулся бархатистый прохладный песочек. А уж когда по щиколотку вошла в светящуюся воду, моему счастью и вовсе не было предела! После бала нет ничего лучше ледяной воды, особенно когда вода — твоя родная стихия, заживляющая, исцеляющая.
Отдала океану напряжение, страх, боль, злость, сама же в два счёта напиталась прекрасными эмоциями и преисполнилась благодушия. Хотелось вовсе скинуть одежду и поплавать, но не с демоном под боком.
— Ты так и будешь молчать? — спросила Джина, который стоял незыблемой скалой, кажется, даже ни разу не пошевелившись с момента прибытия на чудесный островок. — Объясни, что я такого сказала? Я проанализировала свой разговор с его величеством и уверена, что обещаний не давала. Не на сто процентов, конечно, но на девяносто девять — точно.
Вода зарядила невероятно, и мир казался замечательным, а страхи — надуманными и глупыми. Я уверена, что всё прекрасно, а будет ещё лучше.
— Я не чувствую на тебе никаких обязательств. Надзиратель Гувс, скорее всего, уже подтвердил твоё решение Хёнджину, и теперь все девушки исключены из отбора. Наш договор расторгнут, — произнёс он тихо.
— Это ты прислушивался к ощущениям, потому молчал? — радостно спросила, подбежав к Джину и ухватив его за руку. — Зайди тоже в водичку, она великолепна!
— Джису, у нас нет повода радоваться.
— Ой, какой серьёзный голос! — захихикала я, дурея от количества воды, заряженной его силой. Мои артефакты едва не лопались от набитой в них энергии, по телу прохладными змейками скользила сила, которую я притянула, но не смогла впитать; волосы намокли и стекли на плечи тяжёлыми волнами, сбросив балласт в виде украшений и заколок. Но это страшное, непозволительное нарушение приличий — распущенные перед мужчиной косы — ничуть не смущали. Я искрила силой и счастьем и совершенно ничего не боялась!
Планктон погас, и мы вновь оказались на страшном безлюдном островке с бархатистым песком. Сладкий дурман испарился, словно его и не было.
— Прости, я отвлёкся и забыл проконтролировать работу планктона, они тебя зарядили сильнее, чем следовало, — объяснил Джин, хотя протрезвевшая я и так сложила два плюс два.
— Так что случилось? — уточнила, понимая, что умудрилась во что-то вляпаться. — Почему ты так ярко отреагировал на мой рассказ про беседу с его величеством, если не чувствовал на мне никаких оков? Я ведь правильно понимаю, Юнги ты нагло обманул, чтобы спасти меня, а меня припугнул, чтобы вела себя надлежащим образом?
— Боюсь, твои откровенные разговоры с Хёнджином выбили у меня почву из-под ног. Не понимаю, как трактовать его поведение, и меня это пугает, — признался Джин.
— А какие варианты? — поинтересовалась, стараясь не рисовать в голове страшные картины.
— Их десятки, а то и сотни. Отец непредсказуем. Нам нужно определиться, как поступить. Возможно, тебе не стоит возвращаться в Жемчужный замок. Наверное, это самый правильный шаг.
— Я ещё многого не сделала. Меня ждут жемчужницы. Кстати, его величество в курсе, что я замышляю, и не против. Потом я обещала наладить поставку букетов на дно, крабы и акулы их очень любят из-за магии жизни... Ой, так это их Йери, наверное, приучила к своей магии жизни, вот они и скучают. А ты не делишься! — тут же обвинила жадного демонюку.
— А я по официальной версии ей не сын и магией жизни не владею. Джису, для демона такой дар — позор!
— А почему? Дар жизни — это ведь куда сильнее и полезнее, чем просто стихия. Тебе подчиняются растения, животные, птицы, грибы, люди, рыбы... Джин, а демоны? — вдруг сообразила я. — Ты как-то управляешь отцом? С помощью этой магии, да? Потому он не... ну, не сделал с тобой то, что должен был?
— Отчасти. Он не смог меня убить по многим причинам. Должен был, обязан, ведь я — единственная угроза. Будь мы в мире демонов, я был бы союзником в борьбе против других демонов, и моя жизнь представляла бы ценность, но не здесь, не под водой. Два демона в одном мире — перебор. Но отец не смог. А затем принял.
Джин произнёс последнюю фразу тихо-тихо, но я поняла, прочувствовала её силу, её суть.
Принял.
Демон принял собственного ребёнка, а значит, по всей видимости, и полюбил тоже.
И как-то внезапно всё встало на свои места.
Странное поведение обоих мужчин, странная оппозиция, странные отношения с жителями подводного мира...
Я совершенно не принимала во внимание, что Подводный мир по сути своей — то же самое, что полноценный другой мир, со своими правилами, законами, своей этикой. Мне всё время казалось, будто можно арраторской линейкой измерять происходящее под водой. Я сравнивала их девиц и наших. Их законы и наши.
Но это в корне неверно!
Под водой царит великий и ужасный древний демон. Жестокий, кровожадный, злой и страшный. Победить его не может никто. Никакая оппозиция, никакие чудовища. По-настоящему достойных противников он давно уничтожил, о них и воспоминаний толком не осталось.
Но откуда тогда эта горстка идиотов? По-другому оппозицию, действующую в Жемчужном замке, я назвать не могу.
Скорее всего, его величество играет ими, как шахматисты — фигурами на доске. Чтобы не заскучать.
Но и у великого гроссмейстера подводного мира есть уязвимая точка — сын. Сын с уникальным даром. Сын от любимой женщины.
Разве мог он его убить?
Убить того, кого полюбил всем сердцем?
Нет.
Не сына Йери.
Возможно, именно этот аргумент куда весомее редкого дара жизни, позволяющего Джину контролировать окружающих.
И что там сказал Гувс? Наследный принц добивается всего, чего хочет. Значит, у Хёнджина не было шансов. Ни единого шанса убить собственного сына-конкурента. Как причудливо сплетены в клубок обстоятельства. И до чего интересно тянуть за ниточку, чтобы его размотать!
А сам Джин? Он ведь хотел бросить отца и уйти с матерью, когда под воду вновь вернулась фурия. Но остался, чтобы прикрыть её побег. Пожертвовал свободой ради мамы. И что-то мне подсказывает — история повторяется. Он ищет варианты отпустить меня так, чтобы у Хёнджина не осталось вопросов и претензий. А они есть!
— Мы спустимся в Бездну Древнего Холода: ты должна забрать подарок богини, его нельзя игнорировать, — вдруг ошарашил новостью Джин. — Затем я отправлю тебя в Арратор. Жемчужницы переедут к тебе, когда Хёнджин поутихнет, координаты им передам.
— А ты?
На мгновение показалось, что Джин сделает разделяющий нас шаг и поцелует меня. Прижмёт к себе крепко-крепко, сильно, так, чтобы сердца застучали в унисон, коснётся тёплыми губами моего приоткрытого в ожидании рта, вскружит голову... Дальше фантазия заканчивалась.
Я не хочу жить под водой.
Не хочу общаться с неприятными мне созданиями, хищными и жестокими, опасными и неверными, злыми и бесчестными.
Не хочу ежесекундно бояться Хёнджина и происков его советников и врагов.
У нас с Джином нет будущего. Мы не избранные. Мы просто друзья. Друзья, которые, возможно, хотели бы много большего, но обстоятельства оказались выше их желаний и возможностей.
— Давай закончим с делами, — с натянутой улыбкой произнёс он. — Ныряем!
По щекам внезапно хлынула горячая влага, нос заложило, и я побоялась ответить вслух, чтобы не дать петуха. Мужественно взяла Джина за руку и первой сделала шаг на глубину, словно это я приглашаю его совершить настоящее безумие — нырнуть к страшному чудовищу и отобрать у него подарок богини, — а не покорно следую за ним. Жуть какая!
В крови начала клокотать энергия, предвкушая хорошую схватку. Легко не будет, чувствую. Но сейчас главная задача — выжить! Об остальном подумаем позднее.
Спускаться в тончайшем пузыре на дно океана рядом с — ну нет, не любимым, а просто с замечательным мужчиной... да, вот так — это не так страшно. Точнее, страшно, но больше из-за того, что романтично.
Друзья и романтика — бред полнейший, конечно. О чём я вообще? Начиталась книг и думаю о глупостях.
Порядочные девушки лежали бы в обмороке, а не наслаждались компанией принца, который им никогда не достанется. А я пялюсь то на Джина, то на проплывающих мимо грациозных, красивых, страшных, милых, смешных, величественных созданий и восхищаюсь невиданной, первозданной красотой природы. Джин вновь подсветил воду, и мы словно парили в невесомости вместе с чудесными видениями.
— Невероятно! — произнесла я, когда мимо нас неспешно и важно проплыл-продефилировал чудовищных размеров кит. Кажется, один только его глаз больше меня! Схватила Джина за руку, не в силах выразить весь спектр обуревающих эмоций. — Какой он... какой! Он великолепен!
— Возьму себе на заметку прогулку ко дну, она располагает к близости и поцелуям, — проговорил Джин, вернувшись к привычному ехидному тону. Хорошо, не бархатно-соблазнительному! Слишком уж я под впечатлением.
— Непременно возьми, — в тон ему ответила я. — После неудачного отбора тебе придётся прилагать немало усилий, чтобы сорвать поцелуй с уст любой девушки. Представь, какие про тебя пойдут слухи после сегодняшнего бала, ведь сбежали все! Бедный, бедный наследный принц!
— Слухов не будет, — хмыкнул Джин и добавил без тени сомнения: — И девушки по-прежнему будут рваться в мои объятия.
— Ах-ах!
— Все, кроме одной, — с намёком произнёс он, и меня обожгло кипятком. Ошпарило. Воздух в пузыре стал удушливо-влажным и жарким, тропическим.
Да ну что же это такое? Кошмар! Сущее наказание!
Ау-у, мы вообще-то под водой, здесь прохладно! Организм, ку-ку? Ну что ты творишь? Не подставляй!
Мозг тут же выдал оправдание бесстыжей реакции тела. Это всё увлечение книгами! Я начиталась неприличностей про демонов и теперь не могу не думать о том, что они вытворяют с доверчивыми красавицами в горизонтальной плоскости. И под водой тоже. Ведь можно, скажем так, танцевать под водой? Размножаются ведь как-то морские создания.
Тьфу ты, снова я за старое. Мы с Джином друзья. Друзья и ничего более! И вообще, мы спускаемся прямиком в пасть чудовищу, а я думаю... не о том, о чём стоило бы.
— Давай лучше объясни, что и как делать в Бездне, как скрываться от чудовища... Или ты можешь на него воздействовать, потому беспокоиться не о чем? — спросила с надеждой.
— Не пробовал, но в теории это возможно. Проверим на практике.
— Это ведь наверняка очень опасно, — очнулась я.
Очень своевременно! Как раз на полпути к бездне. Нет, это хорошо, конечно, что мозг включился и начал думать, но мне явно стоит научиться им пользоваться заблаговременно, а не когда отступать уже поздно.
Думала ведь я про путешествие в бездну раньше? Думала. Но как я это делала!
«Спущусь, надеру щупальца монстрику, отберу свой подарок и на свободу!» Или иногда: «Подружусь с чудовищем, получу в подарок ещё чего-нибудь ценное и классное, и домой!»
И именно сейчас, когда под ногами уже зияет бесконечная чернота, я вдруг (внезапно, какая неожиданность!) сообразила, что план мой попахивает безумием. А если учесть, что подарок сделала сама богиня Смерти, так и вовсе самоубийством.
Нет, ну мало ли, как выражает благодарность Мори! Это Дженни она любит, ну так моя подруга — некромантка, жрица богини, так сказать, а я простая, бедная и беззащитная сваха со склонностью находить приключения на все свои округлости.
— Разумеется, там опасно. Но я иду на этот риск ради твоих прекрасных глаз, — вновь перешёл к соблазнительному тону паршивец, ещё и дёрнул меня на себя.
Я очень пыталась быть хорошей девочкой и не обнимать негодяя за плечи, но... оно как-то само. Его руки на моей талии, мои — поглаживают твердокаменные плечи. Единственное, на что меня хватило — не вцепиться в него, не прижаться. Я лишь легко-легко, почти невесомо, кончиками пальцев касаюсь шершавой ткани. Не обнажённого тела. К сожалению.
Тьфу ты! Да ну что за день такой ужасный? Сплошные нервы и испытания!
Спрятала руки за спиной, сцепила в замок, чтобы не дать им возможности и дальше хулиганить. Ещё и демонов пузырь подталкивал наверх, до такой степени, что грудь уже находится ровно напротив ехидной физиономии коварного захватчика моей талии. И он туда бессовестно заглядывает! Разве только свой любопытный нос ещё не сунул в ложбинку!
— Что-то я не хочу вниз, — пропищала, беспомощно заглядывая в прозрачные глаза Джина, хотя находилась выше него и, по идее, должна была ощущать себя чуть «сверху», «над», «главнее». А по факту очутилась в полной его власти и побаивалась. Побаивалась слишком многого! Себя, в первую очередь. — Давай вернёмся на остров или лучше сразу в Сантор.
— Что я вижу? — с наигранным изумлением произнёс Джин. — Неужели это проблеск здравого смысла? Не может быть!
— Ну тебя, — надулась я жабой. Страх улетучился, и я недовольно сложила руки на груди, закрывая доступ жадному взгляду. Но из-за этого прижимаясь к Джину ногами ещё плотнее! Час от часу не легче.
— Джису, дорогая, моя красивая, умная и сообразительная Джису, — начал откровенно льстить Джин, пока его руки меняли положение — одна обнимала меня за бёдра, вторая бережно и нежно пыталась устранить досадное недоразумение на моей груди. Любят мужчины прекрасный вид, а я тут... загораживаю!
— И не пытайся! — Сжала руки ещё сильнее.
Джин не задумался ни на мгновение, не задержался. Шаловливые пальцы в момент оказались на моих сверхчувствительных к щекотке рёбрах, и я завопила, меняя позу, открываясь, теряя контроль, чем и воспользовался коварный демон.
Я оказалась в его объятиях. Тёплых и надёжных. Крепких. Доверчиво застыла, глядя в невероятные серебряные глаза, сверкающие на глубине. Черты узкого лица немного расплывались, дрожали, словно он вот-вот перейдёт в истинную форму. Ту самую, настоящую!
Мысли о щекотке и поцелуях сменили друг друга молниеносно. Итак, что там у нас за демон такой? Покажите мне его всего!