Глава 17
«До чего же он великолепен!
Сделаю небольшое отступление и расскажу вам о повелителе подводного мира, мои дорогие читатели.
Возможно, до вас дошли слухи, что моя скромная персона невероятно увлекла морского царя. Если нет, довожу до вашего сведения — это чистая правда! Более того, его величество подарил мне специальный защитный браслет, и теперь я — неприкосновенное лицо. Как вам, а? Неплохо для простой журналистки?
Не знаю, сколько будет длиться отбор, но лично я получаю от него необыкновенное удовольствие.
Хорошо-хорошо, подловили. Не от отбора. От общения с невероятным, потрясающим, грозным и могущественным правителем подводного мира.
Держите за меня кулачки!
Ой, чуть не забыла. В сегодняшнем состязании победила принцесса Суджин. Та самая, что когда-то пыталась съесть наших арраторских студенток. Уже готовлю отдельную большую статью!
Следите за новостями Столичного Вестника!
Искренне ваша, фифа Лин Акройд».
После более плотного знакомства с невестами я пребывала в расстроенных чувствах. Как по мне, всех коварных, играющих нечестно девиц стоило исключить из отбора незамедлительно, однако его величество Хёнджин сообщил, что у меня странные представления о власти, об умении добиваться своего, и велел не пороть горячку.
То есть удары в спину — это норма жизни под водой? Тогда мне здесь совсем не нравится!
— Вы ведь не хотите оставить его высочество без вариантов? Или, возможно, сами желаете занять место его невесты? — подозрительно довольно спросил Хёнджин, увидев, как я насупилась. — К слову, ничего не имею против.
— Благодарю за оказанную мне честь, ваше величество, однако вынуждена признать, что жизнь под водой для меня затруднительна. Кроме того, я воспитана в иных ценностях и мыслю иными категориями. Боюсь, для роли принцессы подводного мира я никак не гожусь — слишком слаба по вашим меркам.
— Согласен, — миролюбиво кивнул Хёнджин. — Однако имейте в виду, если ваши желания изменятся, я не стану препятствовать. Для меня важнее личное счастье сына. Да и я на покой не собираюсь, вместе мы сможем защитить вас от любой угрозы.
— Реальной? — выдохнула я преувеличенно испугано.
— Теоретической, — успокоил меня он.
На деле, конечно, я пришла в ужас от его заявлений, ведь уже немного разобралась, что здесь к чему. И Хёнджин врёт мне напропалую, рассчитывая, что имеет дело с глупой, избалованной девчонкой.
В какой-то мере он прав. Но не до конца.
Среди арраторских аристократов дураков никогда не водилось.
Они не выживают.
«Сухопутное» общество тоже специфическое. Каждый защищает свой род по-своему. К примеру, мой отец безошибочно считал и оценил мой характер, затем дал определённую свободу для его формирования, однако стоило мне немного подрасти, как со мной провели беседу, объяснив плюсы и минусы легкомысленного поведения. Папа уверил, что плюсов гораздо больше, если девушка скрывает умственные способности за весёлым смехом и лукавым взглядом. Оказавшись на Дне, я поняла, насколько он был прав. От меня и раньше многого не ждали, так что лишний раз не дёргали и не ограничивали, но здесь мои видимые беспечность и несколько неразумное поведение — почти стопроцентная защита от лишних проблем.
Недаром Лалиса посоветовала не пытаться произвести хорошее впечатление!
Удивительно, до чего она мудра в своём возрасте. Аналитик наш.
После натянутого ужина во дворце и ещё более натянутого, чрезмерно вежливого прощания с невестами я попросила дом запереть девиц и сбежала к Соён. В отличие от меня, та пребывала в совершенном восторге от визита и на все мои рассказы только разводила руками, кивала и смеялась.
— Джису, милая, ну вот такие они. А что ты хотела от хищников? — философски вопрошала она. — Подумаешь, ударили в спину. Как я поняла, у них так принято. Не стоит брать линейку, когда тебе нужно налить кувшин молока. Методы измерения разные. У нас почётно соблюдать одни правила, у них — другие. Ты лучше посмотри, что я нашла! — Она подсунула мне под нос книгу с гербарием, но тут же переключилась: — Ой, кстати, твоё зелье для моллюсков готово. Только помни: необходимо очищать их лично и следить, чтобы средство не разъело сами раковины. Это важно!
— Спасибо. Ты самая лучшая! — искренне похвалила я, листая книгу с высохшими лепестками. — Так что это за книга? Или тебе важны лепестки-ингредиенты? Мне кажется, они от обычной розы.
— Верно! — восторженно подтвердила Соён. — Но какой розы!
— Какой? Обычной садовой. Вроде бы. — Я демонстративно понюхала один жёлто-розовый лепесток.
— Дело не в том, Джису! Ну что ты такая недогадливая? Эти лепестки наполнены магией жизни!
— Ну, мне сегодня именно такие подарили, вот я и не удивляюсь. Букеты часто составляют с добавлением магии жизни, так они дольше живут. Арлишка с крабами, правда, сожрали букет до того, как я его увидела, но у меня скоро будут ещё поступления красоты. Правда, тоже для них. Подкупаю союзников.
В общих чертах рассказала, как налаживаю связи с местными, и что дом показал мне выход на поверхность, так что у нас есть путь отступления, и что фифа Лин, возможно, беременна. А напоследок сообщила, что его величество Юнги готов предоставить Соён круглосуточный доступ во все лаборатории не только Баррагора, столицы драконов, но и в самые отдалённые научные центры и лаборатории всей страны — Дааярда.
— У них ведь есть граница с орками, — моментально переключилась Соён с одной темы на другую. — Значит, должны быть очень редкие ингредиенты. Особенно меня интересует сиреневый металл, из которого делают шаманские бусы. Дженни принесла мне из Тёмных Земель одну такую бусину, но её оказалось недостаточно. Наверняка у них такие есть!
— Я почти уверена в этом.
— А что Юнги хочет за этот доступ? Вряд ли дракон позволит обычному магу... Джису, ты что, пообещала меня в жёны этому прохвосту?
Я села за стол и пододвинула к себе чашку с чаем, который Соён машинально разлила, положив туда полсахарницы, хотя я вообще терпеть не могу сладкие напитки. Пить эту бурду я не собиралась, но мне нужно было несколько мгновений передышки. Так что я поводила ложечкой по дну, сосредоточиваясь.
— Я ему ничего не обещала. Вы не избранные. Лишь обратила его внимание на тот факт, что жена-учёный не станет его донимать балами и платьями, и утешит его любимую матушку на старости лет.
— Ты мне зубы не заговаривай. К браку ещё дети прилагаются. Как ты предлагаешь мне растить детей и путешествовать по Дааярду... С проверками можно. Инспекция им наверняка не повредит. И ведь правящей семье полагаются няньки. И я бы маму свою забрала, а то ей от отчима житья нет — тот почти все наши земли уже распродал, изверг. Ой, так ведь драконы могут меня доставлять для сбора ингредиентов и в горы, и в соседние страны, где нет телепортов.
Я молчала, пока Соён искала плюсы в подобном браке. И их неожиданно обнаружилось так много, что я просто обалдела, когда она под конец заявила, что замуж за чешуйчатого в любом случае не пойдёт.
— Но почему?!
— Да потому что в Санторе у меня доступ к ингредиентам из разных миров, а в Баррагоре будут только травы и минералы нашего мира. Я не готова лишиться столь ценных поставок. Вообще я подумываю остаться в Санторе преподавателем и обязать путешествующих по мирам боевиков доставлять книги и ингредиенты для моей лаборатории.
Я застонала. Ну что за девушка?
— Соён, а как же любовь?
— К дракону? Шутишь? Они ведь помешаны на своих жёнах и их защите, страшно ревнивы, к тому же невероятно сластолюбивы. У меня нет столько времени, — твёрдо заявила помешанный на своей работе зельевар.
В свою спальню я вернулась с огромным кувшином зелья для жемчужниц и желанием выговориться, ведь с подругой так и не удалось нормально поболтать. Её ничто не интересовало, кроме лаборатории, остатков магии жизни в найденных в книге лепестках... И, к сожалению, в список интересов также не входит Юнги. Единственное, что она выделила в моих словах, так это возможное состояние фифы.
— Поскольку твой дар молчит, — заметила она, смешивая разноцветные растворы в маленькой пузатой колбе, — сделаем специальный состав, который поможет Лин определить, в положении она или нет. Думаю, ты не разобрала, беременна ли она, из-за того браслета, что ей подарил Хёнджин. В подводном царстве много неизвестных нам артефактов, а также немало осколков первоначальной магии. Именно её я уловила в лепестках. Как она в них оказалась, ума не приложу, если честно. Розы появились у нас лишь с приходом фурий, то есть около тысячи лет назад. Но тогда уже не было первоначальной магии!
— Да, магия жизни осталась лишь в виде осколков, только с цветами и работать. Ну, ещё с животными можно, — согласилась я, припоминая всё, что помню из истории сотворения миров и истории магии.
— Возможно, лекарский дар — это и есть концентрация тех остатков изначальной магии, что ещё сохранились в нашем мире, — заметила Соён, отвлекаясь на бурлящую жидкость в очередной колбе. — В общем, забирай раствор, отдашь фифе — она знает, что с ним делать, уже не девочка. А мне пора работать.
— Ты хоть иногда спи, а? Пожалуйста. Ради меня.
— Да сплю я, сплю. Хватить уже со мной носиться, как с маленькой. И Юнги скажи: ни за что!
Я не стала с ней спорить, это совершенно бесполезно. Но, переодеваясь в домашнее платье, обдумывала каждое её слово. Как же мне не хватает рассудительной и спокойной Соён! Она нашла бы ответы на все те вопросы, что роятся в моей бестолковой, буйной головушке. Но сейчас подруга опьянена, одурманена новыми загадками, зельями, травами.
Очень не вовремя.
Джин всё не шёл, и я решила немного почитать. Книги и шубу доставили до моего возвращения с соревнований; первым делом расставила бумажные драгоценности на полке, а шубку повесила в шкаф и, каюсь, не стала запирать. Иногда подходила и касалась шелковистого, нежного ярко-рыжего меха, который имел свой маленький секрет — прилегающая к коже часть шерстинок была алой, словно роза, и вспоминала, как надетая на мою фигурку шуба во время движения превращалась в неукротимое пламя, переливающееся, грозное, безумно привлекательное.
Как не любить такую красоту?
Не выдержала. Сняла шубу с вешалки, положила на колени. Сверху — книжку.
Любовные романы всегда неимоверно увлекали и завораживали, мягкий мех под пальцами настраивал на шаловливый лад. Когда в оконном проёме появилось мужское лицо, я даже не вскрикнула. Была настроена на приключения!
Его высочество принц морской бесшумно пробрался ко мне в спальню и тут же накастовал целую гору заклятий, защищающих от всего на свете.
— Защитные сферы вижу. Но где цветы? — огорошила его вопросом.
— Цветы? — растерялся Джин.
— Цветы, — подтвердила я, отложив книгу, и поднялась, удерживая шубу на руках. Моё золотце должно висеть в шкафу, а не пылиться на кресле. — Ты заявляешься к девушке в непристойное время и не приносишь цветы. Как такое вообще возможно? — возмутилась я, закрыв шкаф со своей драгоценностью. А то знаю я этого чешуйчатого, ещё заберёт мою красоту, будет снова шантажировать. Нет-нет-нет, шубкой рисковать не стану.
— Ну-у-у, я ведь не на свидание, — попытался оправдаться Джин.
— Это ты так будешь отцу объяснять, когда он спросит, что ты делал у меня ночью? — вошла я в раж. Героиня романа, который я читала, была той ещё язвой, и настроение книги поневоле передалось и мне.
— Я здесь на задании его величества. Пришёл узнать, насколько хорошо тебя принял дом, — подмигнул мне Джин.
— Тем более стоило взять цветы. Сказал бы папуле, что действуешь по его схеме, — намекнула я на роман повелителя с фифой Лин Акройд.
— Желаешь забеременеть? — хмыкнул Джин, падая в нагретое мной кресло и уютно там устраиваясь.
— Ночей не сплю, ага, — фыркнула я. — А теперь к делу. Вот зелье для фифы, оно покажет, беременна она или нет. Я почему-то не могу определить её состояние, что странно. Обычно дар свахи осечек не даёт.
Прикусила губы изнутри, чтобы не похвастаться, что даже беременность богини смерти увидела! Какой бы болтушкой я ни была, сдавать богиню — перебор.
— Ты её не касалась, — здраво заметил Джин. — Если она беременна, срок настолько маленький, что без касания ни лекарь, ни сваха не увидит.
— Тоже верно. Но иногда я вижу беременность даже до её наступления. Правда, обычно это случается с истинными парами. И всё же!
— Не всё так просто, Джису. Хёнджин — не простой морской дракон. Он вообще не дракон, если быть совсем точным. Ты ведь видела его в истинном обличье, должна была догадаться.
Я посмотрела на этого великого специалиста по намёкам. Вроде бы взрослый уже мальчик, точнее не мальчик вовсе, языку обучен, даром речи боги не обделили. Почему не сказать по-человечески: Хёнджин — не тот, за кого себя выдаёт? Он — мерзкий и противный божок, к примеру. Дух воды. Ещё кто-то.
Кем он, кстати, может быть?
— Хвост у него был вполне русалочий. А у морских драконов хвосты как выглядят? — уточнила, потому что подводным миром никогда не интересовалась.
— Джису, он под иллюзией! Как ты не заметила, у тебя ведь есть небольшой дар?
— Откуда ты знаешь? Я никому о нём не сообщала! — От удивления я повысила голос.
— Ты знаешь, какая раса может почувствовать наличие скрытых даров? — как у маленького ребёнка спросил Джин.
— По обрывкам сведений, то есть по слухам, дары могут распознать демоны. Но в нашем мире... — Я замолчала, вспомнив, как на втором курсе мы с девчонками вычислили в Санторе настоящую демоницу. — Они могут проникать в наш мир. Точнее, их могут проводить в наш мир высшие расы: фурии, архи, другие, о которых мы, хвала богам, не знаем, — закончила я, уже совсем не уверенная в своих словах.
— Верно, — протянул Джин и посмотрел многозначительно, предлагая развивать мысль.
— Хёнджин был любовником фурии. Но ведь он появился до прихода фурий в наш мир!
— Не-а. Просто из тех, кто мог его изобличить, никто не выжил.
— Это ложь, чтобы всех запутать. То есть он демон из другого мира? Выходит, он — запертый в нашем мире демон? Да? Я правильно поняла? Сейчас ведь у нас ни архов, ни фурий нет!
— Если ты к тому, может ли он вернуться на историческую родину, то ты права — не может. Демоны не способны самостоятельно путешествовать по мирам, их организмы не перестраиваются под новые миры, как человеческие. Перенести телепорт перенесёт, но не научит дышать воздухом иного мира, не защитит от болезней. Организм демона устроен сложнее вашего. Но здесь Хёнджин по собственной воле.
— А ты... выходит, ты наполовину демон? Джин! — шокировано воскликнула я. — Великие боги! Так вот почему он убивал всех своих жён и детей! Дети не приживались в чужом мире, они слишком слабые, а жёны... надоедали, да? Разочаровывали? Не могли подарить того ребёнка, который смог бы полноценно существовать под водой? Так?
— Да.
— А ты? — Я не выдержала, подбежала к нему, но цепляться за него не стала, как и садиться рядом. Это друга Джина я могла ухватить за грудки. А что делать с полудемоном? Мамочки!
— А я выжил.
— Но как? Почему? То есть ты наполовину демон? Или... только не говори, что настоящий, полноценный демон. Ты — сын морской ведьмы, да? Или она тоже демонесса? Демоница? Великая, да как же называются женщины этой расы? — вскричала я в расстроенных чувствах, пытаясь переварить слишком много информации одновременно.
— Джису, Джису, успокойся, — попросил Джин, поднявшись, и обнял меня. — Демоны — такая же раса, как и... некоторые остальные.
— Жестокие, кровожадные, страшные!
— Я не такой.
— Ты бракованный демон! Полудемон! Целый демон! Какой ты, Джин?!
Я не выдержала и вцепилась в лацканы его пиджака. Заставила наши взгляды столкнуться. Не позволила юлить и выкручиваться.
Джин горой возвышался надо мной, и теперь я смогла оценить его совсем по-другому. Мы привыкли, что драконы крупнее людей. Шире. Выше. Мощнее. Но Джин даже для дракона слишком высокий. И из-за роста кажется худее, чем он есть на самом деле. Я-то видела его без рубашки! Там стальные мышцы, весьма внушительные!
Но высокий рост и видимую худобу мы списывали на его принадлежность к племени морских драконов, которых никто никогда не видел!
Никто.
Никогда.
Сколько лжи в нашем мире!
Куда ни плюнь — везде подлоги, обман, коварство, злость и жестокость.
И эти его прозрачные глаза. Удивительные. Морские. Как кристально чистая, прозрачная вода, которая иногда отливает зеленью, иногда лазурью, а иногда наливается багровыми закатными тонами.
А ведь глаза демонов — отражение их силы. По легендам, пришедшим из других миров, демоны иногда владеют несколькими стихиями сразу. У них могут быть разноцветные глаза. Или глаза могут менять цвет — под используемую стихию. Но вот такой прозрачный, кристально чистый взгляд — может, тоже иллюзия? Нет, я слышала о таком, и совсем недавно, но... просто не может быть.
— Ты... твои глаза...
— Я маг жизни. Как и Йери.
— Она бежала, оставив тебя одного, или?..
Не смогла произнести страшное. Джин ведь сказал мне на первой нашей подводной прогулке, что предыдущую жену Хёнджин убил собственными руками. Вдруг и с Йери случилось нечто подобное?
— Мы планировали уйти вместе, но удалось только мне. Я заставил её дать клятву, что она не вернётся, не станет вновь заложницей чувств.
— Великие боги, так вот почему Лин так млеет от его величества! Демоны ведь вызывают в женщинах самые яркие и... — я помедлила, смутившись, — непристойные желания. Это реакция тела. Драконы действуют по-другому. Подчиняют сознание.
— Всё верно.
Выдохнула. Теперь понятна моя реакция на самого Джина. При первом знакомстве я случайно схватила его за руку и не почувствовала ничего драконьего, но нашла случившемуся разумное объяснение: ящер встретил избранную и теперь не представляет опасности для девушек.
Но он не ящер!
И я — не начитавшаяся любовных романов девица.
Джин будоражит во мне различные непристойные фантазии из-за своего происхождения, своей сути. Порой в его присутствии я чувствую себя весьма неловко и страшно корю себя за неуместные при общении с другом мысли.
А ларчик просто открывался! Правду говорят: всё гениальное простое. Мы часто ищем сложные ответы, когда достаточно честно и открыто посмотреть правде в глаза.
Нужно было незаметно прикоснуться к Юнги, затем к Джину, и сравнить ощущения. Но кто же по собственной воле на такое пойдёт?
Я пойду. Пошла бы ради эксперимента. Под присмотром Соён, допустим.
Быстро прокрутила в голове воспоминания последних дней и наши столкновения с Джином. Вспомнила, как сомлела фифа при первой встрече с морским царём. Выходит, этот хитрый демон с красивыми прозрачными глазами, что сейчас смотрит лукаво, но удивительно по-доброму, явно кое-что недоговаривает.
Как обычно!
Если сверить увиденное, услышанное и прочитанное, по всему выходит, что демоны используют свои способности в отношении дам исключительно по желанию. Хёнджин специально соблазнил фифу, не оставив ей ни малейшего шанса. А Джин при первой нашей встрече был слишком озабочен найденными во дворце исчезнувшей расы редчайшими, даже уникальными артефактами, что не среагировал должным образом, когда я в него вцепилась!
Элемент неожиданности — страшная вещь! Живёшь себе, врёшь всем подряд, что ты дракон, вызываешь у случайно прикоснувшихся к тебе дам правильную реакцию, а тут — бац! — невоспитанная аристократка с хваткой анкилота цепляет тебя за руку и пытается оторвать от невиданного артефакта! Конечно, как тут вспомнить про соблазнительную драконью способность, когда ты весь в мечтах и вообще не здесь?
«Да уж, леди Джису, вы производите поистине сногсшибательное впечатление!» — хмыкнула про себя. Но Джин продолжал внимательно следить за мной, и я вернулась к первоначальной теме беседы.
— Джин, но если Йери любила Хёнджина, смогла родить ему здорового ребёнка, почему вы хотели сбежать? С виду всё выглядит достаточно... нормально. Полноценная семья из двух сильных магов, демона и ведьмы, и долгожданного, наверняка безумно любимого сына. Из-за фурии?
— Отчасти. Хёнджин и Йери были красивой и сильной парой, но не могли сосуществовать вместе. Она — сама жизнь. Светлая, невероятно сильная ведьма. Не демоница, как ты подумала. — Он улыбнулся невероятно тепло и ласково. Прежде я не видела столь нежного выражения на обычно лукавом лице. — Хёнджин же — только не пугайся, прошу! — демон кровавой мести.
— Она, наверное, болела после его визитов, — догадалась я.
— Именно. И болела сильно. Из-за него она начала свои исследования по лекарской части. Я практически вырос в её лаборатории и пристрастился к экспериментам. Она делала зелья, я — артефакты, но даже вдвоём мы не смогли полностью защитить её от воздействия его магии. Их невероятно тянуло друг к другу, но, как я понял с возрастом, с её стороны это была зависимость, болезненная и неправильная, почти полностью искусственная. Хёнджину посчитал её полезной для себя, для подводного мира и привязал насильно.
— Жестоко.
— Именно. Истину она узнала сама, когда изучала механизм воздействия демонов на женщин. В её лаборатории полно книг, в том числе тех, о которых Хёнджин даже не догадывается. Йери любили все, помогали чем могли, шли против воли царя. Кто-то нашёл книгу из другого мира... Написанное в ней почти сломало маму. Она заперлась в доме, не выходила, ни с кем не общалась, даже со мной. Несколько лет.
— Кошмар. Ужас. Не представляю, как ей было тяжело.
— Заточение пошло ей впрок. Она излечилась от влияния демона и решила бежать, придумала отличный, как ей казалось, план. Звала меня.
Джину было нелегко делиться историей своей семьи. В какой-то момент он сгрёб меня в объятия, прижал к себе, опустился назад в кресло и зарылся носом в мои растрёпанные локоны.
Я чувствовала себя странно. Неловко. Немного неудобно. Но перечить не стала. Пусть выговорится. Для этого ведь и нужны друзья. А родные, безопасные и тёплые объятия нужны даже демону, особенно в такой ситуации.
— Почему ты не ушёл? — выдохнула тихо-тихо. — Хёнджин ведь никогда не сложит с себя полномочия и не уйдёт. У демонов сын должен убить отца, чтобы занять трон, а ты — демон с магией жизни. Уму непостижимо, как так вышло. Ты не сможешь его убить. Он всегда будет у власти, всегда будет представлять опасность для Йери, ведь демон мести ничего не забывает. Не может забыть.
— Всё так, ты права, Джису. Хёнджин — чудовище, но он мой отец. И чистокровный древний демон, жестокость заложена в него природой. Это ведь как ваши магические дары — кто-то лечит, кто-то разговаривает с растениями, кто-то повелевает громом. Демоны тоже не выбирают свои способности. Хёнджин не может стать милым и добрым.
— Это, конечно, так, но...
— ...но против себя не пойдёшь, — закончил фразу Джин не так, как я планировала. — Подводный мир нуждается именно в таком правителе. Жестоком, страшном, сильном. Я мог бы, конечно, организовать переворот, объединить оппозицию под своим крылом — они только рады, поверь. Но, Джису, они не умеют быть верными. Меня бы предали сразу. Они под отца-то постоянно копают. Кто бы что ни говорил, но Хёнджин на своём месте. Так лучше для всех нас: и для подводных жителей, и для сухопутных. Поверь, мне виднее.
— Хёнджин знает, что ты планировал сбежать с мамой? Она вообще сбежала? И как? Неужели он её не преследовал?
Я с ума сходила от обилия вопросов, не знала, какой задать первым, не могла дождаться, когда Джин закончит с одним из них, чтобы тут же задать второй.
Не знаю, почему он решил сознаться во всём, но лично я совсем не против. Только вот коварная интуиция шептала, что за доверие морского принца придётся заплатить высокую цену. Как бы хорошо он ко мне ни относился, но демон — это демон. Дружба с ним — всегда игра на выживание.
— Он знает обо всём, Феликс. Ему несколько тысяч лет, так что все интриги и заговоры, что плетёт оппозиция, для него детские игры. Хёнджин попал сюда из мира демонов не случайно: подозреваю, натворил дел и сбежал. А мама... — Джин немного отстранился, взял себя в руки и продолжил более официально: — Юнги ушла в другой мир. У нас нет возможности общаться, но я знаю, что с ней всё в порядке. А Хёнджин её ищет, конечно. И никогда не остановится. Но пока я не претендую на трон, он слишком занят, чтобы сосредоточиться на задаче целиком и полностью.
Последняя фраза — вот, что самое главное во всём сказанном. Тон, с которым он произнёс её. Выражение удивительно прозрачных глаз.
Итак, Хёнджин, как любой демон, не доверяет собственному сыну. И поскольку Джин ведёт себя нетипично — не собирает оппозицию, не пытается свергнуть и убить собственного отца, — бедному кровожадному высшему демону приходится держать ухо востро. Сидеть, словно приклеенный, на красивом жемчужном троне и бдеть. Может, надеяться, что сынок зашевелится. А затем убить его со спокойной совестью и отправиться за бывшей возлюбленной, посмевшей подмочить его репутацию.
Нет, ну шикарно!
Нужно непременно сообщить Лалисе. Та обожает подобные хитросплетения и непременно оценит.
— Джин, но тогда я совершенно ничего не понимаю. Зачем этот отбор? Зачем я здесь? Объясни по-человечески. Пожалуйста.
— Это нелегко.
— Но ты должен, — с напором произнесла я. — Ты пригласил нас с Соён в гости, однако не прошло и суток, как выселил за пределы дворца. Учитывая вышесказанное, ты нас спас. Я ведь правильно понимаю, дом Йери сейчас принадлежит тебе, и ты каким-то образом договорился с ним, чтобы он нас принял и защитил от Хёнджина?
Джин кивнул, но объяснять происходящее не торопился. Ждал, когда я своим умом дойду, видимо.
Что же, если он так в меня верит, я постараюсь.
— Соён ты убрал из дворца, так как Хёнджин заинтересовался её выдающимися способностями по части зельеварения? — задала наводящий вопрос.
— Соён слишком тихая и спокойная, он бы ею не заинтересовался, тем более на фоне фифы. Но я понял, что Соён — твоё слабое место. Ради неё ты готова на многое. И отвлекаешься на её нужды. Проще всего было эти нужды удовлетворить в полном объёме.
— Ты оставил меня без подруги.
— Я оставил тебя бедокурить и хулиганить, чтобы ты развеялась, получила удовольствие, шокировала Хёнджина настолько, чтобы он рад был вернуть тебя в Арратор, когда придёт время, ну и переселила жемчужниц поближе к своему поместью, — с улыбкой сообщил Джин.
Я посмотрела на этого хитреца. И снова он соблазняет меня жемчугом, умасливает красивыми речами вместо того, чтобы дать развёрнутые ответы на мои вопросы.
— Зачем тебе я на этом отборе? — спросила требовательно и в какой-то мере холодно.
Сложно, конечно, спорить с мужчиной, у которого ты неприлично восседаешь на коленях, но я из тех людей, которые себе стараются не врать. Мне приятна такая близость с ним. В ней есть что-то пикантное и в то же время родное. Мы, конечно, не брат с сестрой, но рядом с Джином я всегда чувствую себя надёжно и уверенно. Даже, может, самоуверенно.
В общем, сижу и сижу. Кто вообще об этом узнает и осудит? Лично я никому не скажу!
Разве что Соён. И Дженни. И Лалисе, конечно, проболтаюсь. И Розэ... Ой, да Розэ можно доверить личную сокровищницу, она никогда не предаёт друзей. Главное, не рассказывать нашей некро-драконице Софи: у той язык как помело, она за блестяшку Родину продаст.
— Ты нужна мне невероятно, Джису. Даже не представляешь, насколько. Мне нужен далёкий от подводных интриг и политических течений человек, который сделает непредвзятый выбор. Это требование совета. По факту, это требование оппозиции.
— Какая разница, ты или я озвучим решение? Каждый понимает, что я назову нужное тебе имя. Не понимаю логики.
Джин закатил глаза.
— Не назовёшь. Дар свахи тебе не позволит.
До чего меня бесит это мужское самомнение!
— Да ну. Не может такого быть, — решила сопротивляться я из принципа. Ну ладно, из вредности.
— А ты когда-нибудь пробовала солгать в данном вопросе?
Джин выглядел чуточку ехидно, и это меня раздразнило ещё сильнее. Хотелось доказать, что он не прав, но чувство справедливости не позволяло.
— Попробую, — произнесла, признавая, что не всё знаю о собственном даре. — Лалиса и Чонгук не... не... не... Они созданы друг для друга. О-о-о!
— Я был прав.
— А я и не отрицала. Лишь проверила твои слова, поскольку не владела полной информацией о своём даре. Эксперимент удался. Ты прав. Теперь рассказывай дальше. Кому нужна моя правда? Неужели оппозиция безоговорочно примет мой выбор?
Я едва не прыгала на его коленях. Затем сообразила, что это выходит уже за рамки даже моей бессовестной натуры, и попыталась осторожно переместиться на пол, но лже-дракон вернул меня назад, ещё сильнее прижал к себе.
— Примет. По сути, Джису, твой дар — благословение для подводного мира. Если бы ты отказалась и не прибыла на отбор, началась бы кровавая бойня.
— Она и так началась! — Вздрогнула от воспоминаний этого утра.
— Это ерунда. Девчонки развлеклись и потешили своё самолюбие, показали, на что способны. Испытание шокировало лишь вас с фифой. Если бы я сделал выбор самостоятельно, и кто-либо из совета наморщил нос, проявляя недовольство, от его рода не осталось бы и следа. Точнее, напротив. Остался бы кровавый след. Ненадолго. Хёнджин не приемлет сопротивления. Пригласив тебя, я спас как минимум несколько родов — Авроры, Каси, Суджин, да почти всех девчонок. Они не умеют сдерживать эмоции и точно бы пострадали.
Вот тебе и два демона у власти — один хочет всех убить, второй — всех спасти. Не знаю, плакать или смеяться, честное слово.
— Не хочу показаться эгоистичной, но ты ведь меня знаешь...
— Ты не так эгоистична, как думаешь, — с усмешкой заметил Джин. — Ты вообще не эгоистична, Джису. Ты очень добрая и светлая. Немного балованная. Но чудесная.
— Спасибо. Но комплиментами ты не отделаешься.
— Цветы? Конфеты? Шубы? — хохотнул он, притянув меня к себе и вновь погрузив в это подозрительное состояние лёгкого возбуждения.
— Во-первых, отпусти меня.
— Никто не видит.
— Ты демон! Великие боги! Джин! — дошло до меня с огромным таким запозданием. — Так ты вообще не дракон! Ни капельки! Мамочки!
— Да ты что? Надо же! — очень натурально удивился этот паршивец.
— Получается, тебя можно спокойно касаться, главное — чтобы ты не использовал своё... Я не знаю, как там демоны искушают дам?
— Показать?
Вырвалась, отскочила подальше от этого мурлыкающего гада. Затем и вовсе спряталась за диваном, ещё и подушку вперёд выставила, словно она могла защитить меня от напора чудовищно сильного создания.
— Держись от меня подальше, извращенец! — рявкнула строго.
— Чего это я извращенец? — притворно обиделся Джин.
— Потому что! — объяснила я со всей доступной мне логикой.
Джин двинулся в мою сторону, демонстрируя открытые ладони — мол, смотри, какой я весь безопасный, совсем не страшный и вообще лапочка. Только меня не пронять!
— Стой! Я уже поняла, что всё происходящее с тобой — фикция. Притом ещё час назад. Но сейчас вдруг дошло окончательно. Я ведь ничего не знаю про демонов. У вас бывают избранные или истинные пары? Предначертанные? Ещё какие-нибудь? — затарахтела я, пытаясь остановить приближение внушительной фигуры. С опасными соблазнительными способностями!
— Нет. Мы сами строим свою судьбу.
— У, — протянула я, наморщив нос. — Неинтересно.
— Напротив. Элемент неожиданности делает любые отношения пикантнее.
— Так, стой где стоишь! — приказала я грозно, когда он сделал ещё пару шагов.
Джин поднял руки вверх, но выглядел так, словно сейчас умрёт от смеха. Ну что за чудовище? На него ни накричать нельзя, ни поссориться с ним. Какой-то он слишком идеальный и классный!
Мамочки, что я такого тут себе навыдумывала? Конечно, он не классный! Он вообще полудемон! С ведьмовской силой.
Демон с магией жизни — да я бы ни в жизнь до такого не додумалась!
Меня затрясло от смеха.
— Что такое? — не понял он внезапную смену настроения у прекрасной меня. — Чего хохочешь? Я тоже не против посмеяться.
— До меня только что дошло, что ты кровожадный демон с магией жизни. Скажи кому — не поверят! — всхлипывая и в прямом смысле загибаясь от хохота, выдала я. — Ой, не могу.
— Я не кровожадный, — заметил Джин. — У меня вообще совершенно иная магия, отличная от отцовской.
— Какая? Заставлять людей корчиться в муках от хохота? — пошутила я.
— Что-то вроде того, — подозрительно довольно мурлыкнул Джин, и желание хохотать испарилось, словно его и не было.
— Ты плохой демон? — задала я дурацкий вопрос. О чём тут же пожалела.
— Ну что ты, я белый и пушистый, милый и мирный демон, — ответил мне этот...
И как его теперь называть? Я уже привыкла величать Джина «драконищем поганым», «ящером», «чешуйчатым злыднем». Про себя, конечно. Теперь, выходит, придётся придумывать новые прозвища.
— Ладно, сделаю вид, что поверила. И всё равно я эту информацию из тебя вытрясу.
— Для личного пользования, — вставил Джин. — Я доверился тебе как другу и рассчитываю, что ты сохранишь мою тайну.
Мой шумный, ужасно несчастный вздох, должно быть, услышали на суше. Тайны — это определённо не моё. Нет, я их умею хранить. Правда-правда. Но только совместно с кем-нибудь надёжным! С надёжным десятком-другим подруг!
— Ты демон издевательств над болтливыми девушками, — заклеймила я его раз и навсегда. — Самый жестокий и бесчеловечный.
— Хорошо, можешь поделиться с Соён, если она выйдет замуж за Юнги. Он в курсе. А она умеет хранить секреты, ты сама говорила, — смилостивился демонюка, сделав ещё один маленький шажок в мою сторону.
— Спасибо. Но я пока не стану торопиться разжаловать тебя из ранга самых жестоких. А пока давай вернёмся к нашему главному вопросу — что делать с фифой, если она беременна?
Ох, надеюсь, мысли о беременности немного охладят этого негодяя. Вон какие широкие уже зрачки. Да и я дышу гораздо чаще обычного. Всё-таки демоны — не самые надёжные собеседники. В книгах о них пишут охотно и много, и всё описанное ужасно напоминает правду!
Они действительно такие... такие...
Колени дрогнули, ослабели. Руки безвольно упали вдоль тела...
Так, стоп!
Потрясла головой. Нахмурилась. Мой собеседник сделал вид, что вообще здесь ни при чём и ничего не заметил. Сама деликатность! Гад рогатый!
Ой, а рога у него есть? Может, именно поэтому он никогда не представал предо мной в истинном облике?
— Уверен, это уже случилось, и потому Хёнджин надел на неё защитный браслет. Это древнее изобретение, оно поддерживает её здоровье, защищает от ядов, проклятий и много чего ещё.
— От моего внимательного взора тоже. Я не увидела, беременна она или нет, потому Соён сделала специальное зелье. Передай ей его, пожалуйста, прямо сегодня.
Я прошла к шкафчику, куда убрала пузырёк, а когда обернулась Джин стоял почти вплотную и протягивал руку. Длинные, красивые пальцы осторожно забрали флакон с зельем, не коснувшись моих подрагивающих от возбуждения пальцев, и я заподозрила неладное.
— А чего это ты меня не касаешься? — спросила, прищурившись.
И без стеснения отбежала на несколько шагов в сторону.
На всякий случай! Мало ли!
Тут с драконами-то еле уживалась, теперь ещё с демонами учиться контактировать! Вернусь в академию Сантор, попрошу зачесть это приключение как практику по налаживанию контактов с особо опасными расами.
— Ты ведь впечатлительная, красивая девочка и наверняка вообразила, как сильно я на тебя действую в роли демона, — поигрывая бровями, сообщил лорд Коварство. — Так что показываю всеми силами, насколько оберегаю тебя от самого себя. Хотя я совсем не страшный.
— Очень смешно! — фыркнула я, хотя именно так и подумала. И вообразить успела многое! Но кто же в таком признаётся? — Так что будем делать с фифой?
— Если она потеряет дитя, он её убьёт.
От его жестоких, но правдивых слов меня точно прошило электричеством. Глаза распахнулись в ужасе.
— Лин не заслужила такого. И она — друг его высочества Чонгука. Нельзя допустить, чтобы...
— Джису, Хёнджин плевать хотел на добрососедские отношения с сухопутными. Это вам нужен безопасный морской путь, не нам. Для вас это заведомо проигранная война. Ты ведь понимаешь, что он может всю питьевую воду спрятать в специальные полости под землёй? Далеко не каждый водный маг сможет пробить скважину и выкачивать воду для населения. Погибнут растения, животные, следом и люди.
Я застыла, глядя в напряжённое и сосредоточенное как никогда лицо морского принца.
Он говорил не угрожающе, лишь сообщал порядок возможных действий отца, которого хорошо знает.
— Ты ведь понимаешь, что мы можем призвать архов? — спросила тихо.
— Архам путь в наш мир заказан, и ты об этом знаешь, — напомнил Джин о недавних событиях, в ходе которых богиня Мори изгнала могущественную древнюю расу, запретив им совать любопытный нос в наши дела и забирать магически одарённых девушек в качестве оплаты за труды тысячелетней давности.
— Император архов не прочь на мне жениться, — произнесла я тихо-тихо. И ещё тише продолжила: — Если я соглашусь, богиня позволит ему прийти на какое-то время. Император архов готов был мне достать Жемчужный дворец и подарить на свадьбу, и если я попрошу изгнать в другой мир Хёнджина и его приспешников, он это сделает с превеликим удовольствием.
От подобной перспективы стало дурно. Нет, я не боюсь архов и их порядков. И приблизительно знаю, чего ожидать. Да и в себе не сомневаюсь — я из тех людей, что всегда придумают, как применить свои таланты и хорошо устроиться.
Но Джин... Я не желаю ему ничего плохого. Совсем не желаю. Напротив!
С подругами и родными расставаться надолго или даже навсегда тоже не хочу.
Но если они прижмут меня к стенке, придётся. И я это сделаю. Никуда не денусь.
— Я знаю, Джису. Именно поэтому Соён в безопасности. А фифа Лин Акройд тебе не подруга, ты не пойдёшь ради неё на подобное. Ты способна перегрызть любому глотку только за дорогих тебе людей. Или за весь Арратор.
Он прав. И, как оказалось, хорошо меня изучил.
Только вот фифа Лин Акройд оказалась дамой непростой и весьма самостоятельной! На следующий день исчезла без следа.
Из-под многочисленной стражи.
Из-под взора могущественного тысячелетнего демона.
И куда пропала, никто не догадывался и не мог догадаться. Кроме меня. Но это та тайна, которую я ни за что не сообщу никому, тем более Джину. Потому что он демон, а демонам доверять нельзя, это знает каждая порядочная девушка. Даже после тех его слов, о которых буду вспоминать до конца моей жизни, потому что ничего более романтичного я ещё не слышала!
Прикрыла глаза и словно наяву увидела приближающегося ко мне Джина. Высокий, красивый, невероятно строгий и серьёзный... Он говорит страшные вещи, но завершает речь так, что хочется броситься ему на шею. Обнять крепко. Впиться в твёрдые, тёплые губы бешеным поцелуем.
— Ты способна перегрызть любому глотку только за дорогих тебе людей. Или за весь Арратор, — произносит он. — А я... — он делает паузу, но не останавливается, приближается вплотную, сильными руками обнимает мою талию. — А я убью за тебя, Джису. Любого. Даже против собственной сути.