Разоблачительница [Russian Translation]

Моя квартира находится всего в трёх кварталах от Дома искусств.

Если бы вы обратились к картам, то вам потребовалось бы меньше пяти минут, чтобы добраться. Но карты не понимают, насколько абсолютно необходимо было останавливаться у каждого дерева, припаркованной машины и подпорной стенки средней высоты, чтобы мы с Боди могли по очереди расцеловать друг друга от всей души.

Когда мы, наконец, добираемся до крыльца моего дома, я засовываю руку под забрызганную краской рубашку.

Боди издаёт сдавленный звук, который вырывается из его горла.

— Ключ, — объясняю я, доставая его из лифчика.

Войдя внутрь, я первой поднимаюсь на второй этаж и придерживаю дверь, пока нащупываю выключатель. Квартира выглядит так, словно принадлежит начинающим скрягам. Кухонные столы завалены упаковками и стаканчиками, а беспорядок с одеждой и косметикой в спальне и ванной виден с порога.

— Я приберусь завтра, — бормочу я.

Я поворачиваюсь, чтобы одарить Боди самоуничижительной улыбкой.

Но он смотрит себе под ноги.

Я мельком вижу вырезанные из журнала буквы (которые составлены в красочные слова, такие как "УМРИ", "ЛГУНЬЯ" и "СУКА") за полсекунды до того, как он наклоняется, чтобы поднять листок бумаги с кухонного пола.

— Лорел, — говорит он, — что...

Его лицо искажается от ужаса.

— Уже почти Хэллоуин, — пытаюсь я слабо объяснить. — Это, наверное, розыгрыш...

Но он знает об угрозах, которые получали в "Дейли". Нету смысла оскорблять его интеллект.

— Кто мог это сделать? — Спрашивает Боди, вертя листок в руках, чтобы проверить обратную сторону, как будто ожидает увидеть обратный адрес.

— Многие люди всё ещё не в восторге от этой статьи, — бормочу я.

Боди внимательно смотрит мне в лицо.

— Это не первая угроза, которую ты получаешь, не так ли? — Спрашивает он.

Он, наверное, уже понял это по моему лицу, но я качаю головой, чтобы прояснить ситуацию.

— Была ещё одна, — признаюсь я. — Раньше. Когда некоторые из "Дейли" получили их. Я получила такого же рода...такого же рода записку. Всё нормально.

Боди недоверчиво моргает.

— Это не нормально, Лорел, — говорит он, и на долю секунды я думаю, что он имеет в виду тот факт, что я держала от него в секрете первую записку. — Это твоя квартира. Это твой дом. Кто-то знает, где ты живешь. Кто-то проник в твой...проник в твою квартиру...

— Я знаю, — перебиваю я.

Боди резко выдыхает.

Он выглядит сердитым и испуганным.

— Я не могу указывать тебе, что делать, — говорит он. — И я знаю, что тебе нравится справляться со всем самостоятельно. Я знаю, что именно так тебе комфортно. И я ничего не сказал, когда Кайл испортил твою машину, а ты не захотела привлекать полицию, но, Лорел, это, — он трясёт запиской, — пугает меня.

— Я знаю,— несчастно повторяю я.

— Это твой выбор. Но я прошу тебя, пожалуйста, пожалуйста, расскажи кому-нибудь об этом.

Моим первым побуждением является паника. Ослепляющая, удушающая паника.

Но потом я думаю о Саре.

— Я схожу в полицейский участок, — говорю я.

Боди кивает, довольный ответом.

— Можно мне пойти с тобой?

Он говорил, что последует за мной куда угодно. Не думаю, что кто-то из нас осознавал, как скоро представится возможность доказать свою правоту.

Моя искра уверенности угасает, когда я смотрю на него.

— Мы не можем пойти сейчас, Боди. Сейчас около двух часов ночи. И мы все в краске.

— Тогда первым делом завтра, — говорит он. — Мы можем переночевать в квартире Шепарда. Утром у меня встреча с Гордоном, но она не раньше, чем... Знаешь, это не имеет значения. Я могу отменить встречу с ним, если понадобится. Я иду с тобой.

Эгоистичная часть меня чувствует облегчение, но я не хочу быть причиной того, что Боди потеряет больше игрового времени (если его встреча посвящена этому).

— Ты уверен? — Спрашиваю я. — Если тебе нужно увидеть Гордона...

Боди качает головой.

— Я пойду с тобой, — настаивает он.

Когда мы определяемся с планами на утро, я понимаю, что мне нужно предупредить Ханну, чтобы она не возвращалась в квартиру, просто на случай, если тот, кто оставил записку, вернётся. Я вымываю руки в кухонной раковине и достаю из заднего кармана пластиковый пакет с телефоном.

Получила еще одну записку. Боди увидел. Завтра утром иду в полицию. Нам всем следует переночевать у Андре, чтобы быть в безопасности.

— Эй, Лорел, — говорит Боди.

Я всё ещё печатаю и рассеянно мычу.

— Лорел, — повторяет он странно глухим голосом.

Я поднимаю глаза.

Боди всё ещё держит записку. Его лицо побледнело под полосами краски.

— Я думаю, это моя вина, — говорит он.

Я удивлённо смотрю на него.

— И почему ты так думаешь? — Спрашиваю я.

— Че...чеки с зарплатой из загородного клуба присылали сюда?

— Да.

— Значит, у Ребекки есть доступ к твоему адресу, верно?

— Ребекка? — Повторяю  я, сильно нахмурившись. — Ты же не думаешь, что она...

Но она бы могла. Это именно то, что она сделала бы.

— Но она уволила меня, — думаю я вслух. Конечно, я ей не нравилась, она велела мне возвращаться в Мексику, но она уже уволила меня. — Зачем ей посылать мне угрозы?

Боди сглатывает.

— Потому что я написал владельцу клуба, — говорит он, поморщившись. — Мне очень жаль, Лорел. Я не знаю...я не знаю, сделали ли они ей выговор, или...я просто был ужасно зол из-за той ситуации. Я думал, что не будет никакого вреда, если я что-нибудь скажу.

Я отключаюсь от своих сообщений и открываю приложение для отправки вакансий.

Немного поискав (поскольку я не общалась с Ребеккой после того, как она меня уволила), я нахожу её профиль. Заголовок под её именем гласит: "Специалист по коммуникациям и управлению проектами ищет работу на полный рабочий день".

Я прижимаю руку ко рту и снова встречаюсь взглядом с Боди.

— Из-за тебя её уволили, — говорю я сквозь пальцы.

Его лицо искажается от чувства вины.

— О, Боже, Лорел. Прости...

Я обвиваю руками его шею и целую.

Когда я отстраняюсь, всё, что он может делать, это смотреть на меня в ошеломлённом молчании.

— Из-за тебя её уволили, — повторяю я, почти смеясь.

Я могла бы пожаловаться владельцу клуба. Я могла бы написать длинное, ёмкое электронное письмо или статью в "Дейли" о том, как Ребекка обошлась со мной. И, скорее всего, мои обвинения дошли бы до ушей, которые не хотели бы меня слышать.

Но Боди? Боди является звёздным квотербеком многомиллионной студенческой программы. Его слова имеют вес.

Это  несправедливо. Я знаю это. Но и Боди тоже.

И именно поэтому он заступился за меня.

❖ ❖ ❖

Утром мы с Боди обнаруживаем, что были так заняты поцелуями на диване Андре, что забыли переложить мою одежду в сушилку. Боди одолжил мне пару своих джоггеров для бега трусцой (я подвернула пояс раза четыре и подвернула штанины) и футбольную футболку "Гарленд", чтобы я надела её в полицейский участок Гарленда.

Это совсем не то, что я хотела поделать в своё воскресное утро.

Первый офицер, с которым мы поговорили, казалось, абсолютно ничего не знал о предыдущем отчёте Эллисон. Вместо того, чтобы просмотреть файл, он задавал раздражающе повторяющийся ряд вопросов.

Почему кто-то другой сообщил о первой записке, которую я получила? Потому что Эллисон тоже получила записку, а мы с ней работаем вместе. Как я обнаружила первую записку в своей квартире? Я на неё наступила. Вторую? Боди наступил на неё. Есть ли у меня оригинал? Да, я принесла его в прозрачной пластиковой папке. Первая записка? Она у тебя уже есть, придурок. Видела ли я кого-нибудь подозрительного в своём доме? Нет. Видела ли я кого-нибудь подозрительного на улице? Нет, потому что я была немного рассеяна. Чем?

Боди прочищает горло. Его розовые щёки выдают нас с головой.

— У вас есть бывший парень, который мог прислать это? — Отваживается спросить полицейский.

Боди объясняет ситуацию с Ребеккой.

— Вы уверены, что у вас нет бывшего? — Спрашивает тот же полицейский, прервав Боди, прежде чем тот успевает показать ему электронное письмо, которое он отправил менеджеру загородного клуба. — Может быть, кто-то, кому вы изменили? Или кто-то, чьё сердце вы разбили?

— Я написала статью про Вона, — говорю я.

Офицер бледнеет от стыда и вызывает шерифа.

❖ ❖ ❖

Я твёрдо намереваюсь отвезти нас домой, но Боди бросает взгляд на мои дрожащие руки и усаживает меня на пассажирское сиденье.

Поездка обратно в кампус проходит в тишине. Первые несколько минут она была мучительной. Затем, когда мы останавливаемся на красный свет, Боди поворачивается и смотрит на меня.

— Я очень хочу взять тебя за руку прямо сейчас, — говорит он. — Но я не самый лучший водитель, и мне приходится держать обе руки на руле, иначе мои мысли просто разбегаются по...

Я перегибаюсь через консоль и кладу руку ему на бедро.

— Спасибо, — бормочу я.

Когда мы подъезжаем к гаражу через дорогу от Палаццо, Боди ставит мою машину на редко встречающееся свободное место на первом этаже и глушит двигатель. В наступившей тишине мы оба устало вздыхаем. Я смотрю на красивые линии его профиля и затем перегибаюсь через консоль, чтобы поцеловать его в щеку.

— Во сколько ты встречаешься с Гордоном? — Спрашиваю я.

Боди смотрит на свой телефон.

— Через двадцать минут. Мы уложились во время.

Я улыбаюсь.

— Что собираешься делать? — Спрашивает меня Боди.

Я вздыхаю.

— Я должна сказать Эллисон.

Я пыталась дозвониться до неё. Никто не отвечает. Я оставила голосовое сообщение, но понимаю, что не смогу усидеть на месте, пока не расскажу ей всё.

К чёрту всё это. Я подловлю её у дома.

— Я схожу к ней домой, — говорю я Боди.

— Хочешь, чтобы я пошёл с тобой? — Спрашивает он.

— Нет, не беспокойся об этом. Иди поговори с Гордоном. Я могу справиться с этим сама.

Боди кивает, и я ценю, что он не стал настаивать. Я ценю, что он поверил, что я действительно могу справиться со своими проблемами самостоятельно.

Мы выходим из моей машины и направляемся к тротуару, где останавливаемся, чтобы попрощаться. Поэтому я протягиваю руку, быстро похлопываю Боди по заднице и говорю. — Вперёд, Львы!

Он удивлённо моргает, глядя на меня.

— Я всегда хотела это сделать, — признаюсь я, пожав плечами. — Футбольный дух.

Боди качает головой.

— Ты такая неудачница, — говорит он.

Но он притягивает меня к себе и снова целует, прежде чем мы расходимся в разные стороны, чтобы сражаться в разных битвах.

❖ ❖ ❖

Я на полпути к переулку рядом, когда мой телефон вибрирует.

Эллисон Майклс звонит мне.

Я не уверена, почему я так удивлена её безупречному выбором времени. Эллисон является божественным космическим существом, способным уловить каждый момент развития событий в разворачивающейся истории. Конечно, она знает, что я направляюсь к её дому.

— Привет! Привет, это я, — отвечаю я.

— Лорел, мне нужно с тобой поговорить, — говорит она. — Лично. Можешь приехать ко мне домой?

— Я буквально сворачиваю в твой квартал. Слушай, я, кажется, знаю, кто присылал эти записки.

Я жду вздоха, или вопроса, или остроумного замечания, или ещё чего-нибудь. Но на том конце провода только молчание.

Я не помню, чтобы Эллисон была такой тихой.

— Ты здесь? — Спрашиваю я.

Лёгкое беспокойство в животе является предупреждающим знаком.

Эллисон вздыхает и говорит тихим и дрожащим голосом, что совсем на неё не похоже.

— Они нашли её. Они нашли Жозефину.