«Лабиринт чужих тайн»
Сумеру сиял дневной ясностью: широкие платформы города были залиты светом, а тени деревьев ложились ровными линиями, будто тщательно построенная чертёжная сетка. Сквозь листву прокатывался ветер, несущий запах цветущего жасмина.
Хайтам остановился перед домом Кавеха, сжимая букет - слишком красивый, чтобы быть простым жестом. Лепестки тихо колыхались в его руках, отражая его настроение лучше любых слов. Он посмотрел на знакомую дверь, и сердце странно тяжело, но приятно дернулось.
Из отворившейся двери показалось до боли родное красноглазое личико с лучезарной улыбкой.
– Привет. Оо, это мне?
– Здравствуй, конечно тебе, мой л...лучший друг, - дополнил фразу, быстро сообразив, когда увидел знакомый женский силуэт вдали комнаты, позади блондина.
После этого вернул взгляд на парня и тихо прошептал ему:
– Ты же говорил, её не будет сегодня дома?
– Да, но... Она вот как раз собирается уходить. Ты просто рановато пришёл.
– Чёрт...
– Привет, Хайтам.
Понял, что нужно быстро сообразить что-то, когда девушка подошла к ним ближе.
– Привет, Эмилия. Я тут... В гости к вам решил заглянуть. А с пустыми руками некрасиво как-то. Кавех говорил, что ты любишь цветы, поэтому вот, держи.
– О, так неожиданно. Благодарю.
Она приняла букет немного неуверенно, коротко переглянувшись с мужем, будто спросила разрешения.
– Пойду поставлю их в воду, а ты проходи пока что.
Аль-Хайтам прошёл внутрь, не сводя взгляда с архитектора и выражая в нём неловкость от ситуации. Парни молча расположились на тахте, когда девушка вернулась к ним, держа в руках небольшую красивую коробочку.
– А это для тебя. Однажды, когда ты приходил к нам, говорил, что тебе очень нравится парфюм, который я создала для Кавеха. Поэтому я решила создать особенный аромат и для тебя. Мы хоть и недавно знакомы, но я надеюсь, что мне удалось правильно выразить в нём твой образ.
Секретарь взял коробочку так нерешительно и стыдливо, будто не достоин подарка от этого человека.
– Спасибо большое... Но не стоило, это слишком шикарный подарок, в сравнении с моим... Даже не знаю, чем бы мог отплатить тебе.
– Не думай об этом, я не жду чего-то взамен. Просто захотела порадовать чем-то моего нового приятеля. Я люблю свою работу, поэтому для меня это было не сложно.
Его взгляд на неё будто молча просил прощения, пока девушка искренне улыбалась.
«Она такая милая... Чёрт, Эмилия не заслуживает того, что происходит. Хоть и бывает иногда резкой, но она очень хороший и приятный человек. Она так тепло ко мне относится, даже не зная, как нежно меня целует её муж...»
– Кстати, Кавех, когда ты уже отдашь ему ту стопку книг, которая стоит, пылится у нас в комнате?
– Ох, я такой забывчивый стал. Спасибо, что напомнила.
– Погоди, что за книги? - спросил Хайтам.
– Я привёз тебе несколько книг из Фонтейна. Ты уже наверняка прочитал всю литературу, что есть в Сумеру, поэтому, я думаю, новые для тебя будут интересны.
– Ребята, вы чего? Вы решили задарить меня подарками? Я, вроде, не праздную сегодня именины. Я безумно благодарен вам, но мне очень неловко...
– Да я должен был отдать тебе их ещё когда только приехал, но забыл. Вот, фух... Еле дотащил, - сказал Кавех, когда приволок стопку книг в гостиную.
– Ты знал что мне подарить, спасибо...
После этого он собирался приблизиться к его лицу и поцеловать, но быстро опомнился, и просто похлопал ладонью его по плечу.
– Ладно, парни, я вас оставлю, мне уже пора. Меня наверняка уже заждались.
Следом за её словами послышался стук в дверь, и девушка пошла открыть.
– Привет, Эмилия. Короче, Сайно сегодня, оказывается, целый день будет дома, поэтому нашу встречу лучше перенести к вам домой, сама понимаешь. Вообщ... Оо... Хайтам? - запнулся Тигнари, когда увидел секретаря за её спиной.
Тот поздоровался с ним простым кивком, не ожидав увидеть его здесь.
– Эм... Я вижу, ты тоже не одна...
– Мы уже уходим, - сказал Кавех, поднявшись с тахты, и продолжил:
– Пошли, Хайтам, я помогу тебе донести книги домой.
Когда они вышли, секретаря насторожила только что произошедшая, ситуация, поэтому не мог не расспросить своего спутника:
– А почему Тигнари встречается с Эмилией? И почему обязательно у кого-то дома?
– Ну, знаешь, эти химики вместе работают там над чем-то. Я в подробности не вдавался, я в этом не разбираюсь. Там такие запахи стоят, когда они химичат, что лучше оставлять их одних, не то голова кружиться будет.
– Интересно, что они готовят.
– Да, мне тоже. Я думаю, узнаем, когда закончат.
Будучи в доме аль-Хайтама, архитектор помог расположить новые книги на полках, и затем спросил:
– Ну что? Чем займемся сегодня? Есть какие-то идеи?
– На самом деле, я хотел бы просто весь день напролёт лежать, обнимая тебя. Мне большего счастья и не нужно. - сказал он, обвив свои руки за его талией, и приблизил к себе.
Такое свидание могло бы показаться сомнительным, но для двух пылающих любовью сердец это было вполне отличным времяпрепровождением.
Правда, до того момента, пока не начало наскучивать Кавеху.
– Хайтам, мне скучно, - приподнялся он, опираясь локтями на его грудь.
– И чем ты хочешь чтобы я тебя развлёк?
– Ну, не знаю... Например, почитай мне что-нибудь.
– Что мне почитать для тебя?
Кавех обернул голову, задумчиво пробежавшись взглядом по книжной полке. И после зацепился за его рабочий стол. На нём лежал раскрытый блокнот. Издали было видно, что страницы покрыты текстом.
– О, прочитай мне, что ты пишешь в своем блокноте.
– Ну вообще-то, скоро будет месяц, как мы с тобой вместе, и я готовил кое-что скромное для тебя. Так что потерпи немного, ладно?
Блондин немного помолчал, подумав:
«Месяц? Мне хотя бы быть уверенным в завтрашнем дне, не то что... Месяц наших отношений будет уже через четыре дня, но откуда мне знать, успеем ли мы его отпраздновать... Не хотелось бы портить сюрприз, и всё же, лучше узнать о нём сегодня».
– Неет, Хайтам, я не дождусь. Давай сейчас!
– Какой же ты нетерпеливый... Ладно, почитаю, - сказал он, поднялся за блокнотом и, вернувшись в кровать, продолжил:
– Конечно, это не какой-то превосходный презент, но, я думаю, тебе должно понравиться. Я написал несколько строк о моей любви, посвящённые тебе.
Зачарованные глаза Кавеха внимательно взирали на него, пока он читал.
– Ты моя сила как сталь,
моё уединение,
смысл моего существования,
любимый, солнце моё, опора моя,
Жизнь моя, ты как зеленые колосья пшеницы,
прелесть моя,
ты как вино – мой райский напиток,
имя мое,
Красота моя,
торжество мое,
моя любимая картина,
мой поток радости,
Настроение мое,
праздник мой,
мое средство от усталости жизни,
счастье мое, солнце мое,
звезда яркая,
Мой оранжевый цитрусовый фрукт,
очаг моей спальни,
Мое зеленое растение,
мой сахар,
молодость моя,
весь мой мир внутри тебя,
боль моя,
Я умру на твоей шее,
я в твоих дверях,
Музыкальные гаммы моего чистого сердца,
из моих глаз прольются чистой влагой,
ты мой прекрасный!
Мое яркое солнце и щедрости полные горсти.
Я сам не свой, я слепо тебе подчинен.
Я пред тобой, как ночной мотылек.
А ты, как свеча, своим светом манишь меня.
Изумрудные глаза отвели взгляд от блокнота, посмотрев на любимого, и заметили, как по его щекам текли слёзы.
– Ох... Полагаю, тебе понравилось?
– Хайтам... Я не знаю, каких слов подобрать, чтобы описать значимость этих строк для моего сердца... Ты вправду так сильно успел полюбить меня?
– Конечно, милый. Ни одно красноречивое слово не способно в полной мере описать масштабы моих пылких чувств к тебе. Но, я вижу, тебя это так растрогало, раз ты заплакал? - говорил он с мягкой улыбкой, нежно вытирая большим пальцем слезу с его лица.
Кавех коротко кивнул, опустив взгляд.
К сожалению, эти слёзы были выпущены не от счастья, о чём секретарю было не ведомо.
«Всё зашло слишком далеко... Я изначально не должен был позволять этому случиться. Какой же придурок... Я никогда не прощу себе то, что ему теперь придётся пережить. Это уже ничего не остановит, но, может, пора всё рассказать? О Архонты, где взять решимости, чтобы вымолвить правду?...»
Между тем, секретарь взял его за руку, решив не останавливаться в изливании своих чувств:
– Знаешь... Я столько думаю о нашем с тобой будущем. Я так хочу, чтобы однажд...
– Хайтам, постой... Послушай, я... - прервал его блондин.
– Погоди. Прошу, не перебивай меня, ладно? Я так хочу, чтобы однажды ты стал моим мужем, произнеся клятву под свадебным алтарём. И мы проживём в горе и в радости, бок о бок, до самой старости... А ещё, было бы так славно, если бы мы смогли завести детей... Досадно, что биологически это невозможно, но вдруг учёные однажды нашли бы способ? И тогда мы бы стали счастливыми родителями. Мне кажется, у нас была бы дочь. Она была бы очень похожа на тебя. Солнцеликое дитя с длинными светлыми волосами и рубиновыми глазками. Как же хочется, чтобы эти грёзы поскорее смогли воплотиться в жизнь...
Слёзы по лицу Кавеха катились градом. Дыхание стало надрывистым и очень тяжёлым. Он пытался сглотнуть ком горечи в горле, безнадёжно желая потушить болезненное жжение в груди.
– Я так больше не могу! - выкрикнул он, отбежав подальше от кровати.
Аль-Хайтама очень напугало такое поведение, и он тихо спросил:
– Кавех, что с тобой? Я разве что-то не то сказал?
– Нет, ты... Ты не виноват ни в чём... Это я... Я... Чёрт...
Сквозь слёзы он смотрел в растерянные и напуганные глаза любимого и пытался продолжить:
– Прости... Нам нужно расстаться...
Сердце секретаря, казалось, вмиг прекратило биться. Он вскочил с кровати и подошёл ближе.
– Что... Что ты такое говоришь...?
– Я не могу быть с тобой... Я не смогу дать тебе того, что ты желаешь...
– Молю, Кавех, скажи, что это какая-то идиотская шутка...
– Нет... Эмилия... Она... Она беременна от меня. Я собираюсь построить семью с ней. Нашу с тобой историю придётся завершить...
Хайтам застыл в оцепенении. Он дышал так, словно начинал задыхаться, пока холодные слёзы катились по щекам.
– Лучше бы ты насквозь пронзил меня мечом... Мне было бы не так больно... - сказал он дрожащим голосом.
– Прости... Я...
– Я не хочу тебя больше видеть... Убирайся отсюда!! - прокричал Хайтам с нарастающим гневом и отчаянием.
И Кавех сразу же поспешил покинуть дом, прикрывая рот рукой.
Дверь щёлкнула - коротко, ровно, почти вежливо. А потом тишина разверзлась, как пасть зверя.
Его лицо дёрнулось. Тело содрогнулось. И вдруг, как будто что-то оборвалось с рёвом, из груди вырвался рваный, звериный звук.
Он схватил ближайшее, что под руку попалось: вазу, и швырнул в стену. Стекло взорвалось брызгами. Он даже не смотрел. Всё вокруг стало врагом. Хайтам перевернул деревянный стол резким движением руки. Разметал подушки, вскрыл диванные швы ногтями, сорвал с полок вещи, книги летели веером. Сцепив зубы, с неистовой силой разбивал костяшки в кровь обо всё, что попадалось под его кулаки, оставляя алые следы на мебели и стенах. Громкий рёв боли. Затем ещё один, громче. Постороннему могло бы показаться, что здесь режут кого-то заживо, хотя пострадавший именно так себя и ощущал.
Изнемождённый, опёрся руками о стену и скатился вниз, размазав по ней багровые линии крови. На крики больше не осталось сил. Он просто хныкал, словно беспомощное дитя. Слёзы затопили глазницы, он не видел ничего. Всё тело пекло, будто мгновение назад его вытащили из кипятка.
Ночь была тяжёлой. Удавалось сомкнуть глаза лишь на некоторое мгновение, а после снова просыпался. Лежал, пусто глядя на потолок. Холодные слёзы катились на подушку под его головой, делая её мокрой. А после скручивался на кровати, мучаясь от ядовитой пульсации в груди.
Заметив солнечные лучи, которые пробивались сквозь окно, вяло сполз с кровати. Глаза опухшие от слёз, нос заложен, голова гудит, а внутри будто сквозная дыра пустоты. О еде не хотелось даже думать: сразу начинало тошнить. Залез в ванную и пролежал там час, второй, уже пошёл третий. Вода давно остыла, став ледяной, но он не замечал этого. Будто выжидал пока конечности посинеют от температуры воды.
Наконец оделся, вернувшись в комнату. Взгляд зацепил тот самый блокнот. Лежал он в открытом виде, назло показывая строчки о любви, написаные его рукой. Секретарь разозлился, словно эта тетрадь специально его поддевала, и швырнул в стену. Дёрнулся от мысли уничтожить её к чертям, но в голове вдруг вспомнилось:
«– А если воспоминания не всегда будут счастливыми? Их ты тоже будешь сюда записывать?»
И вправду, зачем уничтожать, когда можно изложить свои чувства в блокноте, который он прозвал «дневником своей жизни». Мужчина поднял его с пола, сел за рабочий стол и принялся интенсивно черкать пером по странице:
«Любимый... Моя белокурая боль... Я тебя ненавижу! Ненавижу! Ты смешал меня с пылью под своей обувью! Будь ты проклят, Кавех!»
Рука дрожала, от чего буквы были написаны криво. Яростно захлопнул блокнот с другой стороны. Глаз поцарапала золотая гравировка:
«Моё сердце навечно твоё.
С любовью, Кавех»
– Чёртов лжец! - прокричал он вслух, стукнув по ней кулаком.
«Ты беспощадно разрушил мою жизнь, так почему меня должна заботить твоя? Я разрушу и твою жизнь, милый.»
С этой мыслью он встал из-за стола, и вскоре покинул свой дом, решительно направившись в уже знакомый, неподалёку.
После настойчивого стука в дверь девушка отворила её, окинув растерянным взглядом гостя.
– Хайтам...? Кавех сейчас спит, приходи позже.
– Я не к нему пришел.
Эмилия похлопала глазами, сказав:
– Что ж... Тогда, я тебя слушаю.
– Прости, я пришёл с дурными вестями. Знаю, тебе сейчас нельзя волноваться, но ты должна знать правду. Всё это время Кавех изменял тебе со мной.
Какое-то время девушка молча разглядывала его, а после ответила с тяжёлым выдохом:
– Я знаю.
Аль-Хайтам был готов вытирать женские слёзы, но заместь этого, получил совершенно неожиданную реакцию. Его ранее прищуренные от опухлостей глаза в миг широко распахнулись.
– Что? Что значит знаешь?
– Не важно... Но ты меня сейчас разочаровал. Сразу побежал рушить жизнь любимому, притом зная, что его жена в положении. Не думала, что ты такой человек, Хайтам... Но я понимаю, в каком ты сейчас состоянии, а потому не стану менять мнение о тебе. Спишу на то, что твой поступок был импульсивным под действием отчаяния. Не волнуйся, я не расскажу Кавеху о том, что ты сейчас пытался сделать.
Он удивлённо бегал по ней потерянным взглядом. У него не получалось сложить в голове то, что он сказал и её ответ на это. Мужчина даже не понимал, как сформулировать свой вопрос на данную ситуацию.
– Я не понимаю...
В глазах девушки была видна нежданная эмпатия по отношению к нему. Она положила руку на его плечо, а затем обняла.
– Однажды ты поймёшь... Обещаю... Мне правда жаль за то, что произошло с тобой. Постарайся быть сильным и держаться. В жизни бывают ситуации и похуже...
Хайтам прибывал в полнейшем недоумении от происходящего. Девушка знает об измене и при этом выражает соболезнования тому, с кем встречался её муж? Что здесь вообще происходит? Он не мог вымолвить ни единого слова, не понимая как на всё это реагировать.
–...Но сейчас тебе лучше уйти... Мне самой, знаешь ли, сейчас нелегко. Надеюсь, ты отнесешься к этому с пониманием, - сказала она, отойдя немного назад.
Секретарь решил, что прежде чем разбираться со всем этим абсурдом, лучше сначала постараться переварить произошедшее. А потому, коротко кивнул и открыл дверь, собираясь на выход.
Вместе с открытием двери, он сразу услышал глухой удар об неё, за ним шумный грохот и тихое, скулящее:
– Ссс... Аай...
Они оба выбежали для того, чтобы узнать источник этих звуков.
За дверью, на земле сидел Тигнари, которого Хайтам случайно пришиб дверью. Он потирал место удара на лбу и поднял взгляд на друзей, а затем перевёл его на землю, рядом с собой. Там лежал разбитый стеклянный пузырёк, из которого вытекло всё содержимое. И лесной страж сразу принялся судорожно собирать эти осколки.
– Извини, Тигнари, я не хотел... Сильно больно? Оу, это из-за меня разбилось? Как я могу загладить вину? Ты наверняка сам сварил эту жидкость? Давай я заплачу тебе за потраченные ингредиенты? Или как я могу помочь?
Тигнари с досадой глядел на осколки в своих руках и сказал:
– Не нужно, Хайтам... Ты тут ничем не поможешь...
Секретарь повернул голову на Эмилию, словив на себе ее взгляд, которым она продолжала намекать, что ему лучше удалиться.
– Ладно, я, пожалуй, пойду... - сказал он и направился прочь.
Практически сразу его голову осенила мысль:
«Эмилия очень странно себя ведёт. С Тигнари она знакома намного дольше, и что если делится с ним чем-то личным?»
После этого сделал видимость, что уходит в сторону своего дома, но, завернув за угол, обошёл дом Кавеха с обратной стороны и притаился, чтобы подслушать разговор.
– Это был единственный экземпляр? - спросила девушка.
– К сожалению, да. Я вылил в этот пузырёк всё, что было.
– И когда ты сможешь сделать новый?
– Если ты поможешь, то, думаю, до завтра будет готово.
– Хорошо. Тогда ты пока иди начинай, а я скоро прийду и помогу.
– А что здесь делал Хайтам? Он выглядел таким растерянным. Неужели ему стало известно обо всём?
– Нет, он пока что ничего не знает.
– А, ладно. Тогда я пошёл. И ты желательно поторопись.
Ребята попрощались и лесной страж ушёл по направлению на выход из города.
Аль-Хайтама очень взволнованно то, что он услышал. Он был намерен разобраться со всем этим. А потому решил скрытно «сопроводить» друга по пути в Гандхарву.
Мужчина осторожно прятался в растениях, пока шёл за ним следом.
Когда тот наконец добрался до своего дома, то вошёл внутрь. А Хайтам притаился под окном, надеясь выведать больше информации методом подслушивания.
Тигнари поприветствовал своего партнёра и сразу уселся за рабочее место, приступив к изготовлению новой порции той неизвестной жидкости.
– Фуу, ты сейчас опять будешь вонять своими жижами? - скривился Сайно.
– Извини, но это дело не терпит отлагательств.
– Что ты вообще делаешь, мне всё интересно?
– Ты всё равно ничего не поймёшь, если я попытаюсь объяснить. Это для Эмилии нужно, всё что могу поведать.
Взгляд Сайно внезапно переменился на недовольный.
– Мне не нравится, как много времени ты проводишь с этой Эмилией...
Тёмноволосый парень сразу отвлёкся от своего дела, отодвинулся на стуле и повернулся на него.
– Солнце, я не пойму: ты что, ревнуешь?
– Допустим, если так.
Тигнари вздыбил брови, удивившись тому, как он серьёзно это говорит.
– Ты в своём уме? За столько лет наших отношений, я вдруг слышу от тебя такое недоверие?
– Сомнения ведь не вырастают на пустой почве.
Он совершенно не был готов к такому разговору. Хотел одновременно и возмутиться и успокоить его.
– Сайно, послушай. Ты знаешь, как сильно я люблю тебя. Я ведь никогда раньше не ставил под сомнение мою преданность тебе. С чего вдруг ты начал сомневаться? К тому же, она замужняя девушка. Нас с ней ничего не связывает, кроме дружбы и совместной работы.
– Меня никак не успокаивает факт её замужества, учитывая, что муж ей давно изменяет.
– Ну... Это уже не наше дело.
Генерал Махаматра раздражился от того, что разговор зашел в тупик, и решил, если высказывать - то до конца.
– Ты думаешь, я не вижу как вы с ней перешёптываетесь? Как часто вы нервничаете и лжёте? Тигнари, я не глуп, я всё замечаю! Расскажи мне всё. Я хочу знать правду!
– Я тоже хочу знать правду. Расскажи, что вы скрываете.
Неожиданный голос заставил обоих обернуться и обратить внимание на Хайтама, который без стука вошёл в их дом.
Сайно заметно ещё больше взволновался.
– Так значит, не я один это замечаю? Теперь у меня не осталось сомнений! Тигнари, за что?! Я не могу поверить!! - начинал он плакать и вскочил, желая отправиться на выход из дома.
– Сайно, постой! Ты не правильно всё понял! Мы скрываем совершенно не то, о чём ты подумал!!
Парень остановился, решив всё-таки выслушать. А Хайтам ухмыльнулся:
– Ну вот ты почти и признался. Значит, теперь ты подтверждаешь, что вы о чём-то молчите. Только теперь я хочу знать о чём.
Лесной страж сильно нервничал. Слишком сильное давление оказывалось на него с двух сторон. Но он все равно старался сохранить тайну:
– Ребят, поверьте, если бы я мог, я уже давно всё вам рассказал бы. Особенно тебе, Хайтам. Я изначально считаю, что тебе нужно знать об этом. Но поймите, я не могу выдать секрет, который мне доверили. Я не имею права разбалтывать то, что повлияет на жизнь другого человека. Простите, но я ничего вам не расскажу...
– Пожалуй я всё расскажу, - послышался женский голос сзади.
Парни обернулись, увидев перед собой Эмилию.
– Эмилия, но... Он же просил... - заволновался Тигнари.
– Знаю, но ты не можешь не согласиться, что об этом уже становится невыносимо молчать. Я понимаю, как для него это важно, и, надеюсь, он меня простит. Но тебе пора узнать всю правду, Хайтам.
Секретарь сильно напрягся, напуганно выдавив:
– Я тебя слушаю.
– Первое, что тебе нужно знать: Кавех вчера соврал тебе. Я не беременна, и никакую семью со мной он стоить не собирается.
Внутри уже похолодело. Он боялся узнать в чём кроется секрет, но продолжил слушать.
– А почему он так сделал - это длинная история. Поэтому устраивайтесь по-удобнее...
Напряжённая вышла глава🫢
Хочу увидеть ваши отзывы и жду в своём тгк💙 https://t.me/arinatyping91