Асоциогенез

Большое яблоко озарилось первыми лучами солнца. Утро после свидания началось с глупой улыбки, прилипшей к лицу и странной легкости во всем теле. Грэм валялся в постели, вдыхая запах чего-то нового. Каждое воспоминание: их поцелуи в такси, шутки про Диснейленд, этот взгляд - заставляло сердце биться чаще. Он улыбнулся в потолок, потянулся, и кости затрещали с непривычным удовлетворением. Эйфория пульсировала в висках, густая, сладкая, почти наркотическая. И пока эхо вчерашних слов Тимура звенело в голове громче уличного шума из окна, его внутренний голос, обычно саркастичный и недовольный, выкрикивал одно: "Я получил это". Получил внимание этого яркого, циничного хаоса в человеческом обличье. Но тело требовало не просто внимания, а немедленного продолжения. Без дурацких правил трех свиданий. Желанием сводило челюсти. Грэм потянулся за телефоном у края подушки, обнаружив одно сообщение от Тимура с простым, но милым содержанием и сердечком: «доброе утро, Форсти». Улыбка стала еще шире. А сразу под ним - пятнадцать сообщений подряд от Чарли Даффи, прыгающих как блохи по животным, с взрывающимися эмодзи-бомбами и кричащими капслоком: «ГРЭМ! ТЫ ЖИВ???»; «Стрим в следующую среду! Ты будешь? У нас новая игра, купи в стиме!»; «Ты ОБЯЗАН быть!»; «Серьезно, чувак, план такой: ты, я, Марс, Vek.on и Дэвид. ЭПИЧНОСТЬ 1000%!»

Грэм фыркнул, отправив короткое: «Был занят. Я тебя понял. Не спамь». После чего выключил звук и отшвырнул смартфон. Миллион подписчиков Чарли могли подождать. Сейчас весь этот цифровой цирк казался теперь таким далеким, таким неважным. В его личной вселенной только что случилось землетрясение магнитудой «Тимур Калинский». Мир сузился до вчерашнего вечера на крыше в Браунсвилле: до его смеха, до его запаха, до того взгляда, когда он сказал «Да. Встречаемся».

Он выкатился из постели, натянув на себя футболку с Artic Monkeys и рваные джинсы, лежавшие на полу, после чего сел за рабочий стол, ткнул кнопку на системнике. Монитор моргнул, издал жалобный писк и погас. Грэм нажал кнопку снова. Тот же ритуал: моргание, писк, черный экран. «Блять!» - ударил он кулаком по столу. Весь его цифровой мир - анимационные проекты, черновики, доступ к стримингу - зависают вместе с курсором. Грэм выдохнул устало, решив оставить эту проблему на неопределенное будущее, после чего удалился из комнаты. Он нашел Феликса на кухне, методично раскладывающего хлопья из английских букв по тарелке с банановым молоком. Лицо было крайне сосредоточенным.

- Утро, - брякнул Грэм, слишком громко, слишком бодро, хватая канистру с апельсиновым соком из холодильника. Она открылась с сочным звуком победы. - Тараканы не вернулись?

- Утро, - монотонно отозвался Феликс, предварительно вздрогнув. Он медленно поднял глаза, изучая Грэма с ног до головы. - Нет. Уровень угрозы насекомыми снизился после дезинфекции. Ты звучишь вполне веселым. - Он прищурился. - Это связано со вчерашним свиданием с Vek.on?

- Да, - Грэм не смог сдержать ухмылку. - Мы типа...теперь вместе. Официально. И да, он... - Форстер замялся, глотая цитрусовый напиток, - он классный. - Внутри всё пело.

Феликс лишь кивнул, будто знал ответ уже заранее. Последовала тишина.
Эйфорию тут же приглушило воспоминание о мертвом мониторе. Лицо помрачнело. - Вот только комп сдох, нахер. Опять. - добавил Грэм.

Феликс замер с ложкой на полпути ко рту. Его темные брови слегка приподнялись. - Твой компьютер? Он же давно лагает. Системные процессы потребляют до 95% ресурсов ЦП* в простое. Признаки скрытого майнера* или шпионского ПО.

Мысль о глючащем компьютере, этом символе его творческого застоя и выгорания, как ведро ледяной воды окатила Грэма. - Да черт с ним, с компом, - махнул он рукой, отмахиваясь от проблемы. - Куплю новый. Когда-нибудь...

Феликс наклонил голову и потер медленно ладони. Его взгляд стал пристальным. - Но Vek.on. Он же специалист по кибербезопасности. Ты упоминал прошлой ночью его биографию. Логично предположить, что он обладает компетенциями для диагностики и переустановки операционной системы. Ты мог бы пригласить его. Это социально приемлемый повод.

Грэм замер. Мысль была гениальной в своей простоте. И немного меркантильной. "Как мне самому не пришло это в голову?" - прокричал внутренний голос. Хитрая улыбка поползла по лицу. Пригласить Тимура к себе под благовидным предлогом. Сердце застучало чаще.

- Феликс, ты ебанный гений! - прошептал Грэм, чувствуя, как по щекам разливается краска.

- Я не гений, у меня средний IQ*. - ответ пришел ровным тоном.

Грэм закатил глаза. - Заткнись и ешь свои буквы, - фыркнул он беззлобно, уже листая контакты в телефоне. Дойдя до диалога с Тимуром, он недолго думая, стал печатать: "Привет. Не знаю, разбираешься ли ты в таком, но у меня тут катастрофа с ноутом. Он умирает. Достаточно давно лагает, и все виснет. Можешь глянуть, если не сложно? Я дома весь день."

Ответ пришел быстро: "Ты издеваешься? 9 утра, блять. Я не сисадмин, Форсти. Я системы защиты строю, а не переустанавливаю винду на древнем хламе."

К небу почти подкатила смесь недовольства и разочарования. Но прежде чем Грэм успел что-либо ответить, пришло второе сообщение: "Ладно, подъеду через час. Но имей в виду, если там вирусы с порносайтов - буду смеяться."

Глаза засияли. Это было лучше любого любовного послания. От волнения прикусил нижнюю губу и радостно подпрыгнул. - Он едет сюда! - вскрикнул Грэм, неловко поймав взгляд Феликса. - Ты же не против, да? - неуверенно спросил он, глядя на соседа.

Феликс пожал одним плечом. - Я буду в своей комнате. Мои социальные потребности в визуальном контакте с твоим партнером в данный момент равны нулю. - Вставая с места, случайно опрокидывая на себя и пол тарелку с молоком.

Грэм выругался сквозь улыбку, глядя, как растекается жидкость. - Я в душ! На всякий случай. - бросил он, уже срываясь с места и мчась по коридору.- Уберёшься сам.

Пар от горячей воды затуманил зеркало, скрыв его панику. Он яростно тер кожу гелем с запахом ментола, смывая вчерашний дым, заменяя его дрожью предвкушения. Он выскочил, наспех вытираясь полотенцем, натягивая серые джоггеры и белую футболку без принта - максимально нейтрально, чтобы не выглядеть слишком старательно. Тимур прибыл ровно в назначенное время, но выглядел совершенно другим. Не циничным троллем с бархатным мурлыкающим голосом, а человеком, которого явно переехал грузовик. Он вошел в дом, как входит в их Discord-чат - уверенно, чуть свысока, в черном худи с надписью "пиздец" на кириллице, и тех же трениках Adidas. Лицо было усталым, с синевой под глазами, ярче, чем вчера, а в глазах, обычно насмешливых, читалась усталость и легкая раздраженность. Настроение - как у медведя, разбуженного посреди зимы. - Где труп?- буркнул он вместо приветствия, шагая вперед.

- Приве-е-ет, - кокетливо поприветствовал Грэм, пытаясь убрать неловкость размером с их Бруклинскую квартиру. - Рад тебя видеть. - Он кивнул в сторону своей комнаты. - Там, на столе.

Тимур окинул его быстрым оценивающим взглядом, от подошв старых Vans до растрепанных пшеничных волос. Уголки губ дрогнули в подобии улыбки, а руки резко потянулись потрепать его по влажным волосам. Грэм проводил русского в свою комнату, показывая пальцами на системник. Тот проследовал за ним, его белые кроссовки бесшумно ступали по паласу. Войдя в комнату, он замер, окинув взглядом атмосферу комнаты: монитор с мертво-черным экраном, пепельницу, переполненную окурками "Marlboro", постеры второсортных фильмов ужасов, куча эскизов валяющиеся под столом, заляпанная краской и пеплом кружка "not art" с остатками заплесневевшего кофе на столе, рядом с клавиатурой.

- Ахуенно, - констатировал Тимур спокойным сарказмом. Далее включил ПК, татуированные руки быстро заскользили по клавиатуре. Лицо было сосредоточенным, брови слегка нахмурены. Даже раздраженный и уставший, Тимур был чертовски притягателен. Особенно сейчас, когда он делал что-то для него. Эротика интеллекта и компетентности била сильнее любого стриптиза. Время тянулось. Загрузка с флешки заняла вечность. На экране поплыли непонятные строки. - Цирк, а не комп, - процедил он. - Когда выскочило окно с кучей красных восклицательных знаков и списком файлов с подозрительными названиями. - Вот твои вирусы, дурачок. Половина трояны с сомнительных порно-ресурсов. Другая половина майнеры, пожирающие твой процессор. Кто тебе поставлял софт, слепой хакер из детсада? - Тимур наконец повернул голову, и его усмешка замерла, столкнувшись с выражением лица Грэма. Тот стоял рядом покраснев, как ученик, не зная, куда себя деть, в итоге плюхнулся на кровать, упираясь спиной в стену. Он наблюдал, как Тимур сосредоточенно долго щелкал мышью, иногда ворча себе под нос.

- Пациент безнадежен? - попытался пошутить Грэм.

Тимур не отрывался от экрана, где бежали строки кода. - Пока не ясно. Системные файлы похерились капитально. Возможно, придется все сносить и ставить заново.

- Может кофе? - предложил Форстер, пытаясь быть полезным.

- Давай. - ответил Тимур не оглядываясь. - С сахаром, без коровьего молока. Я пью только альтернативное.

Грэм довольно хмыкнул и с новой уверенностью побежал на кухню. Звуки из его комнаты доносились не самые обнадеживающие: клацанье клавиатуры, короткие, резкие нажатия кнопок, ругань на русском, перемешанная с английским: «блять», «какой идиот ставил эту поебень?». Не грубая, скорее ласковая агрессия издавалась тихим и мурчащим для него тембром, несоответствующий словам. Грэм со счастливыми глазами сконцентрировался на кофе. Аромат заполнил маленькую кухню. Он налил две кружки - в одну черную, для себя, в другую - с банановым молоком и двумя ложками сахара для Тимура. Пока Форстер шаманил, программа установки пошла своим чередом. Полоска загрузки ползла мучительно медленно. Тимур откинувшись на спинку стула, потянулся и зевнул, с хрустом разминая шею. Потом встал, чтобы пересесть на кровать, спиной к окну, достал телефон, уткнувшись в экран все еще напряженным лицом. Форстер вошел в комнату именно тогда, держа в руках две чашки с горячим кофе. Тимур не поднял головы, пальцы быстро стучали по экрану, чатясь с кем-то, не замечая, как парень разочарованно поставил чашки на стол. Жажда подтверждения своей неотразимости ударило в голову, страх, что момент уйдет, что он погрузится в телефон и отдалится - все это слилось в один импульс. И тогда адреналин, смешанный с остатками утренних эмоций и желанием пробить эту стену, потянул его сделать что-то глупое, что-то нелепое, что точно привлечет внимание. Сердце колотилось где-то в горле, смешиваясь с азартом охоты. Без предупреждения, с тихим смешком, он запрыгнул на Тимура, как кошка на теплую подстилку. Не садясь рядом, не наклоняясь - именно запрыгнул, с разгона, обвив ногами его талию, а руками вцепившись в плечи. Весь его вес, неожиданный и игривый, обрушился на русского.

- Эй! - Тимур ахнул от неожиданности, телефон полетел на одеяло. Его руки инстинктивно схватили Грэма за бока, чтобы удержать равновесие. - Какого? - слова были сказаны скорее со смешком, чем с раздражением. Взгляд застыл. Раздражение в его глазах сразу же сменилось чем-то другим - теплым, амурным, немного диким. Тем самым обожанием, тем самым немым восхищением, которое Грэм ловил краем глаз. Правила треснули и рассыпались. Осталась лишь голая, невероятная нежность, смешанная с таким же невероятным желанием. Губы нашли его в продолжительных поцелуях. В них было все: вчерашнее недопонимание на крыше, утреннее раздражение от срочного вызова, накопившееся за дни напряжение и та самая, не проговариваемая вслух тяга. Тимур притянул его ближе, не позволяя оторваться, добровольно стирая все границы лично дозволенного, кусая за мягкую кожу, уже заползая холодными пальцами под одежду.

- А как же три свидания... - позлорадствовал Грэм, хихикая. Слова прерывались щекоткой от легкой небритости.

- Правила? - Тот усмехнулся, уже распустив руки, где не положено, давая почувствовать свое возбуждение сквозь слои одежды. - Я их придумал. Я их и меняю. Потому что ты... - он наклонился, зубы укусили бледную шею, вызывая прерывистые вздохи, - ... пахнешь слишком хорошо для девяти утра.

Вот тогда то все и рухнуло. Голод, копившийся с момента их первой встречи в дискорде, с неловкого поцелуя на балконе, с вчерашних границ на крыше вырвался наружу. Разум отключился, остались только инстинкты и эта жгучая потребность быть как можно ближе, стереть дистанцию. Одежда оказалась ненужной и слетала быстрыми кусками на пол. Все сузилось до скрипа кровати, стонов, прерывистого дыхания, до этого человека над ним - грубого, неожиданно нежного и реального. Грэм тонул в ощущениях, в этом удовольствии, в этом чувстве, что его видят, хотят, берут таким - эгоистичным, требовательным, неидеальным. Пахло потом, сексом, кофе и пылью с системного блока, оставляя за собой лишь жар, который вытеснил все мысли кроме одной: «Наконец-то».

***

Тишина после была густой и сладкой, нарушаемая только их дыханием и гудением компьютера, доносящимся со стола. Страсть спала, оставив после себя липкую слабость и разбросанные по полу вещи. Грэм лежал, уткнувшись лицом в шею Тимура, вдыхая его запах - гель для душа и запах цветочного вэйпа, теперь смешанный с их общей близостью. Он улыбался, повторяя пальцем контуры кучу неизведанных черных татуировок на теле. Эйфория била фонтаном. Тело ныло приятной усталостью, сознание купалось в волнах самоудовлетворения. Он потянулся за сигаретой на тумбочке, и в этот момент его взгляд упал на щель в неплотно прикрытой двери.

- Блять... - простонал Грэм, отрываясь от Тимура. Осознание ударило, как ведро ледяной воды. Феликс. Он не использовал кодовое слово. Простое «Хьюстон, у нас проблемы» - на случай сердечных дел в квартире, чтобы тот знал, когда уйти, правило работающее безоговорочно в любую из сторон. Но Грэм забыл начисто, в пылу всего момента.

Тимур, уловив его напряжение, приподнял голову. - Чего?

- Феликс...- прошептал Грэм, глядя в пустоту. Тень стыда витала в слове.

- Кто? - спросил он хрипло, почти полусонно, притягивая Грэма.

- Мой сосед. Он дома. Я забыл... крикнуть.

- Крикнуть? - Тимур хрипло рассмеялся, пальцы лениво водили по веснушкам на его спине. - Мы не в порно, Форсти. Хотя звуки... - губы коснулись виска, - были достойны.

- Нет, идиот! - Грэм вырвался, натягивая быстро боксеры. - У нас правило! «Хьюстон» - значит «Уходи из квартиры быстро или получишь психологическую травму и больше не сможешь смотреть своему соседу в глаза». Я забыл крикнуть предупреждение...

Тимур фыркнул, потянув его обратно в кровать. - «Хьюстон»? Серьёзно? Ты и твой приятель - как дети в летнем лагере. - Голос весёлый, но без привычной колкости. Он прижал Грэма ближе к груди. - Расслабься, Форсти. Если он взрослый человек - выживет. Если нет... - Он пожал плечами, и Грэм почувствовал вибрацию смеха в его грудной клетке. - ...получит бесплатное образование.

- Ты не понял, он «особенный», - Раздраженно проворчал Грэм, став босыми стопами на пол. Заметив, еле уловимый ревнивый взгляд Тимура продолжил. - У него РАС... Ну, высокофункциональный...

- РАС? - спросил он тихо, голос лишился привычной иронии. - Типа аутист? - Уточнил он, уже зная ответ. Его пальцы машинально потянулись к своему вэйпу, медленно выдохнул дым, наблюдая за кольцами, тающими в пыльном луче солнца. - Ладно. Иди, проверяй своего Илона Маска*.

Форстер кивнул, натягивая свои джоггеры с пола и вышел в коридор. В гостиной было тихо. Дверь в комнату Феликса была закрыта.
- Феликс? - прошептал он, постучав предварительно в дверь, чувствуя себя последним подонком. Войдя в комнату, он увидел «буррито» - Феликс сидел на своей кровати, спиной к стене, плотно завернутый в одеяло с головой до пят, как гигантская куколка. Только белая прядь волос и пара неподвижно смотрящих, абсолютно отрешенных глаз в стену. Грэм опустился на колени рядом с кроватью, закрыв лицо руками. - Феликс... Извини. Я... - он запнулся, не находя правильного или достойного оправдания. - Не подумал. Это было... спонтанно. Я совсем забыл, что ты дома.

Одеяло слегка колыхнулось. Оттуда донесся глухой, монотонный голос: - Акустические свойства стен в этой квартире оставляют желать лучшего... Средняя продолжительность полового акта у человека составляет в среднем от 3 до 7 минут. Ваша активность длилась 17 минут 48 секунд. Уровень шума достигал 85 децибел. Я пытался минимизировать сенсорный шум. Я... я завернулся. Мне так комфортнее...

- Я не хотел... - начал Грэм, но слова застряли. Отмазки были фальшивыми, и он это знал. Он хотел. И ему было плевать на все вокруг в тот момент. Сглотнул ком. - Тебе... плохо?

Феликс медленно покачал головой, закутавшись еще глубже в одеяло. Его глаза, обычно такие отстраненные, были полны немого укора и чего-то еще - болезненного понимания. Он не сказал «Это нарушение моей сенсорной безопасности». Он просто смотрел куда-то вниз. - Адаптируюсь, - произнес он тихо, но в голосе послышалась тень чего-то сломанного. - Я рад, что ты получил физиологическое удовлетворение. Но в следующий раз, пожалуйста, предупреждай, как мы договаривались.

Грэм постоял, глядя на сверток, смесь вины, неловкости и глупой нежности подступала к горлу. - Прости, еще раз, - пробормотал он. После кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и ретировался обратно в свою спальню.

Вернулся он, чувствуя себя одновременно виноватым и нелепым, пока Тимур полулежал на кровати, все еще курив. Его взгляд, когда он поднял его на Грэма, был мягким, нежным, почти обожающим. - Иди сюда - Он притянул его одной рукой к себе, поправил спутавшиеся светлые волосы. - Все окей? - спросил он, выпуская клубок ароматного пара.

- Да, - прошептал Грэм и зарылся лицом в его шею. - Не двигайся, - приказал Грэм игриво. Пальцы, усыпанные веснушками, легли на грудную клетку Тимура, скользнули вниз по животу вплоть до ног, целенаправленно изучая мышцы. Взгляд бегал по полотну кожи, покрытому чернилами.
Труднее было найти чистое пространство светлой кожи среди кучи авангардных черных рисунков и надписей разных размеров, где черный цвет доминировал, создавая мрачную, гипнотизирующую топографию. Микрореализм, дортворк, дарк леттеринг, ангераунд - все дополняло друг друга, смешиваясь в неповторимую работу, кричащую: «Посмотри на меня».

- Нравится? - Тимур рассмеялся, но не сопротивлялся, наблюдая, как Грэм с сосредоточенным видом исследует каждый сантиметр.

Форстер счастливо кивнул, опять спрятав глупую улыбку ему в плечо. Прошел час, как они смеялись над тупыми шутками, обсуждали все на свете, касаясь друг друга просто так, без спешки, узнавая линии тел в спокойном свете дня. Пальцы интимно проводили по россыпи веснушек, периодически их целуя, подчёркивая свое восхищение. Дефект, его «не идеальность» - эти детские пятнышки, которые Грэм всегда ненавидел, - вдруг стали объектом чужого восхищения и священным Граалем. Это была не идиллия, но что-то теплое, хрупкое и совершенно особенное в тот момент. Он ловил взгляд Тимура и видел в нем что-то серьезное, глубокое, что заставляло сердце почувствовать себя безопасно. До тех пор, пока Калинский случайно не заметил время и нахмурился.

- Мне пора. - произнес он нервно, после начал молча, с какой-то пугающей скоростью, собирать свои вещи, разбросанные по полу.

- Уже? - Грэм приподнялся на локте, тон прозвучал капризно.

- Да. Дела. - Он перепроверил время, вставая и натягивая худи, скрывая татуированную спину. - Я напишу. - Он наклонился, чмокнул Грэма в висок и лоб быстрыми поцелуями на прощание. - Не скучай тут без меня. - Улыбнулся и ушел, оставив после себя запах, тишину и работающий компьютер.

Экстаз, смешанный с физической усталостью, еще пульсировал в крови. Компьютер на столе тихо гудел, сообщая, что Windows установлен. А Грэм упал на подушку, все еще пахнущую Тимуром, и счастливо уставился в потолок.

***

Первые часы после ухода Тимура еще хранили его запах на подушке, тепло в груди, приятную усталость в мышцах - доказательства того, что это реальность. Грэм перечитывал их последний диалог в телефоне. Глупо улыбался, трогал губы, вспоминая те поцелуи. Ждал сообщения. Вечером - тишина. «Занят», - подумал Грэм, глядя на потухший экран телефона. Он отправил одно легкое сообщение: «Все работает. Спасибо огромное». Сообщение помечено в «Доставлено». Через Час. Два. К ночи. Статус «Прочитано» не появлялся.

В утро понедельника легкая тревога зашевелилась в сознании - ни одного уведомления. «Все хорошо?» Ответа нет. «Чертовски скучаю». Доставлено, но все также тишина. Он позвонил - трубку не взяли. Позвонил еще раз - все тоже самое.

Ночь прошла в тревожном полусне. Утро вторника началось с проверки телефона. Ничего. Грэм набирал новое сообщение: «Тим? Ты где? Все в порядке?» Опять доставлено, но не прочитано. «Может, телефон сел? Или потерял?» - пытался убедить себя Грэм, листая их переписку и перечитывая прошлые нежности. Но рациональная часть мозга знала, что что-то не так. Грэм попытался вновь позвонить. Лишь долгие гудки. Тимур не отклонял, не сбрасывал, будто игнорировал.

В среду его прорвало. «Ты серьезно? После всего? Просто исчезнуть? Ты конченный ублюдок, Калинский!» Образ Тимура, нежного, смотревшего на него с обожанием после их близости, теперь казался ложью, маской. В голове крутились обидные фразы, которые он хотел в него швырнуть. Три дня. Три дня полного, оглушительного игнора. Он видел статус «онлайн» в Discord и мелькание аватарки золотистого ретривера, но его сообщения оставались непрочитанными. Как будто их вовсе и не существовало. Тело затрясло от агрессии. Он чувствовал себя обманутым, униженным, выброшенным, как все те пустые связи из Grindr, только в тысячу раз больнее. Идиллия рассыпалась в прах, оставив только горечь, стыд и ледяное ощущение пустоты. А когда солнце склонилось к закату, окрашивая Бруклин в грязно-багровые тона, Грэм сорвался, он швырнул телефон в стену, выругался так, что, казалось, задрожали стены. Феликс, сидевший за своим ноутбуком в углу кухни, сильно вздрогнул. - Ты... расстроен? - осторожно спросил он, не отрывая взгляда от экрана.

- Нет, я в восторге, - прошипел Грэм с сарказмом, подбирая телефон. - Мой парень, с которым я трахался как кролик, теперь делает вид, что я воздух. Просто сказка.

Феликс медленно моргнул, обрабатывая информацию. - Возможно, он испытывает посткоитальную дисфорию*. Или у него возникли технические сложности с ответом. Или...

- Или он просто мудак! - перебил его Грэм, чувствуя, как волна гнева накрывает с головой. Унижение жгло сильнее желудочного сока. Его использовали. - Ладно. Хватит. Я не буду сидеть тут и ждать милости от этого русского придурка. Ты сегодня играешь в «Подвале»?

Феликс кивнул, его глаза расширились от неожиданности. - Да. В 22:30. Но ты же перестал ходить туда после...

- После сталкера? Да. Но сегодня мне плевать. - Грэм вскочил, энергия ярости требовала выхода. - Я иду с тобой. Надо выбить эту дрянь из головы. Или вогнать поглубже. Пойдем.

"Подвал" - панк-дыра, где-то в темных подсобках Бруклина, с громкой неприятной музыкой, запахом дешевого пива, пота и рвоты. Уши гудели от басов гитары, сливаясь с воплями на сцене и гомоном толпы. Феликс, едва переступив порог, резко натянул наушники с активным шумоподавлением и черные очки, поза сразу стала скованной, плечи втянулись. Он кивнул другу в сторону арьерсцены и растворился в полумраке. Еще недавно, Форстер был здесь своим - привилегированным гостем, среди сборища скинхедов, бандитов и просто агрессивных пьяниц, его сюрреалистичные граффити до сих пор красовались на стенах между электрогитарами и высветившимися наклейками.

Грэм пробился к бару, отталкивая локтями напившихся людей. За стойкой, лениво протирая стакан, зажав в углу рта потухшую "Camel", стоял Артур Бассо - брюнет с густой, чуть растрепанной шевелюрой, ростом с Грэма, с небольшими туннелями в мочках ушей. Карие глаза, холодные и оценивающие, смотрящие на мир с вечным усталым презрением, заметили его во тьме.

- Какие люди, - Раздался голос с франкоканадским акцентом. - Неделя запойного творчества или кончились все койки в Бруклине?

Грэм сел за стойку, стараясь выглядеть так же нагло и уверенно, как в старые добрые времена. - О, ревнуешь, Арти? - Он потянулся через стойку, нагло выхватывая пачку сигарет из кармана бармена. - Пинту темного, чтоб мозги напрочь отшибло. Как аванс, за прошлые подвиги.

Артур фыркнул, молча протянул зажигалку и кружку с Guinness. Во взгляде читалось не презрение, а усталое знание, он видел этого Грэма - наглого, защищающегося сарказмом, прикрывающего боль бравадой - слишком много раз. - Какие там подвиги. Ты просто расписывал стены и трахался в мужском толчке с кем попало. Но ты давно не приходил. Говорили, у тебя проблемы. Сталкер какой-то.

- Было, - хмыкнул Грэм, отпивая пиво и выдыхая дым. Музыка смолкла на мгновение, сменившись настройкой инструментов. Потом грянуло вступление - резкое, яростное, знакомое. Феликс подошел к микрофону. В наушниках, в очках, он казался инопланетянином, случайно попавшим в эпицентр рока. В этот момент на сцене начался шум. Рой, основатель и басист, высокий и мрачный, пробормотал что-то в микрофон. Адам, гитарист, самый молодой, весь в тату, включая чернила в склерах, прыгал на месте, не в силах усидеть свой СДВГ. Билл, за барабанами с дредами до пояса, сосредоточенно постукивал палочками по пластикам. И зазвучала музыка. Громкая, резкая, бескомпромиссная. И Феликс. Из-за его монотонности в жизни, его сенсорных проблем - голос был чистым, мощным. Он пел, глядя куда-то поверх голов, в свои наушники, будто обращаясь в пустоту. Форстер слушал, забыв на минуту о боли и злости, залпом осушая алкоголь.

- Арти, я влюбился. Представляешь?

Артур резко фыркнул. - Ты? Влюбился? - Он скептически прищурился. - Ты, Форстер? Серьезно? Кто этот смельчак, решившийся на твою токсичную натуру? Или ты просто перепутал влюбленность с похмельем после особенно удачного секса?

- Иди ты, - огрызнулся Грэм, хватая новое пиво. - Vek.on, если ты в курсе интернет-мусора. Русский. С татуировками по всему телу. Яркий. И голос... черт, этот голос... - он вздрогнул, - Думал, он другой, а он такой же, как и все остальные. Даже хуже. - Он замолчал, глядя, как пепел падает в пену. - Трахнул и кинул.

Артур наблюдал за ним, его лицо оставалось непроницаемым. - Удивительно, - сухо заметил Артур, отбирая у пьяного соседа пустой стакан. - Форстер, плачущий, что его использовали. Как иронично. Карма она такая. - В его тоне не было злорадства, была какая-то глубокая, затаенная горечь. - Тебе нравилось, что тебя хотят. И вот, ты здесь, когда кто-то переиграл тебя. - Он наклонился через стойку, его тихий голос стал лезвием. - Ты не влюбляешься, а цепляешься за любого, кто даст тебе иллюзию, что ты не пустое место.

Слова ударили больно, что Грэм ощутил прилив новой волны гнева - и на Артура, и на Тимура, и на весь мир. - Не правда! - выругался он. - Я не такой, и он был другой! Он... - А после замолк, не находя оправданий. Доказательств не было. Только три дня молчания. - Просто заткнись и налей еще.

Форстер пил. Много пил: пиво, виски, потом текилу. Артур ставил стаканы молча, с каменным лицом, лишь иногда бросая на него тяжелые взгляды. Музыка, алкоголь, ярость и обида смешались в голове. Зло требовало выхода, доказательств, что он все еще желанен, что он все еще чего-то стоит. Его взгляд все время останавливался на Бассо - на этот уже как родного, смотревшего на мир с вечной брезгливостью, взгляд. Запах его кожи, смесь табака и ностальгии за все три года их циничного общения, были такими знакомыми и безопасными.

- Арти, - Грэм наклонился через стойку, снижая голос до интимного и хлопая кокетливо ресничками, даже провел по предплечью бармена. - Давай переспим? Помнишь, как мы раньше друг с другом флиртовали? Может наконец доведем дело до конца?

Артур замер, в его взгляде мелькнуло смесь боли, гнева и презрения. Он посмотрел в лицо Грэма - опухшему от алкоголя, искаженному болью и навязчивым желанием заглушить ее хоть чем-то, и резко отдернул руку, как от чего-то грязного.

- Ты сейчас серьезно? - спросил он, и в его обычно циничном голосе впервые прозвучало что-то резкое. - После того, как ты пять минут назад рыдал тут о своей влюбленности? Иди проспись, Грэм. Ты не просто кусок дерьма. Ты предсказуемый кусок дерьма. И мне тебя жаль. - Он развернулся и пошел к другому концу стойки, к заказу нового клиента.

Окончательный отказ добил как выстрел. Музыка превратилась в беспорядочный гул. К горлу подкатила тошнота, то ли от унижения, то ли от алкоголя. Он пьяно выругался, быстро развернулся и, пробиваясь сквозь толпу, вывалился из бара в холодную ночь Бруклина.

***

Утро встретило его жутким похмельем. Грэм лежал на полу в гостиной, не помня, как добрался до дома. Запах перегара и пота висел на всю комнату. Он застонал, вдавливаясь лицом в пыльный палас, потом заставил себя встать. Ком рвоты подкатил волной, быстро добежав до ванной он освободил содержимое желудка. Затем умылся и посмотрел на свое отражение в зеркале - бледное, с красными глазами и синяками под ними, с растрепанными светлыми волосами. Он ощутил новую волну ярости. Не на себя, а на него. На Тимура Калинского. Этот ублюдок не имел право так с ним поступать.

Отыскав телефон, он пролистал контакты до Марса Торреса. PixelPudding знал Тимура дольше всех, и как позднее понял Грэм с ночи из "Anubis", был куда ближе, чем остальные стримеры. Он набрал номер и стал ждать пока не издался знакомвй бас:

- Алло? Форстер? Черт, который час?

- Марс, - голос Грэма звучал хрипло, но четко, без намека на сомнения. - Мне нужен адрес Тимура. Сейчас.

На том конце повисла пауза. Слышалось шарканье постели, зевок. - Vek.on? Чувак, а тебе зачем?

- Адрес, Марс, - повторил Грэм более агрессивно. - Не спрашивай. Просто дай. Ты же знаешь, где он живет?

Марс тяжело вздохнул. - Бля... Ладно. Но, чувак, если что это не я тебе его дал. Скину в директ.

Грэм бросил трубку, даже не поблагодарив. Геопозиция где-то в Квинсе. Он натянул первые попавшуюся одежду, схватил ключи и выбежал из квартиры. Феликса не было видно - то ли в универе, то ли отсыпался после работы.

Поездка в такси сопровождалась нервным ожиданием и мыслями о мести, подпитываемые новыми позывами рвоты от запаха освежителя в салоне. Когда машина остановилась у ничем не примечательного кирпичного здания, Грэм расплатился, вылез и, шатаясь, направился внутрь дома, доехал до этажа, нашел нужную дверь. Сделал глубокий вдох, собирая всю злость, всю боль, все вопросы в один кулак и нажал на звонок.

За дерью раздался лай собаки и русское ворчание. Послышались шаги. Дверь отпоролась. На пороге стоял Тимур в спортивных штанах и черной футболке "PornHub", без смущения, привычной язвительности, только с глубокой, искренней недоуменной усталостью на лице. Между его ног сразу протиснулась пушистая золотистая морда. Собака выбежала вперед и начала с энтузиазмом обнюхивать обувь и пах Грэма, виляя хвостом.

- Чё надо? - произнес русский, отодвигая собаку.

- Калинский, ты чмо! - взорвался Грэм резко, шагнув вперед, ярость и обида хлынули наружу. - Ты, блять, серьезно?! Четыре дня игнора?! Делаешь вид, что ничего не было?! Использовал и выбросил?! Я для тебя что, последнее дерьмо?! После всего?! После того как мы... - Он тыкал пальцем в его грудь, голос дрожал от неконтролируемых эмоций.

- Пупа, фу, - резко выкрикнул Тимур, перебивая, но собака лишь радостно поскулила, продолжая обнюхивать гостя.

- Ты вообще, блять, слышишь меня?! - Грэм почти кричал, ошарашенный его реакцией. - Или в твоей башке нет ничего кроме секса и вэйпа?!

- Слушай, чел, - прозвучал его голос с акцентом, но жестче, громче, без той тихой бархатистости. - Я не ебу, кто ты.

***

*Майнер - вредоносная программа, которая использует ресурсы компьютера для добычи криптовалюты в пользу злоумышленника, вызывая сильные лаги.

*ЦП - центральный процессор, "мозг" компьютера.

*Илон Маск - известный предприниматель, глава Tesla и SpaceX, также имеет синдром Аспергера.

*IQ средний - у Фелика дисгармоничный профиль развития. При савантизме общий IQ может быть средним или даже ниже среднего, но в одной или нескольких узких областях способности достигают уровня гениальности.

*Посткоитальная дисфория - состояние грусти, тревоги, раздражительности или плаксивости, возникающее сразу после сексуального контакта.