Глава 13. Хрупкое между нами
Pov Мэй. Сейчас:
Из сна меня возвращали легкие прикосновения к моей руке, которые вызывали щекотку. Не то чтобы я была против отпустить сон, который разворошил в моей памяти приятные воспоминания, но учитывая вчерашний инцидент, увидеть, то есть вспомнить то, что в тот вечер Бетани вела себя странно, не облегчало ситуацию.
Если тогда я не обратила внимания на слова подруги, то теперь мне хотелось задать тысячу и один вопрос. Что это значило? Почему она спрашивала об этом? Но я отпустила все вопросы, как и вчерашний разговор с Кристофером. Крис.
Я чувствовала, как плачет мое сердце, когда мысли о нем заменили мысли о Бет. Я так сладко спала, что даже ни сразу поняла, что в постели была не одна, и теплая подушка, на которой лежит моя рука, вовсе не подушка, а обнаженный торс парня. Мое сердце прекратило плакать и вспорхнуло, улетая прочь. Я распахнула глаза, желая вернуть свою руку, но Крис мягко удерживал ее.
Даже сквозь утренний сумрак я видела, как напряжено его лицо. Как были сжаты губы и стиснута челюсть. Я прочистила горло, пытаясь заговорить, но так ничего и не сказала. Я даже не могла спросить, что он здесь делает, когда я точно помнила, что закрыла дверь перед его лицом. Он злился, а все, чего я хотела, продолжить ощущать тепло его кожи под своей ладонью, которую он держал.
Только когда он приподнял ее, поднеся запястье к губам, оставляя долгий поцелуй, я поняла, что он делал. За ночь там расцвели фиолетовые пятна. Там, где он держал меня. Я затаила дыхание, когда его веки сомкнулись, пряча осколки боли в золотистых глазах. Его мягкие губы все еще прижимались к моей руке.
Что он делает со мной? Дрожь зародилась где-то в животе, и я не смогла бы скрыть ее, когда он находился так близко.
- Прости, - тяжело сглотнув, тихо проговорил он. Как он думал, я должна злиться на него? Сейчас? С утра? Когда его волосы в беспорядке, а голос звучит так, что волоски на коже поднимаются, отвечая ему.
Я не стала себя останавливать, когда наклонилась, оставляя поцелуи на его глазах, ощущая его трепещущие ресницы. Слезы подступили к моим собственным глазам, и я задалась вопросом, всегда ли он будет ощущаться так сладостно больно?
В тишине я опустила голову на его плечо, прикрывая глаза. Он не шевелился. Как и я.
***
Pov Кристофер. Сейчас:
Что-то хрупкое происходило между нами. Я все еще боялся вдохнуть или открыть глаза, все еще ощущал ее губы на своих веках, легкие прикосновения, лишающие рассудка. Но еще больше сводили с ума отметины от моих пальцев на ее нежном запястье, о которых вчера я не очень-то заботился, впиваясь в ее кожу как неандерталец. Ты сумасшедший, Крис! Как могла одна, ничего не значащая встреча, лишить тебя ума? Но сколько бы раз я не говорил себе, что ошибся, итог не менялся. Это была она. Келли.
Не знаю, зачем ей нужна Мэй, и что она задумала, но я больше не допущу, чтобы что-то случилось с моей девочкой. В прошлом Келли предала нас. Предала меня. Я был честен с ней, но ей было мало. Она убила нас обоих, потому что я умер на том костре тоже. Этого не изменить.
Белая ярость вспыхнула во мне вчера вновь и не гаснет до сих пор. Не затушить ее, пока Бет есть в жизни Мэй. Моя Мэй… Она не будет всегда там, где я смогу держать ее в безопасности. Хрупкое время между нами, когда она позволяет быть рядом, я впитывал словно губка, запоминая и вспоминая каждый момент. Всегда ли это будет ощущаться так сладостно больно?
Но отпустить ее – больнее стократ.
Мягкий голос заставил меня разомкнуть глаза, но видел я лишь ее рыжую макушку.
- Расскажи мне о Келли? – Попросила она, и я потерялся в воспоминаниях, струящихся в моей памяти, сплетаясь с моей новой жизнью. Рассказать ей? Есть столько хорошего и столько же плохого, что я мог бы рассказать. Но мне не хотелось думать о произошедшем в данный момент. Мне хотелось сказать, что Келли не всегда была плохой. Скорее всего, она стала такой из-за меня.
- Я знал ее с того времени, когда мы бегали с палками по двору, гоняя собак. Она была улыбчивой девочкой и задирой. Мне нравилось играть с ней. – Я посмотрел на Мэй, желая выяснить, правильно ли я поступил, начав рассказ от своего лица, но она только кивнула, продолжая слушать. – Наши семьи были очень близки. – Я улыбнулся. – Мама… Мама Элая, всегда говорила, что придет время, когда мы исполним их мечту породниться семьями.
Мэй подняла голову, девушка сквозь ресницы наблюдала за моим лицом.
- Так вы, Элай и Келли, должны были пожениться? Ну… после всего?
Я кивнул, возвращаясь в прошлое.
- Так они думали. Ведь мы проводили каждую минуту вместе. Они ждали свадьбы, но мы росли и менялись.
- Что случилось потом? – Будто я рассказывал занимательную историю, Мэй приподнялась на локтях, ловя каждое слово. – Ты любил ее? Тогда любил?
- Мэй, тогда мне нравилось думать о любви. О развлечениях. Я же был парнем. Я видел, что девочка с палкой в руках превращается в красивую девушку, особенно, когда и мои и ее родители постоянно указывали на это. – Бесконечный поток маминых учений и наставлений, на которые из принципа хотелось ответить отказом. Элай, посмотри, какая невеста тебе досталась? Разве не пришло время для свадьбы? Говорят, к ней едет жених из соседней деревни. Не волнуйся, мы отвадим его. Но тебе нужно поторопиться, мальчик мой.
- То есть ты не хотел жениться на ней? – Бровки на ее лице недоверчиво взметнулись.
- Но я и не отказывался. До того как… - Моя рука легла на бледную щеку, желая ощутить тепло ее кожи. - Думаю, что Элай был в шаге от того, чтобы поддаться уговорам родителей, но потом он вдруг узнал, что значит любить. Любить по-настоящему. И больше не хотел соглашаться на меньшее.
- Ты говоришь о девушке… - Ее голос был не решительным и хриплым, - Мабелл?
- Я говорю о тебе, Мэй! Где бы ты ни была.
Pov Элай. 370 лет назад:
- Элай, дорогой, понравились ли тебе кексы? – Женщина смотрела на меня, прищурив глаза. Я ожидал подвоха, запихивая в рот остатки выпечки.
- Очень вкусные. Мммм, – промычал я с набитым ртом, мама улыбнулась моему притворству. Мягкий смех привлек мое внимание, когда девушка села в плетеный стул напротив меня.
- Мам, перестань донимать Элая. – Келли улыбнулась, перекинув через плечо длинные волосы, а все, о чем я мог думать, это, как схватить ее за руку и убежать с этого нелепого мероприятия, выдуманного двумя взрослыми, казалось бы, женщинами.
Я подмигнул девушке, разжигая в ее темных глазах огонек любопытства. Ей тоже не терпелось скинуть эту светскую маску. Там на улице мы могли быть собой. Элаем и Келли. Но наши родители пытались превратить нас в кого-то другого…
- Отчего же? – Мать девушки выглядела искренне удивленной. – Не надо скрывать от мальчика, какие золотые у тебя руки. – Она повернулась ко мне, чтобы продолжить. – Келли испекла их специально для этого завтрака.
- Правда? – Усмехнулся я. Отчего получил толчок в бок от своей матери. Я смотрел на Келли, которая не выглядела ни капли смущенной моей шуткой.
- Вот, съешь еще один, - девушка протянула мне кекс с улыбкой, способной погубить демона. – Он с мышьяком.
Женщины взорвались смехом. Я ничего не мог сделать, как принять протянутый дар. С обещанием в глазах, что она заплатит за это.
Я наблюдал, как поднималось из-за крыши дома солнце, прогоняя утреннюю влажность, и не мог не заметить, как яркие лучи вплетались в почти черные локоны Келли, заставляя их переливаться золотом. Мой взгляд цеплялся за изгиб ее губ, когда она подносила чашку с чаем ко рту, я замечал, как розовый цвет платья, оттенял ее слегка загоревшую на солнце кожу. Это делало ее еще красивее. Она становилась красивой.
Я ловил себя на том, что пялился на то место, где тонкая кожа ее шеи трепыхалась в такт ее пульсу, или острая ключица скрывалась под вырезом платья. Что-то шевелилось во мне. Что-то юношеское, не совсем подходящее, чтобы быть другом.
Подняв глаза к ее лицу, я понял, что был пойман с поличным, она наблюдала за каждой моей манипуляцией. «Нравится то, что видишь», - спрашивал ее взгляд, но присутствие наших мам, хоть и поглощенных своим разговором, делало все хуже.
- Готов сбежать? – Спросила она, дождавшись моего кивка. С меня достаточно неловкости. Мы только друзья.
Но прежде, чем мы успели осуществить свои планы, мама остановила нас…
- Это будет самая прекрасная свадьба, не так ли сынок? – Мое горло пересохло. – В конце концов, все зависит от невесты, а она – совершенство.
Я не совсем был уверен в этом, но согласился с ней.