Глава13:доверие Вильяма
Осознание, пришедшее к Лиаму, витало в воздухе между ними, плотное и сладкое, как мед. Он больше не боялся этой странности Вильяма. Он лелеял ее. И в ответ что-то в Вильяме начало оттаивать.
Однажды, проходя мимо того самого спортивного магазина, Лиам вдруг остановился.
Подожди тут *сказал он Вильяму и скрылся внутри, оставив того в недоумении на тротуаре.*
Через пять минут он вернулся и молча протянул Вильяму бумажный пакет. Тот, хмурясь, заглянул внутрь. Его лицо застыло. В пакете лежали не скейтборд, а набор качественных фигурок для скейт-парка миниатюрные рампы, перила, фанбоксы.
Это... *Вильям не находил слов. Он смотрел то на фигурки, то на Лиама, и в его зеленых глазах плескалось что-то беззащитное и ранимое.*
Я подумал, может, сначала потренируешься в малом масштабе *смущенно пробормотал Лиам, пряча руки в карманы.* Без риска сломать шею.
Вильям медленно, почти с благоговением, достал одну из фигурок миниатюрную рампу. Он повертел ее в пальцах, и вдруг по его лицу расплылась улыбка. Широкая, сияющая. Та самая, что заставляла Лиама терять дар речи.
Спасибо *прошептал он, и его голос дрогнул. Он сжал фигурку в ладони, словно самый дорогой клад.*
С этого дня их встречи изменились. Теперь они не только учились. Иногда они просто сидели в парке, и Вильям, сгребая песок и веточки, строил свои мини скейт парки, а Лиам сидел рядом, читал или просто смотрел на него, на его сосредоточенное, счастливое лицо.
Вильям стал делиться с ним обрывками своего внутреннего мира. Показывал ему старые, потрепанные комиксы, которые хранил с детства. Включал свои любимые скримо-группы и с восторгом объяснял, о чем там, собственно, поют. Он рассказывал о видеоиграх, в которые играл ночами, и его глаза горели.
Лиам слушал... Иногда он не понимал половины из того, что говорил Вильям, но он любил его за этот огонь. Любил ту искреннюю, неотфильтрованную страсть, которую тот обычно прятал под маской холодности.
Он видел, как Вильям смущается, когда ловит себя на чем-то не альфском. Видел, как он пытается сразу нахмурить брови и сделать вид, что все это ерунда. Но теперь Лиам знал, что под этой напускной суровостью скрывается тот самый парень, который радуется игрушкам и смеется над котиками.
И он понял самое главное: ему не нужен был правильный альфа. Ему не нужен был тот, кто соответствовал бы стереотипам. Ему был нужен именно этот несуразный, с травмой, которую он носил на лице, и с сердцем, которое, как оказалось, было таким же хрупким, как у самого Лиама.
Он любил его... Любил всю эту сложную, противоречивую, прекрасную конструкцию по имени Вильям. И он был готов принять все и его силу, и его слабость.
Потому что именно так он и был настоящим. И по своему интересным.