Перекрёстки судьбы
Минджун стоял на пороге, его взгляд был сосредоточен и немного обеспокоен. Он явно не ожидал увидеть Таэхёна в таком состоянии, а его молчание и напряжённость говорили о том, что что-то было не так. Но, как и всегда, Минджун был настойчивым. Он шагнул вперёд, не дождавшись приглашения, и сразу заметил, что в комнате что-то изменилось.
Таэхён замер. Сначала ему показалось, что он не сможет встать, что его тело откажется принимать решение. Но затем он ощутил, как его сердце бьётся в два раза быстрее. Он уже знал, что будет делать, но этот момент был слишком напряжённым, слишком сложным.
— Минджун… — Его голос был едва слышен, но каждый слог казался будто важнейшим. — Ты… Ты вернулся.
Минджун кивнул, и его взгляд сразу же скользнул по комнате, останавливаясь на Чонгуке, который сидел в углу, абсолютно спокойный, но с некоторым напряжением в глазах.
— Я приехал раньше, чем планировал, — сказал Минджун, взгляд его становился всё более настойчивым. — Ты выглядишь неважно, Таэхён. Что произошло?
Тело Таэхёна снова охватило странное напряжение. Он чувствовал, как его сознание будто затуманивает. Это был тот момент, когда он понимал, что всё, что он держал внутри, выходит наружу. Он больше не мог контролировать свои чувства и мысли, и теперь ему приходилось решать, как вести себя.
— Я… — Таэхён замедлил слова. Он смотрел на Минджуна, на его лицо, его жёсткую уверенность, но теперь ему казалось, что это было не совсем то, что ему нужно. Это не было тем, что он искал. — Я не могу больше.
Минджун нахмурился, его взгляд становился всё более холодным, когда он переводил взгляд на Чонгука.
— Что ты имеешь в виду? — его голос стал жёстким, и в нём уже не было той теплоты, которой он обычно сопровождал разговоры с Таэхёном. — Ты позволил ему быть рядом? Ты позволил этому продолжаться?
Таэхён почувствовал, как его тело затрясло от этого вопроса. Он не знал, что сказать, потому что Чонгук был рядом, и всё, что он чувствовал в тот момент, было правдой. Но что будет, если он признает это вслух?
— Минджун… — его голос снова стал слабым, почти болезненным. — Я не могу больше скрывать. Я не могу продолжать притворяться, что всё в порядке. И ты не вернёшься ко мне в тот момент, когда мне будет тяжело.
Минджун, казалось, не мог поверить в эти слова. Его взгляд стал пустым, холодным, и он шагнул вперёд, словно пытаясь понять, что происходит.
— Ты хочешь сказать, что я не забочусь о тебе? — его голос был почти шёпотом, но в нём звучала ярость. — Ты хочешь сказать, что ты мог бы полюбить другого?
Чонгук встал с места, и его присутствие сразу наполнило комнату напряжением. Он подошёл к Таэхёну, как будто защищая его, как будто давая понять, что готов быть рядом, несмотря на всё, что происходило.
— Я не прошу его полюбить меня, — сказал Чонгук спокойно, но с такой силой в голосе, что Минджун замолчал. — Я здесь, чтобы помочь, когда ему трудно. И если это значит быть рядом с ним, я буду здесь.
Минджун обострил взгляд, но не мог ответить сразу. Он не знал, как ему реагировать на это признание, которое звучало так уверенно, будто всё было уже решено. В его глазах промелькнула обида, но и растерянность.
— Ты просто пришёл сюда и забрал его, не думая о последствиях? — Минджун сказал это с таким отчаянием, что Таэхён почувствовал, как его сердце сжимается от боли. Он не хотел причинять вред, но он уже не мог остановиться.
Таэхён шагнул вперёд, чувствуя, как его собственная борьба достигает апогея. Всё, что он мог теперь сделать, — это попытаться объяснить то, что скрывал в своём сердце, но слова не приходили.
— Я не могу сказать тебе, что я чувствую, Минджун, — сказал он тихо. — Ты не понимаешь, что мне тяжело. И я не могу больше скрывать это от себя.
Минджун вздохнул и опустил голову. Его лицо стало бледным, а в глазах появился тот печальный взгляд, который Таэхён знал слишком хорошо.
— Я… — Минджун замолк, не зная, как продолжить. — Я думал, что ты всегда будешь рядом. Я думал, что ты будешь тем, кем я хочу, чтобы ты был. Но… Я не могу заставить тебя оставаться, если ты уже ушёл.
В комнате стало тихо. Таэхён стоял, будто застывший, не зная, что сказать. Он не мог вернуться в прежнюю жизнь, и теперь, глядя на Минджуна, он знал, что его мир уже не будет прежним.