Пределы доверия
Таэхён лежал на диване, бессильно прижимая ко лбу прохладный компресс, который Чонгук принёс из кухни. Он чувствовал себя на грани — как физически, так и морально. Его тело, измученное начавшейся течкой, отказывалось слушаться, а сознание металось между виной и растущей слабостью перед альфой, который буквально вторгся в его жизнь.
Чонгук тем временем возился на кухне. Он нашёл лекарства, которые Таэхён так старательно принимал, но только покачал головой, увидев их. Омега старался справляться, как мог, но ни одно из этих средств не могло подавить настоящую природу его тела.
— Зачем ты здесь? — Таэхён снова попытался найти в себе силы для протеста, но его голос звучал слабо, почти умоляюще.
Чонгук вернулся в гостиную, неся стакан воды и таблетку.
— Потому что ты не должен проходить через это один, — ответил он, протягивая стакан. — Это неправильно.
— Я… не нуждаюсь в твоей помощи, — едва слышно возразил Таэхён. — Я взрослый человек. Я справлюсь.
— Справишься? — Чонгук прищурился, усаживаясь рядом на пол. Его голос был мягким, но в нём ощущалась скрытая сталь. — Ты лежишь здесь, полностью измотанный, едва можешь говорить. А твой так называемый парень где-то в другой стране, занимаясь своими делами. Это справедливость?
Таэхён отвёл взгляд. Слова Чонгука звучали болезненно правдиво. Да, Минджун предупредил его о командировке, и да, он согласился, что справится сам. Но почему тогда сейчас это чувство одиночества оказалось настолько всепоглощающим?
— Я обещал себе, что не дам тебе страдать, — продолжил Чонгук, его голос стал чуть тише. — Я не требую ничего. Просто хочу помочь тебе.
Таэхён замер, чувствуя, как его тело начинает реагировать на близость альфы. Запах Чонгука становился всё сильнее, словно заполняя каждую клетку его тела. Это было непреодолимо, как приливная волна.
— Если я позволю тебе остаться… — начал он, но голос предательски дрогнул. — Ты должен пообещать, что ничего не выйдет за рамки…
— Я ничего не сделаю без твоего разрешения, — перебил его Чонгук, поднимая руку, будто клялся. — Но если станет слишком тяжело — скажи. Я помогу.
Эти слова не принесли облегчения. Скорее, они напомнили Таэхёну, насколько шаткое положение он занимает.
— Хорошо, — прошептал он. — Но только… не приближайся слишком близко.
Чонгук кивнул, но в его глазах промелькнуло что-то, что заставило Таэхёна почувствовать, что это соглашение будет стоить ему намного больше, чем он может себе представить.
Ночь была долгой. Запах Чонгука, его тихое присутствие рядом, казалось, заполнили всю квартиру. И чем дальше заходило время, тем сложнее было Таэхёну удерживать границы, которые он сам установил.
Он закрыл глаза, пытаясь уснуть, но в голове звучал тихий голос: "Если он мой истинный, разве я смогу отрицать это вечно?"