Мне не нужен мир без него.

До будильника, по ощущениям, ещё пара часов. Это первое, о чём думает Брок проснувшись. Чувствует он себя удивительно отдохнувшим и полным сил. Стив рядом, спит повернувшись лицом и прижавшись щекой к подушке, и обнимает Брока за талию. Брок чувствует его дыхание на своем лице. Умиротворенность момента затапливает щемящей нежностью, хочется разбудить это чудо поцелуем, но он решает, что это может быть слишком. Стива хочется прижать к себе, погладить по волосам, защитить любой ценой, и просто хочется тоже. Но... Этого всего не должно было случиться. Брок понимает это отлично.

Стив, он ведь национальный герой, моральный ориентир. Ему положено жениться на милой девушке, которая будет отличной домохозяйкой и с удовольствием посвятит всю себя будущим детям. Жизнь Стива должна быть классической американской мечтой, чтобы с белым забором и всем остальным. Броку в ней места нет, его максимум - прикрывать спину Стива на заданиях и, если повезет, иногда выпивать с ним в баре. То, что произошло... просто произошло. У Стива было несколько напряженных дней, а тут Брок со своими приставаниями. Просто эмоции, просто момент. Он не может назвать это ошибкой - слишком хорошо было, но и чем-то большим назвать не получается тоже и по той же самой причине.

Брок не может дать Стиву ничего, разве что щедро отсыпать своих проблем в довесок к его собственным. Разве это кому-то надо?

Броку немного горько, но он взрослый мальчик. Правда, ему стоило вспомнить об этом вчера и не позволить всему случиться, но жалеть он не собирается. Это была, вероятно, лучшая ночь в его жизни, и он готов разбираться с последствиями этого порыва. А для начала нужно сходить в ванную.

Брок заставляет себя принять душ, как всегда - спокойно и размерено - не торопясь и не затягивая. Прохладная вода остужает, полностью избавляя от утренней неги, заземляет и возвращает в реальность. В реальность, где его ждет куча нерешенных проблем. Энн, Джессика, Фьюри... Именно о них думает Брок, когда выходит из ванной комнаты, по привычке обернув полотенце вокруг бедер. И сталкивается с напуганным взглядом голубых глаз.

Стив как раз застегивает штаны.

- Ты хотел сбежать, пока я был в душе? Серьёзно? - Брок прикусывает язык, но уже поздно.

- Нет! - поспешно отвечает Стив. - То есть... я не знаю.

- Расслабься, - притворно весело фыркает Брок. - Мы сделаем вид, что ничего не произошло - и всё будет заебись.

Стив сжимает губы в тонкую линию и отводит взгляд:
- Хорошо. Если это то, чего ты хочешь.

- А ты хочешь чего-то другого?! - Брок пытается не злится, но получается не очень.

- Я... - Стив тяжело сглатывает, скользит взглядом по торсу Брока вверх, находит его глаза и уверенно заявляет. - Я не знаю чего я хочу. Но я совершенно точно не хочу делать вид, что ничего не было. Понимаешь?

"Да нихуя подобного! Что эта херня вообще значит?" - думает Брок, но вслух не произносит - начинать выяснять отношения и сводить разговор в фарс не хочется совершенно.

- Может хочешь принять душ? - примирительно спрашивает Брок, не желая продолжать то, что они делают.

- Да. Хочу, - Стив кивает и улыбается слегка неуверенно.

А у Брока в груди теплеет от этой улыбки и сердце начинает биться быстрее положенного. Стив протискивается мимо него в ванную, а Брок стоит не двигаясь ещё несколько минут, пытаясь понять, что только произошло. Не получается. Поэтому он хватает первую попавшуюся под руку одежду, одевается и спускается на кухню.

Курит, открыв окно, и одновременно с этим варит кофе. Реакция Роджерса обескураживает, а понять, что происходит в его голове иногда просто нереально, это Брок понял за время совместной работы. Остается ждать. И надеяться, что произошедшее никак не повлияет на эту самую совместную работу, потому что, несмотря ни на что... Брок хочет быть рядом с этим невероятным человеком, защищать, поддерживать, хотя бы держать в поле зрения.

Брок сосредоточенно разливает кофе по чашкам, зажав в уголке рта сигарету, и не сразу замечает на себе пристальный взгляд. Стив, уже одетый во вчерашнюю одежду, но без куртки, стоит в дверном проеме и внимательно за ним наблюдает. Тишина между ними густая, вязкая, ещё немного - залезет в легкие и лишит возможности дышать.

- Кофе? - коротко спрашивает Брок, не выдержав.

Стив только кивает в ответ, проходит в комнату и падает на стул, обнимает чашку обеими руками и молчит. Ему неловко, ненужно быть телепатом, чтобы это понять. Наверное, не нужно было так быстро выходить из ванной - нужно было дать ему уйти. Брок берет свою чашку с кофе и отходит к окну, закуривая. Стив провожает его взглядом.

- Тебе бы стоило что-то поесть. Кофе и сигареты на пустой желудок - верный путь к гастриту.

Брок криво усмехается в ответ:
- Мой желудок и не такое выдерживал.

Он делает глоток кофе и удовлетворенно жмурится, ощущая привычную горечь на языке. И чувствует, что на него смотрят. Резко открывает глаза. Стив взгляда не отводит. Брок ставит чашку на подоконник, чтобы затянуться сигаретой.

- Нам нужно поговорить, - говорит Брок, выдыхая дым, потому что они оба - взрослые мужики, прошедшие войну, и не могут себе позволить игнорировать белого слона, который заполоняет собой всю комнату.

- Ладно, давай поговорим, - Стив допивает кофе и отставляет чашку, выглядя при этом донельзя сосредоточенно. - Ты хочешь сделать вид, что ничего не было, правильно?

- Я хочу? - удивленно переспрашивает Брок.

- А разве нет?

Брок мысленно закатывает глаза - разговоров всё же грозится скатиться в фарс.

- Это будет логичным решением, - заключает он.

- Отлично, - Стив вскакивает на ноги.

- Что не так, Роджерс?! - Брок оказывается рядом в несколько шагов и хватает его за запястье, не позволяя уйти.

- Всё отлично, - Стив пытается освободить руку, но не прилагает для этого всех своих сил, поэтому Брок легко удерживает. - Тебе всё это не надо, поэтому...

- Что "это" Роджерс?! - Брок психует и отпускает его руку, отходит на пару шагов, чтобы не сорваться окончательно. - Что?! Я для тебя - худший вариант из всех возможных. Мы потрахались и это было охуенно. Но что дальше? Как ты видишь всю эту ситуацию? Как ты представляешь своё будущее?! Готов поспорить, что в нем есть красавица-жена и выводок детишек, а никак не я! Я тебе не нужен, понимаешь?!

- А я - тебе? - голос у Стива совсем тихий, но смотрит он прямо в глаза, и у Брока воздух испаряется из легких, не позволяя продолжить откровенно истерическую тираду.

- Это не имеет значения.

Стив оказывается напротив него в мгновение ока, ласкает своим дыханием его губы, почти прижимаясь и шепчет:
- Для меня - имеет.

Брок не успевает ничего сказать в ответ, потому что Стив его целует, совсем нежно, без языка, просто гладя его губы своими. Брок не может не ответить. Он даже не пытается углубить поцелуй, потому что испортить момент грубоватой страстью не хочется - хочется просто наслаждаться безграничным теплом другого человека.

Стив прерывает поцелуй спустя несколько мгновений, но не отстраняется, прижимается лбом к плечу Брока и просто дышит, словно не может надышаться. Брок гладит его по волосам и смотрит куда-то в никуда, пытаясь понять, как они могли так влипнуть друг в друга.

- Я почти никогда не представлял своего будущего, - говорит Стив Броку в шею, спустя какое-то количество минут, а потом всё же поднимает голову, чтобы найти его глаза своими. - Большую часть своей сознательной жизни я был уверен, что героически погибну и на этом всё закончится. Но если какие-то мысли по этому поводу и возникали - я никогда не видел ничего конкретного. Я просто представлял себе счастливым, хотя даже не думал, как это счастье должно выглядеть. Жена, дети? Разумеется я думал об этом, об этом положено думать, хотя в этом времени уже меньше, но всё равно. Я никогда не видел себя отцом и мужем на лужайке за белым забором. Понимаешь?

Брок кивает, потому что ком в горле не позволяет дать вербальный ответ, он тянется навстречу Стиву за ещё одним поцелуем, но получить его не успевает - телефон, успешно оставленный вчера в прихожей, заходится попсовым мотивчиком без слов и Брок кривиться, словно от боли.

- Рабочий? - спрашивает Стив.

- Нет, личный. И это ещё хуже.

Стив отступает на несколько шагов, разрывая объятия:
- Мне нужно ещё заехать домой перед работой... Но мы продолжим этот разговор. Хорошо?

Брок только кивает в ответ, думая о том, как уютно было в объятиях Стива. В реальность его возвращает звук закрывшейся двери. Телефон уже закончил звонить, Брок берет его в руки и смотрит на дисплей - тот оповещает об одном пропущенном от Джека. Брок подавляет нехорошее предчувствие и нажимает на "перезвонить"...

***
Добравшись до своей квартиры, Стив в первую очередь забирается в душ. Снова. Ему необходимо заставить мозг снова работать на привычной волне, а не на волне "хочу Брока себе полностью", на которой он находился с прошлого вечера. В голове постоянно всплывают картинки этой ночи, кожа горит на месте касаний, а пустота внутри кажется непривычной... Стив не может не вспоминать, как Брок двигался внутри него своим членом, целовал его плечи, шептал на ухо, какой он узкий и называл сладким. Стив не может не думать о том, как он потерял возможность соображать от почти болезненного удовольствия, как мир сузился до пределов кровати Брока, а всё что мог Стив - стонать и просить больше. Он был готов умереть уже после первого оргазма, но Брок возвращал его к жизни своими поцелуями и снова приводил на вершину блаженства... Это было почти слишком, почти больно...

Стив злится на самого себя, утыкается лбом в стену и поворачивает кран с холодной водой до упора. Ледяной поток остужает, напрочь сбивает возбуждение и возвращает способность рассуждать здраво. Стив понятия не имеет, что делать дальше. Брок ему нужен - он может признать это самому себе. Но насколько сильно и в каком качестве? У них была отличная рабочая динамика, что для Капитана Америка совсем нелегко достижимо. У них вырисовывалась крепкая дружба, что тоже не просто получить Стиву, с его то ритмом жизни. И секс тоже получился прекрасным... Стив пристыженно стонет, чувствуя, как пылают его щеки. К его собственным сомнениям примешивается осознание, что он совершенно не знает, что нужно самому Броку? Что происходит в его голове? Откуда эта уверенность в том, что он для Стива - самый худший вариант? И не попытка ли это сказать, что Броку не нужно ничего из то, что Стив может ему дать?

Мысли атакуют голову непрерывно. Из душа Стив выходит привычно хмурым и показательно собранным. Брок обещал ему разговор, а это значит, что они смогут найти ответы на все вопросы. Вместе. Сейчас Стив может себе позволить сосредоточиться на работе.

После приезда на базу, Стив думает, что стоит найти Баки - узнать, как продвигается аналитический разбор Гидры, но сделать этого не успевает - телефон оповещает о входящем сообщении, едва он паркует мотоцикл на стоянке ЩИТа. На экране высвечивается информация о вылете через двадцать минут и номер взлётной полосы. Времени аккурат, чтобы переодеться и добраться до джета. Обычно такие короткие сообщения означают, что случилось что-то очень плохое. У Стива где-то внутри царапает неприятным предчувствием, но он отбрасывает это и спешит в раздевалку. Подобные условия уже бывали не один раз и определенно будут ещё. Все данные они получат в полёте и даже смогут набросать примерный план действий - неприятно, но не смертельно.

К джету Стив подходит за три минуты до запланированного вылета. Он уже переключился на рабочую волну и активно строит предположения, о том, что может их ждать на месте задания, поэтому не замечает ничего необычного, пока перед ним не возникает командир группы поддержки.

- Доброе утро, Капитан! Группа готова к вылету, - бодро докладывает Камилла Эванс, вытянувшись перед ним в стойку.

Стив смотрит на неё и вообще не может понять, что она здесь делает.

- Где СТРАЙК? - спрашивает он, когда молчать дальше становиться попросту неприлично.

- Не знаю, - от бодрости в голосе Эванс не остается и следа, она удивленно хмурится и смотрит с легким оттенком страха.

Пугать её - не то, чего хотел Стив. Не то, чтобы его это волновало конкретно в этот момент. Сейчас его интересует только отсутствие СТРАЙКа. Он отходит от Эванс на несколько шагов, даже не смотря в сторону остальных её бойцов, и достает телефон. Судя, по времени они уже пять минут, как должны быть в воздухе. Стив набирает номер Брока.

- Где ты? - спрашивает, не дожидаясь приветствий, когда тот отвечает на звонок.

- Дома, блядь, - Брок почти рычит, а у Стива волоски на руках поднимаются от звука его голоса. - Нас всех отстранили!

- Понял. Я разберусь, - Стив говорит рубленными фразами, потому что его душит злость, но вылить её хочется на того, кто это заслужил. Он сбрасывает вызов, уже не слушая, что пытается сказать его собеседник, и направляется в сторону базы.

- Капитан! - кричит ему в спину Эванс. - Вылет же...

- Ждите!

Стиву приходится крепко сжать кулаки, и он очень жалеет, что поблизости нет ни одной стены - ударить по чём-то очень хочется. В идеале - по лицу того, кто принял решение отстранить СТРАЙК, но это явно повлечёт за собой не лучшие последствия, поэтому отсутствие этого человека рядом - определенно к лучшему.

Стив заставляет себя делать глубокие вдохи и медленные выдохи, пока идет к зданию штаб-квартиры. Терять голову нельзя категорически, хотя и очень хочется...

СТРАЙК ему буквально преподнесли на блюдечке. Это Стив готов признать. И за это Стив, в последствии, был очень даже благодарен. СТРАЙК был полностью боеспособной, сработанной группой. Полностью созданной Рамлоу. Идеальной.

Хотя это Стив понял далеко не сразу - он долго изучал досье всех членов отряда и был полон скептицизма по отношению к их умению работать в команде. Для обоснования этого хватало того, что костяк группы, три первых номера, составляли десантники. Элита из элит. На бумаге - часть Армии, по факту - отдельный мир. Самые высокие показатели по всем возможным тестам и, как следствие, самое высокое самомнение. Это могло быть проблемой. Особенно, если ещё одну часть команды составляли морпехи, которые славились своим упрямством. И именно выходцами из Военно-морских сил были снайперы отряда, а снайперы ведь всегда, независимо от рода войск, могут посоревноваться в самомнении с десантниками - это общеизвестный факт. А ещё ведь в отряде были представители Сухопутных войск и Военно-воздушных сил... Для полноты комплекта не хватало только космонавтов и Береговой охраны...

Эта мешанина сильно напрягала даже на бумаге, чего ожидать в реальности, Стив просто опасался представлять. Но Фьюри настаивал на исключительном профессионализме СТРАЙКа, а Наташа говорила, что ему ничего не мешает просто попробовать, прежде чем делать выводы. На это возразить было совершено нечего, поэтому Стив попробовал поработать с ними - и был приятно удивлен результатом.

На совместном тестовом задании он не увидел ни десантников, ни морпехов - он увидел команду. Группу профессионалов, дышащих в унисон и работающих, как единый механизм.
Стив был удовлетворен СТРАЙКом, но это открыло путь новой проблеме - необходимости вписаться. Ему не по наслышке было известно, что такое боевое братство. И как важно быть с сослуживцами на одной волне.

Группы огневой поддержки в ЩИТе создавались для самых крайних условий. Когда нужно было сочетать и огневую мощь и осторожность. Обычно их вызывали уже тогда, когда всё грозило накрыться медным тазом. Группы поддержки были созданы универсальными, чтобы спасать ситуации, и работать с разными условиями и людьми.

Стив своим появлением сломал эту систему. Стив был слишком ценным активом, и слишком неприспособленным к новому миру. Фьюри закрепил за ним СТРАЙК, чтобы быть уверенным в том, что воскресший герой не падёт снова.

Бойцы СТРАЙКа могли быть недовольны таким поворотом - и тогда их совместная работа грозила бы обернуться катастрофой... Но нет, они проявили высший профессионализм и в этом вопросе - и приняли Стива. Не сразу, конечно. Были и долгие изучающие взгляды, и шепотки, стоило ему появиться на горизонте, и нотки фанатизма, пополам со страхом...

Но не от Рамлоу. Они с ним разругались на обсуждении первой же совместной миссии. Не сошлись на чём-то в плане, и высказали друг другу всё свои мысли в повышенных тонах. Не в первый, и не в последний раз. Броку было пофиг, кто перед ним - он не делал различий и не подстраивался. Остальные в отряде со временем переняли манеру поведения своего командира, разумеется, без нарушений субординации, которая была присуща Броку.

Поэтому Стиву было так комфортно с ними работать. Поэтому, было так тяжело принять их предательство... Стив не хотел заменять СТРАЙК. Он освоился и в мире, и в ЩИТе. И не собирался сближаться с кем-то так близко, как со СТРАЙКом. Но Фьюри было плевать на его желания. Он самолично притащил в его кабинет горстку личных дел бойцов, разложил на две стопки, ткнул пальцем в ту, что поменьше, сказал, что это потенциальные командиры, и приказал выбрать для себя новую группу поддержки.

Стив тогда просмотрел несколько папок с первой стопки и хмыкнул - всё кандидаты на роль командира были женщинами, снова политика. Все досье были будто под копирку - высокие показатели физической выносливости и интеллектуальных способностей, ярко выраженные лидерские качества и стрессоустойчивость... Стиву, по-хорошему, нужно было побеседовать с каждой из женщин отдельно, выбрать командира и потом, совместно с ней, выбрать остальных бойцов. Делать это у Стива не было совершенно никакого желания.

Он взял первую попавшуюся папку и пожал плечами - Камилла Эванс была ничем не хуже всех остальных претенденток. Среди претендентов на места рядовых бойцов показатели были чуть разнообразнее, поэтому Стив просто выбрал самые высокие, с оговоркой на то, что взрывотехник и парочка снайперов нужны в любом случае.

Так и появился БУР.

Это было нечестно по отношению к бойцам, но больше всего - по отношению к их командиру. Стив осознано не дал Камилле Эванс права голоса при формировании её отряда. Стиву было плевать. Стив хотел, чтобы Фьюри оставил его в покое и позволил вернуться к поиску предателей. БУРу пришлось подстраиваться - и друг под друга, и под Стива. Оглядываясь назад, Стив понимает, что повел себя откровенно по-свински, но Эванс справилась - взяла то, что ей соизволили дать и создала команду. Это было достойно уважения, и Стив её уважал. Но БУР не был СТРАЙКом... Бойцы могли посоревноваться друг с другом в личном мастерстве, но как команда - проигрывали по всем показателям. У СТРАЙКа были годы совместной работы за плечами, а у БУРа всего лишь выбор Стива. Винить за это было некого, кроме его самого.

Поэтому таким облегчением стало открытие роли СТРАЙКа в уничтожении Гидры. Поэтому Стив смог снова дышать спокойно только тогда, когда Рамлоу и его парни вернулись за его спину.

Стив не мог от этого отказаться. А интуиция подсказывала - если он прогнется сейчас, больше СТРАЙКа рядом с ним не будет.
Этого Стив никак не может допустить.

- Директор занят! - Рейчел вскидывается, едва он показывается в приемной. - Стив, пожалуйста...

Ей приходится встать из-за стола, чтобы преградить ему путь.

- Их отстранили, - Стив заставляет себя остановиться, чтобы не быть грубым. - Ты знаешь об этом?

Рейчел отводит взгляд - разумеется знает. Она отходит в сторону. Стив делает шаг вперед, останавливается, говорит, не оборачиваясь:

- Можешь сказать, что я угрожал тебя ударить.

Рейчел только хмыкает себе под нос, а Стив толкает дверь директорского кабинета, не утруждая себя стуком.

- Директор, почему СТРАЙК отстранили?

Ник и Мария синхронно поднимают головы, чтобы взглянуть на вошедшего.

- Стив, ты не вовремя, - говорит Фьюри, предупреждающе полыхая взглядом.

- Я задал вопрос, - Стив крепче сжимает кулаки.

- Ты забываешь, Роджерс! - Мария несколькими быстрыми движениями закрывает папки, что лежат на столе директора. - Ты не имеешь права вот так врываться...

- Я имею полное право знать, почему моих людей отстранили!

- Они не твои люди! СТРАЙК подчиняется напрямую директору!

- Я не буду играть с тобой в семантику, Мария! Я хочу знать официальную причину отстранения СТРАЙКа!

- Это не...

- Служебное расследование, - Фьюри убийственно прерывает Марию и опускается в свое кресло.

- По поводу?

- По поводу их участия в шантаже работников ЩИТа, саботаже перевозки опасных...

- Вы с ума сошли? - Стив понижает голос до леденящего шепота. - Они не имеют к этому отношения.

- Если это так - расследование это подтвердит и они смогут вернуться к работе. Вам же, агент, стоит сделать это прямо сейчас, - Фьюри злится, это сложно заметить, но возможно, если знать его достаточно хорошо.

- Нет, - Стив улыбается.

- Простите? - Фьюри всё ещё контролирует себя достаточно, чтобы подняться на ноги, а не вскочить со стула.

- Нет, - спокойно повторяет Стив. - Я беру отпуск.

- Ты не можешь вот так просто... - снова вмешивается Мария.

- Не могу взять отпуск? Это ваш официальный ответ, заместитель директора?

- Стив...

- Я работаю на ЩИТ почти пять лет и за это время не был в отпуске ни разу. А право на отдых гарантированно мне Конституцией США! Я не припоминаю, чтобы в трудовом договоре был пункт об отказе от конституционных прав! Тебя разозлило моё общение с журналистами в Нью-Касле? Так я прямо сейчас соберу конференцию и извинюсь перед ними. А когда они спросят, чем вызвано моё нестабильное состояние, а они спросят, я им расскажу, что правительство, в лице ЩИТа, фактически держит меня в заложниках, не позволяя...

- Хватит, Стив, - Фьюри устало потирает переносицу, на секунду прикрывая глаз. - Тебя не волнует, что сейчас ты должен быть на миссии? Барнс и Максимофф отметили несколько баз Гидры, которые не были известны нам ранее и нуждаются в проверке. Мы назначили тебя на это задание. У тебя есть работа.

Стиву приходится крепче сжать зубы, чтобы не поддаться на провокацию. Это удар ниже пояса. Гидра для Стива подобно красной тряпке для быка. Так было с самого начала, а сейчас, после последних событий, это чувство увеличилось стократно. Стив хочет самолично найти и уничтожить все осколки Гидры, которые выжили по чистому недоразумению. Это желание бурлит у него под кожей, борьба с Гидрой - инстинкт для Стива...

И Фьюри это отлично знает. Стиву приходится напомнить себе, что поддаться сейчас - значит потерять СТРАЙК навсегда. Это помогает и он отвечает, не позволив сомнению отразиться на лице:

- А у вас есть несколько десятков профессионалов, которые могут справиться с этой работой не хуже меня, - возможно всё же, он не потерян для политики окончательно.

Фьюри и Мария обмениваются откровенно недовольными взглядами.

- Что ты хочешь, Стив? - спрашивает директор.

- Отпуск.

- Хорошо.

- И для СТРАЙКа тоже.

- Что?

- Отмените их отстранение, замените на оплачиваемый отпуск.

- Хорошо.

- Хорошо.

- Не потребуешь прекратить расследование? - Мария непонимающе хмурится.

- Нет. Я хочу, чтобы вы тщательно всё проверили. И выяснили, кто на самом деле убил Смита и Уилсона, кто влез в телефон Эванс, кто, в конечном итоге, стоит за всем этим. А уже потом, когда вы в этом разберетесь - мы с вами поговорим. И, возможно, вам обоими придется принести несколько извинений. А до тех пор - я в отпуске.