Мне не нужен мир без него.

Стив совершенно не хотел думать о прошлой ночи. И у него отлично это получалось. Ровно до того момента, пока Рамлоу не вошёл в конференц-зал. Воспоминания нахлынули бурным потоком. Его тёплые руки, губы, горькие от сигарет, гибкий язык, запах, сводящий с ума... Стив не знал, как до этого дошло. Его никогда не интересовали парни. Да он даже не задумывался о возможности таких отношений! Не только для себя, а и в принципе - если слышал слухи об увлеченности кого-то своим полом, то просто пожимал плечами и забывал об этом. А сейчас Рамлоу... Рамлоу несколькими прикосновениями зажёг огонь в каждой клеточке тела, заставляя желать... всего.

Стив старательно избегает взгляда на Рамлоу и внимательно слушает директора, сам не понимая, когда его взгляд оказывается на лице напротив. Он изучает каждую чёрточку и не понимает, как раньше мог спокойно относиться к тому, что этот мужчина настолько красив. А когда их взгляды всё же встречаются - Стив перестаёт понимать, зачем всё это, и что оно такое "это". Реальность будто стирается под натиском карих глаз и тяжёлого биения собственного сердца. Он, кажется, слышит собственное имя где-то на периферии, но не понимает откуда оно может звучать.

Всё проходит, когда Брок разрывает зрительный контакт, чтобы посмотреть на свою соседку. Стив снова слышит своё имя - это Баки зовёт его очень тихо, специально для улучшенного слуха. Стив коротко кивает другу и полностью возвращается в реальность. Ровно до того момента, пока Рамлоу не высказывает свою готовность идти в бой. СТРАЙКу за последние две недели досталось столько, сколько многим не достаётся даже за месяцы в горячих точках. Как можно не понимать, что всему отряду, и его командиру в первую очередь, необходим отпуск?!

Но Рамлоу, разумеется, понимает всё неправильно. Стив пытается донести свою мысль, совсем не понимая, что переходит всё границы благоразумия и рабочего этикета. Напоминание о том, что они здесь не одни - подобно холодному душу. Стиву неловко и стыдно, и он снова готов внимательно слушать, но Фьюри говорит какую-то чушь, что он не должен работать со СТРАЙКом, и Стив срывается окончательно. Он, наконец, высказывает всё, что думает и спешно покидает собрание, направляясь к себе в кабинет. О, он чертовски давно не был настолько зол! Он знает, что Баки идёт за ним, отставая шагов на пять и не лезет к нему - знает, что нужно дать время.

Стив контролирует дыхание, сжимает-разжимает кулаки и понемногу отпускает свой гнев. Когда чувствует себя достаточно спокойно - садится за стол и прикрывает глаза, делая несколько последних глубоких вздохов. Баки, наконец, отлепляется от стены и подходит ближе, опирается на стол и смотрит испытующе.

- Порядок? - спрашивает тихо.

- Да, - уверено кивает Стив. - Что вообще нашло на Фьюри?

Баки хмыкает, как будто снисходительно, и расслабленно опускается в кресло для посетителей.

- Ты никогда не перестанешь меня поражать, Роджерс. Но сегодняшний день грозит побить всё рекорды. Рамлоу скомпрометирован, - Стив непонимающе моргает, и Баки приходится объяснить. - Гидра. Предательство. Сколько бы раз он потом не раскаивался и не расплачивался - этот факт никуда не исчезнет. Он ненадёжный. И опасный. Был бы он каким-то третьим звеном четвёртой цепи - проблемы бы ни было. Но он один из самых близких к тебе людей, почти правая рука. И это, по мнению Фьюри, проблема. Гордость нации не должны окружать сомнительные личности.

Стив болезненно морщится на это дурацкое прозвище, хотя отлично понимает, что Баки имеет ввиду. Насколько много людей, на самом деле, воспринимает его не как человека, а как символ?

- Личности? Во множественном числе? Ты имеешь ввиду весь СТРАЙК?

- Фьюри знает, что СТРАЙК - исполнители. Он может смириться с ними всеми, кроме их руководителя. Но есть ещё я и Ванда. Для самого большого патриота Родины, ты умудрился собрать вокруг себя слишком много ненадёжных людей, Стив. Но Фьюри знает, как много я для тебя значу и знает, что ты будешь бороться, если он попытается что-то против меня предпринять. Ванда - слишком могущественная, и он сам ни за что её не отпустит, что бы там у неё ни было в прошлом. Рамлоу в этом уравнении - по мнению Фьюри - самая слабая переменная.

Стив никогда не думал об этом под таким углом. Он вообще предпочитал не думать о политических играх, которые, похоже, сильные мира сего не прекращают никогда. Осознавать, что кто-то тщательно анализирует твое окружение, выбирает для тебя угодных и неугодных людей - было мерзко. Только вот Фьюри крупно просчитался.

Ванда - чудесная. И, безусловно, часть близкого круга, почти семьи. Стив ею восхищается и по-дружески любит. Но она появилась в его жизни совсем недавно и связали их друг с другом, в первую очередь, Баки и Рамлоу.

Баки - единственный осколок прошлой жизни. Описать значимость этого человека словами - невозможно. Но Стив считал его мёртвым несколько лет. Стив жил без него, пускай и не мог забыть.

А Брок... Он ведь был рядом с первого дня, как Стиву разрешили вернуться к работе. Он приглашал его присоединиться к тренировкам СТРАЙКа, пока Стив не согласился. Он вытаскивал его на обеды и иногда приносил кофе. Он не боялся перечить и относился к нему, как и к любому другому человеку. Он гладил его по лицу и целовал... Даже те долгие месяцы, когда Гидра раскрылась и СТРАЙК пустился в бега - он всё равно был в жизни Стива, потому что Стив шёл по его следу, желая поймать. Самая слабая переменная? Нет. Скорее - единственная константа.

Мстители появлялись и исчезали из его жизни под влиянием внешних обстоятельств.

Шэрон почти смогла стать его любовью, но её почему-то оказалось недостаточно.

Сэм был другом. Другом, у которого была своя личная жизнь, в то время, как жизнь Стива была завязана на работе.

Наташа тоже была подругой, только со слишком тяжёлым багажом прошлого и слишком большим количеством секретных миссий.

А Брок был рядом чаще, чем кто-либо ещё. Странно, что Стив никогда не думал об этом до этого момента.

- Всё равно не понимаю, - наконец говорит Стив. - Фьюри ведь мог сам убрать Рамлоу из ЩИТа, если бы захотел. И отстранить СТРАЙК от работы со мной тоже. Зачем вот так? Зачем выносить это перед всеми?

- Потому что ты дал ему отличный повод! - Баки чуть-ли не хлопает в ладоши. - На будущее, Стиви. Обычно, когда о ком-то переживают - просто говорят об этом человеку прямо, а не ставят под сомнение его профпригодность перед высшим руководством.

- Я не...

- Выглядело это именно так.

- Чеееерт.

- Именно. Фьюри не мог не воспользоваться возможностью ткнуть тебя носом в отсутствие профессионализма у Рамлоу. Он был уверен, что ты прислушаешься к "гласу разума" и согласишься с его аргументами. Но просчитался ваш... наш директор. Это, кстати, было сильно. То, как ты защищал его перед Фьюри.

Стив только согласно фыркнул. Он не считал, что "защищал" - подходящее определение, тому, что там происходило. Скорее, он просто истерил. И хорошо, хоть истерил в правильную сторону. Баки ухмылялся так, словно слышал его мысли и был полностью с ними согласен. Стиву почему-то стало неловко.

- Ты покраснел, - заявил Баки, ещё сильнее растягивая губы в улыбке.

Стив в ответ покраснел ещё сильнее, оказавшись неспособным справиться со смущением. Это всё ещё его лучший друг и секретов между ними - никаких. Всегда.

- Рассказывай! - потребовал Баки, поторапливая.

- Мы поцеловались, - с тяжёлым вздохом говорит Стив.

- С Рамлоу? - переспрашивает Баки.

Стив в ответ молчит. Баки молчит тоже, застыв на месте с приклеенной к губам улыбкой.

- Ладно. Этого я не ожидал, - Баки отмирает, хмурится, обдумывая услышанное, а потом начинает улыбаться снова. - И когда успели только?

Только после его реакции, Стив понял, как на самом деле её боялся. Они с Баки ведь никогда не обсуждали отношение к секс меньшинствам. Просто там, где Стив пожимал плечами, его лучший друг шутил, порой обидно, но никогда не переходя на издевательства. Но то были посторонние, часто малознакомые, люди и предугадать реакцию на подобное заявление от Стива было нельзя. Но Баки не разочаровал, он, казалось, успокоился окончательно - сложно представить, какие причины взъерошенного поведения Стива он успел придумать.

- Нашлось время, - всё ещё немного смущённо, бормочет Стив, потому что Баки продолжает внимательно на него смотреть, ожидая ответа.

- Ты... хочешь поговорить об этом?

Стив не может сдержать улыбки. Такое поведение Баки, мягко говоря, не типично. Он никогда не спрашивает, хочет ли Стив поговорить о чем-либо. Обычно, он просто берёт и разговаривает. Особенно, если это касается сердечных дел. Ещё тогда, в прошлом веке, стоило Стиву просто проводить какую-то девушку взглядом - Баки тут-же оказывался рядом и принимался раздавать советы.

- Нет, не хочу. Я сам разберусь, - честно отвечает Стив. Во-первых, он сам не знает, что думать обо всей этой ситуации. А во-вторых, слегка эгоистично, хочется оставить это себе. Хотя бы это - только себе. - Тебя там ждут команда аналитиков и куча досье членов Гидры. Не надо злить Фьюри. Больше, чем я уже...

Баки понятливо хмыкает и поднимается на ноги.

- Если захочешь поговорить - я рядом. В любой момент.

- Спасибо, Бак. За всё.

Стив с огромным облегчением погружается в бумажную работу, после его ухода. Стопка отчётов аналитиков с каждой проведённой операцией всё увеличивается. И если за что-то ненавидеть этот век - так это за бюрократию, которая проникла везде. Это ведь реально доходит до абсурда. Стив проводит боевую операцию - подаёт подробный отчёт о своих действиях аналитическому отделу. Те, в свою очередь, его изучают и выдают свои замечания и рекомендации по поводу возможных вариантов улучшения эффективности. Стив же обязан это изучить и написать свой отзыв об их рекомендациях. Бесполезный замкнутый круг. Хорошо хоть эти доклады делаются только по нескольким отчётам в месяц, а не вообще по всех. И пускай Стив, подобно остальным, чаще всего пишет что-то "принято к сведению" (хотя по началу он честно пытался отстаивать некоторые вещи, с которыми был принципиально не согласен, а потом понял, при некоторой помощи из вне, что это совершенно бесполезно), но оставлять доклады аналитиков хотя бы бегло их не просмотрев - совесть всё ещё не позволяла. Сегодня был идеальный день, чтобы заняться именно этим.

Даже если никто из присутствующих в конференц-зале ничего не скажет о его срыве, его крик всё равно, скорее всего, слышали другие, всё же двери там тонкие. А видеть на себе недоумевающие взгляды и слышать за спиной шепотки желания у Стива не было никакого. К тому же, совсем не хотелось встречаться с Рамлоу - как оказалось, он совершенно не способен адекватно на него реагировать. Поэтому, да. Это был идеальный день для просмотра докладов аналитиков. И Стив успешно занимался этим, пока его покой не нарушил никто иной, как сам Тони Старк.

- Ты уверен, что не хочешь работать на ЩИТ? Появляешься ты здесь с завидной регулярностью.

- Это снова сарказм? Барнс на тебя плохо влияет.

- Что ты хочешь, Тони?

Тони усаживается в кресло для посетителей, которое ранее занимал Баки, и смотрит... странно, будто на идиота.

- Ты шутишь, Роджерс?! - почти с ужасом восклицает он. - ООН? Международные Мстители? Ни о чем не говорит?

Стив внутренне холодеет. Забыл. Он совсем об этом всём забыл. И даже не обратил никакого внимания на Тони вчера, в кабинете Фьюри.

- И как всё прошло в ООН? - наконец, находится Стив. Они ведь обсуждали это месяцами. О том, что Мстителям нужны права действовать на территории всех государств, а не только Америки. Как он мог об этом забыть?

- Ну, они выбрали тот вариант, который предполагает сотрудничество напрямую с Мстителями, без посредничества правительства США. Ты бы знал об этом, если бы был там.

Стив не обращает внимания на ремарку Тони и думает, что это было вполне ожидаемо. Мстители были созданы ЩИТом, а ЩИТ, несмотря на всю свою секретность, всё ещё подчиняется правительству. Они ожидали, что другие страны не захотят иметь дело с Мстителями, если при этом будет задействован посредник в виде Америки. Поэтому юристы Тони подготовили вариант международного договора, при подписании которого правительство любой страны сможет попросить помощи напрямую у Мстителей, избегая кучи бюрократических ловушек. Их этот вариант тоже устраивал больше. Правда, ответственность, в случае чего тоже будут нести они сами, не рассчитывая на помощь своего государства, но вряд ли кто-то из Мстителей будет начнет убивать мирных людей, вместо того чтобы их спасать. А всё остальные детали были учтены юристами Тони - те были настоящими профи. Поэтому, всё складывалось хорошо, даже несмотря на отсутствие там Стива (и кто бы мог подумать?), но оставалось одно но...

- Теперь дело за конгрессом США, - констатировал Стив. Конгресс должен захотеть поделиться Мстителями с остальным миром. Потому что, если они скажут "нет" и не разрешат им выйти на международную арену в статусе почти самостоятельного субъекта... тогда всё было зря.

- Да. Я представлю это постановление через месяц.

Наверное, Тони рассчитывал, что его "Я" заденет Стива. Но это было не так. Весь этот договор - это полностью идея и заслуга самого Тони и его команды. Все Мстители, конечно, согласились и были готовы оказывать посильную помощь, но этот проект полностью принадлежит Тони. Он много общался по этому поводу со Стивов, потому что они оба были негласными лидерами Мстителей, но о выступлении в ООН Тони попросил его лишь потому что хотел сыграть на репутации Капитана Америки, как самого честного, надёжного, принципиального, и дальше по списку, героя. Стив сначала пытался убедить, что его, Тони, слово будет воспринято так же, как и слово Стива. Но Тони не хотел рисковать, и Стив согласился на его уговоры лично представить проект договора. Но жизнь внесла свои коррективы и это было к лучшему. Хотя Стив, разумеется, предпочёл бы провести скучный день перед чиновниками ООН, чем... Он предпочёл бы, чтобы СТРАЙК не нужно было спасать.

- Почему так поздно?

Тони издевательски хмыкнул:

- Если я приду к ним с этим завтра - они меня просто пошлют и эта инициатива будет похоронена, потому что на неё мало кто обратит внимание. Политика работает по-другому, Роджерс. Взрослей уже. Мои пиарщики готовят масштабную кампанию. Предварительное название "Национальная гордости или жизни людей" - сам придумал. Я заставлю общество давить на политиков и им не останется ничего, кроме как проголосовать за то, что мне нужно.

Стива уже конкретно тошнит от политики. Но он знает, что Тони прав. Знает, что иначе никак.

- Если нужна будет моя помощь - я готов.

- Так, как вчера? - это звучит не так жестоко, как Тони мог бы, но его взгляд всё равно обжигает.

- Я был бы там, если бы не... вся эта ситуация со СТРАЙКом, - Стив мрачнеет, потому что называть тот кошмар, который произошёл "ситуацией" - в корне неправильно.

- Я уже слышал, - тяжело вздыхает Тони и становится понятно, что он не злится. Наверное, хотел бы, но не может, потому что понимает. И это много значит. - И, вообще-то, слышал много всего. Что там произошло на самом деле?

- Много всего, - Стив, не сдержавшись, хмыкнул.

- Могу расценить это, как признание того, что в отчётах указано не всё?

- Тони...

- Мне просто любопытно.

- Это не та ситуация, где любопытство уместно! - Стив слишком очевидно злиться и Тони не может этого не заметить.

Он внимательно изучает Стива взглядом, прежде чем перестать улыбаться и спросить:

- Кто из девушек?

- Какая разница? - тяжело вздыхает Стив, он не удивлён, что Тони догадался. Черт возьми, все, наверное, знают, что происходит с женщинами в плену! И не только в плену...

- Никакой, - соглашается Тони, и это о том, что он не будет лезть в эту историю дальше.

Стив благодарен за понимание, но не может не уточнить:

- Не делись ни с кем своими догадками.

- За кого ты меня принимаешь, Роджерс?!

- Прости. За это уточнение. За то, что меня вчера не было рядом - я извиняться не буду. Но я знал, что ты сам справишься, понимаешь?

- Хорошо, что хоть кто-то в меня верил.

Тони насмешливо фыркает, напоминая, что нет - на самом деле с самомнение у него всё в порядке. Замолкают на несколько минут, каждый думая о своём. Наконец, Тони спрашивает:

- Ты как вообще?

- Всё хорошо. Насколько это возможно, - Стив был бы удивлён, если бы они не коснулись этой темы. - Ладно, что ты слышал?

Тони ухмыляется так кровожадно, что Стив начинает жалеть о том, что спросил сразу же.

- Вот ты так тяжело вздыхаешь, а люди, между прочим, беспокоятся! Некоторые вполне искренне.

- По поводу?

- По поводу тебя, разумеется! Все подтверждают, что твоё поведение изменилось после Гидры, а в последние несколько дней - так вообще.

- И какие версии этому есть?

- Могу успокоить - лидирует версия, что твоё поведение связано с разбитым сердцем.

- Это ж кто мне его разбил, позволь спросить? - Стив, не сдержавшись, презрительно фыркнул.

- Шэрон, конечно.

- Очень интересно.

- На самом деле - нет. Самая скучная версия. Некоторые думают, что ты всё это время был тайным агентом Гидры. А другие, что тебя шантажируют какими-то грязными подробностями с прошлого. Но больше всего мне нравится тот вариант, где Ванда и Барнс остались верны идеалам Гидры и сейчас пытаются перетащить тебя на свою сторону.

- Достаточно. Меня уже тошнит.

- Ты слишком серьёзно это воспринимаешь, - говорит Тони, и Стив знает, что он действительно так думает.

- Мне никогда не доставляло удовольствие быть поводом для сплетен.

- О нас всегда будут болтать. Просто забей.

Пожалуй, Стив мог бы забить, если бы люди болтали только о нём. Но ведь это задевает, и всегда задевало, тех, кто рядом. Всех близких и любимых людей. И всё это из-за него. Стиву пришлось смириться с этим за годы в образе Капитана Америки, но принять это он никогда не сможет.

- Тони, как ты это делаешь? - Стив решает вернуть разговор в более спокойное русло. - Сидишь сутками в лаборатории, часами разговариваешь с юристами и политиками и всё равно остаёшься в курсе всех сплетен? Даже не работая на ЩИТ...

- Этот талант, Роджерс, мне дан свыше.

- Это всё Наташа, да?

- Я не выдаю свои источники.

Стив смеётся. Ему, пожалуй, был нужен этот разговор. Нужно было убедиться, что Тони не в обиде, что они всё ещё на одной стороне.

- Ты ведь контролируешь всё то, что происходит? - неожиданно серьёзно спрашивает Тони и у Стива не остаётся сомнений, что это влияние Наташи. Вопрос только в том, почему она не пришла с этим сама? Не хочет показаться слишком назойливой? Скорее всего именно поэтому. Она слишком хорошо знает, как Стив реагирует на вмешательство в свою личную жизнь, и не хочет рисковать тем равновесием между ними, которое далось столь нелегко. Стиву многого стоило отучить Наташу лезть туда, куда её не приглашали. Старка, и Стив мог утверждать это с уверенностью, отучить было невозможно.

- Ничего не происходит, Тони, - уверено врёт Стив.

- Я надеюсь на твоё благоразумие, - Тони, разумеется, не верит.

Стив чуть не отвечает "Зря", но вовремя себя останавливает и только кивает. После ухода Тони, он смотрит на часы и убеждается, что рабочее время закончилось ещё двадцать минут назад. Ему остаётся просмотреть только один доклад и Стив не видит смысла откладывать это на другой раз. Поэтому рабочий день для него заканчивается на два часа позже, чем для всех остальных. Почти для всех.

Когда лифт открывает свои двери, чтобы впустить его внутрь - в кабине уже находится Рэйчел, что логично, ведь кабинет и приёмная директора на три этажа выше.

- Капитан Роджерс, - девушка приветствует его кивком и, если бы не приветливая улыбка на её губах - Стив бы поморщился. Это обращение - напоминание, что он для всех в первую очередь Капитан. Стоит ли пытаться объяснять, что капитана Роджерса вообще не существует? Он был капитаном когда-то, но после того, что посчитали смертью, ему было присвоено звание майора и это повышение не было аннулировано после возвращения к жизни. Но, на самом деле, это всё равно не имеет никакого значения, потому что ЩИТ не имеет отношения к вооружённым силам США, и система званий здесь не применяется в принципе. Процентов шестьдесят всех сотрудников ЩИТа - выходцы из вооружённых сил. СТРАЙК вообще полностью состоит из бывших военных самых разных видов войск. Рамлоу умудрился собрать у себя и десантников, и пехотинцев, и морских котиков. И признаться, когда Стив только начинал с ними работать, то слегка сомневался, что настолько разношерстная компания может быть хорошей командой. Он рад, что ошибся. Но суть не в этом, а в том, что никто ни к кому не обращается по званиям. А причина в том, что обращённое к Стиву "Капитан" - это не про звание, а про титул. И от этого тошно.

- Просто Стив. Добрый вечер, мисс Круз, - на самом деле они все позавчера обращались друг к другу по именам, но Стив не против, чтобы это перенеслось и на работу. Всяко лучше "Капитана".

- Тогда просто Рэйчел, Стив.

- Хорошо. Снова директор заставляет перерабатывать?

- Я привыкла. И это лучшее, чем перерабатывать по собственной инициативе.

- Ладно, сдаюсь, - Стив коротко смеётся, потому что она явно видит его насквозь.

Рэйчел улыбается в ответ, когда перед ними открываются двери лифта и выпускают их на парковку. Стив прощается с ней и поворачивает в нужную ему сторону. Он не видит, что происходит за колонной, куда свернула Рэйчел, но слышит её весело-возмущенный голос:

- Не обязательно было ждать меня.

- Та мне не сложно. Какая разница, где копаться в рекламных рассылках на електронке? - второй голос явно принадлежит Пейдж.

Стив заводит мотоцикл и ловит себя на том, что улыбается. Он рад за девушек. Они выглядели насколько влюблёнными на вечеринке в доме Роллинсов, что стало совершенно непонятно, как они могли скрывать свои отношения несколько месяцев. И ещё позавчера они говорили о том, что не хотят на работе официально объявлять о том, что они вместе. Вероятно, последние события заставили их изменить своё мнение.

Стив может это понять. Произошедшее всех их жёстко ткнуло лицом в реальность... В реальность, которая для каждого из них может закончиться в любой момент. Они - те люди, которые не имеют никакого права терять время.

Стив выезжает из подземной парковки и поворачивает в обратную сторону от своего дома.