6.3
Во время обеда мы сидели молча. Я не произнес ни слова, настроение Лу Фена продолжало ухудшаться. К тому же, моя простуда снова набирала обороты, и я чувствовал давящую головную боль.
Мы оба тихо принялись за еду, был слышен лишь стук палочек. Лу Фен ел очень медленно. Внезапно он поперхнулсяи нахмурился.
– Что такое?
– Ничего.
– Горло? Есть лекарство. Выпей, тебе станет лучше.
Он хлопнул палочками по столу:
– Если я сказал, что ничего, значит, ничего!
Я в шоке, молча, уткнулся в свою тарелку и продолжилесть. Лу Фен сидел напротив. Он был нервным и беспокойным, а затем, внезапно встал и ушел наверх. Я остался сидеть в одиночестве, склонив голову над миской с рисом.
Лу Фен становился все нетерпеливее по отношению ко мне.Возможно, он имеет в виду… Нет, быть не может. Лу Фен любит меня. Просто не осознает, насколько груб. В конце концов, в прошлый раз он, такой крепкий и сильный, использовал всю свою силу воли, чтобы сдержаться и не навредить мне после большого перерыва. Возможно, если я напомню ему, он вспомнит. Тогда он обещал, что будет хорошо обо мне заботиться, он был очень серьезен.
Я все еще верил в него.
Поднявшись в комнату, я увидел, что дверь в ванную комнату закрыта. Сквозь запотевшее стекло виднелась его фигура, он принимал душ.
Когда он раздевался, то просто бросил вещи на ковер. Я собрал все. Взяв кошелек, я открыл его и заглянул внутрь. Я увидел нашу с ним фотографию и почувствовал, как на сердце стало теплее. Я слегка улыбался. Посмотрев в другом кармане, я заметил криво уложенную магнитную карту отеля, еще там были новые распечатанные чеки.
Взглянув на чеки, я заметил, что в отеле он провел не так много времени. Также мало ел и мало пил. Большая часть порций была рассчитана на двоих.
В тот момент, когда я держал в руках чеки и рассматривал их, дверь в комнату открылась и появился Лу Фен.
***
Некоторое время он смотрел на меня, затем взял кошелек, отбросил его в сторону и сел рядом. Он продолжал вытирать полотенцем волосы, не произнося ни слова. Словно в трансе.
Я начал целовать его лицо. Он в шоке отодвинулся:
– Что ты делаешь?
Я думал, почти надеялся, чувствуя, подступающий ком, что как только я поцелую его в лоб и перейду к губам, он перестанет отворачиваться, поймает мои руки, запустит их себе под халат и глубоко ответит на поцелуи. Но он схватил меня за руки и отодвинулся:
– Прости, я немного устал.
Я пробормотал что–то невнятное. Он продолжил вытирать свои волосы, но постепенно его движения становились все более неловкими.
– Лу Фен, – я старался говорить веселым голосом, – ты же не прячешься от меня?
Его рука остановилась, он повернул голову и взглянул на меня. Сначала его лицо было жестким, но затем резко сменилось на безразличное выражение. Он лишь пожал плечами и спокойно ответил:
– Хорошо, я уходил переспать с другим человеком.
Я снова угукнул и внезапно почувствовал, как все тело будто бы сильно расслабилось.
Так странно. Раньше я так себя не чувствовал.
Наверное, рано или поздно, это должно было случиться. У него есть статус, деньги. Но он заметил такого сумасшедшего и убогого, как я. Все эти красивые молодые люди всегда будут гнаться за ним. Более того, он сам продолжает оставаться все таким же красивым. Из–за меня, такого ничтожного… Я абсолютно не интересныйстарик. А он… Что бы он ни сделал, он продолжает оставаться чистым и белым, как нефрит. Он не мог так поступить. Он просто обычный человек.
Я все понял, я был готов к этому.
– Лу Фен, я хочу прояснить все с тобой, – мой голос оставался спокойным, тело расслабленным, и я еще больше ощущал себя стариком. – Сяо Ло может приходить сюда, твои любовники могут приходить и уходить отсюда, ты можешь встречаться с ними даже снаружи. Почему в этот раз ты не дал мне увидеться с сыном? Разве мы не должны иметь равные права? Ты можешь баловать Сяо Ло, завести любовника для тебя тоже не проблема. Тогда и ко мне отнесись щедро, не контролируй каждый мой шаг. Это все потому, что у тебя есть деньги и могущество? Поэтому ты такой особенный, не то что я? Тебе можно все… но не слишком ли это? Если ты не знаешь, как от меня отделаться, то мы можем просто расстаться…
Я еще не закончил говорить, как получил звонкую пощечину.
Это не самое страшное. Больно не от того, что Лу Фен не может контролировать свою силу. Это не насилие, просто напоминание.
На самом деле, все мои обиженные, напыщенные слова – это все подделка. Я продолжал раздувать костер, пока он, в конце концов, не полыхнул мне в лицо. Он большой и сильный, глупо было воспринимать его легкомысленно.
Эта пощечина вернула меня в мое истинное состояние. Я почувствовал себя как шар, из которого выбили воздух.Кажется, даже морщины стали заметнее.
– Сяо Чен.
– Я устал, пойду спать.
Это все результат полной отдачи себя ему.
– Сяо Чен? Разве тебе не было больно, когда я ударил?!
Да, ты очень вежливый.
Я открыл дверь и вышел. Я зашел в комнату и запер дверь, прячась от него. Лу Фен осторожно стучал снаружи. Я сел на кровать. Затем звук прекратился.
***
Люди всегда такие. Лу Фен принимает меня неохотно, потому что я прошлое.
В то время он был просто ребенком из богатой семьи, неспособным контролировать член в штанах. Это была наша первая любовь, чистая и нежная. Но первая любовь всегда такая отстраненная. Тот наш год вместе, когда мы втиснули свое счастье в маленькую уютную квартиру, был раем. Я даже отказался нанимать уборщицу. Только два человека. Мы смотрели друг на друга, и я чувствовал, что это навсегда.
То время напоминало мне белый водянистый тофу. Мы были подростками, но в памяти все еще жив этот вкус.После стольких лет разлуки он стал выше, перепробовал много разных вещей. Но я все еще помнил вкус того тофу. Даже если предложат миллионы разных интересных блюд, то тофу останется по–прежнему самым лучшим. И после всех трудностей, вы, наконец, снова можете его попробовать. Но когда ты снова его ешь, сравнивать с чувствами, что были раньше, ты рискуешь почувствовать отвратительный вкус. И это страшно.
Итак, он решил попробовать что–то новое, что–то лучшее. Я так устал.
Между нами, двумя мужчинами, нет брака, нет ответственности и нет обязательств. В отличие от пар, где мужчина и женщина. Остается лишь полагаться на любовь друг к другу. Но мы больше не говорим о любви. Нам становится скучно, но мы продолжаем идти до конца.
Между мужчиной и мужчиной… нет страховки. Если кажется, что есть обещания и безопасность – это всего лишь иллюзия.
***
Утром я проснулся поздно. Голова все еще болела, глаза опухли от слез, держалась высокая температура. Ничего удивительного, мое тело всегда было таким.
Я тихо вошел в гостиную. Лу Фен все еще сидел там. Не знаю, услышал ли он звук моих шагов или нет, но, когда он поднял голову, я увидел, его красные глаза.
Я больше не смотрел на него. Я, молча, съел свой завтрак ипринял лекарства.
– У тебя все еще жар?
– Да.
В его глазах была горечь, но затем он отвернулся и все снова исчезло.
– Сяо Чен.
– Да?
– Я уйду… на несколько дней. Выздоравливай и будь дома.
Я ничего не ответил.