53 глава
– Ты, правда, думаешь, что так решишь все проблемы? – его голос внезапно стал резким. – Чен И Чен, а как же быть со мной?!
– Я…
– Я, конечно, толстокожий, но вот так ты ко мне относишься?! В конце концов, какое место мне отведено в твоем сердце?! Сначала думаешь о матери, потом о младшем брате, а затем о Цинь Лане?! А я пустое место?!
– Я просто не хочу разочаровывать маму…
– Ты печешься о чувствах своей матери, а что насчет моей? – он обжег меня ледяным взглядом. – Думаешь, мне хочется ссориться с моей мамой? Ты, правда, считаешь, что, находясь рядом со мной, ты единственный, кто чем-то жертвует?
– Нет…
– Ты всегда стараешься быть тактичным с другими, а что со мной?! Жениться?! А обо мне ты подумал? Что насчет меня? Что, если твоя мама потом не позволит тебе развестись? Мы будем вечными любовниками за спиной супругов?! Хочешь, чтобы мы так низко пали? В глазах всех я виноват, но я лишь оберегаю тебя, а ты? Передо мной ты не чувствуешь себя виноватым?
– …
– Если хочешь быть благородным сыночком, тогда тебе не следует быть со мной! Хочешь втихую быть в отношениях со мной, но иметь жену, детей, продолжить свой род, быть хорошим братом, послушным сыном. Хочешь вести жизнь шлюхи, а в чужих глазах быть чистым и невинным, – он глумился. – Я бросил все, чтобы быть с тобой. Я могу отречься от собственной семьи, отказаться быть молодым господином Лу, а ты… боишься расстроить свою маму, поэтому готов бросить меня и жениться… – он вдруг вспомнил что-то и натянуто улыбнулся. – Или это все оправдания? Я же больше не часть богатой семьи Лу, больше не молодой господин, и поэтому ты…
Я растерялся и озадаченно взглянул на него. Он на минуту замолчал, а затем его голос стал нетерпеливым и резким:
– О чем ты плачешь?! Только не надо говорить, что я ошибаюсь!
– Ты все неправильно понял, – я чувствовал себя неудобно, не находил слов, чтобы ответить ему. – Я так резок, эгоистичен, я совершенно тебя не заслуживаю, рядом со мной ты чувствуешь себя жертвой – одни несчастья! Разве расставание не будет лучшим решением?! Ты вернешься, продолжишь наслаждаться славой и богатством, не нужно будет жертвовать собой, ради меня.
– Повтори! – его лицо страшно исказилось. – Скажи уже, наконец, чего, на самом деле, ты хочешь?!
Я никогда не думал, что он может толкнуть меня в спину так, что я упаду лицом на пол, а затем он наступит на меня ногой.
– Расстаться?! Ты намерен порвать со мной, а?! Разве я не предупреждал тебя, И Чен?! Чен и Чен, когда мы встречались, я слишком много тебе позволял, и ты забыл, что я за человек?! Осмелишься сказать такое еще раз?
Он сильнее надавил ногой, я мог лишь, молча, лежать, хватая ртом холодный воздух.
– Расстаться! Я сказал, расстаться! – я кричал, пока мой голос не задрожал, переполненный болью и гневом. – Рано или поздно мы должны были расстаться! Такой человек, как ты… Думаешь, я не знаю, о твоих методах?! Директор Чжун Ян… Еще до аварии он приходил к тебе и просил о чем-то… Ты толкнул его на самоубийство! Ты… Он был твоим партнером долгое время… И ты не смог его просто отпустить… Нет никакой гарантии, что однажды ты не выкинешь меня и не повернешься ко мне спиной. С таким же успехом мы можем расстаться сейчас, и мне не придется прыгать с 28-го этажа, ты…
Па*! (*Прим.: звук пощечины)
Его внезапная атака ослепила меня на некоторое время. Лицо болезненно горело, и зуд… мое ухо буквально зудело.
– Я, на самом деле… старался быть с тобой любезным… – я слышал скрежет его зубов, – позволял тебе говорить всю эту чушь…
Я не понимал, что он собирается сделать. Мое тело жестко бросили на кровать. Он аккуратным движением стянул свой галстук и связал им мои руки, мои ноги также были чем-то связаны. Я запаниковал и лишь растерянно смотрел на него.
– Тебе не стоит беспокоиться, это не в моем стиле, – он ухмыльнулся, но в нем совсем не чувствовалось былой нежности. – Я просто не хочу, чтобы ты бегал туда-сюда, пока меня нет рядом. Жаль, у нас нет транквилизатора, это пришлось бы кстати.
– Что ты хочешь сделать?!
– Я сейчас выйду, куплю билеты на самолет, и ты сегодня же улетишь вместе со мной. Мы покинем это место, и без глупостей, – он сделал паузу. – Также… я вполне могу решить некоторые проблемы: например, поговорить с твоим братом, мамой… Можешь быть уверен, я не буду так деликатен и нежен, как женщина, не буду мягкосердечен и неуклюж. Я сделаю все чисто и красиво.
– Ты не можешь так поступить! – я пытался бороться. – Что ты им скажешь?! Ты сделаешь только хуже… ты… ЛУ ФЕН!
Он проигнорировал мои протесты и крики, просто хлопнул дверью, и ушел.
Я смутно слышал за дверью голос брата. Вероятно, это было лишь мое воображение, я уже ничего не понимал. Я так долго пытался выпутаться из веревок, что силы начали покидать меня. Я улегся на кровати, усталый и рассерженный. Он такой неразумный человек: столкнется с моей мамой и лишь усугубит ситуацию. Причиняя всем неприятности, этот человек невероятно самодовольный и такой отвратительный.
***
Он так крепко привязал меня к кровати, что я не мог и пошевелиться. Злился, но ни черта не мог сделать. Уставший, я медленно погружался в сон, как вдруг почувствовал необъяснимую жгучую боль в талии. Я сразу же вскочил, покрывшись холодным потом, но ничего не было.
Не знаю почему, но мое сердце ужасно быстро и громко стучало, будто я вот-вот что-то потеряю, что-то очень важное.
К счастью, Лу Фен вернулся домой целый и невредимый. Когда я увидел, как он грубо толкнул дверь, то сразу же расслабился. Не желая больше терпеть, я громко крикнул ему:
– ЛУ ФЕН!
Только что я думал о том… как боюсь, что он может не вернуться. Мое беспокойство заставило его почувствовать себя немного лучше. Он сел рядом и развязал мне руки.
– Моя мама… Она ничего тебе не говорила?
Он нахмурился:
– Я и не собирался ее искать. Праздники скоро закончатся, и мы сбежим отсюда, она не сможет ничего больше сделать.
Его тон был таким, словно ничего особенного и не произошло. Но чувство тревоги медленно проникало мне под кожу… Почему?
До сих пор помню, как Цинь Лан на следующий день ворвался к нам с красными от слез глазами. Тогда я еще не знал, насколько все серьезно.
***
Я никогда прежде не видел, чтобы Цинь Лан терял контроль. Он в отчаянии ударил Лу Фена сразу же, как увидел. Не успев защититься, Лу Фен только закрыл лицо руками, сквозь его пальцы потекла кровь. Тогда я загородил его и оттолкнул Цинь Лана:
– Ты с ума сошел?!
– Да, я сумасшедший! Можешь спросить его! – слова Цинь Лана были несвязными, а красные глаза были похожи на звериные. – Ты знаешь, что он сделал… У И Чена сломаны ноги!
Каждое его слово… я слышал, но не понимал, что происходит:
– Что ты хочешь сказать? – я умоляюще взглянул на Лу Фена, а затем спросил его. – Что случилось? Как у И Чена могут быть сломаны ноги? Как….
Лу Фен безучастно смотрел на меня. В ответ я смотрел пустым взглядом.
Тем не менее, вскоре я увидел своего младшего брата, лежащего на кровати. Хотя это выглядело так нереально, но его ноги, действительно, не могли двигаться.
– Брат, почему ты пришел? – И Чен выглядел так, словно ему было все равно. – Не верь этому шарлатану, я в порядке.
Если, на самом деле, все хорошо… почему твое лицо такое бледное?
– Ты возвращаешься домой, – он ухмыльнулся. – Я, правда, в порядке, не волнуйся, брат. Со мной все хорошо.
Головой я понимал его, но все же чувствовал себя озадаченным. Я хотел потрогать его ноги. Как это они не могут шевелиться? Как такое возможно? И Чен любит прыгать, бегать, играть на гитаре, носясь по всей сцене. Он хотел накопить денег и в конце следующего года купить машину, чтобы чаще забирать меня на концерты… Как его ноги могут быть сломаны?
Ты обещал покатать меня на машине, ты же обещал мне…
Лу Фен сказал только: «Я не хотел этого». Глядя на этого высокого мужчину, а затем на свою руку… Наверное, я должен был ударить его со всей силы, но… Поэтому, когда он сказал, что собирается сам все решить, неужели так…
– Я только толкнул его, – Лу Фен потянулся, чтобы быть ближе ко мне, но я сделал шаг назад, отворачиваясь от него, – Сяо Чен, я знаю, как это выглядит, но я, правда, ничего не делал ему… Поверь мне…
***
Небо такое темное… а его раненое лицо становится размытым.
– Ты больше меня не увидишь.
Человек передо мной… Какое чувство к нему сильнее: любовь или ненависть?
***
«Я и твой младший брат упали в воду, ты можешь спасти только одного. Кто это будет?»
Я спасу И Чена.
Что, если ты навредишь самому важному для меня человеку, моему брату? Я все еще смогу… как и в прошлый раз… продолжать любить тебя?