Сердце 5. Брат и Сестра
Куда она могла запропаститься?
Пламя в камине громко трещало. Его гул заглушал даже лёгкое эхо музыки, всё ещё льющейся с первого этажа. Это слегка отвлекало.
Рыжие искры долетали едва ли не до каминной полки, падали на ковёр, жаля нежную шерсть.
Тёплый бархат огня бросал блики на чайный столик и шахматную доску ручной работы, окрашивая белые клетки в золото.
Тени от шахматных фигурок скакали по доске, словно маленькие исчадия Мрака, однако сами фигурки казались неподвижны. Каждая из них — венец чего‑то прекрасного, ручная работа, серебряная гравировка — произведение ювелирного искусства, не иначе.
Повод для гордости Александра. Игра была в самом разгаре — принц частенько играл сам с собой, ведь найти достойного противника в стенах замка было трудно. Когда-то давно компанию ему составлял дядя – когда седина и скверна еще не превратили его тело в дряхлеющую оболочку. Неожиданно дверь в покои тихонечко отворилась.
Он узнал гостя мгновенно. По звуку шагов и вечной манере входить без стука. Только ей он спускал с рук подобную дерзость.
— Ты выбираешь пешку, — прозвучал тихий, почти детский голос прямо за спиной, вслед за ним послышались неторопливые изящные шаги, — А я беру ферзя.
Читаешь между строк,
Но в этом мало толку.
— Да, Света, ты можешь войти, — обречённо, но с явным облегчением вздохнул Алекс.
Они с сестрой не оставались один на один с самого отъезда в Белый Клевер, и сейчас он осознавал, что скучал.
— Ты сам, мой дорогой, подсыпал в кофе яд,
А в конце партии фигуры полетят в одну коробку.
— Твои стихи прекрасны, — вынужден был согласиться Александр.
— Ерунда, — она подошла осторожно и села в кресло рядом с ним. — Ты же знаешь, что мне по душе более точные науки. А стихи — это так, баловство.
Светлана протянула фарфоровую чашку, в белой поверхности которой Алекс увидел собственное искажённое отражение:
— Держи, твой любимый, с мёдом и корицей.
— Спасибо, — кронпринц благодарно улыбнулся, — день был тяжёлый.
— Может, чашка кофе приведёт тебя в порядок.
— Ты расстроилась из‑за помолвки? — Алекс сделал аккуратный глоток, и пряная жидкость приятно проскользнула в горло.
— Упаси О‑Сол, — девушка закатила глаза. В приглушённом свете камина её черты лица выглядели ещё мягче и изящней, чем обычно. Светлана явно выиграла в генетическую лотерею. — Надеюсь, отец ещё долго будет искать мне потенциального жениха.
— Я хотел бы чем‑то помочь, правда, — Александр заглянул сестре в лицо и не увидел там ничего, кроме тоски, — даже уступил бы престол, ведь ты законный наследник.
— Да брось ты. Мы ничего не можем изменить, — девушка грустно покачала головой. — Мой источник не проснётся, а традиции нельзя нарушать, но да... — она провела пальчиком по краю шахматной доски, — нет ничего хуже, чем когда твой отец пытается спарить тебя с незнакомыми мужчинами в два раза старше.
— Свет...
Ей было четырнадцать. На шесть лет младше Александра и ровно в столько же раз мудрее. Он и представить не мог, через какие трудности она проходит каждый день.
Когда дар угас в раннем возрасте, этому сначала не придали значения: мол, источник нестабилен, и всякое бывает. Когда он не проснулся спустя полгода, отец забеспокоился не на шутку. Лекари, маги и храмовники стали постоянными гостями дворца, едва ли не ставили палатки у ворот замка — всё было бестолку.
Потом пришли сочувствующие взгляды, соболезнования, шёпотки за спиной.
Светлана сначала не понимала, что происходит — была слишком мала, а когда выросла, долго училась стойко сносить все претензии в свою сторону.
Расчётливый король сразу списал дочку в утиль, поняв, что занять престол она будет не в силах. Нельзя допустить, чтоб королева была слабее любого своего родственника. Единственное, что пришло ему на ум — выгодно выдать её замуж, но и тут возникли трудности.
Был велик риск того, что отсутствие огненной магии передастся по наследству, а никому из верхушки Средних Земель не нужно было такое потомство.
Единственный герцог, принявший предложение короля Петра, оказался демоном.
Александр сделал очередной глоток и оставил чашку на столик. Ему всегда было немного неловко наедине с сестрой, будто он украл у неё корону, как переодически поступал в детстве с общими игрушками. Тогда ему все сходило с рук, как, впрочем, и сейчас.
— Скоро всё изменится, — вполголоса, словно боялся быть услышанным, проговорил Алекс, — может, изменения коснутся и нас с тобой, кто знает.
— Я понимаю, — Светлана встала, манерно поправив складки платья. В огненных тонах — ей очень шли такие цвета. Отвернулась и сделала пару шагов в сторону окна. В прямоугольнике лунного света показался её точёный силуэт. — На шахматной доске Средних Земель идёт война. И пока никто даже представить не может, чем она закончится.
Она ещё стояла так какое‑то время, издали глядя на городские огни, потом вернулась к столу. Смерила шахматную доску заинтересованным взглядом и переставила одну из фигур.
— Мат, братец.
† † †
Просыпаться спозаранку, видимо, вошло в привычку. Лучи солнца ещё не успели объявить о своём присутствии, а я уже восседала в новом кабинете, скрючившись в три погибели под синеватым светом огневиков. И что‑то мне подсказывало, что мне это ещё аукнется. Например, когда радостная Кати будет уплетать обед, а я рухну носом в тарелку.
— У тебя спина заболит, — фыркнул Див, выглядывая из‑за моего плеча. — Что ты вообще делаешь?
— Артефакт. Мне пришла одна идея, как можно облегчить поиски некромантов с помощью магии крови, — не отрываясь от своего занятия, отозвалась я. — А что насчёт спины — во дворце хорошие лекари.
— С тобой бесполезно спорить.
После вчерашнего бала в профсоюз неожиданно вступило около дюжины человек, а справиться с такой кучей народа я вряд ли смогла бы сама, поэтому возникла мысль попросить о помощи Катерину. Но она наверняка ещё спала.
Дух привычно обогнул огромный письменный стол, словно делал это не впервые в жизни, и подошёл к кофемашине, стоящей в углу у двери.
— Как работает эта штука?
Я подняла взгляд. Див наклонился над «этой штукой» и рассматривал, заведя руки за спину. Его совершенно невинное детское любопытство на секунду вогнало меня в ступор.
— Смешиваешь необходимое количество кофе с сахаром и сухими сливками вон в той штуке, в ту дырочку кидаешь крупицу магии — и бам! Волшебство. Успевай подставлять стаканчик.
— Тебе нужно работать профессором в академии. Прекрасно объясняешь.
— Спасибо, но пока мне просто нужна такая же машина с вином.
— С каких это пор ты балуешься алкоголем?
Я пожала плечами, не найдясь с ответом. Слышала, как Див, ругаясь, возится с кофе; вскоре по кабинету разнёсся запах пряного напитка, и я ощутила, как в животе ворочается чувство голода.
— На, напейся. Надеюсь, ты всё ещё пьёшь его без сахара?
Он поставил передо мной тёплый стаканчик, и я вдохнула упоительный горячий влажный пар. Ненадолго он задержался у шкафа, доверху забитого всевозможными книгами, взял папку, примостившуюся отдельно от остальных. На обложке крупными буквами была выведена надпись «Реформа тёмных». Он поднял папку, повертел в руках немного и, открыв на первой странице, шлёпнулся прямо на столешницу с края, стараясь не задеть валяющийся кругом хлам: проволоку, нитки, стеклянные баночки, магические книги. Я поблагодарила его и принялась за работу, изредка поглядывая на духа — тот углубился в чтение.
— Скажи, Див, — я постаралась, чтоб мой вопрос звучал как можно более непринуждённо, — ты правда считаешь всю эту идею с реформой безнадёжной?
Дух оторвал взгляд от страницы, но посмотрел не на меня, а куда‑то в угол комнаты. Пару секунд он молчал, и, видят боги, для меня эти секунды превратились в вечность.
— Я на самом деле мало чего сейчас понимаю, — проговорил он отстранённо, и я впервые задумалась, как ему, должно быть, непросто. Буквально выпасть из реальности на такое количество времени, а когда вернуться — застать совершенно другой мир. — Нет, ты не подумай, что в Нижних Землях я совсем ничего не знал о происходящем тут, иногда получалось немного подглядеть. — Он обратил взгляд на меня, и дышать мне отчего‑то стало труднее. — Я точно знаю, что если ты решила поддержать короля, значит, у него были весомые аргументы, и в твоём решении я не сомневаюсь.
В его глазах отразилось столько эмоций одновременно, что казалось, будто им там тесно. Что вот‑вот они выплеснутся, утопив в себе и меня, и замок, и Агатовое Королевство целиком.
— Спасибо, ты не представляешь, как важно мне было это услышать.
Вспомнилось вдруг, как крепки были его объятия вчерашней ночью, и мне до безумия захотелось ощутить их вновь, уткнуться носом в его шею и вдыхать запах елового леса, пропитавший Дива насквозь — дышать только им. Но я только накрыла ладонь духа своей и улыбнулась, но улыбка получилась скорее вымученной.
Допила кофе в два присеста, а потом мы спустились вниз, в столовую, и я закусила какой‑то вкусной кашей с фруктами. Солнце уже взошло, и меня с минуты на минуту ожидали в тренировочном зале.
— Ты пропустила вчерашнюю тренировку, — начал без прелюдий Гард.
Я ощутила, как настроение, последнее время державшееся на отметке «удовлетворительно», ползёт куда‑то к плинтусу.
— У меня был обряд омовения, — пробурчала я и, склонившись, вынула из ножен свой кинжал.
Затылком ощутила, как напрягается дракон. У него всегда была такая реакция, стоило мне только прикоснуться к ножнам. Ещё бы — кинжал когда‑то принадлежал ему, а ещё раньше — Людям Веры. А история того, как он попал ко мне, заслужила бы юмористическую премию в небольшом театре.
— Это не оправдание – ты могла прийти и позже, — сурово проговорил он. — Запомни, дорогуша. Каждая минута, проведённая в тренировке, однажды продлит твою жизнь в открытом бою.
— Какая милая ящерица, — хмыкнул Див, стоящий за спиной. — А с ним вы что не поделили?
Я молчала. Если Гард увидит, как я разговариваю со стеной, отправит к врачу, а закончить тренировку я бы хотела не так.
— Ладно, мясо, начнём с повторения пройденного, — ловким движением дракон вынул меч из ножен, пару раз крутанул в воздухе и кинулся на меня.
Я уклонялась, била в ответ, отступала и в последний момент уходила от острого лезвия, в котором видела собственное отражение. Гард был приверженцем настоящего оружия на тренировке, а поэтому первое время я нередко выползала из зала с порванной одеждой и неглубокими царапинами. Как бы не хотелось дракону меня убить, позволить себе такой роскоши он не мог — удары приходилось сдерживать. И за что он меня так не любит? Ну долбанула его один раз ножкой от стула — зачем злиться‑то?
Я видела Гарда в открытом бою, и даже перед ордой демонов он держался уверенно. Готова положить на отсечение голову: в том возрасте, когда я только училась держать ложку, он уже вовсю махал мечом. Что я могла узнать за месяц тренировок? Разве что несколько стоек да выпадов. На моей стороне была только манёвренность. Я могла уклониться даже там, где дракон не оставлял мне шансов. А Гард был в своей стихии: блеск клинков и скрежет стали доставляли ему искреннее удовольствие.
Див сидел у стены, скрестив ноги, и с интересом наблюдал за ходом тренировки. Для полноты картины ему не хватало только закусок.
— Хочешь, я ему рог спилю? — спросил он, когда меня в очередной раз впечатали в стену. — Будет в твоей комнате вместо вешалки.
Потом Гард долго гонял меня вокруг замка на потеху горничным и лакеям. Морозный, уже зимний, ветер забивал легкие и обжигал щеки. Я быстро выдыхалась, но стоило только сбавить скорость или просто подумать о том, чтобы перейти на шаг, как за спиной раздавался свист клинка и острое лезвие рассекало воздух аккурат над моим левым плечом. Гард умел мотивировать. Див бежал рядом и хоть как‑то скрашивал желание вырвать себе лёгкие. Видят боги всех миров — именно его присутствие придавало сил. Я просто не представляла, как жила без него всё это время.
— Хочешь, я буду сам тренировать тебя, а это чудо в маске пошлём куда подальше?
— Гард всё‑таки лучший воин королевства, — пропыхтела я себе под нос. — Хочется верить: он знает, что делает.
Див кивнул. Да и не просто так на тренировках Гарда была запрещена магия. После того как Декстер, он же Олис, заблокировал мой источник, я поняла, что не всегда магия будет со мной. И как бы ни было страшно это признать, такая ситуация могла повториться. Ведь Константин — вообще непонятный зверь, и что выкинет — неизвестно.
После тренировки болела каждая мышца. Я едва доползла до ванной, чтобы смыть пот и сменить тренировочную одежду на повседневное платье. Далее в расписании стоял массаж. Специально обученная шаманка приходила каждый день в одно и то же время и мяла моё тело. Может, это была заслуга магии, а может, невероятного мастерства, но боль действительно проходила.
Обед нам с Кати приносили в покои, и проводить это время мы предпочитали вместе. Именно поэтому вскоре дверь смежной комнаты открылась, и на пороге появилась Катерина с изящным подносом в руках. Она поздоровалась, оглядела комнату и вдруг смутилась.
— Ой, у тебя гости?
Я вздрогнула и посмотрела на Дива, стоящего у окна. Див посмотрел на меня. Мы посмотрели на девушку, застывшую в проёме.
Выругалась и хлопнула себя по лбу. И как мы могли забыть, что боги тоже видят духов? Это же боги, в конце концов!
— О, это... — я вновь посмотрела на Дива. — Проходи, я тебе сейчас всё объясню.
— Да я уже всё поняла, — звонко рассмеялась девушка, стараясь сгладить повисшую тишину.
Она вошла в комнату, поставила поднос рядом с моим и села в кресло.
— Див, это Катерина, по совместительству богиня мудрости, — я указала на подругу. — Кати, это Див – мой дух‑помощник.
Дух‑помощник, не будь дураком, шагнул к девушке и, очаровательно улыбнувшись, несколько театрально коснулся губами тыльной стороны её руки:
— Приятная встреча, должен признать.
— Взаимно, — Кати залилась лёгким румянцем, потом перевела взгляд на меня и спросила: — Что‑то мне подсказывает, Александру об этом знать не обязательно.
Я кивнула:
— Ни Александру, ни кому другому в этих стенах.
— Можете на меня положиться. Но, Див, разве ты не должен быть сейчас в Нижнем мире?
Дух уже вернулся к окну и теперь наблюдал за происходящим в комнате с широкого подоконника.
— Я сбежал, — как нечто само собой разумеющееся, выдал он и шутливо раскланялся. — Подумалось, что моя госпожа нуждается во мне больше, чем Её Темнейшество Тэра.
Дальнейший разговор тёк неспешно и постепенно вылился в русло новой реформы. Мы обсуждали личностей, вступивших в профсоюз, и их возможные мотивы, наши дальнейшие действия. Я рассказала о своей идее поискового артефакта, который должен был находить людей с чёрной, такой же, как у меня, кровью. Кати предложила модернизировать некоторые заклинания белой магии, которые не относились к некромантии, но могли быть подстроены под неё.
После обеда Кати ушла, но не успела дверь за ней закрыться, как тут же постучали в другую.
Я подумала, что это горничные, и отвлеклась от беседы с Дивом. Но в комнату вошла не милая леди в белом фартуке, а спокойный, нарочито серьёзный Александр.
— Ты свободна?
— Да не то чтоб...
Я вскинула бровь — давненько Алекс не говорил со мной таким тоном. Словно папашка, дочь которого обещала вернуться к девяти, а вернулась к одиннадцати утра и пьяная. Мысленно начала перебирать свои косяки. Их было много, начиная со встречи с Виктором и заканчивая появившимся недавно персональным призраком.
— Я просто ищу свою спутницу, которая пропала с бала, никому ничего не сказав. У тебя что, карета в тыкву превратилась? Где ты вчера была, Хэмптон?
Принц прошествовал в комнату, опустился в освободившееся кресло. Окинул взглядом недоеденный обед и словно бы случайно бросил:
— Приятного аппетита, кстати.
— Спасибо, — выдавила я и улыбнулась.
— И как выкручиваться будешь? — насмешливо спросили с подоконника.
Как выкручиваться буду, я ещё не знала. Заранее отмазку не придумала, так что приходилось импровизировать.
— Так что скажешь в своё оправдание?
Окинула Алекса изучающим взглядом и слегка расслабилась: настрой у него, конечно, был серьёзный, но напускной — значит, сильно убивать пока не будет.
— Обнималась с туалетом, — я пожала плечами. — Ты, между прочим, сам меня одну оставил, а эти лорды и леррисы высокородные набросились с расспросами, как зомбаки на падаль. Вот я перенервничала и накидалась.
Тирада моя принца не впечатлила. Он закинул ногу на ногу и скрестил руки на груди:
— Ты за дурака меня держишь? Я был в твоей комнате, и у туалета было пусто.
— Так я и не говорила, что в своём туалете блевала.
Александр поморщился от последнего слова, но я сделала вид, что не заметила, и продолжила добивать принца своими изысканными придворными манерами:
— Сначала заблудилась, когда тебя, кстати, искала. Потом нашла вроде какой‑то туалет, — на этом моменте скрестила мысленно пальцы: всё‑таки расположение уборных во дворце я не знала и приходилось тыкать наугад. — Когда пришла в себя, захотелось подышать воздухом — я вышла на тот балкон, который ты мне показал. Потом жутко потянуло в сон, и я всё‑таки вернулась в свои покои. Видишь, никакого криминала — я просто не умею пить.
— Молодец, браво, — со стороны окна послышались вялые аплодисменты. — Даже я поверил.
Кинула в сторону Дива быстрый испепеляющий взгляд — дух испепеляться не захотел. И почему я не родилась фениксом?
— Хорошо, — Александр кивнул, — но учти: если про туалет ты всё же соврала и в коридорах замка найдётся лужа твоих нечистот, убирать будешь сама.
Я возмутилась — наигранно, конечно. Но Алекс поверил моей лжи, а значит, можно было выдохнуть:
— Да за кого ты меня принимаешь?!
Хотя, если лужа и правда найдётся, вопросы у меня уже будут к приглашённым высокородным гостям.
— За человека, который ещё недавно жил в лесу.
— Между прочим, мы были соседями.
Див захихикал, Алекс фыркнул.
— Вообще‑то я пришёл по другому поводу, — он подался вперёд и заглянул мне в глаза.
Я сглотнула. В его медовых, почти звериных радужках скакали яркие искры. Он протянул руку и накрыл ей мою ладонь — осторожно, словно боялся спугнуть.
— Вчера ты была великолепна. Ты не разочаровала меня.
Сердце испуганно затрепетало, я ощутила, как пересохло в горле. Смотреть на Дива сейчас было страшно, но я всё‑таки глянула украдкой.
— Если ты хочешь, я могу уйти, — предложил Див.
А я не знала, как ему ответить. Как дать понять, чтоб оставался рядом?
— В общем...
Договорить Александр не успел: в дверь снова постучали. Принц одёрнул руку, как от прокаженной, я облегчённо выдохнула. С благодарностью глянула на того, кто прервал этот бесконечно неловкий момент, и увидела... Светлану. Что‑то людно у нас сегодня. Может, кто‑то повесил на дверь вывеску «Бесплатная еда», а я даже не заметила?
Принцесса стояла в проходе. Она явно уловила последнее движение Александра, потому удивлённо подняла брови и неторопливо осмотрела меня с ног до головы.
— Я вам помешала?
— Ну, на самом деле...
Договорить Алексу снова не дали: девушка прошествовала в комнату, и парню пришлось уступить ей кресло.
— Ничего, успеете, — хмыкнула она, садясь.
— У тебя в покоях всегда так людно? — поинтересовался Див, словно прочитав мои мысли.
Я покачала головой.
— На самом деле, я искала тебя в профсоюзе, — начала Светлана, манерно расправив подол юбки, — но не нашла. В общем, я хочу вступить в вашу организацию. Мне любопытно, что из этого выйдет.