тени неона

Утро было серым и влажным. Небо нависло над Нью-Йорком, будто заранее знало, что в этот день многое изменится.

Лана проснулась от странного ощущения. Ей снилось, будто она тонет, а кто-то стоит на берегу и смотрит, не двигаясь. Тот кто-то был в капюшоне. Без лица. С глазами, полными пустоты. Она резко села в кровати, тяжело дыша. Сон рассыпался, но тревога осталась.

Селина уже на кухне варила кофе, запекая тосты и болтая что-то Виллу, который с хмурым лицом листал папку с распечатками и снимками. Ещё с вечера они ждали того самого человека, который, по словам Вилла и Эйдена, «разберётся».

— Он уже в городе, — бросил Вилл, не отрывая взгляда от телефона. — Должен быть с минуты на минуту.

— Кто он вообще? — спросила Лана, взяв чашку кофе.

— Саймон Риверс, — отозвался Эйден, появляясь в дверях. — Старый знакомый. Он был военным аналитиком, работал в спецотделе по расследованию анонимных угроз и теневых сетей. Помогал нам, когда всё только начиналось.

— Это давно было, — добавил Вилл. — Мы тогда чуть не сгорели в одной игре. Саймон вытащил нас.

Через полчаса раздался звонок в дверь.

На пороге стоял мужчина лет сорока, с ровной осанкой, прямым, как у военного, взглядом и тёмными глазами, в которых жила привычка видеть больше, чем нужно. Он поздоровался с каждым, будто уже всех знал. На Лану посмотрел пристально, но не давяще.

— Мы начнём с анализа IP, шифровок, стилей написания, — сказал он сразу. — Но что-то мне подсказывает, всё не так сложно, как кажется. У вас здесь не просто угроза. У вас — личная игра. Очень личная.

Лана почувствовала, как мурашки пробежали по спине.

***

Следующие несколько дней прошли в напряжённой тишине. Саймон проводил часы с ноутбуками, бумагами, старой перепиской. Он общался мало, зато работал быстро.

Тем временем Хантер, как будто почуяв неотвратимость, внезапно исчезла. Сначала никто не поверил. Но потом Вилл сам нашёл подтверждение — билет в другой город, съёмная квартира, удалённые аккаунты. Уход был чистый.

— Она сдалась, — коротко сказал он. — Увидела, что больше не сможет играть против всех. А может, просто поняла, что проиграла.

***

Прошло три месяца.

Весна сменилась летом. Лана больше не танцевала в клубе, но иногда заходила туда с Селиной. Они стали ближе. Почти как сёстры.

Вилл часто забирал Селину с работы. Цветы, ужины, прогулки — он был нежен, внимателен. И однажды, в тихом парке под светом фонарей, он встал на одно колено и сказал:

— Я не хочу долго тянуть. Я люблю тебя. И я хочу, чтобы ты стала моей женой. Вот прямо сейчас.

Селина плакала. Потом — смеялась. И, конечно, сказала «да».

***

Организация свадьбы стала настоящим событием. Лана помогала с платьем, местом, рассадкой гостей. Эйден приходил по вечерам и молча наблюдал, как она мечется между списками, каталогами и нотами на лице будущей невесты.

— Ты очень милая, когда злишься на цветы, — однажды тихо сказал он, целуя Лану в висок.

— Цветы должны быть идеальны, — бросила она. — Это же свадьба.

— А если бы это была твоя свадьба?

Она обернулась к нему, затаив дыхание. Он смотрел на неё спокойно, с мягкой тенью улыбки.

— Тогда... тогда я бы выбрала жасмин. И море свечей.

Он кивнул.
— Я запомню.

***

День свадьбы выдался жарким. Селина была прекрасна в белом платье, Лана — её свидетельница — сияла не меньше. Эйден и Вилл в строгих тёмных костюмах выглядели так, будто только сошли со страниц глянцевого журнала.

Церемония прошла на крыше старого здания, где открывался вид на закатный город. Всё было, как в кино: слёзы, клятвы, поцелуй, аплодисменты.

Во время первого танца молодожёнов Лана отошла в сторону, чтобы сделать фото. В этот момент в кармане её платья завибрировал телефон.

Сообщение. Опять с неизвестного номера.

«Мы почти у цели. Скажи ему — он ошибся. Это никогда не заканчивалось.»

У Ланы пересохло во рту. Она медленно подняла глаза. Смотрела на всех. На Селину, на Вилла, на Эйдена, который встретился с ней взглядом, словно почувствовал.

Она убрала телефон в клатч, натянула улыбку и вернулась к столу.

Но внутри уже знала: ничто не кончилось. Всё только начинается.

Когда музыка на свадьбе смолкла и гости начали переходить к неформальному общению, Лана всё ещё чувствовала, как её сердце сжимается. Слова из сообщения не давали покоя. "Он ошибся. Это никогда не заканчивалось." Кто он? Эйден? Отец? Вилл? Или тот, кого они ещё не видят?

Она стояла в стороне, рядом с перилами террасы, где доносился аромат жасмина и легкий ветер трепал подол её светло-голубого платья. Внутри всё пульсировало тревогой.

— Ты не улыбаешься, — тихо сказал Эйден, появившись рядом. Его взгляд был мягким, но пронизывающим. — Слишком много думаешь?

Лана слабо усмехнулась и сжала бокал.

— Просто... всё слишком хорошо, понимаешь? Такое ощущение, будто сейчас грянет гром.

Он посмотрел на неё долгим взглядом.

— Знаешь, я тоже так чувствую иногда. Особенно рядом с тобой.

Она повернулась к нему, удивлённая.

— Что?

— Будто всё слишком хрупко. Словно прикоснёшься — и всё рассыплется. Но, чёрт возьми, я всё равно прикасаюсь, потому что не могу иначе.

Он коснулся её руки. Тепло пробежало по коже. Лана едва заметно улыбнулась, но в эту же секунду её телефон снова завибрировал.

Второе сообщение.

«Ты думаешь, что он защитит тебя? Он был частью плана. С самого начала.»

Лана побледнела. Рука задрожала. Эйден тут же заметил.

— Что случилось?

— Мне нужно... — она замялась, — ...в туалет.

Он отпустил её без лишних вопросов, но не сводил взгляда со спины, пока она не скрылась в помещении.

***

Тем временем Саймон сидел у барной стойки с планшетом, просматривая метаданные входящих сообщений. Он уже подключился к нескольким поддельным серверам, с которых приходили СМС. Это были профессионально замаскированные адреса, но кое-что выдавало отправителя: структура кода, тайминг доставки, язык.

Он открыл ноутбук и вбил команду. Через секунду на экране всплыл профиль.

— Ты хитрый ублюдок, — пробормотал он. — Но у тебя есть почерк. И он мне знаком.

— Нашёл что-то? — подошёл Вилл, одетый теперь уже не в смокинг, а в лёгкую белую рубашку.

— Скоро найду, — коротко ответил Саймон. — Но скажу сразу: это не анонимная угроза. Это... месть. Очень личная. И она идёт по кругу, как старая пластинка, которую кто-то упорно крутит снова и снова.

Вилл сжал пальцы.

— Эйдену сказать?

— Пока рано. Пусть девчонки получат хотя бы одну ночь покоя.

***

Лана вернулась к своему столику, но сесть не смогла. Она чувствовала, как подкашиваются ноги. В голове стучало: «Он был частью плана». Что это значит? Кто?

Она снова подняла глаза и увидела, как Эйден направляется к ней, озабоченный.

— Я тебя люблю.

Тишина между ними была громче любой музыки. В этот момент салют взорвался над городом — в честь свадьбы. Яркие огни разрезали небо. Все подняли головы, кричали, смеялись. Только Лана стояла в центре света, как в театре, а внутри неё что-то треснуло.

— и я тебя..

***

Когда ночь завершалась, и гости начали расходиться, Лана стояла на крыльце, держа в руках телефон. Она перечитывала сообщения. И каждое слово отзывалось эхом страха и недоверия.

Сзади подошёл Саймон.

— Тебе стоит знать, — сказал он. — Человек, который тебе пишет, был знаком с твоим отцом. Он мог быть рядом всё это время. Он следит за тобой, Лана. Очень близко.

Она медленно обернулась к нему.

— А Эйден?..

Саймон замолчал на секунду.

— У Эйдена тоже есть прошлое, которое он не рассказал. Но он не враг. По крайней мере — пока.