тени неона

Селина лежала на диване, завернувшись в плед, а в руках сжимала горячую чашку чая. Мысли путались, эмоции — нетипично мягкие. Она вспомнила, как Вилл пришёл вечером — с той своей лёгкой полуулыбкой, с бутылкой витаминов и фразой: «Ты выглядишь хуже, чем обычно, но всё равно крутая».

Он не спрашивал лишнего. Не копался в чувствах. Просто сидел рядом.

— Слушай, — сказала она, не поднимая глаз, — ты ведь знал, кто я? В ту первую ночь в клубе?

— Что-то щёлкнуло, — ответил он, откинувшись на спинку кресла. — Но не мог понять, откуда.
Теперь понимаю больше.

Она взглянула на него. В его голосе не было наигранности, не было лжи. Это и пугало.

— Мне с тобой... спокойно, — прошептала она.

— А со мной редко так бывает, — усмехнулся он. — Ты точно в порядке?

Селина кивнула, хотя сердце било чаще. Она не привыкла чувствовать. Особенно это.

***

Лана снова вернулась в клуб. Это было как возвращение к себе — только к той, которую она прятала.
В кабинете Эйден стоял у окна, в полумраке. Она зашла тихо, но он почувствовал её сразу.

— Почему ты всё ещё здесь? — спросила она.

— Потому что ты здесь, — ответил он честно.

Она подошла ближе. Её голос дрожал.

— Я больше не знаю, кто ты. Иногда ты — тот, кто спасает. А иногда — тот, от кого хочется убежать.

Он взял её за подбородок, заставляя посмотреть в глаза.

— Я сам не знаю, кто я рядом с тобой. Но я знаю одно: я не могу остановиться.

И он впился в ее губы жадным поцелуем.

Это не был нежный поцелуй. Он был наполнен запретным, непрощённым, глубоким.

Она не отстранилась.

Хантер подошла к двери кабинета — чтобы бросить какую-то язвительную фразу или напомнить Эйдену, что он всё ещё должен ей кое-что.

Но остановилась.
Щёлка замедлилась.
Она услышала дыхание. Тихие всхлипы.
И вдруг — звук поцелуя.

Открытая дверь оставила щель — ровно настолько, чтобы увидеть их.

Лана. В его руках.

Их губы. Их дыхание. Их связь.

— Ты, чёртова стерва, — прошипела она, отступая в коридор.

Её ногти вонзились в ладони. Улыбка появилась сама — фальшивая, масляная, но красивая.

— Значит, так играем.

***

Лана сидела в кафе. хотела подумать насчет вчерашнего поцелуя.

— Ты такая свежая, Лана, — сказала Хантер, подходя и садясь рядом. — Не выспалась?

— В чём дело?

— Просто забавно наблюдать, как ты лезешь туда, где тебе не место. Ты ведь знаешь, Эйден — мой. Был моим с детства. Он просто... играет с тобой.

Лана смотрела вперёд, сдерживая дыхание.
— Думаешь? он говорил это тебе?

Хантер наклонилась ближе.

— Он говорил это со мной в постели.

Она встала и ушла, оставив за собой запах духов и след сомнения.

***

— Ты был с ней? — спросила Лана, прижавшись спиной к стене.

— Нет.

— А она говорит, что да.

— Потому что хочет уничтожить тебя. А я... я не позволю.

Он подошёл ближе.

— Если ты уйдёшь сейчас — я пойму. Но если останешься...

Она сделала шаг к нему.

— Я не уйду.

***

Селина сидела на подоконнике с влажными волосами, в чёрной футболке и старых шортах, обнимая колени. Снаружи моросил дождь. Она переваривала эмоции от Вилла. Слишком многое случилось за короткое время: отравление, странный мужчина, его взгляд, будто он что-то знает... и теперь это тёплое, странное чувство к Виллу.

— Опасно, девочка, — пробормотала она вслух. — Никогда не влюбляйся туда, где слишком темно.

Дверь отворилась — Вилл.

— Ты как знал, да? — она слабо улыбнулась.

— Я принёс кофе.
Ты выглядишь, как человек, который готов сбежать, но ещё не выбрал, куда.

Селина взяла чашку. Их пальцы коснулись. Миг — и воздух стал плотнее.

— Ты вообще кто такой, Вилл? — мягко спросила она. — Вечно молчаливый, вечно рядом. Но такое чувство, будто ты про меня знаешь больше, чем я сама.

Он посмотрел на неё долго. И тихо ответил:

— Возможно, мы уже встречались. Просто тогда ты была другой.

Селина замерла.

— Где?

— Это долгая история. И, честно — я не уверен, что ты готова её услышать. Пока.

***

офис Эйдена.

Лана стояла у окна. Она слышала слова Хантер. Внутри всё будто скручивалось.

Эйден вошёл, увидев её напряжённую спину.

— Она сказала тебе что-то?

— Ты спал с ней?

Он подошёл ближе.

— Никогда.

— Но она...

— Она может сказать всё, что угодно.
Это не делает её правой.

Лана резко обернулась.

— Ты умеешь врать, Эйден. Хладнокровно. Искренне.
И самое страшное — я не всегда могу отличить, где правда.

Он остановился.

— Я сделал слишком много неправильных вещей. Но единственное, о чём не жалею — это ты.
Я бы хотел, чтобы всё было по-другому.
Но сейчас — ты единственное, что у меня есть.

Её глаза блестели, как от слёз.

— Тогда скажи мне, кто ты. По-настоящему.

Он не ответил.

Потому что знал — пока не время.

***

Хантер накрасила губы, посмотрела в зеркало. За её спиной стояла новая девушка из персонала.

— Что ты хочешь, Хантер?

— Я хочу, чтобы Лана исчезла. Навсегда.
Ты мне в этом поможешь.

— Почему я?

— Потому что ты умеешь быть незаметной.
А я — слишком заметна.

Она вручила ей маленький свёрток.

— Не яд. Просто слабый препарат. Сделает её жалкой. Медленной. Ошибочной.
Пусть Эйден увидит, насколько она "не идеальна".

Девушка колебалась.

— Не бойся. Это всего лишь игра.

И Хантер улыбнулась. Та самая улыбка, от которой даже зеркала начинали трескаться.

***

Под дождём, промокшие, с холодом в плечах, но с внутренней тревогой, которая не отпускала.

— Ты чувствуешь, что всё как будто на грани? — спросила Селина.

— Да. Всё шатается.

Селина вдруг остановилась. Посмотрела через дорогу. Там — тот самый мужчина в капюшоне.

— Он опять.

Лана обернулась, но мужчины уже не было.

— Кто он?