тени неона

Ночь. Клуб. Кабинет владельцев

В дверь постучали — резко и без приглашения.

Эйден обернулся.

— Войдите.

Дверь распахнулась, словно её пнули. На пороге появилась Хантер.

Высокие сапоги до колен, чёрная кожаная куртка поверх мини-платья, алые губы и волосы, словно только что расчесанные дорогой грешницей.
Она зашла уверенно, как к себе домой.

— А я думала, вы всё ещё прячетесь за камерами, — её голос был хрипловатый, тянущий. — Привет, Эйден. Привет, Вилл.
Давненько не виделись.

Вилл закатил глаза.

— Что ты здесь делаешь?

— Скучала, — ответила она с притворной сладостью. — Увидела название клуба и поняла: ну, конечно, это вы. Два самых надменных ублюдка Нью-Йорка. Не смогла пройти мимо.

Эйден даже не посмотрел на неё. Наливал себе виски.
Она подошла ближе, села на край стола, закинула ногу на ногу.

— Здесь стало интересно. Девочки у вас — вкусные. Особенно та, что с глазами, как у загнанной кошки. — Она прищурилась. — Кто она?

— Никто, — тихо бросил Эйден.
Но Вилл заметил, как дрогнула его челюсть.

— Правда? — Хантер улыбнулась. — А я подумала, что она как-то... пронзила тебя. Ты стал странным, Эйден. Даже мягким.

— Уходи, — коротко сказал он.

Хантер медленно подошла ближе.
Она была смелой — всегда была.
И умела провоцировать.

— Ты когда-то говорил, что у тебя никогда не будет слабости. Ни женщин, ни чувств, ни страха.
— Так и есть.

Она засмеялась. В голосе звенело что-то опасное.

— Тогда почему ты сорвался, когда я сказала про ту танцовщицу?

Вилл напрягся.
Эйден молчал.

— О, так я права? — Хантер склонила голову. — Ты влюбился? В свою игрушку? В дочь врага?

Тишина.

И вдруг Эйден резко подошёл к ней, схватил за запястье и прошипел:

— Не лезь не в своё дело, Хантер.

Она не испугалась. Только улыбнулась.

— Значит, ты подтвердил. Ты попался. Она в твоей голове.

— Мне она просто... нравится, — выдавил он. — Не больше.

Хантер медленно отступила. Освободила руку.
И, перед уходом, бросила через плечо:

— Осторожней, Харпер. Сердце — плохой инструмент для мести. Оно ломается громче, чем пули.
И кровь после него — не смывается.

Она ушла, оставив после себя запах табака, духов и опасности.

***

Основной зал клуба

Лана сидела у барной стойки, медленно перемешивая сок трубочкой.
Она устала. Всё внутри — дрожало. Выступление, Эйден в ВИП-комнате, его молчание, взгляд.
А потом — как будто обрыв. Он ничего не сказал, даже не прикоснулся. Просто... смотрел.
И отпустил.

Селина ушла в гримёрку. Осталась одна.

— Привет, котёнок. Это место занято?

знакомый голос.
Женский.
Уверенный.

Лана обернулась.

Перед ней стояла девушка, которая выглядела дороже этого клуба. Хищная и красивая, как будто созданная, чтобы уничтожать.
Кожаное платье, серьги-кольца, взгляд хищной кошки.

— Нет, — тихо сказала Лана. — Садитесь.

Хантер села. Заказала виски. Взглянула на неё — будто бы безобидно, но при этом сквозь кожу.

— Ты сегодня блистала. Особенно в паре с той дерзкой. Она тебе кто — сестра, подруга или щит?

— Подруга, — коротко.

— Хм. Сильная, да? — усмехнулась Хантер. — Такие обычно исчезают первыми.

Лана напряглась.
— а я вас помню.. напоммните, кто вы?

— Просто... интересующаяся. Люблю наблюдать за новым мясом в этом заведении.
Пауза.
— Особенно, когда оно так эффектно привязывает к себе тех, кто обычно не смотрит ни на кого.

Лана замерла.
— О ком вы?

— О том, кто смотрел на тебя с самого входа. — Хантер наклонилась ближе. — Эйден Харпер. Он не человек, девочка. Он буря.
И ты играешь с ним, будто это летний дождь.

Лана опустила взгляд, но внутри вспыхнуло: страх, ярость и — почему-то — стыд.

— Я не играю.
— Нет, конечно. Ты — жертва. Такие, как ты, всегда думают, что могут изменить монстра. Сделать его... мягче. Заставить его почувствовать.

Хантер резко отпила виски и встала.

— Но, если хочешь знать, что он с такими делает — просто загляни в глаза тех, кто ушёл до тебя.
Если они ещё живы.

Она ушла, оставив в воздухе аромат сигар и яда.

Селина красилась, когда дверь открылась.
На пороге стоял Вилл.

— Мы всё-таки знакомы, — тихо сказал он. — И ты это знаешь.

Селина медленно повернулась.

— А ты знаешь, что я тоже начала вспоминать?

Он сделал шаг вперёд.
— Я не тот, кем был тогда.
— Ты предал моего отца.
— Я не спас его. Но и не убивал.
— Всё равно — молчал. А значит — участвовал.

Вилл молчал.

Селина встала.
Подошла к нему вплотную.
— Если ты снова навредишь хоть одной женщине, хоть одному нашему шагу — я сожгу тебя дотла. И без пощады.
Понял?

Он кивнул.

И впервые — не усмехнулся в ответ.

Лана влетела в комнату и захлопнула дверь.
Селина сидела на пуфе, босиком, подложив ноги под себя.

— Ты с ней говорила? — спросила Селина, не оборачиваясь.

— Да.
Она странная.

— Не странная. — Селина обернулась. — Она опасная.

— Кто она?

— Хантер. Подруга детства твоего «преподавателя».
Очень умная, очень хищная и очень ненавидящая всё, что хоть немного похоже на слабость.
Такие ломают людей не руками — словами.

Лана села рядом. Голову сдавило.

— Она что-то знает. Она знает, что я для него... не просто танцовщица.

— Она чувствует. А этого уже достаточно.

Пауза.

— Знаешь, — сказала Лана чуть тише, — в её голосе не было лжи. Она говорила... будто знает, что он способен на жестокость.
Что он раньше уже делал больно.

Селина нахмурилась, но промолчала.

***

Он сидел в темноте. Только бокал с виски — и мерцающий экран камер.

Он видел, как Хантер подошла к Лане.
Смотрел на каждое движение.
На взгляд Ланы, на сжатую челюсть. На страх в её позе, который она пыталась скрыть.

Вилл вошёл без стука.

— Она снова играет.

— Я вижу.

— И ты опять молчишь?

Эйден не ответил.

Вилл подошёл ближе, налил себе тоже.
— Ты знаешь, что Хантер не играет в одиночку.
Если она вернулась — значит, она что-то чувствует. Она не тратит время на пустые клубы. И точно не ради тебя.

— Думаешь, она знает?

— Нет. Но догадывается.
Ты дал ей слишком много поводов.

Эйден медленно выдохнул.

— Она спросила, кто мне нравится. Я не ответил.
Но я почувствовал, как сильно хочу сказать её имя.

— Твоё прошлое не даст тебе этого сделать, — бросил Вилл. — Если ты выберешь Лану, ты разрушишь то, что строил ради мести.

— Я уже начал разрушать.
С того момента, как выбрал именно её в первую ночь.
Когда вызвал танцевать для меня. Когда не смог выкинуть её из головы.

Он встал.
Снял пиджак. Рубашка на груди распахнулась.

— Я думал, что сломаю её.
А она — треснула мне под рёбра.

***

Хантер сидела в углу, бокал вина в руках.

К ней подсел мужчина в дорогом костюме.
— Всё идёт по плану?

Она усмехнулась:

— Ещё бы.
Его взгляд — в ней. Его слабость — на её лице.
Осталось только подтолкнуть Лану в нужную сторону.

— Ты уверена, что она не знает?

— Уверена. Но скоро — узнает.
И тогда либо убежит...
Либо сломает его полностью.