глава 3. точка возврата.
Лана стояла в белом коридоре больницы, сжимая телефон.
Экран уже погас, но голос, который прозвучал в трубке, продолжал гудеть в ушах, словно инородное тело, застрявшее в сознании.
"Теперь ты поймёшь, как это — когда кто-то выбирает за тебя."
Ни имени. Ни требований. Только угроза, завёрнутая в вежливость.
Она вбежала в отделение.
— Простите, — обратилась к медсестре, — покажите камеры! Или хоть что-то, что доказывает, кто забрал мою бабушку.
Сестра подняла на неё глаза, пустые и уставшие.
— Я уже сказала, камеры отключились в ночь на воскресенье. А в 04:20 кто-то с поддельными документами подписал выписку.
— Что значит "поддельные"? Вы что, никого не проверяете?
— Это Нью-Йорк, мисс. Люди исчезают каждый день.
Лана почувствовала, как под кожей пошёл холод.
***
Университет. Тот же день, позже.
На парах она не слушала. Перед глазами вспыхивали картинки:
Бабушка в палате, улыбающаяся ей. Последний звонок. Неизвестный голос.
И... Эйден. Его губы, его глаза, его руки.
Он знал. Он что-то знал.
Она чувствовала это каждой клеткой. Но как доказать? Он не скажет напрямую. Он не из тех.
После лекции она осталась. Не потому что хотела — потому что должна была.
Он вышел из аудитории последним. Молча прошёл мимо. Она двинулась за ним.
Они шли по пустому коридору. Без слов. Как два игрока, уже сделавших ход.
На лестнице он остановился.
— Хочешь спросить? — спокойно. Почти по-доброму.
— Где она? — голос её был хриплым, сдавленным. — Ты это сделал?
— Если бы я сделал, — он обернулся, — ты бы не узнала даже, что она исчезла.
— Значит, ты знаешь, кто?
Он подошёл ближе. Слишком близко.
— Я знаю, что ты оказалась в игре, Лана, правила которой ты пока не понимаешь.
— Объясни.
— Нет. Потому что ты ещё не заплатила цену за ответ.
— Ты шантажируешь меня?
— Я спасаю тебя. Пока могу.
И ушёл.
***
Ночь. Возвращение в клуб
Лана снова оказалась в Delirium. На этот раз — не по графику, не по заказу. Она пришла искать ответы.
Сотрудники отворачивались. Никто ничего не знал. Или делал вид.
Её взгляд зацепился за мужчину в углу зала.
Не Эйден. Но кто-то, кто точно не был обычным клиентом.
Он смотрел на неё слишком внимательно.
Когда она приблизилась, он усмехнулся:
— Ты — девочка Харпера, да?
— Кто вы?
— Друг. Или враг. Зависит от того, как себя поведёшь.
Он кинул ей маленькую бумажную карточку.
Только адрес. Никаких слов.
— Там ищи. Но одна — не ходи. Это чёрный район. Туда он своих не пускает.
— Кто "он"?
— Ты ведь и сама знаешь.
***
Лана вышла на улицу. Воздух был плотным, влажным.
За спиной — город, клуб, ночь. Впереди — пустота. Опасность. И одно имя, которое теперь становилось больше, чем просто имя:
Эйден Харпер.
Она поняла, что бабушка — это только начало.
Она кому-то помешала. Или стала разменной монетой.
И в этой игре теперь ставка — не только её жизнь. А может, и душа.
Бруклин. Улица 148-я, за чертой Красной линии.
Там, где даже ночью темнее, чем должно быть. Где фонари мигают, как при последнем дыхании, и машины проезжают быстро, не останавливаясь.
Лана подошла к нужному адресу — заброшенное здание бывшего театра. Вывеска была выгоревшей, стены — исписаны граффити. Внутри царила тишина, слишком плотная, чтобы быть пустотой.
Она свернулась в пальто. Пальцы на телефоне — дрожали. Хотела набрать кого-то. Хоть кого-то. Но никто не казался подходящим. Эйден — враг. Университет — фикция. Мать умерла. Отец — исчез. Бабушка — украдена.
Ты одна.
И она вошла.
***
Пол скрипел. Воздух — затхлый, пропитан пылью, плесенью и... чем-то другим. Сладковатым, металлическим.
На сцене стоял один прожектор, направленный вниз. Под ним — стул. И мужчина, закутанный в длинное пальто. На лице — полумаска. Он ждал.
— Ты Лана, — не спрашивая, а утверждая.
— Я.
— Он не должен был впутывать тебя. Ты не та, кого можно держать в поводке.
— Где моя бабушка?
Мужчина не двинулся. Только его голос стал чуть ниже:
— Её держат в одном из подпольных медцентров. Это шантаж. Харпер играет с тобой, чтобы вытащить кое-что из прошлого. И поверь — речь не о тебе.
— Тогда о чём?
Он встал. Медленно, спокойно. Подошёл ближе, шаг за шагом.
— Ты копаешь в истории, Лана, которую лучше оставить мёртвой. Но... ты уже внутри. И теперь должна понять, кто твой враг. Потому что... Харпер — не просто мужчина, который преследует. Он — один из держателей старых кодов. Он владеет людьми. В прямом смысле.
Лана отступила на шаг.
— Что ты несёшь?
— У него есть список. Очень старый. В нём твоя мать. И теперь — ты.
Молчание. Она слышала, как бьётся её сердце.
— Кто ты? — наконец спросила она.
Он подошёл почти вплотную. Глаза под маской — серые, пронизывающие.
— Я когда-то работал с ним.
— И?
— Я видел, как он ломает людей.
Он не убивает — он переписывает.
Когда она вышла обратно на улицу, уже начинался дождь. Мелкий, колючий.
На экране телефона — новое уведомление.
Фото.
Снято явно тайно. Бабушка. В кресле, глаза закрыты. За её спиной — стена с серым кирпичом. И... часы. Циферблат со стрелками, указывающими на 03:13.
Следом — сообщение:
"Ты не должна была идти туда.
Следующий шаг — твой. Но сделай его не туда — и она исчезнет. Навсегда."
***
Лана пришла в квартиру на автомате. Всё было будто в пленке. Внутри неё клокотало что-то новое. Злость? Боль? Страх? Нет.
Это было чувство, которого раньше она не знала. Острота. Голод. Решимость.
Эйден думает, что она — пешка.
Но теперь он поймёт: она умеет играть в тени. И она начнёт.