Глава 12
***
Некоторые встречи меняют маршрут.
***
Дверь кафе закрывается глухим, уверенным щелчком. Зак проверяет замок, дёргает ручку и только тогда выдыхает.
— Ну всё, мисс Кларк, — он бросает мне улыбку. — Первая смена — официально пережита.
Я щурюсь:
— Это звучит так, будто были сомнения.
— Были, — честно отвечает он. — Особенно после того, как ты чуть не утопила питчер.
— Эй! — возмущаюсь я. — Вообще-то я уже лучше справляюсь!
— Это правда, — он поднимает руки. — Ты молодец.
Зак бросает взгляд на парковку и затем на меня:
— Тебя подвезти? Я на машине.
Я мотаю головой:
— Нет-нет, всё нормально. Подруга должна забрать... ну... вот-вот. А если что — я вызову такси.
Зак хмурится:
— Элли, уже поздно. Давай я хотя бы подожду с тобой, пока приедет.
— Всё хорошо, честно, — я улыбаюсь как можно увереннее. — Не стоит. Ты же сам говорил, что устал.
— Ты уверена?
— Абсолютно.
Зак нехотя кивает и делает шаг назад.
— Ладно, но если вдруг на тебя снова нападёт баскетболист — я предупреждал.
— Переживаешь, как будто я главный герой триллера.
— Учитывая твою удачу — вполне возможно.
Я фыркаю:
— Всё будет нормально...
Зак криво усмехается.
— Обычно именно с этой фразы всё и начинается, — он отступает к парковке. — Увидимся завтра, Элли.
— До завтра, паникёр, — отвечаю я, махнув рукой.
Я достаю телефон и сразу же нажимаю на быстрый набор:
Кейт.
Гудок. Второй. Третий.
Тишина.
Я сбрасываю и смотрю на экран, нахмурившись.
— Серьёзно? — бормочу я в экран. — Вечером, когда я иду домой одна, ты решила не брать трубку?
Я пробую ещё раз.
— Ну давай же... — бормочу я, переступая с ноги на ногу.
Ответа нет.
Замечательно.
Я открываю приложение для такси. Экран светится в темноте слишком ярко. Цена — нормальная, ехать недалеко. Я уже тянусь к кнопке «Заказать», когда замечаю движение через дорогу.
Чья-то фигура. Силуэт. Быстрый. Решительный. Идущий прямо в мою сторону. Сердце ударяет так резко, что я непроизвольно делаю шаг назад.
Нет. Нет-нет-нет, только не сегодня.
Я сжимаю крепче телефон в руке. Пальцы сами открывают клавиатуру.
911.
Я не нажимаю вызов — просто держу большой палец над кнопкой, как над оружием. Фигура приближается, пересекает проезжую часть — машина проезжает мимо, фарами размывая силуэты, и в этот миг я уже готова нажать...
Как вдруг:
— ЭЛЛИ? Элли, это ты?!
Я замираю. Голос слишком знакомый. Слишком... живой, нервный, громкий.
Я опускаю телефон.
— Сэм? — выдыхаю я, чувствуя, как напряжение ломается, будто кто-то выдернул вилку из розетки.
— О боже, — Сэм упирается руками в колени, переводя дыхание. — Я чуть не умер, пока бежал к тебе. Думал не успею.
Я закрываю глаза, отступая на шаг от паники.
— Сэм. Что ты тут делаешь?
Он выпрямляется, поправляет рюкзак и, кажется, впервые смотрит на меня серьёзно:
— Тайлер сказал, что видел тебя сегодня в кафе.
У меня внутри будто что-то щёлкает.
— Что?
Сэм кивает, будто это самое логичное объяснение на Земле:
— Ну да. Он зашёл сегодня ко мне, и сказал... — Сэм передразнивает его низким голосом: — «та девушка, которую мы чуть не убили мячом — сделала мне сегодня ужасный кофе».
Я моргаю.
— Извините?
Сэм пожимает плечами:
— Он говорил спокойно, вообще без эмоций. Типа факт. А я такой: ага, значит, Элли теперь работает там. Ну... и раз он сказал, что ты работаешь там... я подумал, что надо тебя встретить.
У меня в груди поднимается возмущение — горячее, обидное.
— Вот гад! — вырывается у меня.
Сэм смеётся:
— Кто? я?
— Не ты! — я закатываю глаза. — Я про него. Про этого... кофе-эксперта в серой ветровке.
Сэм поджимает губы, чтобы не рассмеяться ещё громче:
— А-а-а. Это да.
— «Ужасный кофе»... — бормочу я. — Он вообще пробовал его? Он сделал один глоток! Один!
— Да-да, — кивает Сэм. — И за этот один глоток вынес приговор твоей профессиональной карьере.
Я шлёпаю его по руке:
— Прекрати! Это был мой первый день!
— И твой первый критик, — восхищённо добавляет он.
Я закатываю глаза, но не могу сдержать улыбку.
— Замолчи.
Сэм хмыкает, делает шаг назад и жестом приглашает:
— Пошли, Элли. Пока ты не решила вызвать на себя ещё одного критика.
Мы трогаемся с места, идём по тротуару рядом — он чуть сбоку, будто специально прикрывает меня с внешней стороны. Минуты две мы идём молча, пока я не спрашиваю:
— Сэм... ты где-то учишься?
Он усмехается:
— Я? Спортивный факультет. Тренерская деятельность. Ну и физиология, психология спорта, что-то в этом духе.
— Ого, — удивляюсь я. — Ты серьёзно?
— Вполне. — Он расправляет плечи, будто гордится. — Когда-нибудь я буду тренировать школьную команду, а потом пойду в колледж. И стану их худшим кошмаром.
Я смеюсь.
— В тебя легко поверить. Ты уже сейчас кричишь, как тренер.
— Спасибо, — гордо отвечает он.
Мы проходим ещё немного, и слова сами срываются с губ, прежде чем я успеваю их обдумать.
— А... ты давно знаком с Тайлером?
Сэм делает странную паузу — короткую, но ощутимую.
— Ну да, — тянет он. — Лет семь, наверное.
— И как вы вообще дружите? — спрашиваю я осторожно. — Вы такие разные.
— Я громкий, он тихий, — пожимает плечами Сэм. — Баланс.
— Это не объяснение, — возражаю я.
— Ну... — он задумчиво смотрит вперёд, — он помог мне однажды. Давно. Когда у меня был... не самый лучший период. И с тех пор мы общаемся.
— Ты ему доверяешь?
Сэм бросает на меня косой взгляд.
— Почему ты так спрашиваешь?
— Просто... — я кусаю губу, — он какой-то странный что ли.
Сэм усмехается:
— Это мягко сказано.
— Нет, правда. Он как будто... — я ищу слово, — колючий?
Он качает головой:
— Он просто не всем открывается. Внутри у него больше, чем снаружи. Знаешь... он вообще-то очень добрый. Просто жизнь у него сложная.
Я приподнимаю бровь:
— Добрый? Он? Ты шутишь?
Сэм усмехается:
— Понимаю, звучит как бред. Но да. Он реально добрый. По-своему. Такому странно-полотенечному образу.
— Странно-чему?!
— Да забей, — он смеётся. — Я говорю о том, что он помогает людям, но делает вид, что ему всё равно. Хотя на самом деле — не всё равно.
Я тихо хмыкаю:
— Ну да... очень похоже на него. Метнул мяч мне в голову — и помог.
— Элли, — Сэм крутит плечами, — у него не всё так просто. С виду кажется, что ему плевать на весь мир, но это не совсем так.
Мы сворачиваем на освещённую улицу.
— Его отец живёт в Аризоне. Жёсткий мужик. Тип, который хочет, чтобы сын стал копией его самого.
— А мама? — спрашиваю я аккуратно.
Сэм вздыхает:
— Мать в Миннесоте. Хорошая женщина, но... — он пожимает плечами, — ей тоже непросто. У неё своя жизнь. Своё прошлое. Бизнес. И знаешь, как это бывает: все вроде рядом, но никто толком не вместе.
Я опускаю взгляд на асфальт.
— Семейная идиллия года, — тихо бурчу я. — И какой у неё бизнес?
Он пожимает плечами, будто это ничего особенного.
— Сеть кафе. Небольшая. Пару точек по городу, пара ещё в соседних округах.
Я бросаю на него взгляд:
— Кафе?
— Ага, — кивает Сэм. — Ничего гламурного. Просто бизнес. Она это дело лет десять уже тянет.
Я невольно улыбаюсь.
— Не похоже, что Тайлер из «золотых наследников».
Сэм усмехается:
— Он бы тебя расцеловал за такой комплимент. Ему как раз нравится, когда его не записывают в принцы на семейных деньгах.
Я хмыкаю.
— А как вообще называется эта сеть?
Сэм бросает на меня быстрый, изучающий взгляд.
— Да обычные. Ничего особенного.
— То есть даже названия не знаешь? — подначиваю я.
— Я туда не на экскурсии ходил, — хмыкает он. — Кофе, столики, люди в спешке. Всё, как везде.
— Удобно устроились, — бурчу я. — Тайные кофейные империи.
— Именно, — сухо улыбается он. — Тайлер бы оценил твою формулировку.
— Значит не скажешь?
— Не-а, — качает он головой. — Это не моя история, чтобы раздавать названия направо и налево.
— Боишься? — хмыкаю я.
— Уважаю границы, — поправляет он. — Тайлер терпеть не может, когда за его спиной что-то обсуждают или копаются в его делах.
— То есть мне даже любопытство иметь нельзя?
— Иметь — можно. Копать — не советую, — усмехается Сэм. — Хочешь знать — спроси у него. Но сразу предупреждаю: он не фанат душевных разговоров.
Я фыркаю:
— Спасибо, но как-нибудь переживу без откровений от мистера «критик капучино».
Сэм усмехается.
— Элли... не думай, что он про тебя сказал плохое из-за кофе.
— Почему? — я фыркаю. — Он прямым текстом сказал, что оно ужасное!
— Да, но он сказал это мне, а не тебе.
— И что?
— А то, что если бы хотел обидеть — сказал бы тебе. А если сказал мне — значит, он думал. Думал о тебе. А для него — это уже много. — Он улыбается уголком губ. — И не бойся его. Он не тот, кто причиняет вред первым. Он тот, кто отвечает, когда его трогают.
Я невольно морщу лоб:
— Ты его защищаешь?
— Я его понимаю, — спокойно отвечает он. — Это разные вещи.
⸻
Мы выходим на знакомую улицу.
Общежитие уже виднеется за перекрёстком, серое и привычное, словно точка возвращения после слишком длинного дня. Сэм рассказывает о своей команде, о том, как его одногруппник умудрился пробежать спринт в двух разных кроссовках, потому что «утром было слишком темно, чтобы принимать жизненные решения».
Я смеюсь — устало, но по-настоящему.
— И вот он стоит, — продолжает Сэм, — один кроссовок чёрный, другой белый. И орёт: «Клянусь, тренер, это тактический камуфляж!»
Я фыркаю:
— И что, сработало?
— Конечно нет, — он фыркает в ответ. — Тренер сказал, что у него тактика выглядеть как человек, проигравший битву с будильником.
Мы уже подходим к двери общежития. Лампочка над входом лениво мерцает, бросая тусклый свет на ступени. Сэм вдруг замолкает, будто вспоминая что-то важное:
— Слушай... — он понижает голос. — Если завтра ты опять работаешь, просто напиши мне. Я тебя встречу.
Я улыбаюсь, чувствуя неожиданное тепло.
— Договорились. Обещаю.
Он будто собирается сказать что-то ещё, но в этот момент его телефон вспыхивает в ладони — резко, неожиданно. Экран освещает его лицо холодным светом.
Я вижу имя.
ТАЙЛЕР.
Сэм мгновенно перестаёт улыбаться. Взгляд меняется — будто кто-то выключил свет внутри.
— Э... секундочку, — бормочет он и отходит на шаг.
Он нажимает на трубку:
— Да?
Пауза.
— Ага. Я... э... сейчас в твоём кампусе, — отвечает он, оглядываясь по сторонам.
Я тихо подсказываю, чувствуя, как пальцы немеют:
— Скажи: возле общежития.
Сэм чуть улыбается — и в этой улыбке появляется что-то другое. Живое. Почти детское.
— Возле общежития, — повторяет он в трубку.
Ещё пауза. И вдруг его лицо светлеет.
— Серьёзно? Прямо сейчас?
Я смотрю на него, не понимая, что происходит.
— Бро, — выдыхает он с облегчением. — Конечно, поехали.
Он слушает ещё пару секунд, уголок губ дёргается вверх.
— Я понял. Тогда я на месте. Подъезжай.
Короткая пауза.
— Ага. Давай.
Он выключает звонок и на секунду остаётся стоять, глядя в потемневший экран телефона, словно всё ещё не до конца веря.
— Это был... — начинаю я.
— Тайлер, — заканчивает он и выдыхает.
— Что он хотел? — спрашиваю я осторожно, почти шёпотом.
Сэм медленно поднимает на меня глаза, и в них вдруг появляется настоящий свет — тот самый, которым горят люди, когда сбывается что-то важное.
— Мы едем смотреть на звёзды.
Я моргаю:
— Что?
Он усмехается, но уже не скрывает эмоций.
— Я неделю назад купил телескоп. Настоящий. И ни разу им нормально не пользовался. А я, если что, фанат неба. Прям фанат. Звёзды, созвездия, вся эта космическая магия. — В его голосе слышится восторг, почти мальчишеский. — И вот сегодня, — он выдыхает, будто боится спугнуть момент, — мы наконец поедем. По-настоящему.
— Смотреть на звёзды? — уточняю я.
— Да! — он улыбается шире. — Представляешь?
Он оборачивается в сторону дороги, прислушиваясь к каждому проезжающему автомобилю.
— Он, кстати... — Сэм щурится. — Скоро будет.
У меня в груди что-то проваливается.
— Мне уйти? — спрашиваю я едва слышно.
Сэм резко оборачивается:
— Как хочешь. — Он делает паузу, скользя по мне взглядом. — Но на твоём месте я бы остался и предъявила бы ему за кофе... ну и за мяч.
Я моргаю:
— За кофе?
— Ага, — Сэм усмехается уголком губ. — За то, что назвал твой первый капучино «ужасным». И за то, что едва не отправил тебя на МРТ тем своим броском. — Он наклоняется чуть ближе и шепчет,
— поверь, он не привык, что ему что-то предъявляют. Это даже будет полезно.
Я выдыхаю рывком:
— Ты серьёзно предлагаешь мне предъявить пятому курсу криминологии за мяч?
— Да, — с полной уверенностью кивает Сэм. — И за кофе тоже. Особенно за кофе! Это будет весело!
— Весело? — переспрашиваю я, чуть задыхаясь. — Серьёзно?
Сэм кивает.
— Конечно! Я хочу посмотреть, что он тебе скажет!
— То есть ты просто хочешь поржать?
— Конечно! — он расправляет плечи. — С него. Он всегда такой серьёзный, будто постоянно сдаёт экзамен на звание «самый мрачный человек мира».
Сэм уже собирается сказать что-то ещё, но вдруг замирает и поворачивает голову в сторону дороги.
— Что там? — спрашиваю я тихо.
Сэм усмехается.
— Ничего, — повторяет он, но уголки губ дёргаются так, будто он явно врёт.
Я щурюсь.
— Ты странный, ты в курсе? — резко бросаю я. — Сначала подначиваешь меня нарываться на человека, а теперь строишь из себя мистера загадочность.
Я шумно выдыхаю и отворачиваюсь к входу в общежитие.
— Я иду спать.
Я делаю шаг к двери, уже протягивая руку к ручке.
— Элли... — голос Сэма внезапно меняется. Серьёзный. Непривычно жёсткий. — Стой.
Я замираю.
— Не двигайся. Вообще.
— Что? — я всё-таки оборачиваюсь.
Сэм не смотрит на меня. Его взгляд направлен куда-то вдаль. Туда, где дорожка уходит в темноту парковки.
— Просто стой, окей? — тихо добавляет он, уже без шуток. — Он идёт.
Я прищуриваюсь и вижу его.
Тайлер.
Он идёт в нашу сторону неторопливо, будто ему никуда не нужно спешить. Взгляд опущен в экран телефона, большой палец лениво скользит по нему, будто происходящее вокруг его почти не касается.
Я впиваюсь пальцами в лямку рюкзака.
Чёрт...
Сэм нервно переминается с ноги на ногу, но молчит. Больше не шутит. Не улыбается. Только следит за Тайлером с каким-то странным напряжением.
Тайлер почти поравнивается с нами, всё ещё глядя в телефон. И только когда остаётся всего пара шагов, он убирает его в карман и поднимает голову. Его взгляд скользит по мне — коротко, без эмоций.
Пауза.
— Хм. Я так и думал, что ты с ней. — Он переводит глаза на Сэма. — Стоило мне сказать, что видел её — ты сразу побежал.
Сэм нервно усмехается, но не отступает:
— Ну а что? Ты сказал, что видел Элли в кафе. Я и подумал...
— Ты подумал, — перебивает Тайлер. — Это уже редкость.
Сэм моргает:
— Очень смешно. Я встретил её, чтобы она домой дошла нормально.
— Домой, — повторяет он. — Ты теперь сопровождаешь её?
Сэм приподнимает голову:
— А что? Я не имею права?
— Имеешь, — отвечает Тайлер. — Вопрос в другом — зачем?
Сэм щурится:
— Потому что она одна. Поздно. Район так себе. Ты сам знаешь последние новости.
Тайлер медленно переводит взгляд на меня. На секунду. Потом снова на Сэма:
— Ты правда думаешь, что кто-то будет тратить на неё силы? — он чуть приподнимает бровь. — Да кому она нужна?
Сэм морщит лоб:
— Слушай, может хватит?
— Хватит будет тогда, — произносит Тайлер ровно, — когда ты перестанешь сближаться со всеми подряд.
Я замираю на секунду. И прежде чем они успеют обменяться очередной колкостью, слова сами вырываются:
— Достаточно.
Оба поворачиваются ко мне — почти синхронно.
Сэм — удивлённо. Тайлер — медленно, будто заранее знал, что я скажу.
— Вы сейчас говорите обо мне так, словно меня здесь нет, — произношу я спокойно. — И можешь не переживать, — я смотрю прямо на Тайлера. — Я не собираюсь ни с кем сближаться. У меня есть парень.
Тайлер даже не моргает.
— Парень? — повторяет он тихо, почти лениво. — Правда?
— Да, — выпаливаю я.
Он наклоняет голову, изучая меня, словно страницу, где текст написан не тем шрифтом.
— И кто же он? — спокойно спрашивает он. — Твой учитель по кофе?
— Ч-что?.. — голос предательски ломается. — При чём здесь он?!
— Ну... — он кивает себе за спину, — судя по тому, как он стоял у тебя за спиной, держал твою руку... — его взгляд скользит вниз, туда, где мои пальцы всё ещё дрожат на лямке рюкзака, — он был бы логичным вариантом.
— Это... — я ищу воздух, слова, хоть что-то, — это называется обучение!
— Конечно, — соглашается он так же мягко. — У всех обучение выглядит именно так.
Сэм фыркает:
— Так! Всё! Стоп. Хватит размазывать Элли по асфальту, — выпаливает он. — У меня есть идея получше.
Тайлер медленно поворачивает голову к нему.
— И какое же? — спрашивает он, будто заранее знает, что услышит глупость.
— Может пусть она поедет с нами? — Он делает широкий жест рукой. — Небо, звёзды, луна!Чувствуешь вайб? Вдруг у вас там чакры сойдутся... или хоть Венеру рассмотрим, чтобы ты перестал выглядеть так, будто хочешь кого-то придушить.
Тайлер приподнимает бровь:
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно. — Сэм кивает, будто подписывает договор о капитуляции. — Это отличный шанс всем наладить контакт. И перестать вести себя так, будто вы два персонажа из криминальной драмы.
Тайлер смотрит на него ещё секунду. Потом медленно поворачивается ко мне.
— Игнорируй его.
— Почему игнорируй?! — Cэм сияет ещё сильнее. — Это крутая идея! Пусть поедет! — Он делает шаг ко мне, расправляет плечи. — Ну что, Элли? Ты согласна?
Я моргаю пару раз, потом поджимаю губы:
— Нет. — Я разворачиваюсь и делаю шаг к двери.
— Предсказуемо, — равнодушно бросает Тайлер. — Она и в кафе-то едва не убежала. Куда уж ей куда-то ехать. Слишком темно, слишком поздно, слишком страшно для неё. Классика.
Я замираю. Плечи напрягаются сами. Я медленно оборачиваюсь.
Пауза.
— А знаете что? — произношу я ровно, без надрыва. — Я передумала.
Сэм подскакивает:
— В смысле «передумала»?!
— Я поеду, — перебиваю я, глядя на Тайлера.
Бровь Тайлера едва поднимается. На его губах появляется ухмылка — медленная, опасно спокойная, будто он только что получил именно то, чего добивался.
— Ну раз так, — произносит он тихо, почти лениво. — Тогда поехали.
Я качаю головой, делая шаг вперёд:
— Не командуй.
Я прохожу мимо него, намеренно замедляя шаг и слегка задеваю его плечом — не грубо, но достаточно ощутимо, чтобы это было не случайностью. И в следующую секунду его пальцы сжимаются на моём предплечье.
Я останавливаюсь. Он разворачивает меня к себе — не рывком, но так уверенно, что сопротивление даже не успевает возникнуть.
— Интересно... ты решила играть в смелость? Со мной?
— А ты думал, я буду дрожать?
Его пальцы держат моё предплечье так уверенно, будто он и не сомневается в том, кто здесь контролирует ситуацию.
Сэм неловко переминается сбоку:
— Эм... ребята? Может... ну... поедем уже?
Я перевожу взгляд на Сэма, потом снова на Тайлера.
— Мы обязательно поедем. Но сначала объясни своему нестабильному приятелю, что я не реквизит и меня можно отпускать.
Сэм давится воздухом от попытки не рассмеяться:
— Эй... Тай...
Тайлер не реагирует. Просто смотрит на меня секунду. Его пальцы медленно разжимают мою руку — не сразу, неохотно, словно он делает это не потому, что я попросила, а потому что сам решил.
— Удовлетворена? — произносит он ровно, почти лениво. — Дорога свободна.
Я делаю шаг назад, освобождая пространство между нами.
— И часто ты вот так хватаешь незнакомых тебе девушек? — спрашиваю я ровно, чуть приподнимая бровь.
— Хватаю всех? Нет. Но ты сама под руку лезешь.
Сэм вскидывает руки:
— Так! Так! Хватит психоанализа в ночи! Вы оба странные. Я странный. Ночь странная. Идём в машину, пожалуйста, пока кто-нибудь из нас не лёг в траву от нервов.
Я фыркаю, поворачиваясь к Сэму:
— Он первый начал!
Сэм закатывает глаза так, будто ему платят за каждый мой и Тайлеров выпад:
— Да, Элли, мы все в курсе, кто первый начал! Но мне сейчас, между прочим, жить хочется. А вы вдвоём — как две спички над бензином! Пошлите уже! Телескоп ждёт!
⸻
Мы сворачиваем за угол кампуса, и под фонарём появляется она — низкая спортивная машина.
Сэм улыбается шире, подходит ближе и с хрустом хлопает ладонью по капоту:
— Ну как тебе, Элли? Внушает?
Я пожимаю плечами, будто это не впечатляет совсем:
— Видела и хуже. Очередная чёрная мрачная машина... как и её хозяин.
Сэм прыскает смехом. И ровно в этот момент над нами сгущается тень.
Тайлер подходит к машине спокойно, почти лениво, словно никуда и не спешит. Его присутствие ощущается физически — плотное, холодное, давящее. Он встаёт у пассажирской двери и смотрит на меня так, будто оценивает не человека, а реакцию.
Щелчок. Металлический звук разрезает тишину.
Дверь открывается.
Не галантно. Не мило. А так, будто контролирует пространство.
— Садись, — произносит он низко.
— Это приказ?
— Если бы это был приказ... — он задерживает взгляд на моём лице, — ты бы уже сидела.
Я делаю шаг вперёд — медленно, демонстративно, не отводя от него взгляда.
— Вообще-то я в состоянии открыть себе дверь, — говорю спокойно, с лёгкой усмешкой. — Я справляюсь с такими сложными задачами без посторонней помощи.
Его взгляд становится чуть темнее.
— Поздно, — ровно замечает он. — Я уже открыл.
— Какая трагедия, — хмыкаю я. — Придётся воспользоваться.
Он не реагирует на сарказм. Даже не моргает. Просто чуть отступает в сторону, освобождая проход, но делает это так, будто не уступает, а разрешает.
Я на секунду задерживаюсь, будто проверяю его терпение на прочность. Потом всё же наклоняюсь внутрь салона. Кожа сиденья холодная. Пахнет металлом, дорогим парфюмом и чем-то ещё — едва уловимым, но тревожно знакомым.
Сэм уже плюхается рядом с водительским сиденьем и с азартом потирает ладони:
— Ну всё, командный состав в полном сборе. Космос, не расслабляйся.
Тайлер садится за руль. В зеркале заднего вида на секунду ловлю его взгляд. Чёткий. Холодный. Слишком внимательный для «случайного».
— Пристегнись, Элли, — спокойно произносит Тайлер. — Не хочу собирать тебя по частям.
Я едва щёлкаю ремнём, как в салоне звучит другой звук — короткий, металлический, уверенный.
Щёлк.
Замки блокируются.
Я сглатываю.
В ту же секунду взгляд сам поднимается на зеркало заднего вида. В отражении его глаза встречаются с моими — на долю секунды дольше, чем нужно для обычной проверки зеркал.
Спокойные. Слишком спокойные. Будто это щёлканье было не инстинктом водителя, а осознанным действием.
— Что, Элли? — произносит он тихо, даже лениво. — Хочешь выйти?
Я открываю рот — не зная, что сказать.
Тайлер хмыкает.
— Могу открыть. Если тебе вдруг... стало страшно.
Сэм спереди дёргается:
— Тай, может хватит пугать людей?
Я фыркаю.
— Ты переоцениваешь себя, Тайлер, — отвечаю спокойно. — Чтобы меня испугать, нужно что-то посильнее звука замков. Я тебя не боюсь.
Его бровь едва поднимается.
— И что же? — его голос остаётся низким, почти ленивым, но в нём мелькает что-то острое. — Чего тебе нужно... чтобы испугаться?
Я открываю рот — чтобы отмахнуться, пошутить, уйти от ответа, но он опережает.
— Нож у горла? — произносит он почти шёпотом. — Или когда кто-то закрывает тебе рот ладонью, и ты понимаешь, что кричать бесполезно?
Сэм резко поворачивает голову:
— Тайлер...
Но он тихо поднимает руку — «молчи».
Я не двигаюсь. Не могу. От его голоса по позвоночнику проходит холод.
Он мягко щёлкает пальцами по рулю:
— Ты говоришь, что не боишься меня... а если бы я подошёл к тебе в переулке, ты бы тоже так фыркала?
Он делает паузу.
Лёгкую. Опасную.
— Или бы дрожала и надеялась, что я хочу только спросить время?
У меня перехватывает дыхание.
Сэм роняет:
— Бро... ты сейчас звучишь как маньяк, если что.
— Я просто задаю вопрос.
— Вопрос? Она сейчас решит, что ты её похитить собрался.
— Похитить? — повторяет он, наклоняя голову.
— И что... — его взгляд скользит по зеркалу, цепляя меня будто крючком, — я должен с ней делать?
Сэм вжимается в сиденье:
— Бро. Нет. Стоп. Мы не продолжаем эту тему.
Но Тайлер будто не слышит.
— Она бы, конечно, дёргалась, — произносит он, будто обсуждает погоду. — Кричать попыталась бы. Может, пару раз. Но ненадолго.
Я чувствую, как кожа на затылке покрывается холодом.
— А потом... стала бы очень тихой.
Сэм хлопает ладонью по панели:
— ТАЙЛЕР. Замолчи. Сейчас же.
Он резко оборачивается ко мне:
— Элли, не слушай его. Он просто... ну... он.
Но я едва слышу Сэма. Всё внимание — на того, кто сидит за рулём. Я открываю рот, но не нахожу слов.
Тайлер чуть откидывается назад, одна рука остаётся на руле.
— Вот видишь? — произносит он тихо, почти лениво. Ты уже замолчала. А я... даже ничего не сделал. Тебе не нужен щелчок замка, Элли. Тебе хватает одного моего вопроса, чтобы потерять дар речи.
Сэм закрывает лицо руками:
— Мы не доедем. Мы просто не доживём до телескопа.
Я медленно выдыхаю через нос, заставляя пальцы разжаться на ремне.
— Ты сейчас нарочно пытаешься звучать как маньяк? — говорю я ровно, хотя внутри всё дрожит. — Или это твоя обычная манера флиртовать?
Сэм приподнимает голову:
— Пожалуйста, скажи, что это флирт. Мне так будет психологически легче.
Тайлер чуть хмыкает.
— Интересная интерпретация. Но нет. Я просто констатирую факт.
— Какой именно? — не опускаю я.
— Что ты реагируешь, — спокойно отвечает он. — Даже когда делаешь вид, что тебе всё равно.
Его пальцы сжимаются на ключе зажигания.
Щелчок. Поворот. Глухой, низкий рык двигателя разрывает тишину салона. Тайлер нажимает на газ без лишней плавности — машина рывком срывается с места.
Сэм вцепляется в ручку над дверью:
— Так, окей, мы правда едем. Это не метафора. Это экзистенциально.
Я чувствую, как ремень сильнее вжимается в грудь. Тайлер ведёт уверенно. Слишком. Как человек, который знает каждую выбоину этой дороги и не считает нужным притворяться осторожным.
— Расслабься, — бросает Тайлер, не оборачиваясь. — Я не собираюсь тебя пугать. Это просто дорога.
— У тебя «просто» звучит как начало уголовного дела, — тихо замечаю я.
Угол его губ едва заметно двигается.
— Привыкай, Элли. С тобой я, похоже, собираюсь делать много «просто».
Сэм издаёт странный звук между смехом и обречённым вздохом:
— Я должен был взять попкорн. Или психолога. Или священника.
В машине становится слишком тихо. Слишком осознанно. Я отворачиваюсь к окну, наблюдая, как огни кампуса растворяются в ночи. И почему-то только тогда, я понимаю, что обратной дороги уже нет.
⸻
Если вы читаете эту книгу, пожалуйста, поставьте реакцию со звёздочкой — так я буду видеть, что история жива и находит отклик.