Глава 7
***
Ничто не начинается красиво.
Главное — что будет дальше.
***
Колокол над дверью звенит тихо — почти вежливо — когда я захожу внутрь.
Запах кофе накрывает сразу: тёплый, сладкий, чуть обжаренный. Внутри мягкий свет, деревянные стены, зелёные растения в банках... миленько. Очень миленько.
Не такая уж плохая идея, Элли.
Я делаю несколько шагов к стойке и оглядываюсь. Пусто. Никого. Только кофемашина тихо шкварчит на фоне, будто тоже ждёт своего момента.
— Эй, — говорю осторожно. — Тут есть кто-нибудь?
Тишина отвечает мне эхом.
Я уже думаю, что перепутала время, когда дверь в подсобку резко приоткрывается, и из-за неё выглядывает парень — лет двадцати восьми, может тридцати. Светлая рубашка закатана по локоть, волосы чуть взъерошены, как будто он пять минут спорил с кофемолкой и проиграл.
Он видит меня — и мгновенно улыбается, легко, обаятельно.
— О! Живая клиентка! Или... — он поднимает бровь, — ты на собеседование?
Я киваю.
— Тогда тебе везёт, — говорит он. — Менеджер задерживается. А я — временно играю её роль.
Он театрально приказывает мне:
— Прошу, присаживайся. Сейчас я проверю, достаточно ли ты любишь кофе, чтобы работать с нами.
Я моргаю.
— Ты...
Он слегка удивлённо улыбается:
— Я Зак. А ты — Элли, верно? Тот самый «кандидат на семь вечера»?
Я киваю ещё раз.
— Отлично. Значит так. Пока менеджера нет, я задам тебе пару вопросов. Это неофициально. Просто хочу понять: ты вообще выживаешь ввести заказ и не уронить чашку?
— Ну... — я улыбаюсь, — сегодня я уже пережила попадание мяча в голову. Думаю, чашку смогу удержать.
Зак приподнимает бровь.
— Мяч?
— Длинная история.
— Отлично. Люблю длинные истории. Особенно если они мешают людям приходить в себя. — Он щёлкает пальцами. — Ладно, садись. Сейчас сделаю тебе что-нибудь вкусное.
— Бесплатно?
— Брешь в бюджете компенсирую своей зарплатой.
Я смеюсь — и сажусь на высокий стул у стойки.
Он разворачивается к кофемашине:
— И да, — бросает он через плечо. — Я тут бармен. По совместительству бариста. Иногда психолог. Иногда техподдержка. Иногда человек, который отпугивает странных гостей.
— То есть ты работаешь за всех?
Он фыркает.
— Ну... менеджер Лора считает, что я «очень гибкий». А я считаю, что она просто любит экономить на персонале.
Он ставит чашку на стойку, и тёплый карамельный запах сразу будто укутывает меня.
— Это тебе. Нервный вечер требует сладкого.
Я беру чашку, ощущая тепло сквозь пальцы.
Чёрт. Он правда угадал.
Он смотрит на меня чуть внимательнее, чем требуется от баристы, — взгляд мягкий, тёплый, почти изучающий. И внезапно хлопает ладонями, будто принимает решение:
— Так! Мини-опрос. Неофициальный. Совсем не по правилам. Но я считаю его крайне важным.
Я моргаю.
— Ладно... задавай.
Он опирается о стойку, словно собирается провести психологический тест:
— Первое. Если клиент говорит «сделайте мне что-нибудь сладкое», что ты сделаешь?
А)Паникуешь. Б) Делаешь вид, что умерла. В) Спрашиваешь, как сладко он хочет умереть от сахара?
Я непроизвольно смеюсь:
— Вариант В.
— Отлично, — он кивает. — У тебя есть потенциал к пассивной агрессии. Это ключевой навык в кофейне.
Он делает пометку в воображаемом блокноте:
— Следующий вопрос. Если кофемолка внезапно решит взорваться — а она периодически так делает, — что ты сделаешь? А) Кричишь. Б) Вызываешь экзорциста. В) Зовёшь меня.
— Вариант В?
— Правильный ответ всегда В, — важно говорит он. — Потому что она взрывается только, когда я рядом.
Я улыбаюсь шире.
Он готовится к новому вопросу — уже поднимает руку, когда вдруг...
Дверь входа звенит.
Тонкий звон. Поверх него — запах дыма.
Я поворачиваюсь.
Входит девушка — высокая, стройная, брюнетка с идеально прямыми волосами. На ней пальто, в руке пачка сигарет, а на лице выражение человека, который уже два часа злится, но не может вспомнить на кого именно.
Красная помада. Холодные глаза. Словно сошла со съёмок сериала про крутых адвокатов.
Зак сразу выпрямляется:
— А вот и Лора.
Она поднимает взгляд, видит меня — и резко, хмыкнув, переводит глаза на него:
— Зак, что случилось?
— Это Элли, — радостно сообщает он. — На собеседование. Я уже немного разогрел её вопросиками.
Лора щурится:
— Разогревать ты будешь своих девушек в постели, а не кандидатов в этом кафе. Возомнил себя директором.
Она даёт ему лёгкий подзатыльник. Не больно. Зато очень показательно.
Зак драматично прижимает руку к голове:
— Это нападение на сотрудника. Я ухожу в профсоюз.
— Иди, — отвечает она сухо. — Там как раз не хватает клоунов.
Он отвешивает ей смешной поклон и отходит к кофемашине.
Лора возвращает взгляд ко мне — уже спокойный, деловой:
— Элли. Прости за это цирковое представление. — Она роняет пачку сигарет на стойку. — Я даже не была в курсе, что ты сегодня придёшь. Этот гад сам ответил на звонок и назначил собеседование.
Зак из-за стойки выкрикивает:
— Потому что у тебя был перерыв! Ты третий раз сегодня выходила курить!
Лора игнорирует, и жестом показывает на дверь в глубине:
— Пошли Элли.
Мы идём по узкому коридору. Лора идёт так, будто этот коридор принадлежит ей по праву рождения — уверенная походка, запах лёгких дорогих духов и лёгкий аромат табака, который она даже не пытается скрыть.
Она открывает дверь ногой — свободной, привычной, чуть раздражённой.
Внутри кабинет: маленький, но аккуратный. Стол, компьютер, стопка бумаг и банка с конфетами. Банка, кстати, пустая — похоже, её использование строго одностороннее.
— Садись, — бросает она, указывая на стул напротив.
Я сажусь.
Она садится тоже, скрещивает ноги, закладывает волосы за ухо и смотрит так, будто я — документ, который нужно быстро прочитать и решить: выбросить или оставить.
— Так, Элли, — говорит она. — Начнём просто. Почему работа здесь? И, пожалуйста, не говори, что «любишь людей». Я в это не верю.
Я моргаю.
Хорошо. Будем честными.
— Мне нужна подработка, — начинаю я. — Я учусь недалеко, в кампусе, на четвёртом курсе психологии. И мне нужно чем-то закрывать вечера после занятий. А тут... — я оглядываюсь на уютные стены, мягкий свет, стеклянные баночки с растениями, — тут атмосфера нормальная. Не токсичная. И спокойная.
Лора чуть поднимает бровь.
— Психология, значит... отлично. Нам как раз нужен кто-то, кто выдержит истерики дофаминозависимых студентов в понедельник.
Она делает пометку в блокноте — быструю, резкую, почти хирургическую.
— График? — спрашивает она. — Когда ты вообще жива?
— После пяти. И по выходным — свободна.
Лора хмыкает, будто проверяет мою честность на рентгене.
— И ты уверена, что не будешь валиться с ног?
— Я... — я делаю короткий вдох. — Справлюсь.
Лора кивает.
— Ладно. Опыт есть? Любой? Хот-доги, фастфуд, продажи, обеденные линии?
— Никакого, — признаюсь.
— Это хорошо.
— Хорошо?
— Ноль опыта — ноль плохих привычек, — объясняет она. — Не придётся переучивать. С Заком, например, до сих пор мучаюсь.
Она делает пару быстрых пометок. Потом — ещё один взгляд на меня.
— Ты пунктуальная?
— Стараюсь.
— В Maple & Bean «стараюсь» означает «нет». Ты пунктуальная или нет?
Я выдыхаю:
— Да. Пунктуальная.
Она кивает и закрывает тетрадь.
— Хорошо. Тогда график. Первые недели — хаос. Ты выходишь, когда мне нужно. Никаких «ой, у меня там дела». Поняла?
— Да.
— Дальше — стабильный график. Скорее всего, три дня в неделю. Возможно — четыре.
Она встаёт из-за стола.
— И последнее. Самое главное.
Наклоняется ко мне чуть ближе.
— Умеешь ли ты общаться с людьми, которых иногда хочется выкинуть через окно?
Я улыбаюсь — чуть-чуть.
— Думаю... да.
Лора смотрит ещё секунду и кивает:
— Тогда ты нам подходишь.
У меня внутри что-то облегчённо хлопает крыльями.
Но Лора поднимает палец:
— Это не означает, что ты принята. Это означает, что я дам тебе шанс. Завтра — практика. После твоих пар. Часов в шесть. Зак тебя обучит.
— Зак? — уточняю.
Она закатывает глаза:
— Да. Наш местный бариста, полу-психолог. Не обращай внимания на его шутки. Иногда он полезный.
Она направляется к двери, и я тоже поднимаюсь.
— Пошли, — говорит она, разворачиваясь. — Я тебя проведу.
Мы выходим из её кабинета в коридор. Лора идёт быстро, как человек, у которого в голове одновременно десять дел и ни одно не терпит паузы. Я едва успеваю за ней, пока она коротко бросает через плечо:
— Кофе сейчас бесплатно не наливай. Зак уже наверняка что-то выдал без разрешения.
Я смущённо улыбаюсь. Она это замечает боковым взглядом:
— Он тебе уже льстил? Или рассказывал, что «все бариста — недооценённые гении»?
— Эм... — я сжимаю пальцы на ремешке сумки. — Что-то вроде.
— Типично, — хмыкает она. — Не ведись. Он милый, но если дать ему лишнюю свободу — через неделю заведёт фан-клуб и будет принимать заявки на автографы.
Мы сворачиваем налево, и Лора лёгким движением открывает дверь обратно в зал.
Зак вскидывает голову:
— НУ ЧТО?!
Лора даже не останавливается:
— Зак, веди себя прилично. И не трогай кандидатку. Она ещё может передумать.
— Я ничего... — возмущённо начинает он, но Лора уже выводит меня ближе к выходу.
— Завтра к шести. И, Элли... — Лора осматривает меня — будто делает контрольную проверку на прочность. — Ты справишься.
Я киваю:
— Спасибо, Лора.
Она открывает мне дверь и махает ладонью, как бы выгоняя:
— Иди. Отдыхай. Завтра будет день посложнее.
⸻
Если вы читаете эту книгу, пожалуйста, поставьте реакцию со звёздочкой — так я буду видеть, что история жива и находит отклик.