VI
— У нас есть предположение, что в городе появился новообращённый, — сухо и коротко ответил мужчина, не поднимая взгляда на присутствующих. Этот вопрос он явно не имел большого желание поднимать, но предполагал, что всё же другие кланы проявят интерес.
— Я думал ты контролируешь своих, Энрике, — протянул мистер Уитмор, отлаживая приборы на стол.
Все резко замолчали, следуя примеру мистера Уитмора, и из-под лба наблюдали за хозяином дома, в ожидании ответа. Только Эглантина не опустила бокал и смотрела вдаль, но ждала его объяснений больше всех.
— Контролирую, — уверенно ответил Мауретте. — Мои люди знают законы и осознают, что последует за ними в случае их нарушений.
— Откуда же этот обращённый мог взяться? — с наигранным смехом поинтересовался Морок, раскинув руки. Его жена Франческа незаметно втянула голову в плечи, явно предчувствуя злость мужа.
— Словно вампиру сложно будет пересечь границу между соседними кланами, — немного раздражённо сказал мужчина, отчего Морок нахмурил густые брови.
— Хочешь сказать, он пришел от клана Арчера? Или може от моего? — в его словах звучала уже кипящая ярость.
— Он мог прийти из Безродных кланов, Морок.
— Но убили человека на твоей земля, Энрике.
— В чём именно вы обвиняете моего отца, мистер Уитмор? — вмешалась Тина, медленно опуская опустевший бокал. Её расслабленная поза не выдавала ни злости, ни волнение перед могущественным вампиром. Она медленно подняла взгляд на Морока, чуть наклоняя голову на бок.
Сайлас, который всё это время молча сидел и смотрел в тарелку, резко посмотрел на невесту испуганными глазами.
— Я не обвиняю твоего отца, Эглантина. Всего лишь хочу знать правду, — спокойно ответил он, умеряя вспышку гнева.
— Как только мы узнаем эту правду, обязательно сообщим вам первому, мистер Уитмор, — холодно отрезала она, поднимаясь. — Спасибо за прекрасный ужин. Отец, — девушка едва заметно склонила голову и исчезла.
Дискуссия за столом вызвала ярость у вампирши. Она не знала, как реагировать на слова отца и подозрения Морока. Больше всего злило то, что она не могла полностью отрицать слова Уитмора, но и отца подозревать из-за одной улики не имела права. Глава одного из могущественного клана лично вышел на охоту – уже звучит как бред.
Перед серьёзным разговором с отцом девушка решила освежить разум и пробежаться по лесу. Натянув на себя приталенный чёрный комбинезон с высоким горлом, она выпрыгнула из окна своей комнаты.
Лес встретил её осенней прохладой и влагой. Тишина приятно ласкала слух – даже ветер не смел мешать вампиру наслаждаться. Лунный свет едва пробивался сквозь густые кроны деревьев, сотворяя плотные тени. Она остановилась посреди рощи, полной грудью вдыхая свежий воздух сырой земли, прелых листьев и коры деревьев.
И чего-то то ещё.
Мокрой псины.
Она резко открыла глаза, осознавая, что забралась к границе территории волков. Не думая больше ни секунды, она взмыла на высокое дерево.
Она смотрела как двое крупных оборотней медленно шагали по краю поля, разделявшего землю между вампиров и оборотней. Патруль.
Степные волки, что обитали по соседству, были чуть больше обычных диких волков, но не менее быстры чем вампиры.
Вечная вражда, вечное противостояние.
Они из них остановился, принюхиваясь. Он учуял запах чужака и оскал пасть.
— Лука, что такое? — непонимающе посмотрел волк на напарника.
— Принцесса. Она здесь.
Они посмотрели на обратную сторону большого поля и увидели, как из рощи леса уверенно выходит девушка, медленно покачивая бёдрами.
Принцесса — так её прозвали среди сородичей в стае. Холоднокровная, неприступная, но ошеломляюще красивая.
Волки оскалились, не спеша, двинулись на встречу вампирше.
— Мне нужно видеть Альфу, — уверенно потребовала Тина, останавливая у самого края своей территории.
Волки обернулись людьми, представая перед ней обнажёнными.
То, что Эглантина по-настоящему ненавидела – это то, что волки были чертовски хороши собой. Тела, словно сошедшое с обложек реклам тренажорного зала: крепкие и пропорциональные. Широкие плечи, ровные спины, стальные руки и плоские животы с восьмью отчётливыми кубиками пресса. А лица – один лучше другого, чистое ходячее соблазнение. Но, к сожалению (или к счастью), из-за жгучей ненависти к оборотням, ни один из их вида не побывал между её ног. Говорят, они отличные любовники, но ужасные ревнивцы.
— Мисс Мауретте, — с усмешкой протянул один из них, подходя ближе. — Какая неожиданно приятная встреча.
— Мне некогда любезничать с тобой, волк, — кинула она, — Мне нужен Итан.
— Ты забиваешься, принцесса. Я не твой кровосос, чтобы подчиняться, — низко прорычал он, делая шаг вперёд. Теперь они стояли лицом к лицу.
— Слушай внимательно, блохастый комок шерсти, — она ткнула острым ногтем ему в обнажённую грудь. — В моей власти разобрать тебя на части за мгновение, оставив одно только упоминание о тебе в виде твоего жалкого члена, о который руки марать я не стану. Пришлю его посыльным твоей сучке домой в качестве подарка.
Она хищно улыбнулась и убрала руку, выпрямляясь. На месте царапины медленно проступила горячая алая кровь, но рана почти сразу быстро затянулась. Волк же был на грани обращение.
— Калеб, не смей, — грозно приказал Лука, видя как черты парня искажаются, принимая волчий облик.
— Калеб разозлился, — Тина изобразила притворную печаль, но затем ухмыльнулась, видя уже перед собой бурого волка. Он рычал и готов был наброситься на вампиршу. — У него явно проблемы с самоконтролем. Но ты же знаешь, какие у него реально будут проблемы, если он переступит черту, — сказала она второму оборотню.
— Эглантина, — донеслось с глубины леса с волчьей стороны.
Оборотни настороженно навострили уши, и как только на краю поляны показался человеческий силуэт, один из них немедленно склонил голову.
— Твой стиль дразнить волка, похоже, никогда не покинет тебя, ведь так? — раздался насмешливый голос.
В свете луны хищно передвигался громадный мужчина — Альфа. Он отличался от своей стаи, как и все вожаки: высокий, почти в два метра ростом, массивное, мощное телосложение, от которого сильными вибрациями исходила сила древних предков. Этой невидимой тяжестью он мог сломить и подчинить себе любое существо, но преимущественно, такому влиянию поддавались только волки и люди.
— Итан, — коротко кивнула кивнула она в ответ, не скрывая хищной улыбки.
И всё же, как бы она ненавидела оборотней, к Итану она испытывала некое уважение – пусть и хрупкое.
— Я вижу, в твоей стае далеко не все так хороши и контролируемые, — насмешливо заметила она, обводя взглядом обращённого парня, который даже не сразу осознал присутствие вожака.
— Калеб, — низко рыкнул Альфа, стоя за спиной волка. Тот, словно очнувшись ото сна, вструсил головой и обернулся к вожаку, виновато склоняя её. — Возвращайтесь к патрулированию, — тихий приказ и волки, не думая, ушли.
— Нужно поговорить, — без прелюдий сказал вампирша.
— И ,кажется, я знаю, о чём именно, — Итан сложил руки на груди, ухмыляясь. Он указал рукой в глубь леса, и та, переступив границу, последовала за волком.
— И что тебе известно? — нетерпеливо спросила она.
— Почти ничего. В тот день я отсутствовал в стае, — ответил он, поднимаясь вверх по каменистой тропе. — Мои наткнулись на беглеца во время обхода. Они учули запах крови и странного существа, находившегося поблизости.
— Существа? Это не был вампир?
— Они смогли это понять, ведь запах отличался. Словно гибрид, но неизвестного происхождения. Так как территория была ваша, они не смогли туда ступить, но оно так же услышало их и преподчло бежать. Через наши земли.
— Но вы не сумели его поймать.
Итан мрачно покачал головой.
— Мне доложили, что скорость у него была вампирская, но в процессе побега швырялся магией.
— Отродье вампира и ведьмы? Это запрещено, — резко возразила девушка, хмурясь. — За такое полагается смертельный приговор. Твои уверены в этом?
— Они — да.
— А ты?
— Вряд ли бы он сунулся на контролируемые земли одной из главных династий вампиров, зная, что он является результат запретного союза. Но и ведьмы не были послушницами наших законов. Такое ведь уже было, — спокойно заметил тот.
— И это может быть как-то связано с моей семьей, — задумчиво предположила она и затем посмотрела на оборотня. — Помоги мне выловить его.
— Эглантина Мауретте просит помощи у волков, — тихий смех послышался со стороны.
Тина сжала кулаки.
— Рано или поздно он прийдёт и на твои земли, Итан.
— Мои будут готовы.
— Тебя это это убийство беспокоит не меньше меня. Мы можем друг другу помочь, — прошипела она, теряя терпение.
— Меня оно беспокоит, потому что погиб невинный человек, а тебя — потому что это случилось на твоей земле, Эглантина. Ты пойдёшь по головам, чтобы отыскать убийцу, а мне эти головы собирать после тебя как щенок? — глаза оборотня сверкнули золотом в темноте.
— Ты будешь собирать их не после меня, волк, а после него, — порычала Тина на последок, растворяясь в ночной тьме.
Альфа ещё долго смотрел на место, где стояла принцесса, и тяжело вздохнул.
Скрещивание видов было запрещено в далёком прошлом, когда популяризация гибридов стала расти с пугающей скоростью. Особенно были опасны гибриды от ведьмы: их сила в смеси другого существа, несла разрушение не только их миру, но и миру людей. Неконтролируемые, с жаждой мести и власти над мирами, становились ходячей угрозой.
Людям иногда удавалось столкнуться с такими созданиями, и тогда они становились подопытными кроликами в человеческих руках, раскрывая миру запретную мистическую силу. Со временем главы рас приняли решение о запрете таких союзов и истребили гидридов.
Все были удовлетворены.
Кроме ведьм.
Они были слишком любвеобильны, чувственными и слишком свободными в выборе. Могли полюбить кого угодно, хоть и ковены превыше всего почитают чистоту крови.
Когда Тина вернулась в замок, он оказался необычно тихим. Управляющий, появившейся по прибытию госпожи, сообщил, что гости ушли, а отца покинул поместье. И только Лоран позволил себя остаться – он сидел у камина, лениво потягивая виски.
Тина кивнула, и решив закончить этот безумный день, поднялась к себе в комнату. Включив бра на стене, спальня в бордовых тонах погрузилась в тёплом, приглушённом свете. Медленно стянув с себя комбинезон, она накинула шёлковый халатик длинной в пол. Зайдя в просторную ванную комнату, она посмотрела в зеркало. В отражение видела себя с безупречной гладью длинных волос, которые при любом раскладе сохраняли идеальную форму. Тёмные глаза – при свете ламп в них виднелся едва заметный красный отлив, словно в них притаился тлеющий огонь.
Она устало вздохнула и стала медленно стирать макияж. Это был её успокаивающий ритуал — аккуратно стирать следы женской косметики ночью, словно смывала с себя напряжение дня.
Она скинула шёлковую ткань на пол и, переступив через неё, погрузилась в ванную. Горячая вода обняла её кожи, обволакивая, смывая за собой следы усталости, а ароматная пена заполнила пространство помещение густым, расслабляющим запахом. Тина медленно закрыла глаза и ушла в воду с головой, позволяя тишине поглотить разум.
— Где пропала? — лениво протянул Лоран, не поворачивая голову. Тина подошла к небольшому столику с алкоголем и налила бокал красного сухого вина. Лёгкая ткань халата противно прилипла к фарфоровой коже девушки, ещё влажно после нанесённого ароматного молочка.
— Морок – невыносимый вампир, поэтому, чтобы избежать скандала, решила пробежаться по лесу, — холодно ответила та, плавно опускаясь на кожаный диван напротив камина. Тихий треск успокаивал, а вино медленно дало расслабиться напряженному телу.
— Не повезло с тестем, — хмыкнул друг, внимательно разглядывая девушку. На его слова она скрывила губы в подобие усмешки и откинула голову на спинку дивана. — Люди по близости тут есть? Я проголодался.
— Роберт, — тихо позвала она старого вампира. Управляющий поместьем появилась почти мгновенно, не поднимая взгляда. — Приведи одну из девочек. Наш гость голоден, — он молча кивнул и исчез в темноте замка.
— Неплохо.
Послышались робкие шаги, и следом за мужчиной в комнату вошла молодая девушка – красивая, утончённая, с сонным выражением лица, – она послушно шагала за Робертом, боясь проронить лишний звук.
— Только не обижай девочку, Лоран. Они у нас любят нежность, — Тина осмотрела дрожащую малышку и улыбнулась.
Она прекрасно знала, что тряслась та не от страха, а от сильной волны возбуждения, которую люди ощущали рядом с вампиром. Каждая, что находилась в замке для кормления, была тут по своей воли. Держать в заложниках людей и мучить, было запрещено, – многие кланы нашли иной способ сосуществования.
— Я подарю ей одно удовольствие, — хищно улыбнулся то, обнажив удлиненные острые клыки. Тина хмыкнула и снова осталась одна. Она подняла бокал за тонкую ножку, и легко покрутила его, наблюдая как красная жидкость в света огня рисует узоры на стекле. Возможно, ей тоже не помешало немного удовольствия.
Двухэтажный особняк Томаса утопал в зелени ухоженного газона. В свете уличных фонарей дом смотрелся тускло и непримечательно, хоть и выполненный из светлого камня. Внутри царила тишина – такая, будто хозяева уже погрузились в сон, но Тину мало это интересовало. Она нажала на кнопку звонка. Резкий, пронзительный звук разрезал ночной покой.
Двери открыл сам Томас, взъерошенный, с немного сонным видом лица. По футболке, которую он одел на изнанку, было видно, что гостья разбудила его и собирался он в спешке.
— Эглантина? — от образа брюнетке глаза парня округлились и остатки сна исчезли без следа. — Что ты тут делаешь?
— Кто в доме кроме тебя? — тихо спросила она, демонстративно прикусывая губу. Взгляд Томаса непроизвольно скользнул к её рту, дыхание сбилось.
— Я один.
— Прекрасно, — прошептала она, и сделав шаг вперед, впилась в его губы страстным поцелуем, не оставляя времени на размышления. Томас пошатнулся, но почти сразу поддался, неловко отвечая, словно боялся, что всё это исчезнет, стоит ему только моргнуть.