Глава 3
Игра с временем опасна и даже автор может допустить ошибку, забудьте про строгие рамки, возраст второстепенных персонажей и мелкие детали, которые должны перекликаться с оригиналом. Читайте эту историю, здесь и сейчас
———
Кабинет профессора Люпина, 3:00.
Дверь распахнулась с таким грохотом, что со стола упала стопка пергаментов и разлетелась по полу. Люпин, до этого мирно попивавший чай у камина, вздрогнул и резко развернулся, рука уже лезла за палочкой — но увидев двух запыхавшихся рыжих демонов, лишь вздохнул.
— Уизли. — Он поставил чашку. — Если это очередной взрывной леденец в моём шкафу...
— Профессор Дарк. — Фред, не дожидаясь приглашения, плюхнулся в кресло напротив. — Вы с ней знакомы. - Это не было вопросом.
Люпин медленно опустился в своё кресло, пальцы сложил домиком. В камине треснуло полено.
— И что именно вас интересует? — спросил он уж слишком спокойно, будто ожидал всего этого.
— Всё, — вступил Джордж, присаживаясь на подлокотник. — Откуда она? Почему знает Хогвартс так хорошо? И почему...
— ...вы смотрите на неё, как на призрака? — закончил Фред.
Люпин замер. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то тёмное — старое.
— Вы слишком наблюдательны, это может навредить, — наконец сказал он. Чай в его чашке вдруг покрылся тонкой коркой льда, что заметил только Люпин. Слегка скривился и поставил чашку на стол. — Эмилия... не тот человек, в чьи секреты стоит лезть.
— Но...
— Нет. — Голос Люпина стал твёрже. — Это не игра, мальчики. Не шутка, не головоломка для ваших любопытных, молодых умов. Вы копаете под тем, что может сжечь вас заживо.
Фред открыл рот, но тут раздался стук по оконному стеклу.
Все трое вздрогнули. За стеклом, в кромешной тьме, сидела сова, а точнее то, что от неё осталось. Чистый скелет, с парой прилипших перьев. Вместо глаз пустота, а в костлявом клюве она держала конверт с одной лишь буквой: "Л".
Люпин побледнел.
— Вон. Сейчас же.
— Но...
— Я сказал — ВОН! — Он резко встал, и в этот момент тени в комнате дернулись, будто ожили.
Братья рванули к двери. Последнее, что они увидели — как Люпин дрожащими руками разрывает конверт.
Дверь захлопнулась за близнецами сама.
———
Отбежав достаточно от кабинета парни встали у стенки, пытаясь отдышаться.
— Это... было страшно, — прошептал Джордж.
Фред сжал кулаки. Под мантией жгла папка.
— Значит, мы на правильном пути.
Гриффиндорская башня, 3:30.
Джордж рухнул на кровать, даже не снимая мантии.
— Всё, я выключился. Если Люпин прав, и правда стоит держаться подальше от Дарк, то я не хочу быть тем, кто разбудит этого демона.
Фред не ответил. Он сидел на подоконнике, папка 1976 года лежала у него на коленях, освещённая колеблющимся светом лампы.
И снова документы. У Фреда мелькнула мысль рассмотреть их подробнее. Первой он взял фотографию Эмилии от 1976 года. Она стояла у леса, смеясь, с веточкой сирени в руках. Но в голубых глазах — что-то знакомое...
"Тот же огонёк, что и сейчас... Как будто время её не тронуло", — подумал парень.
На той самой записке от Люпина виднелись маленькие засохшие пятнышки. Будто кто-то капнул водой. Слёзы? Фред поежился.
Парень наконец-то перевернул страницу — и замер.
Последний лист. Дополнение к отчету Дамблдора, что был в самом начале.
"Дорогая Эмми,
Ты выбрала самопожертвование, когда бросилась в тот разлом. Но помни — даже время не властно над тем, что действительно важно.
Мы будем ждать тебя.
Всегда.
— А."
Фред захлопнул папку, когда по спине прошелся холодок. И вдруг он представил её: 16-ти летнюю, испуганную девочку, заблудившуюся во времени.
"Мы с Джорджем всегда вместе. А она... сколько лет провела в одиночестве?"
За окном мелькнула тень — но теперь это была просто белая сова. Букля.
Джордж во сне пробормотал:
— Взрывных... улиток...
Фред улыбнулся. Но в глазах у него было что-то новое — не детское любопытство, а тепло.
Луна освещала фото Эмилии, где она улыбалась, совсем как они.