Мой Паучок

Красный свет залил интерфейс его маски, окрашивая мир в цвета тревоги и крови. Это был не тот дружелюбный интерфейс, к которому он привык. Не было больше подсказок о маршруте до ближайшей пиццерии или предупреждений о превышении скорости. Исчезли маркеры нелетального урона. Вместо этого перед глазами бежали строки тактического анализа: уязвимые точки на телах врагов, траектории для нанесения максимального ущерба, расчет силы удара для перелома костей, а не для оглушения.

- Режим «Мгновенное убийство» активирован, - голос Эдит звучал холодно, лишённый даже намёка на ту искусственную эмпатию, которую в неё заложил мистер Старк. Сейчас она была просто оружием. А Питер был курком.

Он чувствовал, как меняется сама суть костюма. Наночастицы перестраивались, уплотняя броню на жизненно важных органах. Четыре «железные лапы» за спиной лязгнули, расправляясь во всю длину, их концы заострились, превращаясь в смертоносные копья.

Тишина в комнате стала оглушительной.

- Питти... - голос Уэйда прозвучал непривычно тихо. Он не шутил. Даже не пытался вставить ремарку про то, как сексуально Питер выглядит в режиме терминатора. Уилсон смотрел на него, и его линзы выражали смесь восхищения и обеспокоенности.

- Ох, ебать... - донёсся до него его шёпот. - Он не шутит. Белый, ты это видишь? Наш мальчик только что превратился в грёбаного Дарта Вейдера!

Мэтт не видел красных глаз его маски, но он слышал. Слышал, как изменилось его дыхание - стало ровным, глубоким, хищным. Слышал, как гудят сервоприводы костюма, готовые к атаке. Слышал, как его сердце перестало биться в ритме паники и застучало в ритме войны.

- Питер, - Сорвиголова сделал шаг к нему, опираясь на трость. - Подумай, что ты делаешь. Если ты перейдешь эту черту... назад дороги не будет. Ты перестанешь быть защитником. Ты станешь карателем.

- Фиск уже перешёл черту, Мэтт, - его голос, прошедший через модулятор костюма, звучал низко и искажённо, с металлическим скрежетом. - Он угрожал моим близким. Он ставил опыты на людях. Он объявил нас террористами. Я больше не буду играть в героя, который ловит воришек велосипедов. Если он хочет монстра - он его получит.

Питер подошёл к столу, где всё ещё светилась голограмма города, и смахнул её рукой.

- Эдит, какой статус «Стражей порядка»?

- Патрули усилены, - отчеканила ИИ. - Два отряда движутся в сторону Адской кухни. Ещё один блокирует мост Куинсборо. Они используют тепловизоры и дроны-перехватчики. Приказ: огонь на поражение при визуальном контакте с любой целью в костюме.

- Отлично, - он сжал кулаки, чувствуя, как металл перчаток скрипит. - Значит, они сами придут к нам.

- Ты собираешься убить их? - спросил Мэтт. В его голосе не было осуждения, только бесконечная усталость человека, который слишком много раз видел, как хорошие люди ломаются.

Питер повернулся к нему.

- Я собираюсь сделать так, чтобы они больше никогда не смогли причинить вред кому-либо. Если они выживут - им повезёт. Если нет... это их выбор. Они на стороне Фиска.

Уэйд подошёл к нему и, к его удивлению, не стал обнимать или хватать за задницу. Он просто встал рядом, плечом к плечу, и Питер почувствовал тепло его тела через броню.

- Я с тобой, малыш, - сказал он просто. - В ад и обратно. Но помни: убивать - это моя работа. Твои руки должны оставаться чистыми... ну, насколько это возможно. Оставь мокруху дядюшке Пулу.

Паркер посмотрел на него. На его маску, скрывающую шрамы, на его катаны, которые он так любил. Он пытался защитить его даже сейчас. Пытался сохранить остатки того Питера Паркера, которого он полюбил. Того, кто стеснялся целоваться и верил в добро. Но того Питера Паркера пришлось задвинуть глубоко в сознании. Он остался под завалами завода в Бронксе.

- Нет, Уэйд, - Питер покачал головой. - Сегодня мы действуем на равных.

Вылазка началась через час. Мэтт ушёл первым. Он растворился в тенях Адской кухни, чтобы собрать своих старых друзей. Джессика Джонс, Люк Кейдж, Дэнни Рэнд - если кто и мог помочь им удержать улицы, пока они идут за головой Фиска, так это Защитники. Они с Уэйдом вышли на поверхность в переулке Гарлема. Дождь, который начался вечером, превратился в ледяную крупу, секущую лицо. Но Питер этого не чувствовал. Костюм поддерживал идеальную температуру, а адреналин заглушал всё остальное.

- Куда мы, босс? - спросил Уэйд, проверяя затвор пистолета.

- Нам нужно привлечь их внимание, - ответил Паучок, глядя на небо, где кружили полицейские вертолёты. - И разделить их силы. Фиск думает, что мы будем прятаться. Что мы будем бежать. Мы покажем ему, что он ошибся.

- Люблю, когда ты говоришь как злодей из боевика 80-х, - хмыкнул Дэдпул. - Это чертовски заводит. Серьёзно, у меня под костюмом сейчас происходит маленькое восстание.

Питер проигнорировал его, выстреливая паутиной в карниз ближайшего здания.

- Эдит, найди ближайший патруль «Стражей».

- Три квартала на восток. Два броневика, шесть единиц пехоты. Идентифицированы как модифицированные субъекты класса С.

- Класс С? - переспросил Питер, приземляясь на пожарную лестницу.

- Усиленная мускулатура, подкожная броня, пониженный интеллект. Пушечное мясо, Питер.

- Понял. Уэйд, не отставай.

Они двигались по крышам, словно две тени - одна красная, другая черно-золотая (Эдит автоматически перекрасила костюм в цвета стелс-режима с золотыми вставками Железного Паука). Город внизу казался вымершим. Комендантский час, объявленный мэром «для безопасности граждан», загнал людей в дома. На улицах были только они - солдаты Фиска.
Питер и Уэйд нашли их на перекрестке 125-й улицы. Два чёрных броневика перегородили дорогу. Шестеро громил в тактической броне вытаскивали из машины какого-то парня.

- Ты похож на одного из них! - ревел один из солдат, чей голос звучал неестественно низко, словно через вокодер. - Где Человек-Паук? Говори!

Парень кричал, пытаясь вырваться. Это был просто подросток в худи с капюшоном.

- Я не знаю! Ничего не знаю! Я просто шёл домой!

Громила замахнулся, и Питер увидел, как его рука раздувается, мышцы рвут ткань униформы. И не стал ждать. С высоты четвёртого этажа он обрушился на крышу броневика. Удар был такой силы, что бронированный металл вогнулся внутрь, стёкла вылетели фонтаном осколков. Сработала сигнализация, но её вой тут же перекрыл его голос - усиленный динамиками костюма, он звучал как гром:

- Отпустите его.

Солдаты развернулись. В свете фар его силуэт с четырьмя металлическими лапами за спиной выглядел, должно быть, жутко.

- Цель обнаружена! - заорал командир отряда. - Огонь на поражение!

Они открыли огонь. Тяжёлые пулемёты, энергетические винтовки. Воздух наполнился свинцом и плазмой. В любой другой день Питер бы начал уклоняться, танцевать между пулями, шутить про их меткость, но сегодня он просто выставил руку вперёд.

- Щит, - скомандовал он.

Наночастицы мгновенно сформировали перед ним прозрачный энергетический барьер. Пули отскакивали от него, не причиняя вреда. Он шёл на них, шаг за шагом, сквозь шквальный огонь.

- Что за черт?! - завопил один из солдат, когда Паркер подошёл вплотную.

Из веб-шутера вылетел сгусток, который при ударе о землю взорвался, накрывая троих солдат густой, быстротвердеющей пеной. Они упали, склеенные друг с другом, не в силах пошевелиться.
Оставшиеся трое бросились в рукопашную. Один из них, тот самый с раздутой рукой, попытался ударить. Эдит подсветила траекторию его удара ещё до того, как он начал движение. Питер перехватил его кулак в воздухе. Металлические пальцы костюма сжались. Раздался хруст костей. Солдат завыл, но он не отпустил.

- Где Фиск? - спросил Питер, глядя в прорези его шлема. Линзы маски сузились, превратившись в алые щели.

- Пошёл ты... - прохрипел он.

Питер дёрнул его на себя и ударил головой. Шлем треснул. Солдат обмяк. Он отшвырнул его в сторону, как тряпичную куклу.
Двое других замерли. Они были модифицированы, лишены страха, но то, что они видели перед собой, ломало их программу.

- Ну же, - произнёс Питер, - кто следующий?

В этот момент сверху, с фонарного столба, спрыгнул Уэйд. Он приземлился прямо на плечи одному из солдат, вонзая катаны в сочленения брони на ключицах. Не смертельно, но так, что тот мгновенно потерял способность двигать руками.

- Сюрприз, ублюдки! - радостно проорал Дэдпул, делая сальто назад и сбивая с ног последнего противника ударом двух ног в грудь. - А вы не ждали испанскую инквизицию? Никто не ждёт испанскую инквизицию!

Всё закончилось за минуту. Шесть элитных бойцов Фиска валялись на асфальте, стоная от боли. Парень, которого они допрашивали, сидел на тротуаре, вжимаясь в стену дома и глядя на на всё расширенными от ужаса глазами.

Питер подошёл к нему. Металлические лапы за спиной втянулись обратно в костюм, а красное свечение линз сменилось на обычное белое.

- Уходи отсюда, - сказал он ему. - Иди домой и не высовывайся.

Парень кивнул, не в силах вымолвить ни слова, и побежал прочь, спотыкаясь.

- Это было... - Уэйд подошёл к нему, вытирая катаны о плащ одного из поверженных врагов. - ...интенсивно. Питти, ты ему руку сломал. В трёх местах. Я слышал хруст. Это был очень аппетитный хруст, не пойми меня неправильно, но... ты как?

- Я в порядке, - соврал он. Руки слегка дрожали, но не от страха, а от переизбытка энергии. Костюм подпитывал его силу, но он же и выкачивал эмоции, оставляя холодную пустоту. - Это только начало. Эдит, где следующий патруль?

- Питер, - голос Эдит стал тревожным. - Входящий вызов. Зашифрованный канал. Это Мэтт.

Питер коснулся виска.

- Мэтт? Ты нашел их?

- Да, - голос Сорвиголовы звучал на фоне звуков борьбы: глухих ударов и треска ломающейся мебели. - Я в баре «Джози». Джессика и Люк здесь. Мы... немного заняты. Фиск отправил сюда не обычный патруль. Здесь Меченый.

Сердце пропустило удар. Меченый. Наёмный убийца, который никогда не промахивается. Психопат, способный превратить зубочистку в смертельное оружие. Если он там...

- Мы идем, - бросил он. - Продержитесь до нашего прибытия.

- Поторопитесь, - ответил Мэтт, и связь прервалась.

Питер посмотрел на Уэйда.

- Адская кухня. Бар «Джози». Там Меченый.

Глаза Дэдпула расширились.

- О-о-о, этот парень с мишенью на лбу? Я всегда хотел спросить, зачем он её нарисовал. Типа: «Стрелять сюда, пожалуйста»? Погнали, Питти! Я давно не дрался с кем-то, кто может попасть мне в глаз скрепкой!

Питер выпустил паутину, взмывая в небо.

- Эдит, максимальная скорость. Отключить лимиты на манёвры.

- Принято. Держитесь крепче, Питер.

Они неслись над городом. Питер чувствовал, как меняется ритм ночи. Это больше не было патрулированием. Это была война за улицы. И первый бой они выиграли. Но главная битва была ещё впереди.

Бар «Джози» - злачное место, где обычно пахло дешёвым пивом и безысходностью. Сегодня там пахло смертью. Когда он с Уэйдом ворвались внутрь (Питер - через окно второго этажа, Уэйд - просто выбив главную дверь с криком «Доставка пиццы!»), внутри царил хаос. Люк Кейдж, непробиваемый человек-гора, держал оборону у барной стойки. Его желтая футболка была изорвана, но кожа, твёрдая как алмаз, выдерживала попадания пуль. Он швырял бильярдный стол в группу солдат Фиска, словно это была картонная коробка. Джессика Джонс была в центре зала. Она дралась грязно и эффективно - ломала колени, швыряла врагов друг в друга. Она выглядела уставшей, на скуле был порез, но в её глазах горела ярость. Мэтт Мёрдок сражался с человеком в тёмно-синем костюме с белой мишенью на маске. Меченый. Он двигался с невероятной скоростью, швыряя в Сорвиголову всё, что попадалось под руку: осколки стекла, ножи, дротики для дартса. Мэтт отбивал их, но Питер видел, что он ранен - плечо кровоточило, движения стали чуть медленнее.

- Эй, мишень! - крикнул Уэйд, вскидывая пистолеты. - Ты занял моё место в списке «Самые надоедливые ублюдки в спандексе»!

Уилсон открыл огонь. Меченый, даже не оборачиваясь, подхватил с пола металлический поднос и, используя его как щит и зеркало одновременно, отразил пули обратно в Уэйда. Дэдпул вскрикнул, когда его собственные пули прошили ему бедра.

- Сука! - он упал на колени, но тут же начал ползти вперёд, вытаскивая катаны. - Это было грубо!

Питер не стал тратить время на разговоры. Выстрелил двумя потоками паутины, приклеивая руки Меченого к стенам.

- Ты закончил, - сказал он, приземляясь между ним и Мэттом.

Меченый рассмеялся. Это был холодный, безумный смех.

- Паучок... Фиск сказал, что ты придёшь. Он очень хотел, чтобы я передал тебе привет.

Он дёрнул руками. Питер думал, паутина удержит его, но не учёл одного. Из рукавов его костюма выскочили лезвия, разрезая паучьи сети. В следующую секунду он уже был свободен. В его руках блеснули карты. Обычные игральные карты. Он метнул их. Эдит сработала мгновенно: «Угроза. Траектория перехвата...» Паучок уклонился, но одна карта чиркнула по боку, разрезая нано-броню так, словно это была бумага. Адамантиум? Или вибраниум? Откуда у Фиска такие технологии?

- Твой костюмчик дорогой, - ухмыльнулся Меченый, жонглируя ножами. - Но у Кингпина бюджет больше.

Он бросил ножи. Три сразу. Один в Питера, один в Мэтта, один... в Джессику, которая стояла спиной, отбиваясь от солдата. Время замедлилось. Паучок мог отбить нож, летящий в него. Мог закрыть Мэтта. Но Джессика... она была слишком далеко.

- Нет! - закричал он.

Он выпустил паутину и дёрнул Джессику на себя. Нож просвистел в миллиметре от её лица и вонзился в горло солдату, с которым она дралась. Но этот манёвр открыл его. Меченый воспользовался моментом, подхватил со стола разбитую бутылку и швырнул её. Осколок вонзился в бедро, пробив броню в месте сочленения.

Питер упал, зашипев от боли. Нога онемела.

- Питер! - крикнул Мэтт, бросаясь на Меченого.

Он ударил Сорвиголову ногой в грудь, отбросив его на барную стойку, а затем развернулся к нему. В его руке был пистолет. Обычный пистолет, но в руках Меченого он был страшнее гаубицы.

- Фиск велел принести твою голову, - сказал он, прицеливаясь. - Ничего личного, малыш. Мы просто выполняем приказы.

Питер смотрел в дуло пистолета. Эдит кричала в ухо:

«Системы повреждены. Регенерация щита на данный момент невозможна. Уклонение...»

Он не успевал.

Выстрел.

Но боли не последовало. Вместо этого перед ним возникла красно-чёрная фигура. Уэйд. Он прыгнул, закрывая его собой. Пуля ударила Уилсона прямо в лоб, пробив маску. Он рухнул на Питера, тяжёлый и безжизненный.

- Уэйд!!! - его крик, казалось, сотряс стены бара.

В этот момент что-то внутри оборвалось. Окончательно. Словно последняя нить, удерживающая его от падения в бездну, лопнула. Он знал, что тот регенерирует. Но видеть его вот так... с дырой во лбу... из-за него...
Питер медленно поднялся. Боль в ноге исчезла. Страх исчез. Осталась только тьма.

- Эдит, - произнёс он голосом, который не узнал сам. - Активировать протокол «Берсерк». Вся энергия на атаку. Отключить болевые рецепторы.

- Питер, это смертельно опасно... - попыталась возразить ИИ.

- Выполнять!

Костюм вспыхнул. Золотые вставки почернели. Глаза загорелись не просто красным - они полыхнули белым огнем ярости. Из спины вырвались все четыре лапы, но теперь они вращались, как лопасти мясорубки.

Меченый перестал улыбаться. Он сделал шаг назад.

- Что за...

Питер не дал ему закончить, рванув к нему. Он попытался бросить кинжал, но Паркер был быстрее, схватив его за горло и подняв над землей. Он пытался ударить, но «лапы» перехватили его руки и ноги, распяв его в воздухе.

- Ты любишь бросать вещи? - прорычал Питер ему в лицо. - Давай посмотрим, как далеко полетишь ты.

Он швырнул его через весь бар. Меченый пролетел сквозь стену, пробив кирпичную кладку, и вылетел на улицу. Питер вышел за ним через пролом. Дождь бил по броне, смывая кровь Уэйда. Меченый пытался встать, кашляя. Он был сломан. Испуган.

- Ты не человек... - произнёс он, глядя на него снизу вверх.

- Нет, - согласился Питер, выпуская когти на руках. - Я Паук. И ты попал в мою сеть.

Он занёс руку для удара. Это был бы конец. Один удар - и Меченого больше не будет. Одной угрозой меньше.

- ПИТЕР!

Голос Мэтта. Он стоял в проломе стены, опираясь на Люка Кейджа.

- Не делай этого! - крикнул он. - Если ты убьёшь его сейчас, Фиск победит! Он докажет всем, что ты монстр!

Питер замер. Когти дрожали в сантиметре от шеи убийцы.

- Он убил Уэйда, - прорычал он, не оборачиваясь.

- Твой Уэйд встанет через пять минут, - спокойно сказал Люк своим глубоким басом. - Ты знаешь это. А вот твоя совесть... она не регенерирует, парень.

Питер тяжело дышал. Ярость требовала крови. Но где-то глубоко внутри, под слоями гнева и боли, всё ещё жил тот Питер Паркер, которого воспитали Бен и Мэй. Тот, кого любил Уэйд.

«Ты делаешь меня лучше, Питти», - звучал в голове голос Уэйда.

Паучок медленно опустил руку. Лапы за спиной втянулись. Костюм вернул обычные цвета.

- Свяжите его, - бросил Люку и Джессике. - И доставьте в полицию. Анонимно. С запиской и доказательствами его преступлений.

Затем вернулся в бар.

Запах озона, палёной проводки и дешёвого алкоголя висел в воздухе плотной пеленой, забивая ноздри даже сквозь фильтры маски. Питер стоял посреди разрушенного бара «Джози», чувствуя, как адреналин, ещё минуту назад кипевший в венах расплавленным свинцом, теперь превращается в ледяную крошку. Его руки, опущенные вдоль тела, мелко дрожали. Это была не усталость и не страх перед врагом - это был ужас от самого себя. Он смотрел на свои ладони, обтянутые высокотехнологичной тканью костюма Старка. Всего несколько мгновений назад эти руки были готовы сомкнуться на горле человека и раздавить его трахею. Он был готов убить. Не в пылу самообороны, не случайно, а намеренно, с холодной, расчётливой жестокостью. Если бы не голос Мэтта, пробившийся сквозь красную пелену ярости, Меченый был бы мёртв.

Питер поднял взгляд. Джессика и Люк заканчивали связывать бессознательного убийцу проводами от вырванной музыкальной колонки. Они работали молча, профессионально, но Питер чувствовал их напряжение. Они видели, на что он способен. Видели монстра, который на секунду выглянул из-под маски «Дружелюбного соседа». Но больше всего Питера волновал не их взгляд. Он медленно повернул голову к Уэйду.

Наёмник сидел на полу, привалившись спиной к уцелевшему куску барной стойки. Дырка в его маске, прямо посередине лба, выглядела жутко - края ткани были опалены и пропитаны кровью, которая уже начинала подсыхать. Под маской, Питер знал, плоть срасталась, кости черепа вставали на место с тошнотворным влажным звуком, который, казалось, был громче сирен, воющих где-то вдалеке.

- Питти... - голос Уэйда был слабым, хриплым, но в нём всё ещё теплилась та самая неистребимая искра жизни. - Ты перестал светиться красным. Это хорошо. Красный - это мой цвет, тебе больше идёт синий. Успокаивает.

Питер сорвал с себя маску, жадно глотая спёртый воздух. Ему нужно было чувствовать реальность кожей, нужно было убедиться, что он всё ещё человек, а не машина для убийства. Он упал на колени рядом с Уэйдом, не обращая внимания на битое стекло, впивающееся в колени сквозь ткань костюма.

- Прости меня, - прошептал Питер, его голос сорвался. Он протянул руку, желая коснуться Уэйда, но замер в миллиметре от его плеча, боясь причинить боль.- Я... я потерял контроль.

Уэйд перехватил его руку своей - липкой от крови, но тёплой и живой. Он сжал пальцы Питера с удивительной силой.

- Эй, малыш. Посмотри на меня. Я здесь. Я в порядке. Ну, технически, у меня сейчас в голове каша из нейронов, и я вижу трёх Люков Кейджей, что, кстати, довольно горячо, но я жив. Ты меня не потерял.

- Я чуть не стал убийцей, Уэйд. Я хотел его уничтожить. Я наслаждался этой мыслью...

- Добро пожаловать в клуб, - Уэйд криво усмехнулся под маской. - Но ты остановился. Это и отличает тебя от меня. И от Фиска. Ты остановился, малыш.

К ним подошёл Мэтт. Он выглядел измотанным: костюм был порван в нескольких местах, лицо в ссадинах, но он держался прямо.

- Нам нужно уходить, - сказал Сорвиголова, поворачивая голову к выбитой двери. - Полиция Фиска будет здесь через две минуты. Если они найдут нас здесь с Меченым, они не будут арестовывать. Они откроют огонь на поражение.

Питер кивнул, заставляя себя собраться. Сейчас не время для самобичевания. У них есть миссия. У них есть команда.

- Куда? - спросил Люк, легко закидывая связанного Меченого на плечо, словно тот был мешком с картошкой. - В мою контору нельзя, там всё прослушивается.

- Есть одно место, - подала голос Джессика, отряхивая пыль с кожаной куртки. - Старый склад на Манхэттене. Элиас использовал его как архив, но сейчас он пуст. Там нет камер, толстые стены и, что самое главное, есть запасной выход в канализацию.

- Веди, - сказал Питер, надевая маску обратно. Интерфейс на мгновение мигнул красным, напоминая о режиме «Берсерк», но Питер мысленным усилием отогнал этот образ. - Эдит, проложи маршрут с наименьшим количеством камер наблюдения. Мы исчезаем.

Они двигались по крышам, тенями скользя в ночи. Питер держался рядом с Уэйдом, готовый в любой момент подхватить его, если регенерация даст сбой, но наёмник держался молодцом, лишь изредка тихо ругаясь, когда прыжки отдавались болью в свежесросшемся черепе. Склад оказался именно таким, как описывала его Джессика: пыльным, мрачным, заваленным старыми коробками, но сухим и безопасным. Люк сбросил Меченого в углу и приковал его наручниками к толстой трубе отопления.

- Он очнётся не скоро, - заметил Кейдж, проверяя прочность трубы. - Я приложил его от души.

Питер опустился на ящик, чувствуя, как адреналин окончательно покидает тело, оставляя после себя свинцовую тяжесть. Он смотрел на свою разношёрстную команду. Защитники. Люди, которые годами держали оборону улиц Нью-Йорка, пока Мстители сражались с инопланетянами. И Уэйд. Безумный, непредсказуемый, но самый преданный человек, которого Питер когда-либо знал.

- У нас есть сутки, - нарушил тишину Мэтт. Он стоял у заколоченного окна, вслушиваясь в звуки ночного города. - Завтра выборы. Фиск планирует свою коронацию.

- У нас есть доказательства его экспериментов, - сказал Питер, доставая из потайного кармана флешку, на которую Эдит скопировала данные с завода. - Видеозаписи, схемы, списки подопытных. Если мы опубликуем это...

- Этого мало, - перебила Джессика, открывая бутылку дешёвого виски, которую нашла в одном из шкафов. - Фиск контролирует медиа. Он назовёт это дипфейком, провокацией, атакой террористов. Половина города уже считает тебя врагом народа, Паркер. Твоё слово против слова «спасителя Нью-Йорка».

- Джессика права, - кивнул Люк. - Нам нужно не просто слить информацию. Нам нужно сорвать ему выборы так, чтобы никто не смог это игнорировать. Нам нужно вывести его из себя. Заставить его показать своё истинное лицо перед камерами в прямом эфире.

- Он будет выступать завтра вечером на Таймс-сквер, - сказал Уэйд. Он уже стянул маску и теперь с аппетитом поедал найденный в кармане протеиновый батончик. Дырка во лбу затянулась, оставив лишь розовый шрам, который быстро бледнел. - Огромная сцена, куча народу, фейерверки. Идеальное место для злодейского монолога.

- И идеальное место для ловушки, - заметил Питер. - Он будет ждать нас. «Стражи порядка» тоже будут там. Снайперы, охрана, может быть, ещё какие-то сюрпризы из его лаборатории.

- Поэтому мы не будем атаковать его в лоб, - Мэтт повернулся к ним. На его губах играла лёгкая улыбка. - Мы ударим по его фундаменту.

- Ванесса? - спросил Питер, вспоминая их прошлый разговор.

- Нет, - покачал головой Мэтт. - Деньги. И репутация. Фиск купил этот город. Но чеки всё ещё хранятся.

Питер нахмурился, пытаясь уловить мысль Сорвиголовы.

- Ты хочешь ограбить Кингпина?

- Я хочу обесточить его империю, - Мэтт подошёл к столу, заваленному старыми картами. - Уэйд, ты говорил, что умеешь копаться в даркнете. Сможешь найти счета его подставных фирм? Тех, через которые он финансирует «Стражей» и подкупает чиновников?

- Пф-ф, обижаешь, рогатый, - фыркнул Дэдпул. - Дай мне ноут и полчаса, и я узнаю даже, какого цвета трусы он носил в первом классе.

- Отлично, - кивнул Мэтт. - Пока Уэйд занимается цифровой частью, нам нужно физическое доказательство. Оригиналы документов. Они хранятся в пентхаусе Фиск-Тауэр.

- В башню не попасть, - скептически заметил Люк. - Там охрана лучше, чем в Пентагоне.

- Для человека - да, - Мэтт повернул голову в сторону Питера. - Но не для паука.

Питер почувствовал, как все взгляды устремились на него. Он глубоко вздохнул, ощущая, как внутри снова поднимается волна неуверенности. Сможет ли он? После того, как чуть не сорвался?

- Я сделаю это, - твёрдо сказал он. - Но мне нужна помощь. Отвлечение.

- О, это по моей части! - Джессика хрустнула костяшками пальцев. - Я и Люк можем устроить шум у парадного входа.

- А я? - спросил Уэйд, откладывая пустую обёртку.

- Ты останешься здесь, - сказал Питер, опережая Мэтта. - Ты будешь нашими глазами и ушами в сети. И ты будешь охранять доказательства.

Уэйд надулся.

- Ску-у-ука. Я хотел покрошить кого-нибудь в капусту.

- Уэйд, - Питер подошёл к нему и положил руку на плечо. - Пожалуйста. Я не могу... я не могу снова видеть, как тебя убивают. Мне нужно знать, что ты в безопасности. Чтобы я мог сосредоточиться.

Взгляд Уэйда смягчился. Он накрыл ладонь Питера своей.

- Ладно, босс. Буду твоим хакером в кресле. Но если кто-то обидит моего мальчика - я выйду из отставки быстрее, чем ты скажешь «чимичанга».

- Договорились.

Следующие несколько часов прошли в лихорадочной подготовке. Джессика и Люк обсуждали тактику боя. Мэтт медитировал. Уэйд, чудом раздобывший ноутбук (Питер предпочёл не спрашивать, где), яростно стучал по клавишам, периодически хихикая над чем-то на экране. Питер сидел в стороне, занимаясь починкой костюма. Эдит работала на резервном питании, восстанавливая повреждённые системы. Он смотрел на красную ткань маски в своих руках и думал о Тони. О том, что бы он сказал сейчас. «Ты облажался, пацан? Хорошо. Теперь исправь это».

- Питер? - тихий голос Уэйда заставил его вздрогнуть. Наёмник подсел рядом. Он уже закончил первый этап взлома и теперь просто наблюдал за Питером. - Ты как? - спросил он. - И не смей говорить «нормально». Я видел твои глаза там, в баре. Ты был там, в той темноте, где я живу постоянно.

Белый (устало, с сигаретой в зубах, которую он даже не может курить):

[Ну всё, пиздец. Он сейчас начнёт душу выворачивать. Скоро заплачет. Ставлю ящик пива, что через минуту будут сопли по подбородку.]

{О-о-о, какая красивая боль в его глазах... Он же почти плачет, Уэйди, ты видишь? Это же чистейшая романтика страдания! Мы сейчас будем его спасать, как рыцарь в красном трико с дырками! Я уже чувствую, как у меня в груди бьётся пять сердец сразу!}

Питер отложил маску и посмотрел на свои руки.

- Я испугался, Уэйд. Не Меченого. Не Фиска. Себя. Когда я активировал тот режим... это было так легко. Слишком легко. Вся боль, весь страх, вся ответственность - они просто исчезли. Осталась только цель и средство её устранения. Я чувствовал себя богом. И это было отвратительно.

[Ага, добро пожаловать в «я могу убить всех и мне похуй». Знакомое чувство, да? Только у него ещё и совесть осталась. У нас её сожрали с потрохами ещё в первой лаборатории.]

Жёлтый (восторженно, чуть не плачет от умиления):

{Но он же сказал «отвратительно»! Он сказал ЭТО слово! Он всё ещё наш хороший мальчик! Он не хочет быть богом, он хочет быть ПИТЕРОМ! О боже, я сейчас кончу от этой чистоты души, Уэйд, держи меня!}

- Власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно, - процитировал Уэйд, неожиданно серьёзно. - Но знаешь, в чём разница между тобой и богом? Бог не сомневается. А ты сейчас сидишь здесь и ешь себя поедом за то, что почти сделал.

[О, цитата. Серьёзно, Уэйд? Ты сейчас будешь пиздец каким умным? Он и так уже на грани нервного срыва, а ты ему лорда Актон втираешь. Может, ещё Ницше почитаем, а? «Бог мёртв, и мы его прикончили», ха-ха, бля.]

{Но как красиво он это сказал... «Ты ешь себя поедом»... Это же почти поэзия! Он видит его боль и хочет обнять. Я хочу, чтобы они сейчас поцеловались. Нет, серьёзно, прямо сейчас. Поцелуйтесь, суки, я не выдержу!}

Дэдпул взял лицо Питера в свои ладони, заставляя смотреть прямо в глаза.

- Твоя совесть - это не слабость, Питти. Это твоя суперсила. Покруче паутины и чутья. Именно она не дала тебе добить того ублюдка. И именно она не даст тебе превратиться в такого, как Фиск. Ты им никогда не станешь, будь уверен.

[...ну хоть раз в жизни сказал что-то не совсем тупое. Может, и правда не всё потеряно. Хотя я всё равно ставлю на то, что мы всё равно всё заебём.]

{Я объявляю вас мужьями! Где кольца? Где торт? Где белые голуби, мать вашу?!}

- А если я снова сорвусь? - прошептал Питер. - Если Фиск сделает что-то... с Мэй? С тобой?

- Тогда мы будем рядом, - просто ответил Уэйд. - Я буду рядом. Я буду твоим якорем, твоим парашютом, твоей подушкой безопасности. Я приму удар на себя, если понадобится. Но я не дам тебе упасть.

Питер почувствовал, как к горлу подкатил ком. Он подался вперёд и уткнулся лбом в плечо Уэйда.

- Спасибо.

[Не благодари. Просто... не ломайся, мелкий. Нам и без того хуёво.]

- Не за что, спайди-бой. А теперь давай сделаем этот город снова великим. Или хотя бы чуть менее дерьмовым.

Утро выборов выдалось серым и дождливым, словно сам Нью-Йорк оплакивал свою судьбу. Но город жил. Улицы были заполнены полицией и отрядами «Стражей порядка». Плакаты с лицом Фиска висели на каждом столбе.

- Проверка связи, - голос Мэтта прозвучал в наушнике. - Все на местах?

- На позиции, - отозвалась Джессика. Она и Люк находились в квартале от Фиск-Тауэр, готовые устроить дебош.

- Я в сети, - отрапортовал Уэйд из убежища. - И, ребята, вы не поверите, какие транзакции я тут нарыл. Фиск платит судьям больше, чем я трачу на порно. А это, поверьте, астрономические суммы.

- Питер? - позвал Мэтт.

Он стоял на шпиле Крайслер-билдинг, глядя на башню Фиска. Ветер трепал плащ, который он одолжил у Мистерио... шутка. Ветер просто трепал нервы.

- Я здесь, - ответил Питер. - Готов.

- Начинаем по моей команде, - сказал Мэтт. - Люк, Джесс - ваш выход.

Внизу, у подножия башни Фиска, раздался взрыв. Это Люк перевернул фургон. Началась паника. Охрана Фиска, «Стражи», полиция - все стягивались ко входу.

- Внимание, отвлечение сработало, - голос Эдит был спокойным и деловым. - Внешний периметр ослаблен. Окно возможностей - четыре минуты.

- Пошёл, - шепнул Паучок.

Он спрыгнул со шпиля, складывая тело в стремительном пике. Ветер свистел в ушах. Питер чувствовал себя пулей, выпущенной из ствола. За секунду до столкновения с землёй выпустил паутину, создавая дугу, и влетел на ней прямо к верхним этажам башни. Окна пентхауса были бронированными, но не для его модифицированных веб-шутеров. Он использовал кислотную паутину, чтобы прожечь стекло, и бесшумно проник внутрь. Офис Фиска был огромен и пуст. Минимализм, дорогое дерево, картины, стоящие миллионы. И тишина.

- Эдит, сканируй помещение. Сейф.

- Сканирование... Сейф обнаружен за картиной «Белое на белом». Классика. Но, Питер, я фиксирую движение в смежной комнате

Он замер, прилипнув к потолку. Дверь открылась, и в кабинет вошла женщина. Высокая, элегантная, в белом платье.
Ванесса Фиск. Она не выглядела испуганной. Она подошла к столу мужа, взяла бокал с водой и сделала глоток. Затем она подняла глаза, глядя прямо на то место на потолке, где он прятался.

- Вы можете спуститься, Человек-Паук, - произнесла она спокойным, бархатным голосом.- Я знаю, что вы здесь.

Он отлепился от потолка и приземлился перед ней.

- Миссис Фиск. Я не хочу причинить вам вред.

- Я знаю, - она улыбнулась, и эта улыбка была пугающе похожа на улыбку её мужа. - Вы ведь герой. Вы не бьёте женщин. Даже если эти женщины - жёны монстров.

- Где документы? - спросил он прямо. - Оригиналы. Те, что связывают вашего мужа с экспериментами и убийствами.

Ванесса подошла к картине, нажала на незаметную панель, и полотно отъехало в сторону, открывая массивный сейф.

- Они здесь, - сказала она. - Но вы их не получите.

- Почему? Вызовете охрану? Они заняты внизу.

- Нет, - она покачала головой. - Потому что Уилсон знал, что вы придёте. Он ждал этого.

В тот же миг стены кабинета дрогнули. Стальные ставни с грохотом опустились на окна, отрезая путь к отступлению. Дверь заблокировалась.

- Эдит, взлом системы! - крикнул Питер.

- Блокировка внешнего управления, Питер. Сигнал глушится. Мы отрезаны.

Ванесса спокойно отошла в сторону. Из скрытых панелей в стенах выдвинулись турели. И не просто пулеметы. Это были звуковые пушки. Технология Старка, которую украл Стервятник, но усовершенствованная.

- Мой муж передаёт вам привет, - сказала Ванесса.

Пушки активировались. Волна звука ударила, как физический молот. Питер упал на колени, зажимая уши, хотя это не помогало - звук вибрировал в каждой кости, в каждом нерве. Костюм пытался компенсировать давление, но системы отказывали одна за другой.

- Критический сбой сенсоров... Потеря ориентации... - голос Эдит тонул в белом шуме.

Он пытался встать, но ноги не слушались. Перед глазами плыли круги. Он видел, как Ванесса достаёт телефон и набирает номер.

- Он у нас, дорогой, - сказала она в трубку. - Можешь начинать выступление.

Фиск победил. Он заманил его в ловушку, используя его же самоуверенность. Друзья внизу сражаются, а он заперт здесь, беспомощный, как муха в стакане.

«Нет, - подумал он, стискивая зубы так, что они заскрипели. - Не сегодня».

Он вспомнил слова Уэйда. «Я буду твоим якорем». Он не один. У него есть команда, которой он нужен. Есть близкие, которых он должен защитить. Сквозь боль и дезориентацию потянулся к поясу. Там был маячок. Старый, аналоговый, который Мэтт дал ему перед выходом. «Если всё пойдёт к чертям, нажми кнопку. Это сигнал на частоте, которую глушилки Фиска могут пропустить».

Он нажал кнопку.

Внизу, на улице, где Люк Кейдж использовал фонарный столб как бейсбольную биту, отбиваясь от «Стражей», Мэтт Мёрдок замер посреди хаоса. Он услышал сигнал. Высокий, пронзительный писк, который не слышал никто, кроме него.

- Он в беде, - крикнул Мэтт. - Ловушка в пентхаусе!

- Я зна-а-а-ал! - голос Уэйда в наушнике был переполнен паникой. - Я потерял сигнал с костюма Питера! Его глушат!

- Джесс, Люк, мне нужно наверх! - крикнул Мэтт. - Подбросьте меня!

- С удовольствием! - Джессика и Люк схватили Сорвиголову и швырнули его в воздух.

Мэтт выпустил свой трос, зацепившись за выступ здания. Он начал карабкаться вверх, быстрее, чем когда-либо. Тем временем в убежище Уэйд смотрел на экран ноутбука, где мигала надпись «Связь потеряна». Его пальцы впились в край стола.

- Ну уж нет, жирдяй, - прорычал он. - Ты не заберёшь его у меня.

Дэдпул вытащил из-под стола странное устройство, собранное из тостера, старого радио и каких-то проводов.

- Белый, ты уверен, что это сработает?

[Теоретически - да. Это электромагнитный импульс направленного действия. Если подключиться к городской сети... ]

{Мы вырубим свет во всём районе! Это будет как в том фильме, где все застряли в лифте и начали есть друг друга! Только вот я забыл название}

- Плевать на район, - Уэйд воткнул штекер в розетку. - Главное - вырубить турели. Держись, Питти. Папочка идёт на помощь.

В пентхаусе звук нарастал, разрывая мозг на части. Питер чувствовал, как из носа течёт кровь. Сознание ускользало. И вдруг - тишина. Резкая, абсолютная тишина. Свет погас. Турели замолкли, их стволы безжизненно опустились.

Ванесса вскрикнула в темноте:

- Что происходит?!

- Перезагрузка, - прохрипел он, поднимаясь на дрожащих ногах. - Эдит, свет!

Светодиоды на груди вспыхнули, разрезая тьму. Он увидел Ванессу, прижавшуюся к стене. Сейф всё ещё был открыт. Питер выстрелил паутиной, выхватывая папку с документами прямо из сейфа.

- Спасибо за гостеприимство, миссис Фиск, - сказал он, чувствуя, как силы возвращаются. - Но мне пора на вечеринку к вашему мужу.

В этот момент бронированное стекло окна разлетелось вдребезги. В комнату влетел Мэтт Мёрдок, приземлившись в кувырке.

- Ты как? - спросил он.

- Живой, - выдохнул Паркер. - И у меня есть документы.

- Уэйд вырубил электричество в половине Манхэттена, - усмехнулся Мэтт. - На Таймс-сквер сейчас темно, как в заднице. Выступление Фиска сорвано. Но это ненадолго.

- Мы идём туда. И мы покажем городу правду.

Он посмотрел на Мэтта.

- Готов прокатиться?

Мёрдок ухмыльнулся.

- Не урони меня, Паук.

Он подхватил Сорвиголову одной рукой и выпрыгнул в небо Нью-Йорка, сжимая в другой руке папку, которая могла уничтожить короля преступного мира раз и навсегда.