Глава десятая
— Вам надо поговорить всем и высказаться,— объяснял полненький мужчина в очках,— Джеюн, ты у меня не первый раз, не надоело? Неужели подросткомый максимализм не прошёл?
Шатен не стал ничего отвечать, ведь прекрасно понимал, что декан прав. Но что он может сделать, если характер такой? Парень не может управлять своими эмоциями, скорее они им управляют, выключая ему разум.
Парни вышли из кабинета и хотели пойти на пары, однако их ожидала в коридоре Дживон. Девушка стыдливо опустила глаза, не зная, как бы всё рассказать им всем. Ведь своими чувствами она не только навредила Джеюну, но и Сонхуну и его друзьям. На этот раз надо точно со всем этим покончить, чтобы больше не было никаких проблем и никто ни от кого ничего не скрывал. Лучше ведь всё сразу сказать, чем это само всплывёт и последствия будут куда хуже.
Направив троих к двору школы и сев на скамейку, Пак думала, что и они сядут, но те решили просто постоять напротив. Вздох и попытка разложить все мысли по полочкам. Это было куда труднее, чем кажется, поскольку ситуация слишком идиотская и глупая, объяснение к которой не менее глупое, этим и сложное.
— Ребят, простите, что заварила всю эту кашу,— начала девушка, а за спинами парней увидела ищущего, видимо, друзей Сонхуна. Наконец он увидел их и подбежал, удивляясь всему этому составу. На плечах не было рюкзака, значит, что он был на паре, но из-за отсутствия друзей решил выйти и поискать их,— Джеюн, прости, но нам действительно надо разойтись. Твоё отношение ко мне было неприятным для меня, ты часто говорил обидные вещи в мою сторону. И мне с тобой стало некомфортно.
— А мы тут, блять, при чём?!— раздражённо спросил Джей, желай уже уйти от этого дурдома.
— Джейку казалось, что мы отдаляемся друг от друга из-за вас,— объяснила Пак, прекрасно зная, что было в голове у шатена,— и это было частично правдой. Ведь мне понравился другой и взгляд на наши отношения стал намного яснее без розовых очков.
Шим тут же напрягся, понимая, что все его подозрения были не напрасны. Поэтому он стрельнул злым взглядом на трёх парней. Хисыну вообще было уже плевать на всё происходящее, Чонсон же хотел просто набить лица Джеюну и Дживон за их тупость, а Сонхун вот волновался, явно не желая афишировать перед ними всё это.
— И теперь я бы хотела сказать, что мне нравится Сонхун,— выдала блондинка, после чего третьекурсник агрессивно сжал кулаки, но при этом сдерживаясь, чтобы не избить брюнета, который громко взглотнул и отвернулся от всех,— и очень надеюсь, что это взаимно.
Пак не стал ничего говорит, не имея никакого желания обсуждать это. Вчера он сказал, что ему нравится Дживон, но сейчас он сильно сомневается в своих словах. Он ничего не чувствует, кроме дискомфорта из-за слов девушки. Для неё любовь это словно игра, когда надоест — может удалить и скачать другую, а для Пака это что-то заоблочное. Как он может почувствовать столь сильное чувство, не умея даже чувствовать счастье дольше, чем минуту?
— Это полный идиотизм, пошлите,— недовольно произнёс блондин, но его за запястье схватила Джи, явно желая что-то договорить, но через чур пугающий взгляд соколиных глаз заставил засомневаться в том, что она действительно хочет договорить,— отвали со своим парнем уже от нас, а ни то мне придётся увести его у тебя и ты останешься ни с чем.
— Это не взаимно,— тихо произнёс Сонхун и пошёл за другом, пряча руки в карманах джинс.
Одно предложение и весь мир внутри рухнул. Бабочки в животе умерли, а розовые очки окончательно разбились. Вчера он её обнимал и говорил о том, что рядом с ней чувствует себя по-особенному необычно, а сейчас просто рушит все надежды. Упав на колени и пряча лицо руками, Пак начинает поддаваться эмоциям.
Шим посмотрел на девушку сверху вниз и вздохнул. Ему трудно понять, что сейчас чувствует. Она ему всё рассказала и отказалась от него, а что же сам Джейк хочет? Может он сейчас её поддержит и она полюбит его? Нет, маловероятно. Сама ведь виновата, надо думать головой и смотреть на это всё с трезвой точки зрения, а не опьянённой своими же чувствами.
— Пошли, малыш,— шатен снял с себя куртку и накинул на плечи девушки, помогая ей подняться и дойти до здания.
Перерыв после второй пары был мучением для Хисына и его друзей, поскольку они дико хотят поесть, но не хотят сталкиваться с двумя особями женского пола и парнем одной из них. Вероятно, что уже бывшим. Но сути это не меняет, он от этого только сильней будет их ненавидеть. А ведь кушать хочется.
— Слушай, у тебя не было никаких фанаток, номер которых у тебя есть?— спросил Хисын, а Сонхун прыснул, закатывая глаза,— нет, правда, где вон та, с которой ты общался в прошлом году?
— Серим? Мы не общаемся уже,— пожал плечами брюнет и встал с места,— чёрт с этими бабами, пошлите кушать, а ни то я сожру ногу Чонсона.
— Это кто ещё чью ногу сожрёт!— возмутился брюнет и защёлкал зубами, как бы угрожая.
Ли засмеялся и пошёл с друзьями. Они решили, что столовая не подходит, лучше сходить в ближайший магазин, где просто закупятся батончиками и прочими сладостями. Так всё и произошло, сев на скамью возле главного входа в университет, парни просто молча сидели и ели то, что купили. Рядом с Чонсоном сел кто-то, однако блондин даже и не сразу заметил, чем заставил брюнетку привлечь внимание Джея, щёлкнув пальцем и положив голову на его плечо. Появление именно этой дамы заставило троих напрячься, а Хисын спрятал еду, зная, что Ирон любит сладкое. Откусив батончик Пака, она улыбнулась и поцеловала того в щёку. Вела она себя странно и этим отталкивающе, словно пришла с трассы. Нахмурившись, Чонсон отодвинулся и хотел продолжить трапезу.
— А меня покормить не хочешь, оппа?— жалостливо глупым детским голосом произнесла, надув губы.
— Подавись,— у второкурсника явно не было настроения, тем более после утренних разборок, что он просто влепил шоколадным батончиком в лоб девушке.
Заставив всех изумиться, даже друзей, Пак скрылся, войдя в учебное заведение. Удивилась и сама Ван, ведь никто никогда не позволял себе подобное, зная статус её папы. Переведя шокированный взгляд на Хисына, сдвинула брови в злую гримасу и вскочила с места, вытирая рукой шоколад со лба. Ли не стал задерживаться, взяв Пака за руку, ушёл следом за блондином. Ученики и пара преподавателей всё ещё не могли отпустить из мыслей эту картину, застыв на месте.
Зная то, какая эта девчонка стерва и папина дочурка, Хисын уже представлял, как Джея просто выкидывают из ВУЗа. Ему повезёт, если это закончится лишь отчислением, а не депотрацией из страны.
Войдя в аудиторию, парни увидели друга и направились прямиком к нему.
— Чонсон, тебе придётся извиниться,— сам того не желая, осознал Хи.
— Пошла она в задницу, обожравшаяся сучка,— фыркнул недовольно тот, продолжая что-то делать в телефоне.
— Чонсон, её папа...
— Её папаша не менее зажравшийся ублюдок? Тогда ясно, в кого она такая,— продолжал рычать блондин, показывая свой характер. Ему надоело быть вечно клоуном и позитивным парнем.
— Джей, тебя могут выгнать из универа, понимаешь?— жалостливо проныл Сонхун.
— Знаешь, я давно думал о том, чтобы уйти отсюда,— буркнул, убрав гаджет в карман толстовки,— хороший шанс свалить с этого днища, не находишь?
Слова друга заставили впасть в ступор Сонхуна и Хисына. Даже не зная, что сказать, оба хлопали ресницами, смотря прямо на Джея, который беззаботно улыбнулся, словно сказал очередную глупость или же шуточку.
— Чонсон, ты серьёзно? Хочешь нас кинуть?— спросил шатен, испугавшись слов блондина. Он не хотел подобного исхода и теперь, видимо, надо надеяться лишь на то, что тот шутит или же на то, что Ирон ничего не скажет отцу.