глава 6
Мужчина потянулся и накрыл ее груди своими ладонями.
— Ты сама ограничила время нашего общения, — насмешливо напомнил Чонгук. — Так что я буду торопиться. Мы же не можем заставлять твоего мужа ждать?
Юнхо... Он ждет ее, там, внизу. Настолько близко, но так бесполезно...
Рука Чонгука обхватила ее шею и крепко стиснула. Опять ее душит, как тогда. Джису забилась в новой попытке сопротивляться. Она с трудом втягивала воздух и ощущала, как кровь с силой бьется о перекрытую артерию. Губы и ладони немели, веки становились невыносимо тяжелыми и опускались, закрывая глаза.
А через несколько секунд давление ослабло. Кровь ударила в голову, вызывая головокружение.
— Слишком умная? — спросил мужчина. — На этот раз не получится отгородиться от происходящего.
Он снова и снова сжимал пальцы на ее горле, почти доводя до потери сознания. И отпускал. Комната шла кругом, Джису уже не получалось сфокусироваться, она с трудом могла открывать глаза, ненадолго прогоняя темноту.
— Хватит, — через силу сказала она. Кости ломило от мышечного перенапряжения, тело трясло каждый раз, как Чонгук ослаблял хватку. Покалывание под кожей уже не исчезало, сохраняясь по всему телу.
В какой момент мужчина начал целовать ее грудь, Джису не поняла. Все происходящее теряло связь с реальностью, когда раз за разом подходишь до потери сознания, и тебя выдергивают обратно. Словно затаскивают назад на балкон, когда чуть не сбросили в пропасть.
Где-то далеко, словно пробиваясь через толщу воды, зазвонил телефон.
— Юнхо, — выдохнула Джису, узнавая мелодию. Пальцы впились в шею с новой силой, на этот раз причиняя настоящую боль.
Джису пришла в себя, когда почувствовала хлопки по щекам. Глаза открывать не хотелось. Не было сил.
— Давай, девочка, — Джису беспомощно покачала головой, не понимая, зачем ее пытаются разбудить. Давление на ноги ослабло. Память пыталась что-то кричать, сообщить о чем-то важном. Но крики разума тонули в слабости.
Когда ее колени начали настойчиво раздвигать, Джису еще пыталась воспротивиться, хотя не понимала, зачем. Комната плыла перед глазами, женщина боялась пошевелиться, потому что стены тут же начинали падать.
— Перестань сопротивляться, — мягкий приказ, мужские руки заскользили по ее плечам, разминая окаменевшие мышцы. Он спускался ниже, по позвоночнику, заставляя Джису выгнуться.
Женщина попробовала нахмуриться, сфокусировать картинку перед глазами, но чужая рука вновь оказалась на шее, перекрывая попытку сознания пробудиться.
— Пожалуйста..., - пусть это закончится. Джису казалось, что она бесконечно падает, крик был готов сорваться с губ. Она больше не могла. Каждая клетка тела просто больше не могла выдерживать этого напряжения. — Хватит...
Чонгук ждал этого. Никто не способен сопротивляться вечно. Когда адреналин достигает пика, когда каждая мышца налита свинцом, стоит только сорвать последнюю каплю, спустить тетиву. Стоит только дождаться. И приложить совсем немного усилий.
Джису обмякла в его руках, и в этот же момент Чонгук вошел в нее. Черт подери, она оказалась такой узкой! А то, что его стон был встречен таким же стоном девушки в его руках — окончательно снесло голову. Джису почувствовала, как тянущая боль занемевших мышц сменилась колючим взрывом внизу живота. Как будто вся кровь разом прилила туда.
К слабости и головокружению медленно добавлялось возбуждение. Юнхо был так напорист, проникал настолько глубоко. Не как раньше. Обычно мягкий и нежный, сейчас он действовал на грани грубости. Мужчина подхватил ее за бедра, и ей казалось, что он удерживал ее на одних руках. А она, наверное, совсем вымоталась, раз даже пошевелиться не может, чтобы обнять в ответ. Руки совсем не слушались, будто их вовсе не существовало.
Чонгук с наслаждением использовал свое положение. Ему чертовски нравилось то, что он делал с этой женщиной. И что она делала с ним. Джису заставляла терять разум, возвращала ту дикую, безбашенную эйфорию, когда просто делаешь то, что хочешь. Берешь, что хочешь. А хотел он её.
И не просто хотел, он собирался взлезть ей под кожу, пропитать ее собой, отравить ее разум своим присутствием. Как Джису сделала это с ним.
Все еще хотелось сделать ей больно за то, что эта сука посмела назвать имя своего ублюдка мужа. Но вместо этого мужчина только усилил напор. Он погружался в нее, заставлял выгибать спину, подставляясь под его поцелуи, которые перешли с груди на шею, где кожа еще хранила следы его пальцев.
Джису уже и не знала, что происходит. Воздух вокруг наполнен запахом кедра и цитрусов, который опьянял. Или она уже была пьяна, потому что не помнила, когда последний раз не могла двигаться и испытывала что-то настолько сильное.
Наслаждение, которое разливалось по венам, оставляло после себя нестерпимый зуд. Почему-то было страшно, но Джису не помнила, чего она так боялась. Что опять не возбудиться, и Юнхо не поймет?
— Юн...
Новый стон был прерван грубым поцелуем. Язык требовательно ворвался в ее рот, так же глубоко, как в нее вторгался член. Щетина колола ее кожу, раздражая своей жесткостью.
Юнхо брился. Она помнила. Джису точно знала, что Юнхо не был колючим. Внутри все стянулось в тугой узел, заставляя замереть и открыть глаза.
Чонгук показалось, что он оглохнет, когда Джису начала кричать. Она снова сопротивлялась, но было уже поздно. Их тела были слишком близки к оргазму, чтобы сейчас останавливаться и снова доводить девушку до беспамятства. Чонгук только сильнее схватил ее за талию, чтобы она не пыталась соскочить с его члена. Мужчина впился в ее шею зубами, уже не думая, сколько синяков останется на этом теле.
Он просто хотел кончить.
Джису вздрогнула, замолкая. Потому что-то внутри нее взорвалось. Накатывая на разум лавиной теплого безумия. Чонгук победно улыбнулся и поторопился нагнать девушку, пока ее мышцы так туго обхватывали его член. Он излился в нее, слыша, как вымучено застонала Джису, закрывая глаза.
Она больше не дергалась и не вырывалась. Безвольно лежала, вновь скованная мышечный спазмом. Чонгук дал себе еще пару минут, чтобы окончательно придти в себя, и только потом вышел из нее и поднялся на ноги.
Член еще оставался твердым, но Джису на сегодня хватит. Мужчина одевался, глядя как девушка пытается собрать остатки своего сознания, которое он так старательно начал разрушать.
— В следующий раз твои руки не буду связаны, — предупредил Чонгук, накидывая на себя рубашку. Джису не отреагировала на его слова. Только желваки заходили на ее скулах. Чонгук поднял свой пиджак, и вытащил из кармана мобильный Джису. Трубку он скинул на пол, и ногой подтолкнул к юбке.
— И перекрасься обратно в темный, — продолжал мужчина. Он не собирался давать Джису передышку, чтобы у нее не появилось иллюзии, что он с ней закончил. — Последний раз предупреждаю.
Он сел на корточки рядом с Джису. Она не смотрела на него, поджимала губы и тяжело дышала через нос. Чонгук достал из кармана ключ от наручников и вложил его ей в ладонь.
— Держи крепче, — усмехнулся мужчина. — Сможешь показать чудеса своей выдержки?
Проклятый телефон снова зазвонил, сбивая Чонгука с настроения. «Любимый» все еще ждет Джису, пока они тут так мило развлекаются.
— Смотри, выронишь — придется просидеть здесь в таком виде до утра, пока кто-нибудь из моих сотрудников не придет в офис. Или я, — Джису передернуло, и она сильнее сжала ключ в руке.
— Умница, — Чонгук осмотрелся. Он уйдет, собираясь дать Джису шанс выплеснуть свой негатив на остатки кабинета, если она захочет. На нем она срываться не должна. Прибьет заразу... О он еще хотел поиграть. — Не задерживайся. Охрана закрывает офис через двадцать минут.
Блондин посмотрел на битое стекло на полу и мысленно попрощался со своим кабинетом. Даже интересно посмотреть, что здесь устроит Джису, как только освободится. Может, он бы и хотел, чтобы девушка осталась тут на ночь, в воспитательных целях. Но понимал, что в таком положении она только повредит себе руки.
— Я надеюсь, тебе не нужно объяснять, что не стоит пытаться исчезнуть из города? — пусть подумает над его словами. А он подождет внизу, на тот случай, если Джису все-таки не справится с наручниками. В таком случае у Чонгука будет возможность испытать на себе непривычную роль героя-спасителя. А пока... Можно развлечь себя беседой с ее муженьком.
Джису не знала, сколько времени она просидела, пока ждала, чтобы пальцы перестали дрожать. В ключ, который ей оставил Чонгук, она вцепилась, как в спасательный жилет. Женщина с трудом смогла перевернуться на бок, чтобы ей было лучше видно, что она делает. В замочную скважину вставить ключ получилось только с четвертой попытки. Она с такой силой давила на него, что на металле оставались тонкие белесые царапины. Что-то хрустнуло, и кольцо на запястье раскрылось. Джису с удовольствием опустила затекшие руки, и начала растирать кожу. Когда покалывание в пальцах исчезло, женщина освободила вторую руку и откинула наручники от себя подальше.
Желание испариться из этого место боролось с неспособностью вообще двигаться. Кожа запястий была чуть красновата, но наручники не оставили слишком сильный след. Может быть даже синяков не появится. Голова больше не кружилась, но внутри все равно сохранялась болезненная пустота. Джису пыталась заставить себя думать, сделать хоть что-нибудь, но казалось, что она по-прежнему скована по рукам и ногам.
Одевалась она в полной прострации, с трудом контролируя дрожь в во всем теле.
Когда телефон, наконец, оказался в руках Джису — на экране было шесть пропущенных от Юнхо. Но больше вызовы не шли, а Джису не нашла в себе позвонить мужу самостоятельно. Да и на ногах стоять оказалось тяжело, так что женщина нашла себе опору. Чуть нагнувшись, она оперлась на край рабочего стола вытянутыми руками.
Даже стол был стеклянным. Никакого тепла, которые ей сейчас было так необходимо.
Что делать?
Мысли терялись. Полиция? Да, наверное. Спуститься, сесть в машину к Юнхо и попросить отвезти ее в ближайшее отделение. Или сначала в больницу, чтобы зафиксировать повреждения?
Джису вздрогнула.
Она — поврежденная. Разбитая. Словно не человек.
А как рассказать Юнхо?
Джису не хотела думать. Ей просто нужно оказаться как можно дальше отсюда.
Из офиса она выходила не чувствуя ничего кроме ноющей боли в левой ступне. Да и та терялась на фоне пролетающих мимо бесформенной сине-серой массы стен. Даже яркое осеннее солнце на улице не заставило выйти из транса.
Просто скорее выбраться.
Их маленький матизик стоял прямо перед офисом. Когда-то белый, а сейчас — выцветший, молочно-бежевый. Было сложно не узнать его среди дорогих иномарок. Особенно в глаза бросалась помятая дверь водителя, которую они с мужем так и не починили еще с прошлой зимы.
Юнхо стоял к Джису спиной, так что у его жены было еще немного времени, прежде чем она все скажет. И чем ближе она к нему подходила, тем медленнее текло время.
Юнхо громко смеялся, запрокинув голову назад. А рядом с ним стоял Чон. Его Джису не сразу увидела, концентрируя свое внимание на дурацкой помятой двери. Зато блондин Чонгук заметил раньше мужа, подмигнул ей, хищно улыбаясь, а после — вернулся к разговору с ее мужем. О чем они говорили, женщина не слышала. Ей вообще казалось, что она оглохла. Хотя, со слухом все было в порядке, Джису просто всё никак не могла придти в себя.
Женщина сильнее сжала края своего пиджака, воротник она расправила, так что теперь он стоял вертикально и прикрывал шею. Джису смотрела, как Чонгук после глубокой затяжки выпускал облако сигаретного дыма вокруг себя.
— Ким Джису? — Чонгук, видимо, устал ждать, когда женщина привлечет к себе внимание самостоятельно, и сделал это за нее.
— О, Джису! Наконец-то! — Юнхо обернулся и протянул жену к себе, чтобы быстро поцеловать в губы. — Что так долго?
— Презентация... затянулась.
— Да, Ким Джису отлично представила новый продукт.
— Вы знакомы? — Юнхо смерил блондина строгим взглядом. Улыбки он не терял, а вот Джису прижал к себе сильнее, случайно надавив на то место, за которое хватался Чонгук. Чуть выше тазовой кости, где наверняка тоже очень скоро возникнет синяк.
Джису поджала губы, на секунду прикрывая глаза.
— Это... — ей пришлось прокашляться, и только сейчас почувствовала, насколько горло саднит. Черт, ей намного больше нравилось состояние, когда она ничего не чувствовала. А сейчас, когда шок медленно отходил, тело начинало отзываться новыми неприятными ощущениями.
— Чон Чонгук, — представился блондин, протягивая руку Юнхо.
— А... мы с вами говорили по телефону, — кивнул Юнхо. Джису он отпустил, чтобы принять рукопожатие. Мужчины перехватили друг друга за предплечья, второй рукой Чонгук похлопал Юнхо по плечу. — Я Юнхо. Муж Джису.
— Вы настоящий счастливчик, — Чонгук широко улыбался. Он коротко показал на женщину рукой, в которой была зажата сигарета. — Как у вас говорят? Умница, красавица. Завидую.
— Это точно, — Юнхо снова прижал Джису к себе, стараясь пометить свою территорию. — Вы закончили? Можем ехать?
Он, наконец, обратил внимание на свою жену, отрывая обманчиво вежливый взгляд от Чонгука.
— Да, — Джису кивнула, и хотела уже обойти машину, чтобы сесть на пассажирское место. Вести она сейчас точно не в состоянии.
— А вы? Может вас подвезти? — от предложения Юнхо по спине пробежал холодок. Чонгук скептически посмотрел на их машину, затем на Джису.
— Боюсь, нам втроем будет тесно, — покачал головой мужчина.
Джису все не могла понять, Чонгук нарочно старается, чтобы каждая фраза звучала двусмысленно, или это ей так кажется, и она просто себя накручивает? Хотя какая разница? В любом случае, своего блондин добился — Джису чувствовала себя загнанным зверем, напуганной до потери пульса. И от этого состояния женщина поспешила избавиться, прячась в автомобиль.
К тому моменту, как Юнхо любезно распрощался с Чонгуком, Джису уже пристегнулась и ждала, когда же они смогут уехать. Левая нога нервно дергалась, из-за чего всю машину потряхивало. Или это потряхивало саму Джису.
— Ну как? Поехали отмечать? — у Юнхо, в отличие от его жены, было прекрасное настроение. Мужчина опустил ладонь на ее левое колено, чтобы Джису перестала трястись. Похоже, состояния жены он вообще не замечает.
— Что? — без интереса сухо спросила Джису, не отрывая головы от нагретого солнцем стекла.
— Ну-у, во-первых, удачное заключение сделки. А во-вторых, у нас годовщина. Ты уже забыла? Мы договаривались на сегодня.
— Я ничего не хочу...
— Не вопрос, — двигатель послушно загудел, Юнхо неспеша выехал с парковки и встроился в поток. — Ммм, у тебя духи новые? — мужчина втянул носом воздух в салоне. — Неплохо, но какие-то они резковатые.
Джису сильнее зарылась в ворот своего пиджака и проверила. Одежда провоняла туалетной водой Чонгука. Она вся им пропахла. А Юнхо и не понимает, что это не новый аромат, а запах другого мужчины, который въедался в ее кожу с каждой секундой только сильнее.
— Зай, ну ты чего такая кислая? — Юнхо слегка толкнул жену в плечо. — Ну не дуйся ты. Нормальные духи, говорю же.... Мне нравятся.
Даже оставаясь далеко позади, он был весь здесь. В волосах, на коже, в воздухе. В ней. И пытается пробраться ей в голову.
Телефон завибрировал, и Джису чуть ли ни на изнанку вывернула карман, пока смогла его достать.
«Не делай глупостей, Джису. Мужу привет».
Джису размахнулась и ударила смартфоном по бардачку. Один, два, три раза. Юнхо что-то возмущенно высказывал, пытаясь заставить ее успокоиться, но Джису не могла остановиться. Экран треснул удара с шестого. Женщина опустила стекло, прокручивая ручку рваными движениями, и телефон отправился в полет на проезжую часть.