Глава десятая.
Этот поход за платьем стал логичным завершением трех дней сплошного ада. Позавчера — та дурацкая ночь на кожаном диване после отравления. Вчера — первая, провальная попытка научить Элис хотя бы просто сидеть на мотоцикле. А сегодня... сегодня я стояла в «Розовой Лагуне» и чувствовала, как у меня подкашиваются ноги от усталости.
Я ненавидела эти показные магазины, где консультанты смотрят на тебя, как на экспонат, а музыка настраивает на философский лад о бренности бытия. Все эти пастельные тона и скромные фасоны превращали меня в очередную куклу из толпы.
Я уже готова была сдаться и прийти на бал Митлс в своей обычной одежде — джинсы и футболка, максимум юбка. Честно. Кай, верный своей привычке вытаскивать меня из самых глубоких ям, включая творческие, смотрел на меня с нарастающим отчаянием.
— Ники, я люблю тебя, как сестру, но если ты скажешь, что ты как «мешок картошки» ещё раз, я зашнурую тебя в это чудо и лично отвезу к Митлсам, — Кай с драматическим вздохом откинул очередной вариант. Под "чудом" он подразумевал длинное платье с рукавами фонариками и вырезом на бедре, едва не доходящем до линии трусов. Слишком сомнительное платье.
И тут мой взгляд упал на него.
Оно висело в стороне, на манекене, будто презирая всю эту розово-бархатную мишуру вокруг. Платье в пол на бретельках. С вырезом на бедре, но не слишком откровенным. Идеально. Винно-красное. Не кричащее, а глубокое, как спелая вишня. Ткань струилась вниз тяжелыми складками, а сзади был разрез. Ни страз, ни вышивки. Только цвет. Цвет, который пел о смелости, когда все остальные шептали о приличиях.
Кай присвистнул.
—Ну, вот это да. Прямо «заберите-меня-отсюда» в материальной форме.
—Именно поэтому, — сказала я, уже направляясь к примерочной. Мне нужно было смыть с себя вчерашний провал с Кейт и позавчерашний стыд. И это платье выглядело как идеальное оружие.
Я надела его. Ткань оказалась прохладной и тяжёлой, обвивая каждую линию моего тела так, будто его шили именно для меня. Я вышла и подошла к зеркалу.
Из зеркала на меня смотрела не Ники, которая позавчера валялась на потрёпанном диване в баре. И не Ники-неудачливый инструктор вчерашнего дня. Это была я — собранная, яркая и... правильная. Та, кем я себя чувствую внутри, без масок.
Кай молчал с минуту, изучая меня.
—Мама обомлеет, — наконец сказал он. — В хорошем смысле. Она же всегда знала, что ты — самая яркая вспышка. Просто... не ожидала, что ты решишь ослепить всех сразу.
Я улыбнулась. Он был прав. Мама, при всей ее любви к классике, обожала во мне эту искру, хотя не была сама ей лишена. Я бы даже сказала, что в ней ее больше, чем во мне. А Митлс... Мистер Митлс как-то сказал мне за бокалом виски, что я напоминаю ему его молодость — такую же бесшабашную и смелую.
— Они будут в восторге, — уверенно сказала я, поворачиваясь перед зеркалом. — А если и нет, то миссис Митлс тайком подмигнет мне, как в прошлый раз, когда я пришла в косухе.
—В этом-то и есть магия красоты, — хмыкнул Кай. — Ты нарушаешь все их правила, но делаешь это с таким обаянием, что они не могут не восхищаться.
Я посмотрела на свое отражение. На девушку в красном, которая не бунтовала против их мира, а приносила в него свой. После двух дней полного провала, наконец-то что-то получалось.
— Берем, — объявила я.
—Уже и не сомневался, — Кай повернулся к консультантке. — Девочка, готовьте коробку! И побольше бумаги, это платье едет на бал. И, кажется, оно подарит ему ту самую изюминку, которой всем не хватало.
Я хмыкнула. Иногда Кай был слишком болтливым. Хотя, это ему шло, будем честны.
***
тот же день.
18:12
Я стояла над сковородой, с подозрением глядя на подгорающие макароны. Казалось, между мной и кулинарией существовал негласный пакт о ненападении: я не трогаю ее, она не трогает меня. Сегодня я этот пакт нарушила. В голове прокручивался вчерашний провал с Кейт, позавчерашний стыд на диване и сегодняшняя победа в виде красного платья, висевшего в шкафу как обещание чего-то лучшего.
В этот момент зазвонил телефон. Я выключила плиту с чувством глубочайшего облегчения.
— С балом в субботу определилась? Платье-костюм-комбинезон? —послышался в трубке голос Джейн.
—Платье, — ответила я, с наслаждением глядя на дымящуюся сковороду. — И да, я в курсе. Папа сказал несколько дней назад. Очередной сбор для демонстрации нарядов и обмена сплетнями.
— А вот и нет! — Джейн почти выкрикнула это слово, и я невольно отодвинула телефон от уха. — Только что выяснилось! Это не просто бал. Он в честь свадьбы!
Я замерла с бутылкой воды в руке.
—Свадьбы? — переспросила я. — Твоей? Джейка?
—НЕТ! — перебила Джейн, и в ее голосе звенела настоящая паника. — Я не знаю! Мама только что, совершенно случайно, обмолвилась, пока мы смотрели каталог с украшениями. Сказала: «К такому событию нужно что-то особенное». Я, естественно, спросила — к какому? А она так, знаешь, своим невозмутимым тоном, будто сообщает о смене декораций в гостиной, и говорит: «К нашей предстоящей свадьбе, дорогая». И ВСЁ!
Я слышала, как Джейн на другом конце провода нервно вздыхает.
—Я, конечно, начала допрашивать. Чья? Когда? Она посмотрела на меня, как на недоразумение, и сказала: «Всему свое время, Джейн». И ушла! Ушла! В нашем доме никогда не было тайн!
Мысль о том, что это свадьба может быть Джейн пугала. Я уверена, если честно, что её родители вполне могут выдать ее в фиктивный брак, когда это будет им выгодно.
—Может, твой отец пошутил? — предположила я. — Решил обновить обручальное кольцо твоей маме и так это преподнести?
—Мой отец в качестве романтического жеста дарит сертификат на спа. Нет, Ники, это что-то другое. Что-то большое. И меня это пугает.
В ее голосе сквозил не азарт, а настоящая тревога. Любая тайна в стенах ее семьи была для нее аномалией.
—Ники, ты должна быть там. Должна! Мне нужны твои глаза и твоя способность сохранять голову, когда все сходят с ума. Мы должны выяснить, что они скрывают.
Я посмотрела в сторону спальни, где в шкафу висело то самое алое платье. Внезапно его дерзкий крой и цвет обрели новый смысл.
—Не волнуйся, — сказала я, и в голосе моем зазвучала ухмылка. — Я уже экипирована. И, кажется, идеально.
—В чем? — сразу оживилась Джейн.
—В красном.
—Идеально! — в ее голосе наконец послышались нотки облегчения. — Ты будешь нашим тайным агентом. Договорились?
—Договорились, — я улыбнулась, глядя на свой провальный ужин. — Жди меня в субботу.
— С красным знаменем? — хихикнула Джейн.
— Именно!
Положив трубку, я отодвинула сковороду с макаронами. Аппетит пропал, сменившись щекочущим нервы предвкушением. Определенно, пятница обещала быть жаркой. И дело было не только в цвете моего платья.