Контракты. Второе видео.
Офис Алисы был таким же безупречным и холодным, как и вчера. Глянцевый стол, пахнущий дорогим парфюмом воздух и самодовольная улыбка продюсера, сидевшей в своем кресле-троне. Рядом, уставившись в планшет, сидел Марк.
Ваня вошел, чувствуя, как подошвы липнут к идеально чистому полу. Он был один. Пустое кресло напротив Алисы кричало о его одиночестве громче любых слов.
– Ну, вот и наш главный режиссер, – Алиса окинула его насмешливым взглядом. – Где твой бунтующий сценарист? Решил отсидеться в тени, пока ты расхлебываешь?
– Илья не придет, – тихо сказал Ваня, останавливаясь посреди кабинета. Он не сел. Ему нужно было стоять.
– Как хочет, – пожала плечами Алиса. – Его проблемы. Значит, решения по проекту будем принимать без него. Саша, к счастью, отделался легким испугом, мы уладили вопрос с компенсацией. Но репутационный ущерб, Ваня, репутационный ущерб! Из-за ваших детских разборок чуть не пострадал весь наш бренд!
Она говорила плавно, спокойно, выверенными корпоративными фразами. Каждое слово было обезличено и приглажено.
– Теперь слушай меня внимательно, – она сложила руки на столе. – «Проект Х» не просто так называется. Это был наш ход на новый уровень. И он состоится. Мы не можем его отменить. Я уже обсудила с Марком – мы меняем концепцию. Убираем всю эту нынешнюю философию. Делаем жесткий разбор инцидента. Как на съемках постановочного видео чуть не пострадал человек. Раскрываем закулисье, показываем твои эмоции, твое раскаяние... – ее глаза загорелись азартом. – Это же золото, Ваня! Настоящая, живая драма! Люди сожрут это с потрохами!
Ваня слушал ее, и по его телу разливалось ледяное спокойствие. Всего вчера он бы кинулся на эту идею, увидев в ней возможность не только оправдаться, но и заработать хайпа. Но сегодня ее слова звучали как кощунство.
– Мы смонтируем самый сочный трейлер, – подхватил Марк, не отрываясь от планшета. – Твои крики, падающая камера, крик Лены... потом кадры из больницы, твое интервью с раскаянием... Будет жарко!
– Нет, – тихо сказал Ваня.
Алиса не поняла. – Что «нет»? Ты еще не слышал всех деталей. Мы придумали...
– Нет, – повторил Ваня, и его голос окреп. Он выпрямился. – Никакого трейлера. Никакого «разбора инцидента». Никакого «Проекта Х».
В кабинете повисла тишина. Алиса медленно откинулась на спинку кресла, изучая его с новым интересом.
– Ваня, милый, я понимаю, ты в стрессе. Но не надо истерик. Ты же профессионал. Это бизнес.
– Это не бизнес, – его голос зазвучал твердо, без тени сомнения. – Это моя жизнь. И жизнь моего друга, которого я чуть не потерял. И это не контент. Это не «золото». Это – позор. И я не буду на этом зарабатывать.
– Ты сейчас совершаешь огромную ошибку, – голос Алисы потерял свою сладость и стал холодным, как сталь. – Мы вложили в этот проект огромные деньги. У нас контракты с брендами. Ты несешь финансовую ответственность!
– Тогда я ее понесу, – Ваня не моргнул глазом. – Я сниму с себя все доходы от последних месяцев. Продам часть оборудования. Но я не буду снимать про это. Я не буду выносить нашу боль на публику ради хайпа. Этому проекту не бывать. Точка.
Марк наконец оторвал взгляд от планшета и уставился на Ваню с немым вопросом. Алиса смотрела на него, как на инопланетянина.
– Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь? – прошипела она. – Ты губишь свою карьеру. Одним махом. Без нашего продюсирования ты никто. Через месяц о тебе все забудут.
Возможно, вчера эти слова парализовали бы его страхом. Сегодня они звучали пусто.
– Если моя карьера держится только на постановочных скандалах и продаже чужих травм, то такой карьеры мне не нужно, – сказал Ваня. – Я ухожу.
– Ага, к своему принципиальному другу? – язвительно бросила Алиса. – Думаешь, он тебя с распростертыми объятиями примет? Он тебя уже бросил, Ваня. Ты остался совсем один.
Его сердце сжалось от боли, но он не дрогнул. – Это мой выбор. И моя ответственность. Я не извиняюсь за то, что хочу остаться человеком, а не брендом.
Он повернулся и направился к выходу. Его спина была прямой.
– Ваня! – резко окликнула его Алиса. – Выйдешь за эту дверь – обратной дороги не будет. Мы разрываем все контракты. Ты больше не наш клиент.
Он остановился у двери, положил руку на ручку. И обернулся. В последний раз.
– Знаете, Алиса, – сказал он без злости, почти с сожалением. – Вы все время твердили про «искренность». Но вы сами ее ни разу не почувствовали. А она пахнет не парфюмом. Она пахнет страхом, потом и кровью. И она стоит дороже, чем все ваши контракты.
Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Он не хлопнул ею. Он просто ушел.
Оставшись в кабинете, Алиса и Марк несколько секунд молчали.
– Бред сивой кобылы, – наконец фыркнула Алиса, но в ее голосе уже не было прежней уверенности. – Истерика. Одумается и приползет назад.
Марк молча посмотрел на дверь, которую только что закрыл Ваня. – Не знаю, – задумчиво произнес он. – По-моему, это был самый искренний его поступок за последние годы.
Ваня вышел на улицу. Его мобильный разрывался от звонков и уведомлений из рабочего чата. Он достал его, вышел из всех общих чатов, заблокировал номер Алисы. Потом зашел в свой блог и выложил то самое старое, кривое видео со сборкой шкафа. Без описания, без хэштегов. Просто видео. И то, которое записывал ночью.
И впервые за долгое время он почувствовал себя свободным. Он сжег все мосты. Он остался ни с чем. Но он сделал правильный выбор.
Он посмотрел на небо над шумными улицами и глубоко вдохнул. Первый шаг был сделан. Теперь предстоял самый сложный – понять, куда идти дальше. И идти ли одному.