19 глава.
Несколько дней прошли спокойно, но этот день был странным с самого начала. В квартире пахло кофе и мятным шампунем, Кристина сушила волосы, стоя у окна в уже в юбке и блузке, тихо покачиваясь в ритм радио. Петя молча застегивал часы, уже в рубашке и темных брюках. Чисто, аккуратно, как всегда, но лицо было сосредоточенное и тревожное.
- Смотри, не засиживайся у мамы, - сказала Кристина, не оборачиваясь, - она опять начнет спрашивать, почему ты не ночуешь дома и ты будешь злиться.
Он улыбнулся, быстро подошел, обнял ее сзади, уткнулся носом в ее шею, вдыхая запах который стал до боли родным.
- Если она начнет, я скажу, что ты меня держишь в заложниках, - улыбнулся он.
- Ага, в подвале Жемчужины, - усмехнулась она, - свиные шеи, пельмени, оружие и любовь, все в одном.
Он замолчал и она почувствовала, как его руки чуть сильнее сжались.
- Ты в порядке? обернулась она.
- Просто че то нервничаю немного, день странный, - ответил он - давит что то.
Она внимательно посмотрела на него, прищурилась, но лезть под кожу не стала.
- Пора ехать, - сказала она, - ты не видел ключи от моей машины?
- Я отвезу, - ответил он, - не хочу что бы ты одна ехала, там Казак и Авдей уже ждут, будут присматривать.
- Они там уже поселились, - усмехнулась она, - вечером шоу, Саша не сможет девочек привезти, я отправлю за ними Казака?
- Ты можешь управлять ими как хочешь, - он поцеловал ее в висок, - у тебя пять минут пока я грею машину.
В машине было тихо, у Жемчужины он припарковался, заглушил мотор.
- Ты точно ни чего не задумал? - спросила она.
- Ничего, просто день рождения у матери, цветы, тосты, три мужа, три сына, - цокнул он, - мы кстати с батей ей бэху взяли, новую.
- Думаю она обрадуется, - улыбнулась Кристина.
Он поцеловал ее быстро, почти мимолетно. Потом выглянул в окно, у входа уже стояли Казак и Авдей, его пацаны, те, кого он подтянул в банду Жигалина сам, те кому доверял самое ценное в своей жизни.
- Они знают, что ты для меня значишь, - тихо сказал он, - так что если что, стрелять будут без предупреждения.
- А если я сама начну буянить? - улыбнулась она.
- Тогда позвонят мне, я приеду, - чуть улыбнулся он в ответ, но глаза остались серьезными.
Она кивнула и уже потянулась к двери, но он задержал ее за запястье.
- Не выходи из ресторана, если нет крайней нужды, Авдей и Казак всегда будут рядом, поняла? - строго спросил он.
- Петя, - она посмотрела ему в глаза, - я справлюсь.
Она коснулась его щеки, провела пальцем по щетине и тут же притянулась оставляя несколько невесомых поцелуев на скуле.
- Все будет хорошо, едь уже, мама, наверное, ждет с пирогами и претензиями за опоздание, - улыбнулась она.
- Скорее с коньяком и упреками, - буркнул он, - я постараюсь не долго.
Кристина выдохнула и вышла из машины, Казак уже стоял у двери, чуть кивнул, не отвлекаясь от входа. Авдей отлепился от стены и пошел ей навстречу, словно бы просто случайный прохожий.
Петя проводил ее взглядом до самого входа, пока не скрылся ее силуэт за стеклянными дверями. Только тогда он включил зажигание, рука легла на руль, но взгляд остался на пустом сиденье рядом.
- Не отступать, не отходить, если что, сразу звонок, ни шагу от нее, - сказал Петя в приоткрытое окно подошедшему Авдею.
- Понял, - кивнул Авдей, - будем смотреть, как за младшей сестрой.
Петя тронулся не оборачиваясь.
***
Флора хлопнула ладонью по капоту, почти со слезами в глазах, обернулась на Петра и его отца.
- Серьезно, это мне? - вскрикнула она на весь двор, - вы что, совсем сума посходили?
- Мамуль, просто сядь и прокатись разок, и все поймешь, - сказал Петя, доставая ключи, - бэха, как ты хотела, красная, кожаный салон.
- Ой ну сума сошли точно, - расплакалась женщина бегая вокруг машины.
За столом, спустя час, в квартире уже стоял запах пирога, горячего, в вазах конфеты, на столе винегрет, котлеты, шпроты, красная икра в хрустальном вазоне.
- Ну и кто у нас герой дня, а? - отец Пети поднял бокал, кивнув на Флору.
- Не герой, а мученица, - вздохнула она и потрепала Петю по голове, - с тремя мужиками на шее, да еще и без вестей от любимого сына, вот кажите мне, кто это так тихо пропадает последнее время?
Петя улыбнулся, сделал вид, что занят салатом.
- Не прячься в капусте, - сказала она и стукнула его полотенцем, - я ведь вижу, у тебя лицо не как раньше, а мягкое стало, не такое угловатое, любовь, что ли?
- Мам, ну началось... - вздохнул Петя.
- А чего? - не унималась она, - я молчу, молчу, но ты знай, я ведь мать, я чую.
- Маам, - взвыл Петя, - мне лет сколько?
- Где ты ночуешь, кто она? - не унималась выпившая Флора, - почему не приводишь, я ведь должна одобрить, вдруг она плохая.
- Она нормальная, - пробормотал он.
- Вот и отлично, значит, жду вас вдвоем завтра, - женщина пригрозила пальцем, - Петя, мне надо знать, кто это такая женщина, которая смогла растопить сердце моего сурового сына, я столько лет на это убила не вышло.
Все за столом рассмеялись. Даже отец, обычно молчаливый, ухмыльнулся.
- Я сам удивляюсь, как она это делает, - наконец сказал Петя, взял бокал, отпил немного.
- Ну хоть скажи, она добрая? - тихо спросила Флора.
- Добрая и очень сильная, - так же тихо ответил он.
- Тогда береги, - сказала Флора, - добрых женщин немного осталось, а сильных тем более.
Он улыбнулся, а внутри все скручивалось. Хотелось уже встать и поехать обратно, проверить, убедиться, да просто увидеть, как она идет по залу в своей Жемчужине, поправляя волосы, раздавая указания, но он сидел за столом, с матерью, с отцом, братьями и чувствовал, как все это не по настоящему. Как будто фон, а настоящий мир где то там, где она.
Через полчаса все гудели, приехал даже Витя тот самый мент, с девушкой Аней, худенькой, но цепкой, из тех, кто и в карты выиграет, и в драке ухо откусит, если понадобится.
- А вот эта ваша Кристина, - спрашивала Аня, наливая себе немного вина, - я в институте про нее слышала, одногруппницы в Жемчужине выступают, это же ее заведение?
- Ее, - кивнул Петя наливая себе коньяк.
- Серьезная кстати баба, - уважительно кивнул Витя, - у нас бы таких на управление.
- Не говори при матери, а то она подумает, что я под каблуком, - усмехнулся Петя.
- А ты и есть, - влезла Флора проходя мимо и поднимая бокал, - и слава богу, хоть одна женщина тебя в чувство привела.
Все заулыбались, кто то хлопнул Петю по плечу, смех, еда, шутки, алкоголь начал подтачивать сознание, мягко, не спеша. Из кухни появился отец Пети, злой, после разговора с последним мужем Флоры.
- Сынок, - бросил он, - у меня встреча, я поеду.
- С кем? - спросил Петя, выйдя в коридор, что бы проводить отца.
- С Жигалиным, в Жемчужине, - небрежно сказал отец, надевая пиджак, - надо кое что обсудить по общим делам банды.
- Ты позвони потом бать, - кивнул Петя и обнял отца, - Кристине скажи, что я чуть позже приеду.
- Хорошо сынок, - похлопав по плечу сказал мужчина и вышел из квартиры.
Петя резко протрезвел, будто холодной водой окатили, он посмотрел на часы. Почти три часа дня.
- Что то не так? - тихо спросила Аня, замечая, как Петя напрягся подойдя к столу.
- Нет, все нормально, - глухо ответил он, отпивая сразу половину рюмки.
Все было не нормально внутри него, но сейчас он ничего не мог понять или сделать. Он налил себе еще, потом еще и еще. Старался улыбаться, слушать тосты, смеяться над анекдотами. Но внутри, опять началась та самая ржавчина, скребущая по нервам.
В квартире стояла жара, глухая, удушливая, как перед грозой. Танцы шли уже второй час, пот, духи, выдохшийся алкоголь, все смешалось в воздухе. Маленькая гостиная вибрировала от музыки, тела двигались впритык, кто то смеялся, кто то уже спал, привалившись к стене. Петя сидел на подоконнике с бутылкой "Российского" в руке, расстегнув верхние пуговицы рубашки. Он курил в форточку, не слушая тостов, не смеясь с анекдотов, наплевав на танцы. Все внутри зудело и не отпускало. Телефон завибрировал в кармане брюк, он достал его, на экране было имя того, кого он ни когда бы не хотел слышать.
Петя встал, не спеша, прошел в коридор, Аня пыталась затянуть его в их с Витей танец, но он отмахнулся.
- Алло, - бросил он в трубку.
- Ты знаешь, я просто так не звоню, - раздался голос в трубке.
- Говори, - сохраняя спокойствие сказал Петя
- Там в Жемчужине нападение, - сухо сказал собеседник, - стрельба, всех твоих положили, отца тоже, в кабинете у хозяйки вообще месиво.
Петя перестал дышать, он даже не ответил. Прислонился спиной к стене, будто его ударили кулаком в грудь. Телефон выскользнул из пальцев, мягко упал на пол. Он сполз вдоль обоев вниз, сел, не в панике, не в истерике, просто, как будто в теле выключили мотор. В голове не было мыслей, только пульс, гухой, где то в затылке и давящая пустота. Из гостинной доносилась музыка, смех, никто не заметил, как Петя осел на пол в коридоре, обхватив голову руками. Никто не вышел за ним, никому не было дела. Он сидел, уткнувшись лбом в колени, а изнутри поднималась такая тишина, что в ней уже нельзя было закричать.
Он не помнил, как встал. Он не помнил, как схватил ключи, как выбежал на улицу, как завел машину. Он только знал одно, если это правда он не остановится. Кто бы ни стоял за этим, все пойдут в землю.
Петя вылетел со двора, чуть не снеся металл об арку, БМВ с визгом рванула с места. Он давил педаль в пол до упора, до скрежета металла. Машина тряслась, как будто не справлялась с его яростью. Светофоры пошли в игнор. Он подрезал всех подряд, летел по встречке, сигналил, крыл матом и не замечал ничего. В ушах стучало, ритмично, гулко, как набат.
Лоб мокрый, пальцы белые от напряжения, он сжал руль так, будто мог свернуть его. Окна открыты, в них влетаел горячий летний воздух, но дышать все равно было нечем. Дворники скребли по сухому стеклу, он даже не понял, зачем их включил.
Он опоздал?
Или еще можно успеть?
Петя почти рычал, когда на повороте в центр кто то не уступил дорогу, он вылетел на встречку, проскочил на миллиметре и не сбавляя хода, вдавил газ еще сильнее. Последний поворот к ресторану, он обогнал автобус, зацепил зеркало Волги,но ему было плевать. Жемчужина его проклятая точка в сердце и она сейчас может быть могилой, и если Миша там, или кто то еще, он не будет думать, не будет говорить.
Просто перестреляет всех. До последнего.
Тг:kristy13kristy (Немцова из Сибири)
Тикток: kristy13kristy (Кристина Немцова)
Тг: Авторский цех (avtorskytseh) небольшая коллаборация с другими авторами, подписываемся.