Глава 36.
POV Ирина:
Я сидела за столом у себя в палате и раздраженно рвала бумажную салфетку. Поверить не могу, что это все со мной происходит. Снова, черт возьми! Снова я на первых полосах и телеэкранах. Включила телевизр на свою голову, и на тебе:
- Последние новости! Прошлой ночью на дочь миллиардера Андрияненко было совершено преступное нападение! По сообщениям наших корреспондентов, присутствующих там лично, с Елизаветой Андрияненко была девушка. Ирина Лазутчикова, та самая, которая несколько месяцев взорвала интернет своим видео об Империаль и которая стала шестым бюджетником в Высшей школе. Как нам стало известно из достоверных источников, она является невестой Андрияненко-младшей. Ее похитили, а юная героиня, рискуя собственной жизнью, спасла ее из рук маньяка. Они оба сильно пострадали и сейчас находятся в клинике Империаль. Репортаж нашего корреспондента с места преступления и из больницы после небольшой рекламы. Оставайтесь с нами.
Черт возьми!!! Невеста! Героиня! Проклятые журналюги! А потом еще и мама приходила с ворохом желтой прессы. Везде на первой полосе мое бренное тело на столе и окровавленное лицо Лизы надо мной, перекошенное ужасом. Подумать только, какая актриса! Или не актриса? Даже если она действительно была так напугана, она чертова дура! Я не хочу, чтоб мою личную жизнь вся страна обсуждала! Это пока они историю страшных испытаний и неземной любви мусолят, а потом ведь и до грязного белья доберутся! Если в прошлый раз я быстро наскучила писакам, превратившись в студентку, то теперь я, мать вашу, невеста самой завидной девушки страны! Они же на молекулы разберут меня, мое прошлое, социальный статус. Я прямо вижу, как будут истекать ядом женские паблики и форумы. Лиза не имела никакого права топить меня в этом дерьме без моего согласия!
Это я и заявила ей, дождавшись, когда уйдут её друзья. Я кричала и била её по ногам (как наименее пострадавшей части тела) подушкой, обозвала идиоткой и ушла, громко хлопнув дверью. И то, что потом увидела по ТВ и в газетах, отнюдь не способствовало моему успокоению. Да она же мне всю жизнь разрушила! Без меня меня женили называется. В невесты выдали. Какая к чертовой матери разница?! Мне же теперь на улицу не выйти без кардинальной смены имиджа. Вон, хотела по больничному парку пройтись, так нет же, журналисты караулят в конце коридора и все просят ответить на вопросы. Как же бесит! Связалась на свою голову! Ох, еще и голова болит. Где там медсестра с таблетками? И кушать уже хочется. Эх, жизнь моя – жестянка!
- Добрый день, Ирина. Ваши таблетки. Через десять минут привезут ужин, – появилась медсестра. Прямо как будто мысли мои подслушала. Я даже с подозрением на нее покосилась.
- Спасибо.
- Пожалуйста. После ужина не забудьте прийти на перевязку в процедурный, – приторно-доброжелательно улыбнулась мне девушка. Я только кивнула и поспешила проглотить таблетку.
Но, конечно, по-другому и произойти не могло. Я уже почти допила, когда дверь вдруг резко распахнулась, и заскочил Саша.
- Очухалась, болезная? – завопил он, пока меня скрутил приступ кашля.
Заплевав всю больничную пижаму, хватаясь за зашитый бок, я угрожающе приближалась к другу. Тот слегка струхнул.
- Ты чего? На зомбака смахиваешь, – икнул он и сделал шаг назад.
- Стоять, - прохрипела я, хватая его за волосы, - И терпеть! Убивать буду! Ополоумел так врываться к полумертвой больной и немощной мне? Я ж чуть обратно на тот свет не отправилась! Кретин несчастный! Придурок жизни моей! Знаешь ты, как больно мне кашлять?! А как тянет рубец, когда мне приходится руки так высоко поднимать?!
Я, как бесноватая, тягала Сашу за уши и волосы и вопила на всю ивановскую. Может он и не совсем заслужил это, но я и так злая была, а тут он еще со своими шуточками ущербными.
- Где тут полумертвая? Где немощная? Тут Халк самый настоящий, сильный и зеленый. Откуда у больной сил столько? Отстань уже, припадочная! – вопил Саша, но не отбивался как обычно, а терпел. Удовлетворившись наказанием, я оттолкнула его и нагло заглянула в принесенный им пакет с передачкой от мамы.
– Чуть не убила. Совсем тебе голову повредили, – обиженно бурчал друг, пытаясь пригладить волосы и любовно поглаживая раскрасневшиеся уши.
- Повредили, повредили, - раздалось у все еще открытой двери. Я вскинулась. Андрияненко собственной персоной облокотилась на дверной косяк.
- Ты! – прищурилась я, ткнув в её сторону пальцем, - Почему встала? Нельзя же!
- А что мне остается, если моя селезенка меня бросила, и возвращаться не спешит? Из-за тебя пришлось так страдать, – развела руками Лиза и поморщилась. Я инстинктивно подалась было к ней, но одернула себя.
Мы поссорились! И она виновата! И извиняться не думает, а снова меня винит! Думаешь, раз тебе больно, то все можно? Ну, уж нет!
- Ты... - опять начала я, но Саша уже справился с потрясением при виде в такой близости «той самой» Андрияненко, прыснул и перебил меня.
- Ты ее селезенкой назвала? Это у вас такие романтические прозвища? Как мило! Она твоя селезенка, а ты ее кто? Мозг – лучший вариант! Ей он сейчас особенно нужен! – расхохотался этот кретин. С одинаковым выражением жалости на лице мы с Андрияненко посмотрели на Сашу. Нет, ну надо быть таким... слов нет. Дурак - одним словом. Даже ругаться с Лизой расхотелось.
- Кися, напомни, почему я с тобой общаюсь? – не выдержала я до окончания приступа смеха. Друг подавился и осуждающе уставился на меня. Румянец от смеха сменило смущение. А то прозвище ему не понравилось, смешно ему, посмотрите.
- А я почему? – скривился он и заметил мамины оладушки, которые я достала из пакета. – Вспомнил!
- Кися? – выплюнула Андрияненко и нахмурился в мою сторону.
- Не правда ли, это прозвище милее всех остальных и так ему подходит? – невинно захлопала я глазами. – Кися, Кис-кис, Кисенок! Кисеночек!
- Да хватит уже! – пробубнил Саша с полным ртом оладий. – Угости гостя лучше!
- Кто тут гость? – рыкнула Лиза и направилась к столу. Буравя Саша тяжелым взглядом, он демонстративно запихнул себе в рот сразу две оладушки.
- Эй! Это мне мама передала! – возмутилась я, когда и Саша ускорился в поедании лакомства. Оба они с невероятной скоростью жевали, сражаясь взглядами. Я попыталась отобрать у них судочек, но не успела. Последний оладушек скрылся в голодной пасти Андрияненко. Поняв, как быстро я могу лишиться буквально всего, я схватила пакет и прижала его к себе обеими руками. Мое!
- Все сам сожрал, что принес! – топнула на Сашу и повернулась к Лизе, - А у тебя вообще диета! – начала ругаться я.
- Жадина, – в унисон сказали эти придурки. А потом пожали друг другу руки. В знак солидарности, надо полагать.
- Елизавета. Ее девушка.
- Александр. Ее сосед и друг.
- Ирина! Вот и познакомились, – закатила глаза я.
Вскоре мы уж попивали чай, принесенный медперсоналом к ужину, и все вместе доедали мамину передачку. Так и прошла встреча моего лучшего друга и моей... невесты, эээ...? Тьфу, бред какой.
Саша вскоре ушел. Когда все съел, троглодит.
- Посмотрим фильм? – предложила Лиза, когда я уже собиралась её выпроводить. Поколебавшись несколько секунд, я кивнула.
- Если объяснишь мне все, – серьезно на неё посмотрела, убирая со стола.
- У меня не было другого выхода. Иначе отец бы сделал с нами что-то. Ужасное, – отвернулась Елизавета.
- Ты должна была предупредить меня. Да, я бы не согласилась на эту историю с новостями и обманом вселенского масштаба. Мы бы придумали что-то другое. Вместе, – я закончила с посудой и подошла к окну, жуя губы и погружаясь в печальные размышления о своей судьбе. Она вновь сделала знатный кульбит.
- Где тут обман? – тихо спросила Лиза не делая попыток приблизиться, за что ей отдельное спасибо. Так мои мысли яснее.
- «Легенда», «изобрази неземную любовь» - в сотый раз я повторила её фразы и устало потерла переносицу. Почему она спрашивает это? Почему делает вид, что не понимает?
- Разве ты не призналась мне в любви? Я тоже призналась тебе. Где же тут обман?
Я вздохнула, начиная уставать от этого разговора. Она уходит от прямого ответа. Это раздражает.
- Тебя необходимо было засветить в СМИ. Иначе отец...
- Я поняла, что твой отец - страшный человек! – оборвала я, обернувшись и сверкая глазами. – Но разве это не вызов ему? Ты не просто обратила на меня его внимание, ты заставила его чувствовать себя бессильным. Это точно не поднимет меня в его глазах. Теперь он захочет избавиться от меня вдвое сильнее. Не говори, что хотела лишь защитить меня. Ты хотела обыграть его, обставить, показать чего ты стоишь! Только сделала это за мой счет. Расплатилась моей жизнью.
- Это не так! – горячо возразила она. – Я хотела защитить нас, наше общее будущее. Да, он захочет вернуть все на круги своя, но у него ничего не выйдет. Он ничего не сможет сделать! Да, я обыграла его. Но ты ведь выбрала меня. Сказала, что любишь. По-другому сделать было невозможно, разве ты не понимаешь?
Она тоже подошла к окну и встала в двух шагах от меня, сцепив ладони.
- Ты должна была сказать мне! – повторила я раздраженно снова отворачиваясь. – Может, стоило устроить нам встречу, попытаться договориться, убедить, предложить варианты. А ты сразу объявила войну. Только тебе придется теперь оборонять меня, а он возьмет нас в осаду. Теперь у него и правда нет другого выбора. Может, я бы понравилась ему, если бы ты дала мне возможность встретиться и поговорить с ним. Тебе же понравилась?
- Ты не знаешь его! С ним невозможно договориться. И мы с ним не похожи, не сравнивай нас! – разозлилась и Лиза.
Мы замолчали, недовольные и не понятые друг другом. Как нам быть дальше, если мы совершенно не можем понять друг друга? Не просто не можем – не хотим! Невозможно. Снова это слово. Но другого у меня нет, чтоб описать происходящее между нами.
- Прости, что не предупредила тебя. Мы поссорились перед этим всем. И подходящего случая не было.
Ссора. Мы ведь действительно ужасно поссорились. Я совсем забыла об этом. Все произошло так давно. Даже не верится, что это вообще было. Кажется, Лиза задумалась о том же.
- Почему ты не звонила мне? Я так долго ждала, приезжала под твои окна снова. Было так тяжело. Ты решила вычеркнуть меня из своей жизни? Если бы не Филатов, мы бы до сих пор не помирились? – тихо и медленно задавала вопросы Лиза, а я вспоминала прошедшие полторы недели. Серость, одиночество, опустошение. Как будто рядом со мной послился дементор и выкачал всю радость и краски из мира. Когда Андрияненко успела так плотно зацепиться в моей жизни? Занять так много места. В какой момент мое бытие стало крутиться вокруг неё?
- Наверное. Я решила, что мне не место рядом с тобой. Со временем бы стало легче, я уверена. Но мне тоже было тяжело, – также тихо ответила я, опуская голову.
- Вокруг меня нет места, которое бы не занимала ты. И время это не изменит. А в твоей жизни найдется место для меня?
- Ох, благодаря тебе, теперь ты и есть вся моя жизнь! Если верить газетчикам, – вскинулась я.
- Тебя расстраивает это? – подняла брови Лиза заметно погрустнев.
- Безусловно, – упрямо посмотрела я в окно, демонстративно отвернувшись к ней спиной. - Ненавижу тебя за то, что пустила все кувырком. И за то, что меня так радует твоя близость. И за то, что мне хочется тебя защищать. И за то, что меня теперь называют твоей невестой. И за то, что мне так это льстит.
Андрияненко не выдержала и порывисто обняла меня со спины. Я похлопала её по руке и закрыла глаза.
Ну и что это? Почему мне так хорошо сейчас? Это и есть любовь? Какая-то она неуместная и неправильная. Но такая приятная.
- Спасибо, – прошептала она мне в макушку, целуя ее. Настолько тихо, что я была неуверенна, говорила ли она это вообще. - Я идиотка, не придумала ничего лучше. Впредь обещаю советоваться с тобой.
- Вранье. Все - вранье. Будущие Супруги. Какая чушь, – с улыбкой возмутилась снова я.
- И вовсе это не чушь. И не вранье. Ты выйдешь за меня. Не обязательно сейчас, пожалуй, я подожду до твоего совершеннолетия. Иногда забываю, что совращаю малолетнюю, – с веселыми нотками говорила с моей макушкой Лиза.
- Ой, спасибо! До совершеннолетия, правда? Как мило. Ваша милость безгранична, ваше величество! – истекая сарказмом выдавила я, скинула с себя её руки и обернулась.
- Что не так? – искренне недоумевая подняла брови Лиза. Я злобно прищурилась.
- Кажется, ты забыла, что я не твой подпевала! Мне нельзя навязывать свое мнение! Меня надо спрашивать! Я не безмозглая кукла – куда хочу, туда тащу! Хоть в газеты, хоть под венец!
- Оу, так ты хочешь, чтоб я сделала тебе предложение по всем правилам? – развеселилась эта придурошная. Как она может веселиться, когда я так зла?!
- Нет! – фыркнула я.
- Хорошо, я сделаю. Одну минуту, – продемонстрировала полный игнор Лиза.
Она пошла за дверь, не обращая на мои злобные крики.
- Не хочу! Не хочу никакого предложения! Дура!
Я не успела перечислить все подходящие эпитеты, когда она вернулась, сжимая что-то в кулаке. Нет, не может быть.
- Ты что удумала, идиотка? Не слышишь меня? – от злости я топнула ногой, но она как будто и вовсе не заметила моего настроения. Быстро она подошла и рухнула на одно колено, закусив от боли губу. Я замерла.
- Ирина... как тебя по отчеству?
- У меня нет отчества, – дрогнувшим голосом ответила я. Если Лиза удивилась, то не подала вида.
- Ирина Лазутчикова. Предлагаю Вам свою руку и сердце, - торжественным голосом начала Андрияненко, протянув ко мне ладонь с большущим кольцом на ней. Для слона оно что ли? – В богатстве и в бедности, в болезни и здравии, в горе и в радости, в ... не помню дальше, во всем короче, ты будешь моей женой?
- Пока смерть не разлучит нас? – серьезно спросила я.
- Нет, смерть не разлучит нас, мы умрем в один день. Так будешь?
- Ммм, нет. Неа. Нет! – отрицательно замотала я головой и сложила руки на груди. Повисла пауза, во время которой лицо Лизы из веселящегося медленно превращалось в непонимающее, а потом в злое.
- Ты три раза «нет» сказала?! – возмутилась она, продолжая стоять на одном колене. Я кивнула. – Скажи «да»! – выкрикнула она.
Даже коленопреклонная поза не помешала её голосу быть командирским. Она приказывала мне, стоя на колене! Очуметь!
- Не сегодня, придурошная. Проваливай, давай! Раскомандовалась! «Скажи да!» Сидеть, лежать! Собакой своей командовать будешь!
Андрияненко вскочила на ноги.
- У меня нет собаки! – возопила она.
- Плевать, – пожала я плечами и легонько подтолкнула её к двери. Но она с места не сдвинулась, как всегда. Сильнее толкать боюсь, чтоб больно ненароком не сделать.
- Почему ты отказала мне? Мне, черт возьми! Совсем дура? – раскричалась она. У меня челюсть отвисла.
- «Мне» - передразнила я, - Самой большой заднице на планете!
- Эта девчонка! – рыкнула она и впилась в губы поцелуем. Я ответила также неистово. Даже сейчас мы сражаемся.
Спустя несколько бесконечно сладких минут она оторвалась от меня. Мы оба тяжело дышали. Я уткнулась носом в её грудь, мы обнялись.
- Пойдем в кровать.
- Что?! – вскричала я и вырвалась из её объятий. Что она имеет ввиду? Я к такому не готова! Нет, нет. Не здесь, и не так.
- Ох, я бы полжизни отдала, чтоб узнать, что сейчас происходит в твоей голове, - старательно сдерживая смех, протянула Андрияненко. – Ложись, извращенка. Время для сказки.
- Зачем говорить такие двусмысленные вещи? – пробормотала я себе под нос, заливаясь краской стыда. Надо умыться. Андрияненко тем временем нашла по смарт ТВ первую часть Гарри Поттера и расположилась на кровати, похлопав по одеялу в приглашающем жесте.
Совсем обнаглела. Это моя кровать!
Недосмотрев и половину Андрияненко уснула. Полюбовавшись её расслабленным лицом я тоже медленно погрузилась в сон под любимый саундтрек лучшей сказки о волшебстве и магии.
Среди ночи она начала метаться и вздрагивать. Я резко проснулась от испуга. Снова кошмар? Почему ей снится пережитый ужас, а мне нет? Не то, чтобы я этого хотела, но нож-то все-таки в меня воткнули, мне страшнее и больнее и все такое. Видимо, у меня железная психика.
Поглаживая Лизу по щеке и волосам, я снова запела колыбельную. Постепенно она расслабилась. И я вместе с ней. Снова опустила голову ей на плече, во сне она обняла меня покрепче и я улыбнулась. Спи спокойно, я сторожу.
И как так быстро я привыкла засыпать рядом с ней? Главное, чтоб завтрашнее пробуждение было приятнее, чем сегодня, хех.
**************