Глава 33.
POV Елизавета:
СМС заставила лениво сесть на кровати, на которой я отходила после вчерашнего, точнее сегодняшнего, ведь приехала я в полдень. Сколько сейчас? Девять вечера, детское время кончилось. Я слишком перебрала. Мутит и кружится голова. В желудке мерзко.
Пора заканчивать пить. Неделя прошла, а я до сих пор ничего не предприняла в отношении Иры. Все таки меня сильно выбесила и задела ситуация в кабинете у Истомина. Нет, я понимаю, что она была зла и расстроена, но какого черта плакалась на плече у этого червя?! Все ему выложила! Черт. Да даже не в этом дело! Почему не догнала меня?! Я ведь ждала ее за дверью добрых пять минут! А она все твердила, что так правильно. Что в этом всем правильного, блин?! Неделю я ждала хоть одной чертовой буквы от нее, но нет же! Ни сообщения, ни звонка, ничего! Проклятье. Сколько раз я сама собиралась позвонить? Даже приезжала под ее окна! Но нет, ее не видно! Конечно, с чего бы ей реветь на подоконнике, я ж не ботаниха, которая поймала ее на лестнице! Из-за меня она так время не будет тратить. Как же злит! Нет, завтра пойду в универ. Посмотрим, что она будет делать на политологии.
Телефон продолжал мигать о новом сообщении. Кто там еще? Номер не знакомый.
«Если хочешь увидеть ее, приезжай сюда. Я слежу за тобой, будь одна. Ей осталось жить три часа, не опоздай» координаты и фото.
Фото. От которого у меня подкосились ноги и я ухватилась за стол, чтоб не упасть. Глаза расширились от ужаса. Это шутка? Ира, вся обвязанная веревками, повисла на стуле. Ее голову за волосы удерживала рука. Глаза закрыты. Она без сознания? Она жива?!
Точно жива! Иначе мне бы не сообщали. Так. Сосредоточься. Что делать? Кто это? Зачем им это? Твою мать! И почему я не приставила к ней охрану!? Так, охрана. Дрожащими пальцами набираю номер начальника отцовской охраны.
- Сейчас скину номер, пробей владельца. Выясни о нем все, главное как он связан со мной или с Ириной Лазутчиковой, которая недавно попала в Империаль. Никому ни слова. У тебя час. Справишься быстрее, получишь очень много денег или что пожелаешь.
Шеф, как я его называю с детства, человек проверенный, надежный. Он не задал ни одного вопроса. Я ему доверяю. Он все сделает и докладывать отцу не станет, если не попросишь. На всякий случай надо обналичить денег. Похитителям точно нужны деньги, что же еще. Звоню в банк и заказываю максимально возможную сумму в течение часа. До места мне добираться полтора часа на максимальной скорости. Но необходимо подготовиться. Достаю из сейфа имеющиеся деньги и оружие. Подарок матери на совершеннолетие. Надеялась, что я застрелюсь? Или отца застрелю, а сама сяду. Тогда все ей останется. Милая женщина.
В голову упорно лезли лишние мысли, но я их прогоняла, пытаясь сосредоточится на деле. Спускаясь к машине, я получила сообщение из банка с вопросом, куда подвести наличные. Я позвонила и узнал адрес. Поеду сама. Нужно действовать, остановлюсь и сойду с ума. Как это получилось? Почему с ней вечно случается такое? Из-за меня, черт возьми. Все из-за меня!
Мчусь в банк, забираю инкассаторский мешок – другого ночью не нашлось. Докладываю туда то, что было у меня. Звонит шеф и сообщает то, от чего я бью по тормозам и прижимаюсь к обочине, пытаясь не пропустить ни слова.
Преподаватель английского! Куратор их группы - владелец номера. Я чувствовала, что с ним не все чисто. Когда шеф дошел до покалеченного в Империль брата, я все поняла и вспомнила. Конфликт с тем парнем начался с первого дня. Сначала он наступил мне на ногу и нагло пошел дальше. Да, я поколотила его сначала, чем фактически дал ему волчий билет. И я с удовольствием наблюдала, как над ним издевались. Он нагло смотрел на меня и говорил всякое. Узнал откуда-то про Катю и все угрожал распустить сплетни, пытался шантажировать, видео какие-то снимать. С него все и началось. А потом он выпрыгнул из окна и стал моей устрашающей репутацией. Тогда тоже была сильная шумиха, но все как всегда замял отец руками своих помощников. Заткнул деньгами и СМИ и семью парня. Как развивалась их дальнейшая жизнь, меня не интересовало, но я не забыла его. Тогда я впервые задалась вопросом, почему меня не мучает совесть. Я считала, что парень заслужил это все. Что он сам начал это, но оказался слишком слабым, чтоб справится с ответным ходом. Слабак и трус, который и не подумал извиниться или даже осознать свою вину. Он поступил некрасиво с Андрияненко. Что он возомнил о себе – думала я тогда. Разве могла я просто забыть? Но все же я оказалась слишком жестокой. И за это мне воздается, да? Нет. Не мне. Самому дорогому для меня человеку. Я искалечила жизнь тому парню из-за глупости. И я заслужила наказания. Но не Ира. Он не имел права прикасаться к ней. И я сделаю все, чтобы защитить ее. И если она пострадает, этот урод сильно пожалеет.
- Проверь, не следят ли за мной. Люди или техника. И если обнаружишь что-то – разберись. Следи за мной, возьми пару ребят. Но так, чтоб я вас не заметила. И будь готов. – я свернула разговор и помчалась дальше.
На всякий случай. Не думаю, что преподаватель английского, весь в долгах, о чем тоже сообщил шеф, может позволить себе слежку или каких-то помощников на месте. Я сама разберусь с ним.
Точно, это оно! Я разберусь с ним сама и одновременно улажу еще одно дело! Лишь бы с ней все было в порядке.
Снова набрала шефа.
- Подключи нескольких журналистов. Хочу засветить нас с новенькой.
Да, случай самый подходящий. Я давно придумала это, только ждала подходящего момента. Пусть они сделают из этого самую трагическую и романтическую историю. Пусть завтра все газеты кричат о неземной любви, прошедшей страшное испытание. Пусть вся страна узнает ее имя и лицо, все. Это свяжет отцу руки в будущем, если вдруг он захочет незаметно удалить новенькую из моей жизни. Мы станем Ромео и Джульеттой, как предсказывал когда-то этот ублюдок английский.
Я решила позвонить ему, когда уже съехал с трассы. Трубку подняли, но ничего не сказали.
- Ты труп, если она пострадает, - прорычала я в трубку. Не самая лучшая идея его злить, но эта мысль единственная пульсировала в моей голове.
- Ты уже поняла, кто я? Не важно. Не опаздывай. Мы заждались, - радостно протянула трубка. – Правда, милая? Скажи что-то своей хм.. спасительнице... - в трубке послышалась возня, - Говори! - звук удара и всхлип.
Я несколько раз молча ударила по рулю от злого бессилия. Я убью эту скотину! Как он посмел?
- Что тебе нужно?! – заорала я, вдавливая педаль газа в пол.
В трубке послышались короткие гудки. Падла! Что он задумал? Чего хочет от меня? Я съехала на грунтовую дорогу, пришлось сбросить скорость. Судя по навигатору, осталось два километра. Сжимая руль, я старалась не повиснуть на очередной кочке. Низкая подвеска то и дело скребла о землю. Наконец-то я доехала. Темно, только луна освещает заброшенную несколько лет назад стройку. Недостроенная высотка взвышалась этажа на четыре, вокруг какие-то толи склады, толи гаражи. Я взяла мешок и вышла. И куда идти? Я огляделась внимательнее, обошла строение, подмечая детали и ища места, где можно скрыться потом. На всякий случай. С торца здания на третьем этаже я увидела слабый свет. Как же он ее туда затащил? Или тогда она еще сама шла? Так, не о том думаю. В темноте будет трудно быстро передвигаться. Тем более, если Ира не сможет идти. Поэтому надо разобраться с ним наверху. Даже если он не один, у меня есть глок. Надо сначала разобраться, сколько их. Не горячиться. Я медленно поднималась по лестнице, стараясь не шуметь. Может, удастся подкрасться незаметно?
- Я знаю, ты здесь! – послышался крик сверху, покатившийся эхом по всему зданию. Незаметно не получилось. Черт! – Не стесняйся, заходи в гости! А то у меня рука с ножом дрожит в нетерпении. У самой шеи твоей подружки!
Выругавшись снова, я взбежала на нужный этаж и медленно зашла в комнату, держа руку на рукояти пистолета за спиной. Картина предстала жуткая. Ира все так же связанная сидела на стуле. На щеке виднелся кровоподтек и рассечена бровь. Ударил наотмашь рукой – поняла я. Кулаки сжались, но кинуться на мучителя мне совсем не хотелось. Он спрятался за ней, с невменяемой ухмылкой, полной неадекватной радости, оттягивал за волосы голову девушки назад, прижав руку с ножом к ее шее. По которой скатилась капелька крови. Слишком острый. Одно неосторожное движение и он вспорет ей артерию. Тело покрылось испариной от страха. Дыхание сбилось. Я убрала руку от оружия, чтоб не привлекать к нему внимания. Надо дождаться удобного момента.
- А вот и гости! – радостно завопил маньяк. Я только сильнее сжал кулаки и заглянула в глаза девушке, стараясь придать ей уверенности. Я все исправлю. Все будет хорошо. Из ее глаз покатились слезы. Надеюсь, от облегчения, а не от боли. Я убью его.
- Ты не особенно торопилась. Я уже начал сомневаться, что ты вообще придешь, - недовольно протянул Филатов. – А она всячески пыталась меня в этом убедить. Не верит тебе. – деланно сочувствующе скривился мучитель. Глаза же отражали радость. Он сумасшедший. Совсем больной. Нельзя злить его. Надо отвлечь. Пусть хотя бы на шаг отойдет от нее и ему не жить.
- Что тебе нужно? – спокойным тоном спросила я. Надо разговорить его, чтоб потерял бдительность.
- А ты не слишком вежлива с преподавателем! Извинись и говори вежливо! – взвизгнул этот труп, слегка надавив на лезвие. Выступило больше капель крови, Ира всхлипнула и зажмурилась.
- Простите. Пожалуйста. – я подняла руки в останавливающем жесте, - Что я могу сделать, чтоб Вы отпустили ее. Она не при чем. Наказания заслуживаю только я.
- Не только! Не только! – истерически завопил он, а я сделала шаг вперед, пока он отрицательно вертел головой. - Ты искалечила моего брата! И если он чем-то провинился перед тобой, то почему все эти годы страдал я?! Даже больше его! Ты помнишь, что ты сделала с ним?
- Я была не права! – невольно повысил я голос, когда выступила новая капля крови на шее, но заставил себя снова говорить спокойно, - Я сделаю все, что Вы захотите. Я могу оплатить его лечение в лучших клиниках мира. Я узнала, у него есть шансы снова пойти. Я дам Вам очень много денег. Вот, - я раскрыла сумку и сделала шаг к ним, но тот завопил.
- Стой на месте! – я замерла. До них еще оставалось четыре шага. Слишком далеко. Надо говорить.
- Хорошо, простите. Я стою. Посмотрите, здесь очень много денег. Я могу купить вам дом в благоприятном для выздоровления климатическом поясе, найму лучших сиделок и тренеров. Сделаю все, что Вы захотите. Мои возможности безграничны. Давайте успокоимся и обсудим все? Опустите нож.
Куратор выглядел заинтересованным и слегка опустил руку. Новенькая глубоко вдохнула и переступила ногами. Я бросила на них секундный взгляд и успел заметить, что одна нога свободна. Она поняла, что я увидела и моргнула. Она что-то хочет сказать. Но что? Надо продолжать говорить.
- Вы сможете прожить безбедную жизнь до самой старости. Это с лихвой искупит четыре года. А Ваш брат сможет снова плавать. Когда восстановится полностью, я смогу поспособствовать его продвижению по карьере спортсмена. Только отпустите девочку. Она не при чем. Пусть уйдет, и мы все обсудим.
Что она может свободными ногами? Только оттолкнуться со стулом назад. Перевернуться. Но это ничего не даст. Она не сможет опрокинуть и себя и Филатова. Нельзя рисковать. Не сейчас. Я отрицательно качнула головой, продолжая смотреть на мучителя. Надеюсь, она поняла. Лишь бы она ничего не предпринимала, пока я так далеко. Мне нужно, чтоб он отошел от нее. Тогда я смогу воспользоваться оружием. Сейчас, когда он так пристально смотрит на меня, я не успею и достать, и прицелиться. Надо тянуть время до приезда шефа.
- Хватит! Все это прекрасно. Заманчиво. Пожалуй, так и будет. Только сначала я должен отомстить. Научить тебя, что такое плохо. Я же все же учитель, - нервно хихикнул Филатов и кивнул в сторону стола. Я воспользовалась этой секундой и, глядя в глаза Ире, снова отрицательно покачала головой, она нахмурилась. Только не сейчас, не спорь сейчас, твою мать! Заметив злой блеск в моих глазах, она зажмурилась. Это означает согласие?
– Там наручники. – продолжал тем временем Филатов, - Медленно иди туда, сядь на пол у ножки стола и застегни их, руки за спиной, вокруг ножки. Так, чтоб я видел.
Я помедлила немного. Это все осложняет. Но стол легкий, я смогу перевернуть его. Это займет время. Вот с руками за спиной будет хуже. Может сделать вид, будто случайно, и застегнуть их перед собой? Получится ли?
- Если любишь ее мордашку, делай так, как я сказал, - прорычал куратор, заметив мои колебания, и поднял руку от шеи к щеке, оставляя тонкий порез. Ира закричала и дернулась, а я громко выругалась и подошла к столу. – Вот так. Давай быстрее. Пора осуществить мои нездоровые мечты. – со стеклянными глазами страшно улыбнулся Филатов, следя за моими движениями. Я подошла к столу и села спиной к ним.
Когда щелкнули застежки и я подергала их, демонстрируя куратору, я снова повернулась к ним. Учитель повернулся к стене с фотографиями.
- Жаль, что ты этого не видишь сейчас. – обратился он к брату. Новенькая посмотрела на меня полными слез глазами. Она прикрыла газа и опустила быстро голову, а потом кивнула на окно. Показывает на себя и окно? Хочет выпрыгнуть? Совсем сдурела? Я непонимающе нахмурилась. Она сначала кивнула на учителя – он, потом на себя – ты, потом снова на окно – в окно? Хочет вытолкнуть его в окно, оттолкнувшись ногами? Я прикинула расстояние и одними губами сказала «далеко» и отрицательно покачала головой. Плохой план. Она прикусила губу и кивнула. Поняла. Потом вопросительно посмотрела на меня. У меня пока вообще плана нет, но я прошептала, не боясь быть услышанной «все будет хорошо». Чем привлекла внимание маньяка. Тот прекратил бубнить и повернулся к нам.
- Да. У меня. У тебя все будет плохо. Но все же лучше, чем у нее, - снова захихикал учитель. У меня побежал мороз по коже. А как должно быть страшно Ире. Бедная моя девочка, я все исправлю.
- Зачем ты пришла, - всхлипнула она и окинула голову назад, избегая моего взгляда. Да, мое появление в ее жизни стало фатальным для нее. Это все моя вина. Я с силой ударила головой об угол столешницы, упирающийся мне в затылок, пытаясь физической болью притупить чувство вины и сожаления. Я должна все исправить. Я сделаю это. Без вариантов. Куратор с интересом и наслаждением наблюдал за нами.
- Довольно лирики. Все фигуры по местам, пора начать настоящую игру, – он повернулся ко мне. - Пора тебя посвятить в мой план. Все, кроме тебя, уже в курсе. Ты любишь эту девчонку? – учитель напряженно вглядывался в мое лицо. Я же посмотрела на Иру. Она сделала большие глаза и едва заметно отрицательно покачала головой.
- Нет? – слегка вопросительно сказала я. Ира утвердительно закивала, но прекратила и уставилась с торжествующим видом на учителя, когда он оглянулся к ней. Значит, я говорю правильно? Она знает больше меня о планах маньяка. Буду действовать, как она подсказывает. – Терпеть ее не могу, - продолжила я увереннее и она прикрыла глаза. – Она бесит меня. Такая наглая. Хотел переспать и вышвырнуть, но она слишком омерзительная. Вот и бросила ее.
Куратор злобно на меня уставился, помедлил минуту, а потом быстро подошел и ударил по лицу рукой. Я дернулась. Он встал и закричал, снабдив меня ударом ноги в бок.
- Ты врешь! Зачем тогда сюда примчалась?
- Стало любопытно. Такого со мной еще не было, такой адреналин! – с кашлем ответила я, пытаясь восстановить дыхание. Все правильно. Пусть злится на меня, пусть забудет о ней.
- Врешь! – заверещал он, брызжа слюной, и снова ударил. – Я видел все! Ты смотрела на нее с восхищением, а не с омерзением! Всегда! С первого дня!
Слово – удар. Но у него не много силы, обратила я внимание. Я не раз попадала в серьезные драки и получала удары гораздо более болезненные, так что это не доставляло особых проблем. Но я старательно делала вид, что мне больно.
- Я играла. Жить так скучно. А она стала отличным клоуном и развлекла меня. Пока не надоела. Я бросила ее неделю назад и уже успела забыть.
Я могла бы стать отличным актером. Он точно верит мне, раз злится все сильнее. Когда он устанет и отвлечется, я переверну этот чертов стол и разобью его о голову этого ущерба.
- Проклятая дура! Ты больная! Ты играешь людьми! Чтоб ты сдохла! Сдохни, гадина! – продолжал вопить учитель, не забывая награждать меня пинками. Я почувствовала неприятный хруст в ребрах и резкую боль. Неужели сломал? Тварь. Стон от боли против воли сорвался с губ, и я поморщилась.
- Хватит! Прекратите! Не надо! – закричала Ира, наблюдая за мной с перекошенным страхом лицом.
- Заткнись, пока мы развлекаемся! – притворно захохотала я, отвлекая внимание повернувшегося к ней куратора на себя. Молчи, пожалуйста, молчи сейчас! Филатов замер, переводя взгляд между нами. Снова ударил меня, смотря на новенькую. Она зажмурилась и дернулась вперед. Стул покачнулся, но не упал.
- Меня. Я поняла, лучше меня. Вы ведь хотели бить меня. – зарыдала она, не открывая глаз. Ей так страшно! Что она делает? Милая, посмотри на меня! Я в порядке. Так задумано, это мой план! Она должна посмотреть на меня, чтоб понять. Куратор вдруг хихикнул.
- Жалко её? Любишь её!
- Ненавижу, - со всхлипом выдохнула она и посмотрела ему в лицо. Посмотри на меня! Я закашлялась, привлекая внимание, но она продолжила смотреть на учителя. – Ненавижу за то, что мне так больно смотреть на неё. За то, что пришла сюда. За то, что её боль страшнее собственной. Если вам необходимо бить кого-то, чтоб почувствовать себя лучше, пусть это буду я.
- Что ты, черт тебя подери, делаешь! Можешь ты хоть один раз почувствовать момент, когда лучше заткнуться! – не выдержала я, когда куратор пошел по направлению к ней.
- Сама заткнись! Какого хрена ты вообще пришла сюда?! – наконец посмотрела она на меня с криком. – Я не могу. Зачем?! – голос сорвался и она всхлипнула.
- Любопытство! – с сарказмом заявила я, в надежде, что она поймет сарказм и заткнется наконец. Что она вообще все поймет!
Мой возглас вызвал у него дикий восторг. Он засмеялся и даже в ладоши захлопал. Не стоило говорить с таким откровенным сарказмом. Все эта девчонка! Я сама убью ее, когда спасу! Не плачь, дурочка! Я же не выдержу.
- Прекрасная игра! А теперь проверим, где правда. – удовлетворенно потер ладони учитель и приблизил к ней лицо. Если бы не вновь появившийся в его руке нож, я бы уже бросилась на него.
- Сиди на месте. И смотри, - шепотом проговорил куратор и впился в меня взглядом. Меня как будто парализовало. Его ладонь со шлепком опустилась на лицо Иры. Ее голова дернулась. Я дернулась тоже, но лезвие моментально оказалось у шеи. Я упустила момент! Черт возьми, какого я тянула? Надо было не ругаться с ней, а действовать! Какая же я дура! Что? Что делать теперь? Новый удар. Прикидываться равнодушной больше не имеет смысла, да и не получится.
- Что ты хочешь?! Зачем все это? – зарычала я.
- Так что же на самом деле ты чувствуешь сейчас? Мне стало любопытно. – протянул куратор, впитывая мои эмоции и светясь неадекватными восторженными глазами.
- Злость. Желание убивать. Я сделаю это, если не прекратишь.
- Что? – пощечина, - Что прекратить? Это? – пощечина, - Или это? – удар кулаком в живот. Ира закашлялась, а я закричала.
- Хватит! – я рванулась вперед, но стол остановил меня, поехав по полу за мной. Лезвие мгновенно оцарапало щеку девушки. Я взвыла от бессилия.
- Что мне сделать, твою мать?! Что мне сделать?! – снова закричала я с новым ударом.
- Смотри, - улыбнулся куратор.
- И совсем мне не больно, - хрипло засмеялась моя девочка и подняла голову. Из губы по подбородку стекала тонкая струйка крови, но она тепло улыбнулась мне и перевела взгляд на куратора. Выражение лица мгновенно стало злым, улыбка превратилась в гримассу омерзения и презрения. – Вы бессильны, учитель. В своем безумии не понимаете, что вам придется ответить за каждый удар? Бейте еще! Чтоб вам потом страдать дольше и сильнее, я хочу еще сотню таких ударов!
- Получай, сука! – закричал маньяк и снова ударил по лицу. И снова!
- Жалкий слабак. Мне нисколько не больно. – кашляя выплевывала она слова, продолжая смотреть ему в лицо. – Так ты меня не убьешь. А только ослабнешь. И тогда я верну тебе все это десятикратно. Уж у меня силы побольше, чем у сумасшедшего слизняка. Захлебнешься своей кровью, урод.
Учитель посмотрел на нее несколько испуганно и разозлено, заноя руку для новых ударов.
Вот оно. Пора! Он не смотрит за мной! Я уперся головой в столешницу и приподнял стол, просовывая под ним руки. Филатов услышал шум, но Ира закричала, и он повернулся к ней. Этих секунд мне хватило, чтоб подняться и сбить его с ног. Нож вылетел из его руки и отлетел на несколько шагов в угол. Я упала вместе с ним. Рук сильно не хватало, но я старалась не позволить Филатову подняться, забираясь на него сверху, пытаясь бить его головой. Он старался меня скинуть. И у него это скоро получится. Я зубами хватала его за пиджак. Он руками колотил мне по голове, а потом догадался ухватить за волосы, оттягивая от себя голову.
Ира тем временем смогла встать на ноги вместе с привязанным к спине стулом, освободив уже обе ноги. Учитель сумел меня сбросить и на четырех точках отползал, пытаясь восстановить дыхание. У меня получилось хорошо ударить его головой в живот и по лицу. Я поспешила подняться, но он оказался быстрее со свободными руками, и ударил меня ногой, снова опрокидывая на пол. Я перекатилась подальше и сбила несколько свечей. Кое-какие потухли, но одна упала на букет сухих цветов и он вспыхнул.
- Нож! – закричала я Ире, и она успела его пнуть из комнаты. Учитель ударил меня снова, лишая возможности двигаться от скрутившей боли в боку. От злости и страха он стал сильнее. Ира закричала и попыталась сбить его с ног стулом. Его оттолкнуло на несколько шагов, а она упала головой вперед прямо рядом со мной и застонала. Учитель побежал за ножом. Я быстро перекатилась спиной к ней и попыталась развязать ее руки.
- Помоги мне, милая. Давай, приди в себя.
Кажется, от удара о бетонный пол она была на грани обморока. Но все же попыталась поудобнее подставить руки. Стало светлее, загорелась стена с фотографиями, и я смогла разглядеть через плечо узел. Есть, пошло дело.
- Еще немного. За ремнем под пиджаком у меня торчит пистолет, достань его.
Ее руки наконец освободились. Лежа она торопливо сбрасывала веревки. Послышались торопливые шаги, он возвращается! Нашел нож так быстро? Ира едва успела подняться, сжимая глок в курах и не зная, что с ним делать, когда он появился в дверях. Увидев, что она освободилась, он заревел и бросился на нас, обоими руками сжимая рукоять ножа. Я так и не успела подняться, но Ира! Он же сейчас зарежет ее! Я крутанулась по полу, сбивая ее с ног. Взмахнув руками, она повалилась назад. Учитель этого не ожидал. Он споткнулся о ее ноги и тоже упал на меня. Нож он удержал, но ни кого не успел зацепить. Ира бросилась ему на руку, но силы были не равны, она такая маленькая, он отшвырнул ее. Послышался новый звук удара головы об пол.
- Сукины дети! Как от вас много суеты и проблем! Весь план похерили! Ненавижу вас! – пыхтел учитель поднимаясь. Кажется, он повредил ногу. Я смотрела на Иру, она не шевелилась. Потеряла сознание? С ней все будет в порядке. Я должна пока разобраться с этим уродом. Тот поднялся и хотел пнуть меня, но я смогла увернуться и вскочить.
- И что ты будешь делать, идиотка? – деланно рассмеялся учитель, разводя руками. – У меня есть руки и нож. А у тебя только мертвая подружка. Уже осознала, чего лишилась? Мечты! Да? Ты же хотела ее? А я ее убил!
Я бросилась на него головой вперед. Ярость застилала глаза, но тот только отскочил. А ведь мог и воткнуть в меня нож. Черт, успокойся, Андрияненко! Думай головой, а не пытайся ее разбить.
- Дура! Могла бы на нож налететь! А я еще не наигрался! Вот так! Посмотри на нее! Разгляди получше. – он сбил меня ударом ноги и я упала рядом с Дианой, спиной к пылающей стене.
От нее шел жар, но гореть, кроме фотографий, больше было нечему, поэтому огонь не распространялся. Пожар может кто-то заметить? Фото скоро догорят. Ведь за мной должен следовать шеф. Он же не отстал? Самое время ему появиться.
Я не пыталась встать, а просто смотрела на разбитое лицо девушки, растянувшейся рядом, и не могла оторвать глаз. Одна рука подложена под голову, вторая рядом, лежит на животе. В такой позе она спит. Я видела, когда ночевала у нее. Когда это было? Это вообще было? Больше похоже на сон. Прекрасный кареглазый сон. Разве может такое быть на яву? Умиротворенное лицо. Как кукла. Сломанная. Я сломала ее. Она же в порядке? Я не слышу дыхания. Проклятие! Просто этот мудак кричит слишком громко, поэтому я не слышу, но оно есть! Должно быть. Куратор сокрушается о горящих фото и несколько раз бьет ногой по спине. Какая-то часть сознания посылает сигналы о боли рвущихся внутренностей. Но мне нет до этого дела, потому что основная часть обратилась в слух. Я пытаюсь подвинуться ближе, чтоб услышать ее дыхание. Я должна услышать, иначе умру.
- Я убью тебя! – неистово закричал учитель, а Ира вдруг распахнула глаза. Жива! - пронеслось у меня в голове, и вся боль исчезла. Но она посмотрела мне за спину. Ее глаза расширились от ужаса. Она быстро приподнялась на свободных теперь руках и кинулась на меня сверху. На секунду наши взгляды встретились, а потом в нее воткнулся нож профессора. Она ахнула, и это было последним, что я услышала.
Все звуки исчезли. Учитель отошел на пару шагов и что-то бормотал, глядя на нож, торчащий из спины Иры. Я только непонимающе смотрела на девочку, закрывшую меня собой. Глаза широко раскрыты, лицо перекосила гримасса боли, спина выгнулась, руки впились в мою рубашку.
- Ты что сделала? – чужим голосом спросила я, не веря в происходящее. Она же не могла сделать такую глупость. Она никогда бы не бросилась под нож. Она ведь не самоубийца. Она умная, сильная. Жизнерадостная. Она ни за что бы не бросилась под нож. Нет.
- Проиграла. Я проиграла, - сипло, сквозь сжатые зубы выдавила она, стараясь не шевелиться. Я тоже замерла, боясь причинить ей боль. Да я и не могла шевелиться. Меня парализовал ужас.
- Что ты говоришь? – шептала я, чувствуя, как горло сдавливает ком. Происходящее неправильно, нереально. Не может этого быть.
- Я капитулирую. Поцелуешь меня? Мне так больно. Пожалуйста. Это поможет? - с паузами слова с трудом покидали ее окровавленный рот.
Молнией пронесся разговор после маскарада. Я тогда сказала, что поцелую ее, когда она признает свое поражение и будет просить об этом в трезвом уме и памяти. Она запомнила. Решила, что все это игра, чтоб обмануть ее? Не верила мне, боялась проиграть. Все это время. Глупая, какая же ты глупая.
- Ты не можешь капитулировать. Я проиграла первая. Когда влюбилась в такую дурочку. Нет, мы выиграли оба. И да, я поцелую тебя. Еще очень много раз! Потому что у нас полно времени! И полно несделанного. Ты должна немного помочь мне. Упрись руками в пол, приподнимись, чтоб я выбралась из-под тебя. Чтоб не перевернула тебя случайно. Давай, моя хорошая.
Она попыталась, но силы покинули ее. Она захныкала.
- Мне так больно. Пожалуйста, я не могу. Не надо.
Их моих глаз тоже покатились слезы, но я ободряюще улыбнулась.
- Ты ведь Ирина Лазутчикова, самая сильная девочка на свете. Моя девочка. Ты все сможешь. Я помогу тебе. Постарайся, пожалуйста.
На лестнице вдруг послышался шум и топот нескольких пар ног.
- Елизавета Владимировна! Вы здесь?
От знакомого голоса я готова был разрыдаться и рассмеяться одновременно. Облегчение заполнило меня. Учитель, до этого с наслаждением наблюдавший за сценой, испуганно вскинулся и бросился за дверь.
- Теперь все будет хорошо. Нас спасут. Потерпи немного, – улыбнулась я Ире.
Девочка мягко улыбнулась в ответ, посмотрела в глаза.
- Люблю такую.... - начала она говорить, но глаза медленно закрылись и она обмякла на мне.
- Быстрее! Сюда! – закричала я, с ужасом смотря на бессознательную девушку.
***********