Глава 11.
POV Автор:
Из больницы Андрияненко вызвала водителя. Пришлось подождать, пока пригонят от универа любимую машину. Но Игорь с новенькой так и не показались.
"Неужели она до сих пор не очнулась..." - подумала она (здесь и далее фраза "подумала она" подразумевается после каждых кавычек)
Сев в машину, Елизавета, не долго думая, направилась в клуб Дмитрина. Не так давно отец Юры сделал ему такой подарок. Чтоб тот учился управлять делами.
"Хороший подарок. И отец хороший, хоть и с «грязными руками», как говорит мой собственный папаша. Как будто у него руки чистые. Лицемер. Считает, что если у тебя незапятнанная репутация, то и сам ты чист." Передернув в раздражении плечами Елизавета отбросила к черту мысли о своей семейке.
Она подъехала к #WhitePeople. Отличное получилось место. Елизавета тоже принимала участие в запуске клуба. Когда его купили, это было просто офисное здание. А теперь самый модный ночной клуб столицы. Не слишком много пафоса, разноуровневая публика, которая на разных уровнях. Здесь можно снять девушку на первом этаже, встретиться с друзьями на втором, провести деловой ужин на третьем. Дмитрин очень грамотно организовал работу заведения: меню, персонал, музыка – все самое лучшее. Только сегодня Елизавете не до этого.
Справедливо полагая найти друга именно здесь, она поднялась к нему в кабинет. Кабинет этот является частью полноценной квартиры (Андрияненко называет ее мотелем): спальня с огромной кроватью, душевая, гостиная с кинотеатром и бильярдом. Хотя днем в клубе совершенно никого, кроме персонала, быть не должно, вокруг Юры всегда праздник и шумная компания. Он, как всегда в окружении стайки красивых кукол, играл в бильярд, обнимая одну из них. Сегодня это раздражало Андрияненко даже больше обычного.
- Юр, разговор есть, - позвала Лиза. – Пошли вон! – рыкнула на куриц.
Те возмущенно перевели взгляд на Юру. Это не просто дешевые шлюхи, это девушки из высшего общества, избегающие скуки и одиночества. По мнению Андрияненко, все равно шлюхи, но подороже. Дмитрин рассыпался перед ними в нелепых извинениях и отослал их.
- Зачем все время прогоняешь моих девочек? – возмутился друг и подошел с бутылкой виски. Лиза молча взяла у него бутылку и хлебнула. – Эй, разве так пьют? Переводишь отличный напитка. Это коллекционная бутылка, Анечка подарила. Ты не умеешь наслаждаться выпивкой.
Дмитрин продолжал возмущаться, но Андрияненко отмахнулась от него.
Они прошли за столик. Подошел официант, наполнил бокалы и с поклоном удалился. Лиза поспешила осушить и бокал. Юра ждал, пока Лиза начнет. А Андрияненко не знала, что сказать, с чего начать. Ей хотелось рассказать все. Она надеялась, что ей это поможет и самой во всем разобраться. Выпила еще, так и не почувствовав вкуса.
- Слышал о новенькой? – решилась Лиза, уверенная, что другу уже обо всем донесли.
- Я много о ней слышал. Что конкретно ты имеешь ввиду? – спросил друг, уставившись в бокал. Андрияненко сверкнула раздраженным взглядом. – Если ты об инциденте в чулане, то да. Как вышло, что ты так заботливо отвезла ее в больницу, причем на руках у Игоря?
Лиза ударила кулаком по столу. Как же все бесит! С этого ракурса все выглядит более чем странно. Гнездов на руках носит, а Андрияненко водителем заделалась. Невероятно. Что за девчонка!
- Эта дурочка панически боится пауков. Отключилась из-за декановского питомца. Успев изрезаться. Твою мать, сколько же крови из нее вытекло!
Андрияненко опрокинула еще один бокал, почувствовав, наконец, как начинают согреваться заледеневшие внутренности. Она откинулась на диванчике и запустила руки в волосы, уже и так лохматые. Нехарактерное для неё движение. Впрочем, Юра уже давно заметил множество нехарактерных Лизе вещей и помимо беспорядка на голове. Подруга вообще как-то изменилась. Оттаяла что ли. Стали выглядывать эмоции из-под железной маски. Надо поподробнее расспросить, чтоб удостовериться в причине этих изменений – решил для себя Дмитрин, которому вдруг стало любопытно.
- Зачем вы на виду у всех возились с ней? От нее ведь столько проблем. Поручила бы кому-то... - задумчиво протянул Юра, переведя острый взгляд на Лизу.
- Игорь вцепился в нее клещом, - слишком злобно ответила Елизавета и ударила ладонью по дивану. Юра поднял в удивлении брови, но промолчал.
- А я растерялась от ее вида. Вся в крови, жуть. – Андрияненко поморщилась и потёрла переносицу. – Как думаешь, она больше не будет высовываться?
- Хотя до этого она создавала впечатление человека без инстинкта самосохранение, такое могло и ее сломить. – Юра пожал плечами. И с удивлением заметил потускневший взгляд Лизы и поспешил добавить: – Но могло и не сломить. Она же непредсказуемая. Как вспомню, как она налетала на тебя из ниоткуда, а этот кофе! – Дмитрин расхохотался, а Андрияненко снова выпила, пробубнив себе под нос что-то вроде «чокнутая выскочка». Когда Дмитрин отсмеялся, повисла пауза.
– Зачем ты ругаешься с ней? Приодень, подари что-нибудь, переспи с ней – и тебя охладит, и она прекратит дерзить. Она конечно не красавица, но обладает неким шармом. – с деланным безразличием предложил Юра, внимательно наблюдавший за подругой.
- Она не из этих! – вскинулась Андрияненко и кивнула на дверь, за которой скрылись подруги Юры. Тот с ухмылкой наблюдал за ожидаемыми эмоциями Елизаветы и кивнул своим мыслям. Да, новенькая нравится ей. Это очевидно.
Андрияненко опомнилась и поспешила добавить, чтоб оправдаться:
- К тому же уродина! С такой спать – извращение. Я не тащу в постель всякое, как ты.
- Ты в постель вообще никого не тащишь, - себе под нос между прочим заметил Дмитрин. Андрияненко взбеленилась.
- Да, не тащу! Потому что мне отвратительны эти никчемные тупые курицы! Я ведь пробовала. Они за деньги на все готовы! Это мерзко. Как с животными.
- Фильм «Тридцатилетняя девственница» не с тебя снимали? – засмеялся Юра и через секунду полетел на пол от мощного удара в челюсть. Он даже не попытался встать, когда Андрияненко отбросила стол и уселась на него сверху и взял за грудки. С такой Елизаветой не справится и вся королевская конница, и вся королевская рать.
- Не шути со мной сейчас. Видишь же, что все серьезно. И не о том разговор вообще. – прорычала Лиза.
- Ладно, прости. Успокойся и присядь.
- Одна из одногруппниц Игоря сняла все на видео, - Андрияненко помогла подняться Юре и села на место. Стол остался лежать, до него никому не было дела. – Мари вроде. Он думает, что все может обернуться большой проблемой. Да и эта истеричка-новенькая может рот открыть. Она уже стала звездой ютуба. Новый ролик может поднять много шума.
Андрияненко застонала и потянулась было к бокалу, но его на столе не оказалось. Как и самого стола. Андрияненко встала и пошла нетвердой походкой к мини-бару. Юра обеспокоенно нахмурился.
- Игорь прав. Это надо решить как можно скорее. Позвони ему, пусть припугнет новенькую. А с Мари что думаешь делать?
- К ней я направил людей. Они должны скоро отзвониться.
Лиза позвонила Игорю. Тот заявил, что уже подумал об этом и объяснил все раненой. Помимо этого успел еще лекцию об инфантильности прочитать. Да кто тут старше вообще?! – разозлилась про себя Андрияненко. И решила утопить в алкоголе все события сегодняшнего дня.
Когда Игорь приехал в клуб, Андрияненко уже была невменяема и все время повторяла:
- Чтоб я сдохла! Она сказала сдохнуть! Наглая выскочка. Я не виновата! Она же знает? Вот дурра! Как смеет...
***
- Подъем, други! Пора на пары! О! Пора на пары, пара-парара, пум-пум-биду-пу!
- Ради всего святого, заткнись, Монро доморощенное.
Дмитрин порхал по залу бодрый и довольный. Андрияненко пластом лежала на диване, уткнувшись лицом в подушку.
- На пары, говорю, пора! – громче прежнего гаркнул Юра. – Пара-пара-па!
- И хоть Монро тебе не быть, но человеком быть обязан. Дай воды – простонала Лиза, не делая попыток пошевелиться. По ощущением, в голове у неё органный концерт, желудок вот-вот вывернет наизнанку, а во рту пустыня сахара. Даже песочек чувствуется между зубов.
- Заткнитесь оба, - простонал на соседнем диване Гнездов, вторящий позу Лизы. Тот поднял голову на голос и сморщился от боли.
- А ты откуда здесь? – удивилась она Игорю.
- Не помнишь? А выглядела еще не совсем пьяной, вы даже поговорить успели. Все выспрашивала о новенькой. – Дмитрин попивал какую-то зеленую жидкость в красивом стакане и выглядел до нельзя довольным.
Андрияненко нахмурилась, пытаясь вспомнить. Но орган только надрывно взвыл.
- И что он мне отвечал? – выдавила она сквозь зубы, пытаясь справиться с так называмыми вертолетами. (это когда ты вроде лежишь, а в желудке чувство, будто на американских горках катаешься)
- Почти ничего, – с улыбкой отозвался Юра. - Он посчитал тебя невменяемой, после того, как ты хотела кинуться на него, но споткнулась и ударилась головой о бильярдный стол.
- Так вот почему голова так болит, - Андрияненко озабоченно ощупала огромную шишку прямо на макушке.
- Думаю, еще и оттого, что когда ты пыталась подняться, ты приложилась о все тот же стол еще и затылком, - меланхолично заметил Дмитрин.
- Твою мать, - выругалась Елизавета, нащупав еще одну шишку, - Кажется у меня сотрясение. Тошнит, Голова сейчас лопнет, провалы в памяти.
- Проклятье! – выругался Игорь, - Вы заткнуться не можете? Сотрясение чего? Мозгов? Да у тебя их нет, так что не переживай!
Андрияненко и Дмитрин опешили. Гнездов сел на диване и выглядел не совсем в себе. Впервые за несколько лет они видели его настолько злым. Всегда отстраненный, теперь он прямо таки шокировал накалом эмоций. Больше Юру, потому что Лиза уже видела нечто похожее вчера. Дале последовала вспышка ярости:
- Устроить такое! А еще потом спрашивать, в порядке ли она! Как будто других проблем нет! Знаешь, чего мне стоило отговорить ее бежать к ментам и журналистам? Пришлось удерживать буквально силой! Я такого наслушался. Каждое ее слово - удар! Она избила меня ими! А ведь я даже ничего ей не сделал! Это все ты! Играешь людьми, как будто они деревянные кубики! – орал Игорь, расхаживая по комнате и тыкая пальцем в Андрияненко. - А если бы она там кровью истекла, что бы ты делала? Как бы жила с этим? Или тебе уже наплевать на все! Подумаешь, какая-то безымянная часть серой массы. Остановись уже! Ты теряешь остатки человечности! Становишься похожей на отца, которому ничего не стоит убить, на улицу выкинуть...
- Да что ты несешь?! Это просто неудачная шутка, ты же знаешь! – Андрияненко подскочила и сжала кулаки.
- Из-за твоих шуток люди регулярно в больницу попадают. Не говоря о том, что их выкидывают из Империаль, как мусор. У тебя поганое чувство юмора, не находишь? – ядовито поинтересовался Игорь, останавливаясь на против Лизы и повторяя его позу.
Андрияненко не нашла ответа, вспомнив случай на первом курсе, когда на бюджетника набросилась толпа. Они как обезумевшие, разодрали его одежду, таскали за волосы, били ногами. Он попал в больницу со множественными переломами и долго лечился, но так и не оправился до конца. А все потому, что он выступил против Лизы. Но не так, как новенькая - в открытую, а снимал видео и тайно выкладывал в интернет. Однажды это вылезло наружу, его один раз избили, он обвинил во всем Андрияненко и стал кричать, что посадит его, оскорбления и невесть откуда выведанные подробности личной жизни. Андрияненко тогда сказала «умри» и ушла. А толпа восприняла это, как приказ.
- Ребят, успокойтесь. – напрягся Юра, давно не видевший ссору этих двоих. - Игорь, вот, выпей таблеточку. Ты ведь тоже вчера надрался. – Дмитрин протянул ему стакан с таблеткой. Тот выпил и упал на диван. Выговорился и успокоился. Да к тому же никогда не повышающего голос человека наверняка утомил этот накал страстей и крики.
- Лиза, вот, тебе тоже. – суетился мамочкой Юра.
Андрияненко проигнорировала его, прожигая взглядом Игоря.
- Ты прав. Во всем. Он же все же моя плоть и кровь, значит я такая же. Яблоко и яблони.
- Вообще-то, правильней сказать, ты его плоть, и «яблоко от яблони»... - вяло вставил Юра.
Андрияненко отстраненно уставилась в окно, вспоминая все мерзости, которые знает о своем отце. Убийца – прозвучало приговором в голове Андрияненко-младшей. Ей суждено стать его продолжением? Неужели выбора нет и она невольно становится такой же, как он? Когда она стала такой жестокой? Или она была такой всегда? Наверное, она такой родилась. Разве у таких родителей мог родиться кто-то хороший? Невозможно. Но Катя...
Игорь досадливо смотрел на отражение подруги в затемненном окне. Её лицо снова превращалось в ледяную маску. Она вся как будто заново обрастала ледяной коркой. Игорь даже поежился вдруг от холода. Его пронзило чувство вины. Он не должен был говорить этого. Слишком жестоко, зная их отношения с отцом. Чертыхая свою несдержанность (откуда она вообще взялась у Игоря Гнездова?!), он подошел к подруге и опустил руку ей на плечо.
- Прости, я перегнул. Во мне говорит эта сумасшедшая новенькая. Она так меня вчера обругала. Стал сам себе противен, вот и сорвал злость. Слишком долго я молчал и копил все в себе. Я виноват не меньше твоего. Я ведь видел, как ты все больше увлекаешься своей местью. Мне не стоило молчать. Это мне новенькая сказала, - сгрустной усмешкой сказал Игорь. - Она невыносима, знаешь. Но права. Я злюсь, потому что она права. Столько мне наговорила. Но я смог ее убедить. Пришлось припугнуть ее возможностями Андрияненко. Думаю, она больше не причинит проблем. Но меня мучит вина.
Пока он говорил, Андрияненко продолжала стоять ледяным изваянием. В конце она похлопала Игоря по руке в знак того, что конфликт исчерпан, и отошла. Игорь задумался, оттаяла ли хоть немного подруга.
- Я домой помыться и переодеться. Увидимся в университете.
Она снова была холодна.
В Империаль все были взбудоражены. Слухи о том, что Гнездов с Андрияненко увезли новенькую в больницу, облетел всех. Мари ходила мрачнее тучи после встречи с людьми Андрияненко. Подруги недоумевали, что приключилось, ведь вчера она святилась, как стразы Сваровски. Ее заставили удалить видео, и она еще больше стала ненавидеть новенькую. За то, что попала в опалу перед Андрияненко и ко. Когда появилось звездное трио, а новенькая нет, она воодушевилась. Поползли слухи, не без ее участия, что новенькая больше не появится.
Андрияненко ходила мрачнее тучи, к ней не решались подойти. А вот Дмитрин всегда был разговорчив, особенно с красивыми девушками, но и он отшучивался, не опровергая и не подтверждая слухи. На перерывах Андрияненко мрачно буравила взглядом шкафчик новенькой. Она так и не появилась.
Неужели она решила исчезнуть из Империаль? Испугалась? Сломалась? Андрияненко вспомнила, какой она увидела ее, когда открыла чулан. Вся в крови, расширенные от ужаса глаза. Она ударила парту кулаком, заставив всегда сдержанную преподавательницу икнуть и прервать рассказ. Когда она взглянула на лицо Елизаветы, на ее лбу проступил пот. Она сейчас вызывала животный страх. Ужас. Как может девушка в её возрасте быть такой... Черной? Тишину никто не решался нарушить. Между тем она становилась все более зловещей. Игорь прокашлялся. Это прозвучало громом, все вздрогнули, а Андрияненко как будто ожила. Молча встала и вышла, и никто не рискнул её остановить.
Андрияненко решила не оставаться безучастной. Все же это все она начала. Она не собирается молча смотреть, как Гнездов облачается в доспехи рыцаря, спасшего всех от проблем. Она направилась в ателье, где шили и продавали форму для Империаль. От её появления всех охватила паника - такой клиент. Ей подняло настроение их поведение. Как мышки, они заметались, предлагая напитки. Выбрал форму нужного размера, ее сложили в коробку. Она тем временем вызвала секретаря из банка, чтоб ему привезли деньги для выкупа своей вины у новенькой. Справившись, заказала сладкий американо и села за письмо покаяния.
Кофе, именно с него вчера все началось. Настроение неуверенно поползло вверх. Узнав адрес новенькой у ректорской секретутки, она послала туда банковского клерка с коробкой. Сама поехала следом.
Я должна быть там и если не видеть, то хоть слышать ее реакцию. – решила Андрияненко.
Чувствуя себя последней идиоткой, она притаилась на лестнице выше пролетом. Вручение прошло скучно. Кажется, она приняла её за посыльного из магазина. Обрадовалась бесплатному костюму, как будто в лотерею выиграла. Смешная. Но неужели это все? Андрияненко решила подождать немного.
Присела на ступеньки и огляделась. Что за дыра? Стены шелушатся, исписаны, грязно, лифта нет. От созерцания её отвлек шум открывающейся двери. Вышла женщина – мама, наверное – догадалась Елизавета.
Через какое-то время показалась новенькая. Злая, хромая, но решительная. Куда это она? Неужели деньги тратить? Все же она обычная девушка – удовлетворенно усмехнулась Андрияненко. Наверняка сейчас шмотками закупится. Они ей необходимы, ходит в старье – размышляла она.
Андрияненко пошла за ней. Как сталкер. Кто узнает – засмеет. Её репутация трещит по швам. Но почему мне так интересно, что она сделает с деньгами?! – сама себя спрашивала Елизавета. Послышались проклятия. Невольно она улыбнулась. Дрянная сквернословая девчонка. Сплошная проблема.
«Интересно было бы увидеть ее лицо, когда она письмо читала. Я извинилась – невероятно. Впрочем, я постаралась придать извинениям как можно больше ненавязчивости. Пусть не мнит себе, сама виновата»
Но что это? Зашла в аптеку? Она вообще деньги нашла? Глупая курица, она раскрывала коробку? Вскоре девушка показалась с небольшим пакетиком. Подождав, пока она скроется из виду, Андрияненко зашла в аптеку и узнала, что покупала она бинты.
«И все? Антисептики, обезболивающие не надо? Или есть дома?»
Лиза вернулась в подъезд, сама не понимая, почему все еще здесь. В старом, воняющем псами, подъезде. Елизавета Андрияненко! Курам на смех.
От безделья Андрияненко снова принялась разглядывать окружающую обстановку. Стены когда-то были окрашены в синий. Когда-то очень давно. Сейчас краска облупилась, везде пестрели рисунки и нецензурные надписи, обличающие Машку, Ленку и Илью. Некому Боре признались в светлых чувствах. Она уже успела перечитать все эти глупые нелепые надписи. Дважды.
«Какого черта я здесь сижу? Как последняя дура»
Из квартиры периодически слышались проклятия. Конечно, в свой адрес Лиза их ожидала, но в чем виноват пудель их соседки?
А у нее неплохая фантазия, такие обороты. Наверное, обрабатывает раны, – догадалась Лиза. Кольнуло такое непривычное чувство вины и сожаления.
«Да что со мной?! Это все Гнездов заразил меня сентиментальностью. Ну, исходя из выкриков новенькой, судьба меня ждет за это весьма печальная, но короткая. Заслужила»
Когда на несколько минут все стихло, она уже собралась уходить. Впереди тренировка – отличный способ сбросить напряжение. Но из квартиры вдруг раздался крик. Лиза на рефлексах испуганно кинулась к двери, подумав, что к ней забрался маньяк, но вовремя остановилась.
Что это со мной? Спасаю новенькую? Свихнулась. Уж если кого и надо спасать, так это маньяка, - решила Андрияненко, потому что слышались удары и визг.
«Что там происходит? Может, стоит проверить?»
Но тут раздались маты и проклятия. И все в адрес покорного слуги. Теперь стало понятно, что наконец-то найдено письмо, потому что она припоминала из него отрывки, перемешав их с ругательствами. Андрияненко рассмеялась. И удивилась этому звуку. Смех вышел неуклюжим, ведь она так давно не делала этого.
Спектакль продолжался около двадцати минут и был в самом разгаре, когда на лестнице послышались шаги и старческое лепетание о безобразии. Андрияненко поднялась на пролет, справедливо полагая, что это к новенькой. Подозрения подтвердились, и она с усмешкой разглядела двух полицейских и бабульку.
Лиза чуть в голос не рассмеялась, когда новенькая рассерженной фурией вылетела из квартиры.
«Уж не меня ли она ожидала увидеть? Ну и видок!»
Сцена передо ней разворачивалась невероятно комичная. Елизавета засунула в рот кулак почти полностью, чтоб сдержать смех. Пока бабка не открыла рот, и стал очевиден факт маразма.
Несет такие мерзости, старая вешалка! – возмутилась мысленно Андрияненко и аж сама сжала кулаки от внезапной злости. А от новенькой и вовсе распространялись миазмы смерти. Она же сейчас кинется на эту старуху! Глаза метают молнии, поза как у хищника перед прыжком. Но ответ оказался предельно вежлив и спокоен.
«Вот это самообладание. Ни какой реакции на обидные слова. Почему? В ее стиле было сейчас если не вцепиться бабке в глотку, то вопить о невменяемости последней, сыпля ругательствами и оскорблениями. И она была бы права! Но, кажется, она считает себя выше этого. Видно, что слова больно задели ее, ей есть, что возразить, но она промолчала. Удивительно. Или только со мной она ведет себя как фурия? А в остальное время сдержана и высокомерно вежлива, как английская королева? Смешно. Невероятно.»
Лиза не заметила, как полицейские ушли. В квартире все стихло, и она поспешила на тренировку.
«Нда, новенькая, ты снова меня удивила. И почему тебе так легко это удается? И почему это так меня волнует? Я стала вести себя слишком странно из-за тебя. Это надо прекратить. Лучше больше не видеть эту выскочку. Игнор – лучшее решение. Прошлый раз мне неплохо удавалось это. Да, пока она буквально не врезалась в мое личное пространство, разбив в дребезги лед самообладания»
Настроение Лизы было неплохим, грели душу крики ненависти и обещания расправы от новенькой.
«Не сдалась. Как там ее зовут? Ирина? Слишком вычурное имя для такой язвы. Ей бы подошло Клава или Зина. А фамилия! Лазутчикова? Да, что-что, а наследить везде она умеет»
Ухмыляясь своим мыслям, Елизавета пропустил момент, когда тренировка остановилась. Оглянувшись, она заметила несколько человек с коробками. С ними о чем-то спорил тренер. Мужик тыкал в бумажки, тренер махал на коробки, которые увеличивались в количестве. Грузчики продолжали подносить новые. Лиза решила, что сцена не стоит её внимания и что пора в душ и в клуб, и позвал Юру и Игоря. Они уже собирались уходить, когда раздалось громоподобное тренерское:
- Елизавета Андрияненко, подойди.
Девушка спускала тренеру приказной тон, потому что ей нравился этот мужик. Никогда не говорит много и зря. Всегда справедлив и суров. Создает загадочную атмосферу, забавный. Андрияненко лениво направилась к нему, подняв бровь. Команда сбилась возле коробок. С трибун стали подтягиваться команда поддержки и вечные пускательницы слюней на полуголых мускулистых парней. Раздражают, тупицы.
Тренер кивнул мужику с бумажками. Тот повернулся к подошедшей Елизавете.
- Елизавета Андрияненко? На Ваше имя доставка, вот. – мужик раздраженно сунул ей под нос бумажки. Андрияненко угрожающе на него посмотрела, тот икнул и даже пригнулся. – Подпишите, пожалуйста. Мы же просто заказ выполнили. Извините за беспокойство.
Вот так надо с Андрияненко говорить. – удовлетворенно кивнула девушка.
Лиза снизошла до его бумажек, но ничего в них не поняла. Накладные на книги какие-то, доставка. Что за чушь?
- И вот еще, - мужик сунул ей в руки мелочь и несколько мелких купюр и указал на одну из коробок, к которой был прикреплен знакомый бумажный пакет.
Андрияненко оторвала его от коробки. Письмо. И хотя отправитель был неуказан, она могла поспорить на все свое состояние, что знает от кого оно. Кривой, мелкий, без наклона почерк был даже на нее похож. Такая же мелкая, нескладная и непреклонная. С неким радостным предвкушением она вчиталась.
«Премного благодарна за заботу о моих хромых (Вашими стараниями) ногах, форму я приму в обмен на старую, она в одной из коробок. Чтоб мы оба помнили о том, какая ты мразь (пардон за мой французский). Принимаю Вашу писанину за пространные коленопреклоненные извинения, но отклоняю их. Потому что я никогда не прощу такую *миллион нелестных эпитетов* свинью. Да простит меня это невинное животное.
Манерами я обзавелась, благодаря этой милой книжице. Там писали о необходимости быть доброй и благодарной, даже с такими ничтожествами как ты. По этим причинам спешу поделиться с Вами мудростью. И предвосхищая Ваш аналогичный порыв, шлю несколько копий. Вы же тоже захотите поделиться со своими рабами, простите, друзьями. Можете не благодарить, пока не прочитаете. Хотя по Вам не скажешь, что Вы это умеете. Слишком маленькая голова, чтоб в ней помимо яда еще мозги поместились.
Прислала бы больше экземпляров, но деньги кончились. Вам, конечно, на всех друзей не хватит, поэтому прилагаю координаты продавца. А если вам не досуг делать заказы, могу сделать их за вас. За ваши деньги, конечно. Этому меня тоже научила мудрая книга. К прочтению обязательна.
Целую крепко, ваша репка!»
Андрияненко расхохоталась, сложила аккуратненько письмо и засунула в карман. Все присутствующие в спортзале прекратили с любопытством заглядывать в письмо и шокировано замерли, ведь никогда не слышали её смеха. Дмитрин с Гнездовым переглянулись, когда Андрияненко принялась вскрывать коробки одну за другой, роняя их. Наконец она нашла черный пакет и сунула в подмышку.
- Всем взять столько, сколько можете унести и раздать друзьям. Изучить! Если кому не хватит, ждете, пока товарищ прочитает, и изучаете. – бодро приказала Андрияненко.
Сама взяла себе один и пошла к выходу. Друзья снова недоуменно переглянулись и пошли за ней, с интересом косясь на коробки, из которых вывались странные розовые книжки. И почему их подруга выглядит такой довольной? Андрияненко и сама себе задала этот вопрос, но не нашла ответа.
*************
Хах , так и не набрали , жаль , но да ладно.
К следующей главе барьера не будет.