Глава 7
За свои шестнадцать лет Валери привыкла решать многие проблемы самостоятельно, к ним же относилось и психологическое здоровье девушки. Чувствовать, что что-то не так, находить причину дискомфорта и избавляться от неё – для Вэл это не составляло труда и не требовало вмешательства кого-то постороннего. По крайней мере, до недавнего времени.
Войдя в кабинет академического психолога, она обнаружила, что её уже ждут. Поздоровавшись, Валери предложили присесть на кресло и немного подождать, пока Эрвин приготовит для них напитки:
– Сентябрь подходит к концу, стало прохладнее, не так ли? – спросил психолог, звеня кружками и ставя их на подставку в кофемашину.
– Да, вы правы.
– Помню, когда я только приехал во Флеис, климат здесь был не таким тёплым, и уже в начале сентября все ходили, нарядившись в пальто или лёгкие куртки. Природа тоже склонна к изменениям, и её последствия медленно, но верно оказывают влияние и на наши жизни. Но сегодня мы встретились не для того, чтобы обсуждать погоду, верно? – сказал мистер Вильсон, ставя кружки с горячим шоколадом на столешницу и присев на небольшое кресло напротив девушки. – Прежде чем начать наш первый сеанс, хочу спросить, как вам будет удобнее вести наш диалог? Вам комфортнее обращаться на «ты» или на «вы»?
– Наверное, официальный стиль вполне подойдёт, всё-таки вы не только мой психолог, но и будущий преподаватель.
– Не стоит сейчас об этом размышлять, в первую очередь, здесь и сейчас я специалист, занимающийся помощью с решением терзающих вас проблем или вопросов. Ко всему прочему, хотел бы заверить в соблюдении конфиденциальности – всё, что происходит в этом кабинете, останется только между нами и никогда, без вашего на то согласия, не достигнет чужих ушей. Поэтому попрошу вас чувствовать себя свободно и комфортно, а если что-то будет доставлять вам неудобства, сразу же сообщайте об этом. В процессе наших, сеансов я могу задеть темы, которые вы бы не хотели обсуждать, не стесняйтесь останавливать меня и выставлять рамки, за которые мне заходить не положено. Всё это крайне важно для эффективности нашей работы, и я надеюсь, что, даже если этот сеанс станет единственным, он будет для вас крайне полезен. Так что насчёт обращения?
– Думаю, на «вы» будет вполне приемлемо.
– Как скажете. И так, что вас беспокоит?
Валери морально готовилась к этому моменту и даже заранее придумала, что ей необходимо сказать:
– В начале июля этого года погиб мой дедушка, я тяжело перенесла известие о его смерти, но спустя время всё будто бы наладилось... встало на свои места, жизнь продолжилась, и мне казалось, что я смогла принять и пережить то, что случилось. – Рассказывая свою историю, девушка почувствовала, как на нижних веках постепенно стала скапливаться предательская влага. – Но затем мне начал сниться один и тот же сон, в котором я встречаюсь с ним, а затем просыпаюсь в слезах.
– Как вы можете описать свои отношения с погибшим? – мистер Вильсон протянул руку, указывая на находящуюся рядом с девушкой упаковку сухих салфеток.
– Он был для меня самым близким человеком, – вытерев непрошеные слёзы, Вэл улыбнулась и продолжила свой рассказ: – Наверное, я никогда и ни от кого за всю свою жизнь не получала столько любви и заботы. Дедушка воспитал меня, научил всему, что я знаю, поддерживал во всех начинаниях и был моей опорой.
– А что насчёт других родственников?
– Моя мама умерла, когда мне было девять, а отец всё время пропадает на работе, мы мало общаемся, – говоря об этом, Валери опустила глаза на стабилизатор, расположенный на среднем пальце правой руки, который она всё это время нервно крутила в разные стороны, игнорируя боль.
– Сможете описать более подробно то, как вы себя чувствовали после известия о смерти вашего дедушки? Кто вам рассказал эту новость? – В отличие от девушки, психолог держался спокойно и уверенно, смотря Валери прямо в глаза. В какой-то момент она поняла, что его расслабленная манера и ровная, хорошо поставленная речь ей очень нравятся.
– Я не была рядом с ним в последние минуты его жизни. Помню, что это был вечер. Я вернулась домой после прогулки с лучшим другом. Меня ожидал отец, он рассказал, что у дедушки случился сердечный приступ, ему было восемьдесят семь лет. По нынешним меркам, прожить до такого возраста – большой успех, я знаю, что все родственники уже давно были морально готовы к такому событию, но...
– Для вас это было неожиданностью?
– Да, – возможно, кто-то посчитал бы ответ Валери странным, но когда ты настолько сильно привык к постоянному присутствию дорого тебе человека рядом, сложно даже допустить мысль, что он может уйти.
– Как вы это восприняли?
– Не знаю. Это было очень странное состояние. Я не плакала... Словно не могла поверить, что сказанное отцом – правда. Лишь спустя несколько дней, когда дедушка так и не вернулся домой, а каждый звонок на его телефон заканчивался фразой автоответчика о том, что набранный номер не существует, я осознала реальность.
– И что вы ощутили?
– Тоску и одиночество, – на удивление Валери, честно отвечать на чужие вопросы и признаваться в своих чувствах оказалось куда легче, чем она предполагала.
– Вы ходили на похороны?
– Нет. Я понимала, что была обязана находиться там, но не смогла себя пересилить.
– Почему?
– Наверное, я боялась.
– Чего именно?
– Я точно не знаю, но мне не хотелось, чтоб у моих чувств были зрители. Провожать дедушку в последний путь, будучи окруженной столькими людьми, что будут меня утешать и говорить, как им всем тяжело, пытаться держать себя в руках и оставаться сильной – я этого не хотела.
– А после вы ходили навестить дедушку?
– Нет.
– Почему? Там ведь не было людей, которые бы смогли увидеть ваше горе.
Задумываясь над этим вопросом сейчас, Валери понимала, что не может найти четкого ответа:
– Не знаю. Каждый раз, когда у меня появляется шанс или мысль о том, что пора его навестить, я нахожу множество причин не идти.
– Из-за чего? Вы чего-то боитесь или просто не хотите?
– Не знаю, я... – взяв ещё пару салфеток, девушка вытерла мокрые ладони. – Я чувствую сильную тревогу, даже начиная просто думать об этом.
– Хорошо, я вас понял. Скажите, вы жили все вместе?
– Да, – в мыслях пронесся образ любимого родственника, улыбающегося и протягивающего руки для объятий.
– А как вы поступили с вещами своего дедушки?
– Насколько я знаю, они остались нетронутыми. Его комнату и рабочий кабинет отец оставил без изменений.
– Почему вы так неуверенны?
– Я не посещала эти комнаты после его смерти. Даже нахождение в собственном поместье доставляло мне дискомфорт, не говоря уже о комнатах, где мы с ним проводили больше всего времени. К сожалению, я не могла переехать, поэтому в основном оставалась у друга, стараясь как можно меньше быть дома.
– Как на вас повлиял переезд в Академию?
– Мне стало легче. Какое-то время даже прекратились кошмары, но лишь ненадолго.
– Вам помогает смена обстановки или большая загруженность?
– Наверное, и то, и другое. Программа Академии действительно почти не оставляет свободного времени и позволяет занять все мои мысли образованием, – сразу после смерти Эмилио девушка взяла в привычку нагружать себя учёбой и тренировками, а поступление в Академию ей в этом лишь помогло.
– Не давая возможности думать о том, что тревожит?
– Верно.
– Хорошо, я вас понял.
Оставшиеся сорок минут мистер Вильсон предложил занять несколькими упражнениями, которые, как он объяснил, относятся к когнитивно-поведенческой терапии и могут помочь Валери лучше понять себя, свои убеждения и скорректировать выработанные установки, что мешают ей воспринимать действительность.
– К сожалению, время нашего сеанса подходит к концу. Предлагаю назначить вторую встречу на следующую неделю, в тот же день и время. Вам будет удобно?
– Думаю, да.
– Отлично, тогда, в качестве задания, попробуйте до этого момента подумайте, почему вам было так тяжело посетить похороны своего дедушки и почему уже позже вы так и не смогли навестить его. Не торопитесь и не принимайте за верный первый пришедший ответ, поразмышляйте.
– Я вас поняла, спасибо, – вставая с дивана, Вэл поставила отметку в электронном календаре.
– Хорошей недели и до скорой встречи.
– Всего доброго.
Вопреки ожиданиям, первый сеанс с мистером Вильсоном оказался спокойным и заставил девушку о многом задуматься.
Позже, размышляя о сеансе, Валери поняла, что по большей части говорила именно она, в то время как сам психолог лишь задавал наводящие вопросы, помогая и подталкивая её рассуждения в нужном направлении. Наверное, она бы и сама могла справиться, как привыкла делать до этого, но чужая помощь пришлась как нельзя кстати и существенно ускоряла процесс.
***
Следующий день начинался с одного из самых любимых предметов Валери и Райана – «физики в рукопашном бою». Со слов преподавателя, ФРБ представляет собой углубленный курс физики с упором на её применение в сражениях. Предмет позволяет обучающимся лучше понять окружающий мир и законы, которые им управляют, что может помочь охотникам в различных ситуациях, возникающих во время миссий.
Особую увлекательность ФРБ придавал стиль преподавания профессора. Гáрльт Нокс был строгим, но умел грамотно и интересно преподнести материал, приводя множество практических примеров. Во время занятий он держался отчужденно, но спустя несколько пар все заметили, что во внеучебное время тот весьма общительный и доброжелательный, всегда готов выслушать и помочь своим студентам.
С другим предметом, «информационно-коммуникационными технологиями», у Валери возникли некоторые трудности. Одно дело уметь красиво оформить доклад в офисном приложении, но совсем другое – начать изучать азы программирования. Не способствовала повышению успеваемости и манера поведения педагога – Рáнвика Крóуз, который, по мнению девушки, был словно «не в своей тарелке». Может быть, из-за молодости или зажатого характера, преподаватель говорил очень тихо, что в тандеме с картавостью делало его речь крайне неразборчивой. Так что Вэл заранее отняла несколько баллов от общей суммы в её рейтинге.
– О, Адам! – крикнул Райан, привлекая внимание выходящего после занятия Мориса.
Сегодня он был одет в чёрный бомбер с необычным дизайном: на нём красовалась белая надпись «Target» и красный символ прицела. Неотъемлемой частью его образа были большие чёрные наушники, которые тот снял и повесил на шею, как только увидел Райана.
– Кажется, я видела что-то похожее у Хлои, только у неё была футболка, – отметила Валери, обратив внимание на бомбер Адама.
– Да, судя по всему, они фанаты одной и той же баскетбольной команды. Бомбер и футболка выполнены в стиле их домашней формы, – объяснила Амелия.
– Привет, – поздоровался подошедший Адам.
– Привет, кажется, мы ещё не знакомы, меня зовут Амелия, можно просто Ами или Мэл. Другие варианты тоже принимаются... В рамках разумного, конечно, – добавила девушка, протягивая руку в знак приветствия.
– Правильнее было бы сказать: «Ты меня ещё не знаешь, но вот я знаю о тебе всё», – съязвил Райан, на что сразу же получил удар локтем в бок от Томпсон. – Отлично, теперь меня ещё и она избивает, – прокряхтел парень.
– Адам Морис, приятно познакомиться, – представился молодой человек, осторожно пожимая чужую руку.
– Кто твой любимый игрок? – поинтересовалась Амелия.
Студент повернулся спиной и указал большими пальцами на надпись «Ки́ллиан Пéрси», выполненную крупным шрифтом красного цвета.
– О-о-о, – протянула Мэл. – А у Хлои на футболке было написано «Анастáсий Грóуфорд».
– Да, я тоже заметил. Они основные нападающие команды, – на лице Адама промелькнула улыбка.
Валери показалось, что парню немного неудобно от такого количества внимания, но развязавшийся разговор был ему явно интересен. По словам лучшего друга, Морис являлся интересным и приятным в общении парнем, хоть и немного стеснительным, поэтому, в надежде на дальнейшее общение, Донован решила поддержать диалог:
– А почему именно Киллиан?
– Потому что он совершил один из легендарных слэм-данков за всю историю НБА. Его даже показывали по главным новостным каналам.
– А что насчёт Анастасия, который выступил в роли приманки, благодаря которому Перси смог провернуть тот бросок? – Амелия подошла ближе, явно увлекаясь разговором.
– Согласен, он крут. Киллиан не смог бы забить без его помощи. В баскетболе, как и во многом другом, важна командная работа.
– Да-да! Анастасий отвлек на себя почти всю команду, сделал вид, что выполняет джамп-шот, а на деле отдавал пас Киллиану, это было невероятно!
– Думаю, именно поэтому его так любят.
– Ты вообще понимаешь, о чём они болтают? – Воткинс придвинулся ближе к Вэл, прикрывая рот рукой.
– Понятия не имею, – недоуменно ответила ему девушка.
После разговора, под хныканье Райана о том, что он и без того валится с ног, они все вместе пошли на ОФП.
С тех пор как они поступили в Академию, Валери почти никогда не оставалась с лучшим другом наедине. Их привычный дуэт почти всегда разбавляла Амелия, чему, в принципе, друзья были и не против, ведь она гармонично вписалась в их компанию.
«Похоже теперь, – подумала Вэл, – к нам может присоединиться и Адам. Никогда не думала, что буду находиться в такой большой компании».
Решив не толпиться в и без того тесной раздевалке, Валери вышла подождать друзей на спортивную площадку.
– Вэл, Вэл, Вэл, – протяжно повторил имя девушки подошедший парень.
– Что ты хочешь, Абрам? – Донован не скрывала своего нежелания даже начинать диалог.
– Как грубо, – Морис наигранно схватился за сердце. – А ведь мы, кажется, несколько недель не разговаривали. Ты даже не читаешь мои сообщения в «Румор», – состроив обиженное выражение лица, Твин подошел ближе.
– Может, я ожидаю, что ты поймёшь намёк и перестанешь туда писать?
Подперев подбородок, Абрам задумался, затем наклонился так, чтоб их с Валери глаза оказались на одном уровне:
– Сделаю вид, что я этого не слышал, – девушка почувствовала чужое дыхание на своей коже.
Словно вспомнив что-то неприятное, настроение Мориса изменилось, он быстро отстранился от Валери и с нескрываемой издевкой продолжил:
– Как дела в раю? Смотрю, ты обзавелась несколькими приятелями, среди которых даже есть один Морис.
– Ты про Адама? Они с Райаном живут в одной комнате. Хотя ты, наверное, и так это знаешь.
– Без понятия, меня это не интересует, – отмахнулся Абрам.
– Почему, он ведь твой брат?
– Посмотрите-ка на неё! Теперь тебе интересно со мной разговаривать? Или тебе интересно больше узнать об Адаме? – ореховый оттенок глаз парня будто стал на несколько тонов темнее, когда он сощурился и внимательно посмотрел на девушку.
– Вэл, ты чего там стоишь, пойдём, – крикнул ей вышедший из мужской раздевалки Райан, развеяв гнетущую атмосферу.
– Не забудь, дорогая, ты должна интересоваться только мной, – вслед крикнул Абрам.
– Чего он хотел? – спросил друг.
– Без понятия, – непонимающе бросила Вэл.
В школе она часто задумывалась над причинами странных поступков и высказываний Мориса, но не находила ответа, поэтому быстро сдалась. Сейчас у неё было много других забот, и, пока Абрам никому не причинял вреда, Валери решила объяснять его поведение сложным и переменчивым характером.
Вечером пятницы Валери поняла – пора сделать то, что она так долго откладывала – съездить к отцу. С момента, как она узнала о своей двухклассовости, прошло почти три недели, но девушка так и не поговорила об этом с тем, кто являлся её единственным опекуном и ближайшим из родственников.
Набравшись смелости, Вэл решилась написать Патрику, спросив, будет ли он вечером субботы дома – никогда не знаешь, где окажется глава СОТ в тот или иной вечер: работа может завести его куда угодно, поэтому, чтобы не тратить время зря, лучше заранее условиться о встрече.
До самого обеда ответа так и не поступило. У Валери было два варианта – либо дождаться чужого сообщения, либо отправиться домой прямо сейчас в надежде на лучший исход.
Предпочтя первое, она не прогадала. Поздней ночью её разбудило эсэмэс, в котором Патрик Донован заверял, что будет дома в воскресенье и с нетерпением ждет встречи. Попутно отец приносил извинения за то, что не смог ответить вовремя.
Отказавшись от помощи лучшего друга, на следующий день Валери поехала на встречу. Стоя на пороге собственного дома, она осознала, что уже очень давно не открывала входную дверь и не видела такую привычную обстановку родного поместья. Девушку одолевало странное смешение чувств: в этом котле вместе варились печальная тоска, страх, одиночество и желание бежать как можно дальше и быстрее.
Тяжело вздохнув, Вэл повернула ручку двери и вошла. В гостиной на большом мягком диване сидел отец, который моментально обернулся на звук открывающейся двери. Завидев дочь, он положил газету на столик и встал, чтобы её поприветствовать.
За пролетевшее время Патрик немного изменился, в его коротких тёмно-каштановых волосах появилась лёгкая седина, на высоком открытом лбу виднелись морщинки, а тонкие губы изогнулись в неловкой улыбке.
Несмотря на свой возраст, отец Валери оставался энергичным и имел хорошее телосложение. Единственное, что выдавало его физическую и моральную усталость – опущенные плечи и множественные морщины на лице. Патрик никогда не показывал дочери то, как он измотан. Тяжелая, ненормированная работа, требующая личного присутствия в любое время дня и ночи, частые командировки и охота на захваченных территориях истощали его до предела.
Переминаясь с ноги на ногу, девушка изогнула губы в приветственной полуулыбке и, смотря из-под опущенных ресниц, тихо произнесла:
– Привет.
– Здравствуй, давно не виделись, – протягивая руку, он пригласил дочь войти. – Ты голодна?
– Немного.
После этих слов они прошли в кухню, где уже был накрыт стол.
– Ты и сама прекрасно знаешь, что из меня вышел бы не очень хороший повар, поэтому я решил обеспечить нашу безопасность и просто заказал еду из ресторана.
– Спасибо, – не зная, куда себя деть, Валери присела за стол и начала ковырять вилкой предложенный салат с морепродуктами.
– Как дела в Академии? Всё хорошо?
– Хорошо. Я заселилась в общежитие, мне повезло, комната только на двоих, а с соседкой я быстро сдружилась. Может, ты её знаешь, Амелия Томпсон?
– Я знаю её маму – Эстель Томпсон, Твин Третьего сектора, уже давно служит в СОТ. Хорошая женщина, любящая свою семью. Мне доводилось с ней работать, – ответил мужчина, разливая яблочный сок по фужерам. – А как дела у Райана?
– Райан... – протянула девушка. – Райан как Райан, всегда полон сил.
– Это он-то? Небось на занятия даже не является.
– Ходит только начиная с третьей пары. И это мне ещё его уговаривать пришлось.
– Уже неплохо, – рассмеялся мужчина.
– Я хотела спросить... Ты ведь уже говорил с дедушкой Хьюбертом? – Валери решила не медлить и сразу перейти к тому, зачем она приехала.
– Да, он говорил мне о твоей необычной ситуации.
– И что ты на счёт этого думаешь?
– Даже не знаю... Впервые услышав об этом, я опешил, никогда не сталкивался с подобным и не имею понятия, как наличие сразу двух классов может повлиять на тебя или твою силу.
– Хьюберт намекнул на то, что всё это может быть как-то связано с дедушкой Эмилио.
– Я уже говорил ему, что не считаю отца как-либо причастным к тому, что с тобой происходит. Да, ему была интересна тема расширения возможностей магов и прекращение их зависимости от класса и сектора, но эта инициатива быстро исчезла. У него были дела гораздо важнее. К тому же все результаты его исследований были переданы в НИЦ, думаю, они бы сообщили, если бы нашли что-то занимательное.
– Но как тогда всё это понять? Дедушка был единственной ниточкой к разгадке, за которую я могла ухватиться, – с каждым словом Валери понимала, что чувствует всё большее отчаяние и бессилие в сложившейся ситуации. Единственно найденное ею направление для решения этой загадки разлеталось у неё на глазах.
– Я понимаю, но вряд ли смогу сказать тебе что-то, чего ты не знаешь. Я думаю, что тут мы бессильны. Если результаты проведенных исследований не дадут каких-либо ответов, единственный выход, который я вижу, – просто ждать начала занятий по основам магии, – с самого начала Вэл понимала, что всё сведётся именно к этому, но не хотела верить. – Ты же знаешь, что, не считая обладания двумя классами, с твоим организмом всё в порядке, а это значит, единственным способом разобраться в этом – попробовать использовать свои способности. Сейчас ты этого сделать не сможешь, но на втором курсе у тебя появится возможность.
– Предлагаешь просто сидеть и ждать? – она не могла даже разозлиться, чувство собственной беспомощности и безысходности ситуации поглощали её всё больше.
– Предлагаю делать то, ради чего ты поступила в эту Академию – учиться, постигать новые знания, с которыми, возможно, придут и ответы на терзающие тебя вопросы. Мы не всегда способны понять, почему произошло то или иное событие, почему мы такие, какие мы есть. И вместо того, чтобы мучиться в догадках, не лучше ли использовать то, что нам дано?
– Может, ты и прав, – понимая, что она сделала всё возможное, девушка встала из-за стола и направилась к выходу.
– Не расстраивайся, помни, что все ответы придут в нужное время, – Патрик последовал за дочкой и остановился у прохода. – Ты уже уезжаешь? Я думал, останешься на денёк.
– Мне нужно ехать, программа Академии достаточно насыщенная, что занимает всё моё свободное время, – Валери никогда бы не призналась, что нахождение в этом доме доставляет ей достаточно сильный дискомфорт, чтобы трусливо сбежать.
Лишь выйдя из дома, когда прохладный ветер развивал её волосы и помогал остудить голову, она задумалась о том, что ей удалось выяснить. Или, точнее, о том, что Вэл не узнала ничего.
Иногда девушка завидовала умению её отца и Райана просто отпускать ситуацию и без страха плыть по течению. Она так не могла. Но что, если именно в этом кроется ответ? Или его и вовсе нет? Время расставит всё по своим местам и предоставит необходимые ответы. Ей очень хотелось в это верить.
***
Ещё в час дня Валери получила сообщение от Райана, в котором он пожелал ей доброго утра, даже несмотря на то, что по сути уже был обед, и спрашивал, во сколько ему подойти.
Пока они возвращались в Академию, Вэл вспомнила о проблеме, которая из-за всех прошедших событий совсем вылетела у неё из головы:
– Чёрт!!! – Громко крикнула девушка, из-за чего Райан, идущий рядом и листающий короткие видео в одной из самых популярных социальных сетей «Румор», содрогнулся.
– Ты чего орешь?
– Я совсем забыла про лабораторную по биологии, которая будет в понедельник! Что делать?! – Валери уже начала перебирать в своей голове возможные сценарии развития событий на занятии.
– Успокойся, я же сказал, что всё решу. Всё пойдет как по маслу, не волнуйся, – заверил её друг и вновь продолжил пялиться в телефон. – А поможет нам вот этот молодой человек. – Сказав это, он продемонстрировал чужое фото, размещенное в «Румор».
– Чего?
***
«План Райана – это полный идиотизм», – вот что думала Валери, сидя на паре по биологии, пока миссис Воленс рассказывала о цели лабораторной работы и раздавала инструкции.
– А теперь вам необходимо поделиться на пары. В этом я даю вам полную свободу. В конце занятия жду от вас законспектированные результаты ваших трудов.
Для Валери не было секретом, кто именно к ней подсядет для выполнения задания, однако всё равно ей было крайне неприятно, когда этот человек подошел, не забывая «продемонстрировать своё остроумие»:
– Никогда бы не подумал, что Валери Донован потребуется моя помощь. Неужели ты боишься вида крови?
– Абрам, – выдавливая из себя улыбку, поприветствовала Вэл.
– Рири.
– Кажется, я просила тебя меня так не называть, – чувствуя, что и без того еле-еле натянутая улыбка вот-вот исчезнет, девушка попыталась взять себя в руки.
Она не понимала почему, но только Абрам Морис умел настолько сильно и легко выводить её из себя. Ему не нужно было даже открывать рот, одним только своим видом он вызывал в девушке необъяснимое чувство раздражения.
– И каков план? – Валери решила сразу перейти к главному.
– В таких делах не стоит торопиться. У нас впереди целых полтора часа. Может, пока поговорим о нас? Ты так старательно меня избегаешь или настолько занята и неуловима? – подперев голову рукой и закинув ногу на ногу, Абрам с интересом разглядывал лицо собеседницы.
Пропуская реплики парня мимо ушей, Валери взяла руку Мориса и придвинула её чуть ближе к себе.
– О-о-о, – протянул Абрам. – А это уже интереснее.
Не думая, девушка уколола чужой палец, за чем последовала незамедлительная реакция:
– Я, конечно, знал, что ты с шипами, но не настолько же.
– Хватит болтать и дай мне свою руку, – потянув парня за запястье, которое тот старался подвинуть поближе к себе, девушка собрала пару капель крови на лабораторное стекло. – Держи, – протянула Абраму спиртовую салфетку.
– Без неё обойдусь, – немного надувшись, Морис протянул палец ко рту.
После этого Валери поставила лабораторное стекло на место и заглянула в микроскоп, изучая чужие клетки маны насыщенного черного цвета, подтверждающие Первый сектор владельца.
Очень скоро к ним подошла миссис Воленс и, посторонив девушку, заглянула в микроскоп:
– Замечательно, теперь вам осталось только законспектировать работу мисс Донован.
После этого девушка начала делать письменные заметки, пока Абрам донимал её вопросами:
– Почему не захотела стать старостой, я думал, тебя интересуют дополнительные баллы рейтинга?
– Они мне без надобности, я и так поступлю на службу в главный отдел.
– Думаешь, папочка поможет? – подколол Морис, разглядывая идеальный маникюр на своих ногтях.
– Я и сама справлюсь, благодаря этому, – Валери указала на висок.
– Ну, личико у тебя и вправду что надо, но не кажется, что требуется нечто большее?
Захлопнув конспект, Валери резко повернулась к парню.
– Спокойно, спокойно, я просто шучу, – выставив ладони перед собой, успокаивал Абрам.
Если задуматься, Морис был совершенно прав. Благодаря выстроенной системе рейтингов, после окончания Академии в главный отдел СОТ брали ограниченное количество лучших студентов, заработавших больше всего баллов в процессе обучения. Остальных же распределяли в другие отделы, расположенные в отдаленных от столицы городах, которые с большей вероятностью могли захватить, и выполняли более сложную и опасную работу. Получение баллов возможно по трем основным категориям: образование, организационная деятельность и участие в ежегодном мероприятии, посвященном Дню основания ФГАМИ.
Кроме того, от занятого места каждый семестр зависел размер стипендии, получаемой студентами. И если первый семестр всем первокурсникам выплачивалось всего по три с половиной тысячи нильтов, то после сессии сумма могла увеличиться до пятидесяти тысяч, что являлось даже больше средней заработной платы по Флеису.
Но если стипендия для некоторых не играла особой роли, то ради хорошего места практики на третьем и четвертом курсе стоило потрудиться.
Валери не стремилась к первому месту в рейтинге и большой стипендии, а для того, чтобы поступить на практику и, в дальнейшем, на работу в главный отдел, достаточно войти в первую десятку.
Помимо этого, существовала система штрафов, которая могла негативно сказаться на месте студента в рейтинге. Всю необходимую информацию можно посмотреть в личном кабинете на сайте Академии.
Обычно штрафы небольшие, а список возможных нарушений состоит всего из нескольких пунктов, поэтому их влияние на баллы несущественно. Тем не менее, возможно впервые за всю историю Академии, Райан умудрился стать студентом с отрицательным рейтингом и скатиться в конец списка всего курса, когда по неосмотрительности «изволил нецензурно выражаться в присутствии заместителя директора». Теперь его общее количество баллов составляло минус три.
– Просто я не хочу заниматься всеми этими организационными моментами. Мне это не интересно. Я могу потратить время с большей пользой в библиотеке и получить достаточно баллов за закрытую сессию, – отвернувшись, Вэл продолжила конспектировать.
– Ты и в школе была такой. Приятно осознавать, что хоть что-то не изменилось, – на лице парня промелькнула улыбка.
– А что насчет тебя?
– Ты же знаешь, «Морис» – значит лучший во всём.
– Что-то я не заметила, чтобы твой брат стремился стать старостой.
– Адам – не «Морис» и никогда им не станет, – голос Абрама моментально изменился. Ещё в прошлый раз, когда в их разговоре речь зашла о сводном брате, Валери показалось странным реакция парня. – Не будем об этом. Ты закончила?
– Да, но что нам делать? Не знаю, посвятили ли тебя в некоторые детали, но мне нельзя сдавать кровь, – Валери очень надеялась, что Абраму не сказали о причинах сложившейся ситуации, с другой стороны, она не имела понятия, почему этот парень ей вообще помогает.
– Мне не сказали, почему у тебя вдруг возникла такая проблема, а я не стану настаивать, чтобы мне рассказали правду. У всех есть секреты, которые не хочется рассказывать другим, не правда ли? Просто доверься мне, – сказав это, он осторожно взял руку Валери и поднес к ней ланцет.
Рефлекторно девушка отвернулась и зажмурилась. Ей с детства не нравился вид иголок и всего, что с ними связано.
Почувствовав укол, она вздрогнула и повернулась, чтобы посмотреть.
Неожиданно для Вэл, Абрам сразу приложил к месту укола спиртовую салфетку и бережно зафиксировал её пластырем.
– Но... – не понимая, начала девушка.
Поднеся палец ко рту, в намеке на тишину, парень собрал пару капель крови с собственного пальца на медицинское стекло и отдал его Валери.
– Спасибо.
Абрам не стал смотреть в микроскоп и позволил девушке выполнить всю работу самостоятельно. Сделав нужные записи, Вэл встала из-за стола и заметила, как миссис Воленс движется в их направлении.
– Черт, – Валери запаниковала и начала оглядываться по сторонам, чтобы найти место, куда можно спрятать медицинское стекло, которое она держала в руках.
В результате царившей суматохи она даже не заметила, как мимо пробежал Райан, который больно толкнул её, из-за чего стекло с образцом упало на пол и проскользило по паркету.
– Ой, как неловко получилось, сорян, подруга, – изобразив святую невинность, пробормотал Райан.
– Мистер Воткинс, будьте осторожнее, соблюдайте технику безопасности. Абрам, вы успели провести анализ и законспектировать данные?
– Да, миссис Воленс.
– Тогда я выписываю штраф мистеру Воткинсу в размере только одного балла.
Когда преподаватель отвернулась, Райан подошел к своему месту и показал подруге палец вверх, а находившийся с ним в паре Адам демонстративно прикрыл лицо рукой.
В итоге всё закончилось благополучно. На самом деле, Валери сомневалась, что кому-то могла понадобиться её кровь, поэтому в подобном трюке от Райана вряд ли была необходимость. Но как получилось, так получилось.
Ещё раз поблагодарив Абрама, девушка подошла к другу:
– Ну ты и выкинул, предупредил бы, – толкнув парня в бок, посетовала девушка.
– Та ладно тебе, зато так безопаснее.
– Да уж...
Примечание от автора:
Рубрика «для особо любопытных»
Для тех, кому будет интересно, мы решили предоставить чуть более подробную информацию о системе рейтингов, действующей в ФГАМИ.
Рейтинговая система Академии заключается в наборе баллов на протяжении обучения по трем основным категориям:
– образование;
– организационная деятельность (волонтерство, клубная деятельность, победы в конкурсах и олимпиадах, членство в студсовете, должность старосты или зама);
– участие в Дне основания Академии (его организация, проведение мероприятий, победа в Майских играх (о них мы расскажем позже)).
Важно отметить, что в рамках организационной деятельности можно получить не более 10 баллов.
Кроме того, существует система штрафов:
– Нарушение комендантского часа – 1 балл;
– Использование магической силы вне занятий, повлекшее нанесение вреда другому человеку или окружающей среде – от 5 баллов;
– Неподобающее поведение – от 1 балла;
– Порча академического имущества – от 1 балла;
– Прочие нарушения.
Как вы уже заметили, наш прекрасный Райан успел заработать два штрафа, причем по одному и тому же нарушению, только в разных его проявлениях.
На каждом курсе формируется рейтинг студентов. Количество полученных баллов варьируется в зависимости от курса и семестра. По окончании Академии возможно получить всего 1000 баллов.
При поступлении в Академию всем студентам начисляется стипендия в размере 3 500 нильтов.
После окончания 1 семестра 1 курса, стипендия повышается или остается прежней в зависимости от места студента в рейтинге:
1 место – 50 000 нильтов;
2–5 места – 25 000 нильтов;
6–10 места – 10 000 нильтов.
Один нильт равен 1,2 рубля. Следовательно, 50 000 нильтов – это 60 000 рублей.
Сумма стипендии обновляется каждый семестр, то есть, если после окончания первого курса студент находился на 3 месте в рейтинге, то до конца следующего семестра он получает повышенную стипендию в размере 25 тысяч нильтов. Но если, к примеру, в следующем семестре он завалил сессию и скатился в рейтинге до 15 места, то следующие полгода он будет получать обычную стипендию в размере 3,5 тысяч нильтов, пока у него не появится возможность обновить свой рейтинг.
В зависимости от рейтинга студента после окончания 1 семестра 3 курса определяется его место практики. Так же и на 4 курсе. То есть, если ты входишь в топ 10, то тебе гарантирована база практики в виде главного отдела СОТ, если, конечно, ты сам не пожелаешь что-нибудь поопаснее и менее комфортное.
В зависимости от нахождения в итоговом рейтинге (рейтинг общих баллов, полученных студентом за все 4 года обучения) осуществляется распределение студентов на места работы, а также их ранг охотника (в зависимости от которых различаются условия и заработная плата).
На первом семестре у нас вот такое распределение баллов:
Зачёты:
0-60 – студент направляется на пересдачу, и, как бы хорошо он ни пересдал предмет, баллы он уже не получает;
60-75 – 3 балла;
76-95 – 4 балла;
96-100 – 5 баллов.
В этом семестре предусмотрены зачёты по философии, ИКТ, иностранному языку и культуре речи.
За экзамены и дифференцированные зачеты студенты получают вдвое больше баллов, чем за зачеты.
Экзамены и диф. зачеты:
0-60 (плохо) – пересдача, без баллов;
60-75 (удовлетворительно) – 6 баллов;
76-95 (хорошо) – 8 баллов;
96-100 (отлично) – 10 баллов.
Диф. зачёты: физика в рукопашном бою и ОФП.
Экзамены: биология и отечественная история.
Кроме того, помимо дифференцированного зачета, по ОФП предусмотрена сдача нормативов в конце семестра, за которые тоже выставляют баллы.
Нормативы на ОФП:
3 степень (норма) – 3 балла;
2 степень (чуть выше норма) – 5 баллов;
1 степень (высокие показатели) – 10 баллов.
В итоге максимально возможное для получение количество баллов по учёбе составляет 70 баллов.
А также доступны баллы за участие в организационной и студенческой жизни Академии и курса:
Обязанности старосты – 5 баллов;
Обязанности зама. старосты – 3 балла;
Член студсовета – 5 баллов;
Глава клуба – 5 баллов;
Клубная деятельность – 3 балла.
Победа в олимпиадах или конкурсах – 2 балла (за победу в одной олимпиаде или конкурсе);
Волонтерство – 5 баллов;
Если помимо идеальной учёбы вы ещё и стали старостой, членом студенческого совета или возглавляете какой-нибудь клуб, параллельно участвуя в олимпиадах, то количество баллов увеличивается и составляет 80 баллов.
Как видите, Валери посчитала более целесообразным сосредоточиться только на учёбе. Однако Абрам более предусмотрителен и понимает, что чем выше курс, тем больше баллов можно получить за организационную деятельность, ну или он просто перфекционист и мечтает о максимальных 80 баллах.