22 глава.
Утро было серым и вязким, снег не шел, но в воздухе стоял холод, как в предчувствии чего то тяжелого. Наташа пришла раньше, за час до назначенного и каблуками стучала по бетонным супенькам, ходя туда-сюда от нервов. Улица у дома Лехи была пустой, но не тихой, кто то спорил так, что было слышно через приоткрытую форточку, где то вдали лаяла собака.
Он появился неожиданно, будто вырос из подъезда, без приветствий, в темной куртке, капюшон на глазах.
- На, - Леха быстро сунул ей в руки папку, плотно перетянутую веревкой.
- Что это? - забирая папку спросила она.
- То, что ты просила, - озираясь по сторонам ответил он.
- Там все? - она чуть наклонилась ближе, будто хотела увидеть его глаза.
- Хватит с головой, - тихо сказал он, - смотри аккуратно и не ходи одна, поняла?
Он оглянулся через плечо, дернулся, словно заметил кого то.
- Уходи, Ната, - шопотом сказал он, - мы если что не виделись, если помощь нужна, звони, но не приходи.
- Леш, - начала она.
- Все, уходи, - он резко развернулся и забежал в подъезд.
Наташа прижала папку к груди и пошла быстрым шагом к остановке, на ходу запихивая ее в сумку. Внутри ныло, тело будто уже знало, что это только начало.
Когда она вошла в качалку, там уже были все, Вова что то чинил в тренажере, Кристина пила чай у батареи, Турбо листал старую газету, не читая, Кощей как всегда сидел в каморке.
- Есть, - сказала она, вытаскивая папку из сумки, - только Леха сказал, одной не ходить.
Все собрались за столом, развязали веревку. Бумаги были настоящие, копии протоколов, служебные записки, доклады с грифом "служебное пользование".
- Вот, - Вова ткнул пальцем, -смотрите, Хайдар указан, а рядом фамилия неразборчиво, но видно оперуполномоченный.
- А тут, - Кристина перевернула лист, - в материалах наблюдения Сутулый.
Наташа вытащила еще одну бумагу, там был список имен, неполный, с инициалами и подписями, но одно бросилось в глаза всем.
- Это что, - прошептала Кристина, - список кандидатов на...
- Задержание, - закончил Вова, - вон, вторая фамилия, Рудакова, это ты Наташ.
- Значит, я следующая, - она побледнела.
Кощей молча слушал, стоя в проеме каморки, не сел ни разу, пока они разбирали бумаги, потом подошел, взял один из листов, вчитался.
- Хайдар значит, - усмехнулся он, - пойду навещу.
- Один пойдешь? - спросил Турбо.
- Ну нет, с тобой, Кристину возьмем, - раздраженно ответил он, - один конечно.
- Не нравится мне это, - Вова подошел ближе.
- Нравится, не нравится, а надо Володя, - вздохнул Кощей, - чем быстрее мы все это решим и закончим, тем будет лучше.
Кощей накинул плащ, подкурил и вышел из качалки, оставляя всех ждать.
Он дошел только до перекрестка. Снег скрипел под ботинками, впереди плыли огни от дальнего окна, куда светило восходящее солнце, а за углом стояли двое, те что после того, как порезали Марата его уже задерживали.
- Кощей? - спросил один.
- Слушаю, - без интереса сказал он.
- Пройдемте, - сказал второй.
Он не сопротивлялся, просто опустил руки и посмотрел вверх, как будто там, среди серого неба и облупленных карнизов, был кто то, кто мог бы ответить, почему все вот так.
До отдела доехали быстро и молча, железная дверь камеры закрылась с глухим лязгом. Звук был не громким, но окончательным, как будто защелкнули крышку гроба.
Кощей стоял посреди бетонного квадрата, сырая штукатурка, лампочка под потолком, лавка вдоль стены и ведро в углу, ни окна, ни часов. Он не спросил ничего. Даже не посмотрел на тех, кто его заводил, знал, бесполезно. Эти знали, что он знает и все равно делали свою работу.
Кощей сел на лавку. Пальцы сцепил в замок, наклонился вперед, просто смотрел в пол. Минуты тянулись, никто не приходил, не было ни допросов, ни угроз.
Только тишина, как самая страшная пытка.
Он знал, это начало. Они не хотят признаний, им не нужны показания, они хотят, чтобы он выбрал сам, сломаться, сдаться, выгореть изнутри или принять, что его судьба уже решена, только никто еще не сообщил приговор.
***
Прошло почти два часа, Наташа тревожно смотрела на часы, Кристина расставляла бумаги по порядку, Турбо что то чертил на куске газеты, Вова стоял изредка поколачивая грушу.
- Он должен был уже вернуться, - сказал Вова.
- Надо искать, - встал Турбо.
- Я позвоню Лехе, - Наташа начала рыться в сумочке в поиске бумажки с номером.
Наташа скрылась в каморке Кощея, где стоял пузатый красный телефон и после короткого диалога вышла в основной зал побледнев.
- Его взяли, - сказала она, - без оформления, в камеру одиночку посадили.
- Это же не законно, - тихо сказала Кристина.
- Я пойду, - тихо сказал Туркин, одевая куртку
Кристина обернулась резко, Наташа подняла на него глаза, Вова замер, как статуя.
- Куда? - спросила Кристина, уже зная ответ.
- К Хайдару, - ответил он.
- Ты с ума сошел, - прошипела Наташа.
- Он тебя убьет, - сказала Кристина.
Повисла тишина, молчал даже Вова.
Вдруг резкий топот по лестнице и скрип открывающейся двери.
- Кощей, - влетел в зал Лампа, - где Кощей?
- Чего орешь? - спросил Туркин, - нет его пока.
- Я его видел, - выпалил он, - Сутулый, у вокзала, я там ходил мелочь клянчил, его заметил и сюда.
- Ты уверен? - Вова шагнул к нему.
- Да, точно он был, - ответил мальчишка.
- Вова пошли, - сказал Туркин.
- Давай, за машиной, быстрее будет, - Вова накинул куртку, - Наташа, оставайтесь тут, если не вернемся, звони Лехе.
Наташа кивнула, Кристина прикрыла лицо руками не в силах смотреть, как они уходят, ей казалось, что с каждым днем, мир рушится все больше и больше.
***
Снег начинал сыпаться лениво, как будто не хотел мешать, Вова вел машину грубо, руки сжимали руль, будто это горло врага, Туркин молчал, всматриваясь в дорогу, будто хотел вырезать взглядом маршрут к Сутулому.
- Он мог уйти, - пробурчал Вова, - или это вообще был не он.
- А если он? - Турбо бросил взгляд в зеркало, - если все на самом деле как в этих бумагах написано, то время против нас, надо либо перехватить, либо знать, куда он идет.
- На вокзале полно углов, - Вова кивнул, - как мышь скроется.
- Не скроется, - Туркин достал складной нож и несколько раз открыл и закрыл его, проверяя механизм, - найдем эту суку.
Машина резко свернула, колеса проскользнули на повороте и затормозили на парковке у запасного выхода с вокзала. Они выскочили, каждый по своему, Турбо впрямую, по уличному, Вова тише, сдержанней, скользя между машинами, снег под ногами уже хрустел громче, чем хотелось бы.
Сутулый шел быстро, низко опустив голову, будто просто торопился на поезд.
- Вон он, - прошептал Туркин.
- Ждем, - Вова держался сбоку, ловил направление на перроне, проверяя, нет ли с ним хвоста.
Сутулый остановился, проверил время на часах и обернулся, слишком резко.
Он понял.
И сразу рванул, между лавкой и тележкой, к дальнему выходу.
- Пошли, - улыбаясь сказал Туркин.
Они двинулись слаженно, как в уличной драке, один давит прямо, второй режет угол. Сутулый еще пытался уйти, проскользнул в тень под аркой, но там его уже ждали.
Туркин врезался в него грудью, схватил за ворот куртки, рывком прижал к стене.
- Стоять, мразь, - прошипел он и резко блеснуло лезвие ножа у горла Сутулого.
- Эй, эй, - Сутулый замер, - Турбо, брат ты чего, совсем уже?
- Рот закрой, - Вова подбежал сбоку, - пойдем тихо.
Сутулый понял, сопротивляться глупо, он медленно поднял руки.
- Пошли, пошли, - Вова коротко кивнул, - быстро и без шума.
Они вывели его через запасной выход, где и оставили машину. Запихнули на заднее сиденье, Турбо сел рядом, но нож так и не убрал.
- Знаете, пацаны, - начал Сутулый, - вы не в ту игру влезли, поймите.
- Закройся, - Вова повернул ключ в замке.
Машина тронулась, медленно, без визга шин и растворилась в снежной пелене.
Сутулого втащили в зал, усадили на лавку у стены, он тяжело дышал, куртка сбилась на плечо, в горле хрипело, как будто он пробежал десять этажей.
Туркин снял куртку, прошелся по залу туда-сюда, будто пытался выбить из себя лишнюю злость, несколько раз ударил по груше.
- Смотри, какая встреча получилась, - сдерживаясь сказал Турбо присаживаясь напротив, - ты там наверное, просто гулял, не на поезд спешил же да?
- Я не знал, что вы меня ищете, - тихо сказал Сутулый.
- Мы не ищем, -сказал Вова, - мы находим.
Наташа стояла у батареи, прижимая руки к себе. Папка с документами лежала на столе, будто следила за всем, что происходило. Кристина курила на диванчике наблюдая за тем, как разговаривают с Сутулым.
- Ты есть в этих бумагах, - сказала Кристина негромко и кивнула на папку, - че тебе моя сестра сделала то?
- Откуда они у вас? - Сутулый покосиля на папку.
- Не твое дело, - отрезал Туркин, - сейчас ты отвечаешь, не спрашиваешь.
Туркин вытащил нож, положил на стол. Сутулый смотрел на лезвие, будто в нем отражалось все, чего он хотел избежать.
- Рассказывай, что происходит? - спросил Вова, - кто ты на самом деле?
- Я ничего не буду говорить, - Сутулый мотнул головой.
- Не тяни, мы не менты, жалеть не будем, - Турбо наклонился ближе, в глазах пылала ярость.
Сутулый сглотнул, зажмурился.
- Я работал на Ильдара, он мент, да, но не такой, как остальные, он с Хайдаром связан был, прикрывал, чистил хвосты, - затараторил Сутулый.
- Наркота что ли? - уточнил Вова.
- Да, да, черняжка, Хайдар гонит, а Ильдар смотрит, чтобы никто не мешал, даже выезды были отдельные из города, - продолжал он.
- А Кощей тут при чем? - спросил Турбо.
- Лариса, его бывшая, она племянница Хайдара, Кощей ее на черняжку посадил, потом бросил, - ответил Сутулый.
- Чего? - Вова шагнул ближе.
- Кощей? - Туркин резко встал, - Черняжка?
- Да, я сам охренел, когда узнал, - закивал Сутулый, - они кололись там вместе, она передознулась он ее кинул и к Алене этой вашей ушел, Лариса в себя долго не могла прийти, потом вот Хайдару все и рассказала, а там уже все в кучу и пошло.
Сутулый с трудом переводит дыхание, голос дрожит, в качалке стоит тишина, ни кто не знал, что Кощей сидел на системе, кроме Алены, которая могла бы сейчас все рассказать так, как оно есть на самом деле.
- Хайдар сказал, разберется, что Кощей слишком много знает и слишком долго не мешал, прибыль приносил, а потом пропал, - продолжил Сутулый, - я не все знаю, там запутано так, Лильку Турбо обидел, вот они скопом всех размазать и решили, а теперь раз Ильдар мертв, Хайдара интересует только Кощей.
В качалке так и осталась висеть тишина, ни кто не понимал, как быть дальше, что делать с информацией и куда бежать.
Напряжение росло.
Туркин ходил из угла в угол, пытаясь собрать мысли в кучу, брат всегда был для него авторитетом, а теперь, оказалось, что он был наркоманом, в голове это не укладывалось.
- Валер, - Кристина притормозила его вдали от всех, - Алена бы не стала с ним быть, если бы он сейчас кололся, я уверена в этом, а прошлое есть у всех нас.
- Может быть, - тихо сказал он, - но я не понимаю, че делать, пытаюсь думать как он, но не выходит.
К ним подходят Наташа с Вовой, вчетвером они стоят вдалеке от Сутулого, что бы тот не слышал.
- Я утром Лехе позвоню, - шепчет Наташа, - попрошу встречу с Кощеем, может придумает, как это сделать.
- Кощей точно должен знать, как нам их вытаскивать, - кивнул Вова.
- Я утром на смену, - Кристина нервно закуривает, - если Лелька еще в больнице, поговорю с ней, узнаю, что это за Лариса такая.
- Мы с Наташей тогда караулить останемся, - говорит Вова, - вы идите, итак тут ночевали сегодня.
Туркин кивает, натягивает куртку, ждет пока Кристина наденет свою и они не прощаясь, и даже не глядя в сторону Сутулого уходят из качалки.
Ни кто не знает, что принесет новый день.