Глава 2 - Наказание Бекки
Бекки не спала. Всю ночь она провела в беспокойстве и метаниях, ждала стука в дверь или приезда полиции. Ее убьют родители, убьет Ирин. Футбольная карьера будет слита в унитаз. И все из-за того, что она не смогла усмирить свое либидо. Было невыносимо думать, что ее погибелью станет сильное влечение к Фрин. Она не смогла заставить себя пойти и извиниться, так что просто ждала, но ничего не произошло.
Она вышла на улицу в 5 утра - на час раньше, чем обычно, чтобы не наткнуться на Фрин. Она решила, что лучшем решением будет сбежать от проблем. И она побежала. Бежала и бежала, боясь остановиться. Она убежала так далеко, как ни разу прежде, потому что слишком боялась вернуться домой. В конце концов она остановилась, потому что ноги отказались двигаться. Она чуть не упала в обморок, но все еще не чувствовала себя достаточно наказанной.
Сдавшись, Бекки пошла обратно к своей смерти. Оказавшись недалеко от дома, она снова побежала и влетела в дом, не оглядываясь, боясь увидеть Фрин. Она поднялась в спальню и заперла дверь, проверила, точно ли зашторено окно. Посидела немного и почти набрала номер Ирин, когда раздался звонок в дверь.
Ее парализовало испугом, она не могла встать. Сделав глубокий вдох, она все же решила, что пора встретить свой приговор лицом к лицу. Спустилась, открыла дверь, но там никого не оказалось. К двери была приклеена записка: «Открой окно». Вся кровь отлила от ее лица. Она понимала, что это написала Фрин, но не смогла послушаться. Вместо этого она выбросила записку и провела весь день за просмотром телевизора, пытаясь примириться с тем, что будет отрицать произошедшее.
Следующим утром после пробежки она нашла еще одну записку: «Открой окно. Ты ведь этого и хотела, да?». Бекки снова сделала вид, что ничего не было, а следующим утром нашла последнюю записку: «Ладно, раз не убираешь шторы, хотя бы напиши мне. Ты мне должна».
Бекки перечитала текст несколько раз и потянулась к телефону, чтобы набрать номер. Она достаточно оттягивала этот момент. Фрин права: она обязана хотя бы написать ей.
Тем временем Фрин сидела в своей комнате, постоянно проверяя телефон. Она смотрела то на экран, то на окно Бекки, ожидая, что та выполнит хотя бы одно из требований. Она несколько дней думала о произошедшем. Как она могла быть настолько глупа, чтобы не догадаться, что раз она может видеть комнату Бекки, то и та может? Нужно было хотя бы закрыть шторы, прежде чем переодеваться. Потом ей в голову пришла мысль, что, может быть, она подсознательно хотела этого.
Ее телефон загудел, и она тут же открыла сообщение от Бекки.
Бекки: Фрин, я не могу передать словами, насколько мне жаль. Мой поступок ужасен. Я не должна была делать то, что сделала, и ты имеешь полное право не прощать меня и не хотеть видеть. Пожалуйста, знай, что я готова на все, чтобы искупить вину. Ты хороший, чудесный человек, который не заслужил такого обращения.
Фрин перечитала сообщение несколько раз. Извинение было таким честным и трогательным, что она почти захотела ответить, что все в порядке, потому что Фрин поступила так же еще до Бекки.
Поначалу, когда она увидела, что Бекки подглядывает за ней, она не знала, как повести себя, но точно знала, что ее тело откликнулось на это. Честно, это завело ее, и она начала сомневаться, что в своем уме, потому что адекватный человек не возбудился от того, что за ним шпионят. Но разве могла она осуждать Бекки? Ведь и сама сделала то же самое. Да, ей хватило сил отвернуться в последний момент, но если бы Бекки заметила, это было бы так же ужасно.
Фрин немного подумала и ответила.
Фрин: Я понимаю, что тебе жаль. Ты сказала, что готова на все: открой свое окно.
Телефон загудел.
Бекки: Фрин, пожалуйста. Мне стыдно, я очень виновата и разочарована в себе. Пожалуйста, не заставляй меня делать это.
Фрин набрала ответ.
Фрин: Почему нет? Это простая просьба.
Она нервно забарабанила пальцами по кровати, ожидая гудка телефона.
Звеньк. Она посмотрела на экран.
Бекки: Может мне страшно.
Фрин: Может я очень хочу, чтобы ты открыла его.
После случившегося Фрин поймала себя на том, что расстраивается каждый раз, как видит окно напротив закрытым. Она бросала взгляды в надежде, что что-то изменится, но нет. Тогда она и решила оставить записку.
Теперь она сидела на кровати, наблюдая. Дернулись шторы, ее соседка выглянула из-за них. Фрин встала, подошла к окну и помахала ей, сохраняя бесстрастное выражение лица. Бекки полностью раздвинула шторы, не поднимая головы. Фрин заметила, что она плачет, и написала ей.
Фрин: Посмотри на меня.
Бекки сделала, как сказано, и подняла на нее полные грусти оленьи глаза. Фрин невольно засмотрелась, считая ее потрясающей, красивой и сексуальной даже в таком состоянии. Она поняла, что скучала по ее лицу. Ее тело реагировало каждый раз, когда она оказывалась рядом с Бекки или просто смотрела на нее, так что Фрин решила отпустить ситуацию. Ей нужно было удержать себя в руках еще совсем немного, чтобы исполнить свой план.
Она снова написала Бекки.
Фрин: У меня есть идея, как нам сровнять счеты. Сними футболку.
Она смотрела, как Бекки прочитала сообщение и замерла. Потом посмотрела на Фрин с немым вопросом. Та кивнула.
Бекки почувствовала, как ее челюсть упала на пол. Она начала паниковать, но знала, что должна сделать, и подчинилась. Это меньшее, чем она может отплатить за свою подлость.
Она взялась за подол футболки и стянула ее через голову, обнажив красный бюстгальтер. Впервые за неделю на ней был не привычный спортивный топ. Она стыдливо смотрела вниз. Телефон загудел.
Фрин: Посмотри на меня, Бекки.
Бекки подняла глаза и увидела, что Фрин уставилась на нее. Девушка почувствовала себя уязвимой и беззащитной. Наверное, именно так себя чувствовала Фрин, когда она подглядывала за ней. Бекки заслужила это. Таким было ее покаяние, хотя она заслуживала худшего. Телефон снова загудел.
Фрин: Теперь шорты.
Бекки легко кивнула. Она не колебалась, потому что знала, что будет дальше. Сняв шорты, она встала, скрестив руки на груди.
Фрин: Опусти руки.
Бекки послушалась.
Фрин: Тебе это нравится?
Бекки посмотрела на Фрин, помотала головой и написала ответ.
Бекки: Я это заслужила.
Фрин: А вот мне это нравится. Прекрати смотреть вниз, смотри на меня, Бекки.
Беки подняла взгляд на Фрин, позволив ее темным карим глазам заглянуть в свои.
Фрин: Повернись.
Она сделала, как было сказано, и хотя понимала, что ей должно быть стыдно, отчасти была смущена тем, что ей начинало это нравиться. Она почувствовала легкое возбуждение от того, что Фрин видит ее такой. Нет, ей не должно нравиться. Это ее наказание.
Фрин: У тебя офигенная задница.
Глаза Бекки округлились. Фрин наслаждается этим?
Тем временем Фрин поплохело. Бекки выглядела такой разбитой и грустной, а ведь изначально Фрин просто хотелось немного повеселиться в отместку за то, что Бекки шпионила за ней. Но теперь она поняла, что ее возбуждает смотреть, как Бекки раздевается по ее приказу. Бекки не должна чувствовать себя сломленной и смущенной, наоборот, она должна гордиться своим великолепным тело.
Фрин: Помнишь, как я узнала о твоей татуировке?
Бекки кивнула.
Фрин: Есть вероятность, что я тоже подглядывала за тобой. Я остановилась до того, как ты полностью разделась, но... Может быть, а может и не быть, что я смотрела достаточно долго, чтобы не гордиться собой. Кстати, ты очень горяча, когда подтягиваешься в одном белье.
Она наблюдала, как Бекки читала сообщение, и была готова поклясться, что у той дрогнули уголки губ. Девушка посмотрела на Фрин с очаровательной ухмылкой.
Бекки: Ты не злишься?
Фрин: Только вначале. Могу я одновременно быть зла и возбуждена?
Бекки: Да, если это убережет меня от неприятностей, и между нами не останется обид. Мне правда жаль. Клянусь, обычно я не такая.
Фрин: Я тоже. Просто я немного увлеклась.
Бекки: И я. И я заглажу перед тобой вину.
Фрин: О, конечно загладишь. Ты не закончила. Меня ты видела полностью, и я хочу того же.
Фрин не могла поверить, что в ней крылось такое. В сексе она была довольно сдержанной, но ее сексуальная соседка вытащила на поверхность ее темную сторону. И главное – ей это начинало нравиться. Одна только отправка этого сообщения ударила прямиком по сердцу.
Она поставила стул к окну и села. Откинулась, закинула ноги на подоконник и написала.
Фрин: Хочу видеть, что у тебя под лифчиком.
Бекки: Серьезно? Действительно хочешь, чтобы я это сделала?
Фрин запаниковала. Может, она слишком надавила? Может, Бекки не хотела быть втянута в то, на что толкала Фрин ее внезапно появившаяся сексуальная смелость?
Она собралась взять свои слова обратно, но ей пришло новое сообщение.
Бекки: Потому что, честно говоря, я мечтала оказаться перед тобой голой с тех самых пор, как впервые увидела.
Ноги Фрин с грохотом упали на пол, и она чуть не свалилась со стула. Села ровно и, не моргая, уставилась на то, как Бекки начала играть с застежкой своего лифчика. Ей не верилось, что это реально. Она не отрицала, что одной из ее фантазий было приказывать великолепной девушке раздеваться перед ней, но то, что это происходило наяву, оказалось слишком.
Она завозилась с телефоном. Писать времени не было, так что она позвонила Бекки прежде, чем та закончила.
«Да?»
«Тебе не обязательно делать это». Почти закричала Фрин.
«Испугалась, Фрин?» Голос Бекки звучал чрезвычайно игриво, отчего мозг Фрин чуть не перегрелся.
«Эм, я... Нет. Просто... Ничего, если нет. Если тебе некомфортно».
«Почему это звучит так, будто это тебе некомфортно?»
Фрин напомнила себе, что нужно дышать.
«Я просто. Я...»
«Что случилось с девушкой, требующей, чтобы я раздевалась?»
Голос Бекки был слишком страстным для Фрин.
«Я здесь. Просто... хочу убедиться, что ты не против».
Бекки цокнула.
«Ясно. Ты милая и заботливая. Но Фрин-доминантка была довольно горяча».
Фрин с трудом сглотнула. Она впилась глазами в напряженные глаза Бекки, чувствуя, как что-то в ней меняется. Удивительно, но даже ее голос стал хриплым, когда она заговорила.
«Отлично. Продолжай». Фрин отключилась и села на стул, готовая к продолжению шоу. Она старалась держать себя в руках, но все внутри было готово взорваться. Ее глаза заслезились от того, что она отказалась моргать, желая не упустить ни мгновения.
Бекки расстегнула лифчик и с ухмылкой сняла бретельки. Фрин казалось, что она специально делает это медленно, чтобы раззадорить ее. И это работало. Когда лифчик был окончательно снят, она инстинктивно скрестила ноги, пытаясь снять напряжение между ними.
Облегчение продлилось недолго, потому что она не могла налюбоваться на грудь Бекки. В голове мелькнула мысль, что она была бы счастлива, не разделяй их друг от друга метры пустоты. Все в Бекки было совершенно. Ее руки, пресс, безупречная грудь. Длинные черные волосы, струящиеся по молочной коже. Это определенно был самый эротичный момент в ее жизни, и это при том, что ее даже не касались. Тот факт, что девушка, которую она едва знала, раздевается для нее, сводил с ума. Фрин определенно улыбнулась удача. Захотелось узнать о девушке напротив больше. Но этому желанию придется подождать, потому что рассудок ее покинул, и власть взяло тело. Она едва могла мыслить ясно. Единственное, что в чем она была уверена: ей хочется большего.
Фрин: Думаю, ты понимаешь, что дальше. Не вынуждай меня говорить это.
Бекки прочитала сообщение, отложила телефон, лукаво улыбнулась и стянула трусики с гладких, мускулистых ног. Фрин попыталась унять учащенное дыхание и сохранить внешнее спокойствие, прижавшись к спинке стула. Она закусила губу, сохраняя в памяти увиденное, и тут Бекки, словно по команде, развернулась и продемонстрировала ей свой зад, отчего Фрин чуть не сорвалась. Она напомнила себе дышать, но быстро стала терять контроль над своим телом и ситуацией, особенно когда Бекки нагнулась, открывая лучший ракурс на свою идеальную задницу. Фрин подскочила, прижалась к окну, чтобы лучше все рассмотреть, и прокляла себя за то, что заранее не распахнула его. Сделай она это сейчас, выглядела бы совсем отчаявшейся.
Она сжала бедра и поняла, что промокла насквозь.
Бекки обернулась через плечо, потом взяла телефон и исчезла из поля зрения.
Какого черта?
Фрин пыталась разглядеть, куда ушла Бекки. Телефон загудел.
Бекки: Думаю, на сегодня хватит. Ты достаточно повеселилась.
Фрин: Ты шутишь! Все только началось!
Бекки: Я вижу, что тебе это нравится. Не хочу тебя перевозбудить.
Фрин: Я только за, перевозбуждай меня, пожалуйста!
Ответа не последовало.
Фрин: Бекки?
Фрин: Бекки, куда ты ушла?
Черт. Наверное, это было через чур для нее. Фрин только начала ругать себя, как соседка снова оказалась у окна. На этот раз на ней были белая рубашку на пуговицах и шорты. Фрин обрадовалась, что та вернулась, хоть и расстроилась, что шоу закончилось.
Бекки: Полагаю, тебе понравилось?
Фрин: Да.
Бекки: Можем повторить завтра?
Фрин пришла в восторг. Она была готова делать это каждый день до конца жизни, если только Бекки позволит.
Фрин: Думаю, это отличный план.
Бекки: Отлично. Завтра будет твоя очередь.
Фрин: Что ты имеешь ввиду?
Бекки: Хорошего дня, Фрин. Увидимся завтра.
Бекки легла, пытаясь урвать немного сна, но в голове поселилось сожаление, что она закончила их маленькую игру так рано. О чем она только думала? Почему остановилась? Стоило приложить немного усилий, и она могла бы соблазнить Фрин, уговорить прийти к себе, и тогда ей бы не пришлось сейчас ворочаться, пока все тело горит.
Она зашторила окно и почувствовала стыд за то, как быстро начала касаться себя, затем из-за того, насколько мокрой оказалась, и забила последний гвоздь в свой гроб из-за того, как быстро кончила. Только этого оказалось мало, и скорее всего всегда будет мало, а причиной тому Фрин. Она удовлетворится, только когда эта восхитительная брюнетка из дома напротив будет с ней.
Когда недавно они бегали вместе, Бекки едва коснулась ее, и этого оказалось достаточно, чтобы она завелась так, как никогда прежде. Если такое случилось от обычного соприкосновения руками, то даже страшно представить, каково будет ощутить ее пальцы. И черт, она изнывала от желания узнать это.
Она ворочалась всю ночь, то засыпая, то обратно просыпаясь. Наконец-то наступило пол шестого. Она быстро собралась и вышла из дома в шесть, увидев, что соседка уже ждет ее. Они на секунду замерли, глядя на друг друга, и затем побежали, не обменявшись ни словом.
Бекки была впечатлена, когда прошло десять минут, а Фрин все еще держала темп и не задыхалась. К тому же она думала, что между ними будет неловкость на фоне вчерашнего, но все выглядело так, будто ничего и не было. Она чувствовала комфорт, безопасность, покой. И она радовалась и была благодарна, что Фрин выглядела так же.
Прошло пол часа, но они не проронили не слова - просто наслаждались обществом друг друга. И хотя Бекки это нравилось, она все же хотела получше узнать девушку, которая буквально очаровала ее до потери белья.
«Итак, где тебе больше нравится – здесь или в Нью-Йорке?»
Фрин задумалась на секунду.
«Нью-Йорк уже кажется мне домом, так что выберу его».
«Я тоже, к тому же тут я живу всего три недели».
«Где вы жили раньше?»
«В Лос-Анджелесе. Я уехала в Нью-Йорк ради поступления в Колумбийский. У них отличная футбольная команда, к тому же я не могла упустить полную стипендию».
«Полная стипендия? И капитан команды? Нужно будет как-нибудь заехать и посмотреть, так ли ты хороша на поле, как думаешь».
«Эй, в университете тоже так думают!»
Фрин засмеялась и закашлялась из-за этого. Теперь засмеялась Бекки. Она понимала, что нужно будет замедлиться, чтобы Фрин не стало плохо.
«Не перенапрягайся, давай сбавим темп. Нельзя допустить, чтобы ты выкашляла все легкие, пока мы только на полпути». Бекки держалась немного впереди, чтобы не пялиться слишком много. «У тебя есть любимые места в Нью-Йорке?»
«Есть один кинотеатр на углу Хьюстона и 6-й авеню. Там показывают классику, стараюсь ходить хотя бы дважды в месяц».
Бекки оживилась.
«Film Forum? Обожаю это место! Ходила туда в апреле на 'Всё о Еве'».
«Ох, я хотела на него сходить, но тогда шли промежуточные экзамены. Забавное совпадение, не так уж много людей слышали об этом кинотеатре».
«Что ж, думаю, меня можно назвать культурной. Ну, или поп-культурной». Бекки посмеялась над своей же шуткой, к тому же плохой, и почувствовала себя глупой, но ей было все равно. Из-за бега эндорфины зашкаливали, и она осмелела. «Мы могли бы сходить туда вместе на какой-нибудь фильм, когда вернемся осенью. Если захочешь». Краем глаза она заметила, что Фрин кивнула.
Больше они не разговаривали. К концу пробежки Бекки начала нервничать, помня о вчерашней договоренности. Она гадала, хочет ли Фрин этого до сих пор, или вчера она просто поддалась импульсу.
Они замедлились до шага и задержались на мгновение между домами друг друга. Бекки была не уверена, как вести себя. Просто сказать: «Увидимся,» - и надеяться, что Фрин откроет свое окно? Или им нужно договориться о времени? Или лучше ничего не говорить? Зачем портить эту идеальную пробежку своими абсолютно греховными мыслями?
«Так... Увидимся?» Фрин сама нарушила тишину.
Бекки смущенно улыбнулась.
«Ага».
Они обе стояли, не желая разлучаться. Бекки подняла взгляд, встретилась с темными карими глазами Фрин и попалась в их ловушку. Почему она так волнуется? В университете у нее не было проблем с тем, чтобы подцепить девушку. Она играла по-крупному, но теперь, стоя перед Фрин, сжалась в комок нервов.
Она сделала глубокий вдох и решилась. Посмотрела на губы Фрин – губы, о которых она думала уже не раз, - и медленно наклонилась. Фрин не отстранилась, и это был хороший знак. Бекки почти достигла своей цели, но в последнюю секунду струсила и сместилась вправо. Получился невинный поцелуй в щеку, после которого она сделала единственное возможное в этой ситуации – забежала в дом и закрылась.
Оказавшись внутри, она оперлась о дверь и задумалась, можно ли умереть от стыда. Что за хрень это была? Поцелуй в щеку? Как-то раз она затащила девушку в постель после двадцати минут знакомства, и вот она, еще вчера полностью раздевшаяся для Фрин, пробежалась с ней и целомудренно поцеловала в щеку, не решившись на большее, хотя Фрин была не против. Это сбивало с толку. Ей нужно наверстать упущенное, показать Фрин, что она способна на большее.
***
Фрин поужинала с мамой, и ей пришлось мыть посуду, потому что та опаздывала на работу.
«У меня двойная смена, так что не знаю, во сколько вернусь. Спокойной ночи».
«Спокойной ночи, мам». Крикнула с кухни Фрин. Она взяла телефон только когда закончила мыть последнюю тарелку и легла на диван в гостиной. Ей позвонили.
«Ты уже должна была позвонить мне, сучка. Ты будто пропала без вести, как вернулась домой».
«Прости, Нам. Я была немного... Занята».
«Завтра Ти вернется в город, и мы собираемся. Никаких отговорок. Будем у тебя, мои родители терпеть не могут, как громко себя ведет Ти, а ее родители до сих пор не пускают меня после инцидента с бассейном».
Фрин рассмеялась.
«Ох, точно, печально известный случай с бассейном. Их нельзя винить, ты разрушила фундамент их дома».
«Эй, я до сих пор расплачиваюсь с ними. Постепенно. В общем, завтра. С нас пицца, с тебя пиво. Нам предстоит наверстать упущенное за несколько месяцев».
Фрин улеглась поудобней.
«Да, мне так и не рассказали про новую девушку Соми».
«А почему ты думаешь, что у меня нет нового парня?»
«Он есть?»
«Нет, но только потому что я не хочу».
Фрин собиралась ответить, но ей пришло сообщение.
Бекки: Я видела, как твоя мама ушла
Фрин: Ты и за НЕЙ шпионишь?
Бекки: просто хочу быть уверена, что нам не помешают
Фрин нервно заерзала на диване. Она решила выглядеть как можно скромнее.
Фрин: не помешать чему?
Бекки: пора, Фрин
Сердце Фрин пропустило удар. Она слышала, как Нам продолжала болтать о чем-то, но полностью отключилась от разговора.
Бекки: Вот она я, совсем одна в своей спальне, и не вижу тебя. Думаю, тебе нужно это исправить. Срочно.
Фрин вскочила.
«Эм, Нам, мне пора. Увидимся завтра».
Она повесила трубку и побежала наверх. Кто она такая, чтобы заставлять ждать такую богиню, как Бекки?