Глава VII
Его слова были ударом ножа по сердцу. Боже, ну я и дура. Может, Марта сможет прийти завтра? Без нее я совсем не справляюсь... Придя домой, я тут же позвонила подруге.
- Алло? – в ожидании ответа я покусывала ноготь большого пальца, - Марта, извини, что звоню, хотела узнать, ты будешь завтра?
- София? – хрипло произнесла подруга. Болезненным голосом она продолжила, - Ближайшую неделю меня не будет, мне очень плохо...
- Понятно, - свое разочарование мне скрыть не удалось, - может, к тебе прийти?
- А что такое? – Марта откашлялась. - Без меня не справляешься?
«Как с языка сняла!» - подумала я и нервно посмеялась.
- Нет-нет, всё хорошо, просто скучно без тебя, беспокоюсь... - я ходила по квартире кругами, запрыгивая то на мягкий диван в зале, то на кровать в комнате.
- Рассказывай, что случилось, говорить много не могу все равно, - она хрипло посмеялась.
- Ну, не знаю... - я присела на пол, поджав ноги.
Мне не свойственно кому-то рассказывать о том, что меня беспокоит. Тогда, когда я расплакалась перед Адамом в университете, сравнимо с пороховой бочкой, что наконец-то взорвалась. Сейчас, когда я в полном сознании, если я могу так выразиться, говорить кому-то о том, что меня волнует – подвиг.
- И почему ты решила, что что-то случилось? Н-ничего! Я что, просто так не могу позвонить? – я натянуто смеялась и продолжила кругосветное путешествие по квартире.
- Ты обычно мне пишешь.
- Да ну тебя! – я махнула рукой и вновь засмеялась.
Она даже не знает, что мне нравится Адам. Что будет, если я скажу ей об этом? Она же никому не расскажет? Мне... сложно ей доверить это, вдруг Адам от неё узнает. Меня начало потрясывать. Нет-нет, я не расскажу.
- Знаешь, - Марта вдруг заговорила, отчего я дернулась, - Адам мне рассказал, что сегодня ты с Машей поругалась.
От её слов меня и вовсе вывернуло наизнанку. Я присела, ощущая, как страх подбирается ко мне со спины.
- Туда её, - Марта хрипло посмеялась.
- Нет, мы вовсе не ругались, там просто... - ложь не мой конек, но стоит попытаться, - Просто она вдруг встала рядом и начала говорить, что почему я не призналась Адаму, что он мне нравится, ведь это видно по моим глазам. Как она могла увидеть это, не понимаю! Он же мне совсем не нравится! Ну, как человек он очень хороший... Вот, она вдруг потянулась ко мне, я испугалась и случайно ударила её по руке.
- Адам тебе не нравится? – Марта спросила это так, словно ожидала совсем другого ответа. Видимо, я читаюсь довольно просто.
- Н-не в романтическом плане, - выпалила я очевидную для нас двоих ложь.
На той стороне трубки Марта хмыкнула.
- Раз так, хочу тебя познакомить с моим другом. Он только прилетел в город, мы собираемся поужинать в грузинском ресторане в выходные. Он довольно славный, милый парень. Он хочет познакомиться с тобой.
- Ты рассказывала ему обо мне!? – воскликнула я с ужасом или, скорее с удивлением то ли от того, что какой-то парень хочет познакомиться со мной, то ли от того, что я кому-то на словах понравилась...
Но я же совсем пустышка.
-Да, поэтому освободи время в субботу, красиво оденься и не тревожься по любому поводу. Можешь не переживать, он скорее всего будет в твоем вкусе.
- Погоди, - перебила я, - ты к этому времени будешь здорова? Ты слышишься совсем больной.
- Мне трёх дней хватит, до встречи, адрес скину.
Как только звонок был окончен, меня охватил приступ паники. Может, на словах я и понравилась, но что будет, если он меня увидит? Он скорее всего разочаруется. Что мне делать? Суббота через четыре дня! Как бы меня не обсыпало в предверии встречи. Может, сесть на диету? Нет, я снова сорвусь и наберу ещё больше. Успею ли я подтянуть своё тело спортом?
От Марты пришло сообщение: «Это мой друг Леня». Признаюсь, я чуть не выронила из рук телефон. Запечатленное мгновение счастья на теннисном матче взволновало меня. Очевидно этот Леонид довольно фотогеничный: черты лица были приятные, доброта горела в бликах его карих глаз, взъерошенные светлые волосы сияли на солнце не только от природного блеска, но и пота, что прилепил некоторые прядки челки на его лоб, но это никак не унимало его очарования. Он улыбался так искренне, что мне самой захотелось улыбнуться. «Хороший» - ответила я, переполненная радостью и счастьем.
И до самого утра я в беспокойстве предвкушала новое знакомство.
На следующий день, во время пары я вышла в туалет и там столкнулась с Машей. Она сидела на холодном подоконнике совсем измученная и уставшая. Добрая я... сказал он мне. Да разве добрая? Разве добрые люди упиваются в стыде и отвращении к себе. Будь я действительно добрая, я бы была добра и к себе. Совсем я не добрая, лишь угодливая, покорная людям.
- Привет, Маша, - проговорила я, отвернув голову.
- Привет, София, извини за вчера, ты так испуганно убежала... - её спокойный голос резал уши и терзал сердце.
Я выдохнула с отчаянием.
- Это я должна перед тобой извиниться. Ты права. Во всём ты права. Я просто, понимаешь, не такая, как ты... Ай, да чего мне искать оправдания. Я поступила ужасно грубо и приношу тебе свои извинения, - я метнула взгляд в её сторону.
- Я не держу на тебя зла. Извини, что пыталась лезть тебе в голову.
- Ничего, - я помотала головой. И взглянула на её печальное лицо. – А ты что сидишь тут?
- Решила подумать, - Маша подняла ноги и покрутила ступнями.
- Понятно...
- Мне грустно от того, что Адам меня всё никак не отпустит. А я – его.
- Так почему бы вам не встречаться снова? – говорила так легко, будто к Адаму я совсем потеряла интерес.
- Нет, нельзя. Я переспала с другим. Я сделала это ради моего отца, у него была большая задолженность...
- Ты говорила ему об этом?
- Что ты, нет. Если бы он узнал о нашем финансовом положении, тут же бы поспешил помогать или, более того, пошел бы разбираться и с отцом, и с тем ублюдком. Подключил бы свою мать. Я не хотела... Я пришла к нему и устроила сцену. Выставила его скучным и странным. Сказала, что изменила, с такой гордостью и насмешкой, чтобы он не жалел меня. А сейчас, глядя на него, я сожалею об этом. Я не хочу, чтобы мы страдали в отношениях. Я совсем не партия для него, поверь. А ты! Он с тобой совсем легок и улыбчив, ты ему нравишься, - я вздрогнула, когда Маша посмотрела на меня красными глазами от слез, которых она тщательно пыталась сдержать.
- Нет-нет-нет, Маш, - я развела руками, - может, я ему и нравлюсь, но как подруга, не более. Вы же так трепетно друг к другу относитесь... И он не позволяет о тебе ничего лишнего и личного рассказывать, и ты так по-доброму о нем говоришь, переживаешь... Я же совсем как пятое колесо или... Более того, ты не виновата в том, что случилось. Ты хотела помочь отцу, тут скорее отцовская вина в том, что он допустил это!
- Он снова в долгах оказался, не успели мы оправиться от прошлых... – Маша сказала это с болью в голосе так тихо, что её шепот мог раствориться с лёгким ветром.
- ...а мама? – так же едва слышно спросила я.
- Она с хахалем в Европе, ей нет дела до нас.
- Мне так жаль... - я уставилась на пол, присев к ней рядом на подоконнике.
Мы сидели в полной тишине. С крана неспешно капала вода, эхом разносилось звонкое «кап!», и, если прислушаться, можно было услышать гулкий стук сердца Маши.
- Может... - начала я после долгой паузы, слово разлетелось и разбилось о стены туалета. Маша взглянула на меня, - рассказав Адаму об этом, тебе станет легче?
- Что ты, нет! Ни за что! Он же пойдет помогать, я не хочу, чтобы мне помогали.
- Но ты же мне рассказала, не боишься, что я тоже буду помогать?
Маша осмотрела меня с ног до головы и рассмеялась.
- Ха-ха-ах, ты мне никак не сможешь помочь. Если полезешь в это, тебя загребут туда же, куда и меня. Они тебя съедят, - Маша вскочила с места и подошла к зеркалу.
- Загребут... куда?
- Неважно, - Маша аккуратно принялась красить губы красной помадой.
Я встала и не знала, куда себя деть. Вертелась туда-сюда, не находя себе места. Маша положила помаду в сумочку и пошла к выходу. Я не хочу, чтобы она уходила сейчас!
- Маша! – воскликнула я, не двигаясь с места. Она повернулась ко мне, - Я работаю в чайном магазине, он недалеко от университета... - голос дрожит, предатель, - у нас девочка уволилась недавно... Если вдруг нужна будет подработка, я могу предложить твою кандидатуру...
Маша расплылась в улыбке, и осанка её смягчилась. Она подошла ко мне, цокая каблуками, взяла моё лицо в мягкие руки и поцеловала прямо в щёку.
- Спасибо, милашка, - сказав это, она тут же ушла.
Я ещё долго стояла в ступоре, вдыхая аромат её цветочных духов. Кажется, я никогда так густо не краснела. Бросила взгляд в зеркало и шумно вдохнула: на коже остался яркий отпечаток её помады. Я была по-настоящему растеряна. Мне и стирать не хочется, и ходить с ней целый день тоже... Попыталась стереть пальцами, в итоге излишки помады размазались, а отпечаток губ по-прежнему оставался на месте. С игривым и в то же время стыдливым чувством я пошла в кабинет.
- Софи, всё в порядке? – Адам уже чувствовал себя родным, сидя на месте Марты.
После вчерашнего он общался со мной как раньше. Вчера мы и не сказать, что поссорились. Я стала очень эмоциональной с сентября, что странно. Вроде никогда не допускала себе лишний раз пролить слезы или убегать. Обычно страх я держу при себе, но тут и паникую, и дрожу вся, особенно заходя в автобус. Всё так вдруг поменялось в моей жизни.
- Софи?.. – голос донёсся до меня, и я вздрогнула.
- Я? Д-да.
- Тебя около часа не было, - продолжил шептать Адам.
Я смущенно сидела, прижав ладонь к левой щеке, и он прекрасно это видел. Я посмотрела на него и мгновенно опустила взгляд, нерешительно опуская руку. Он, когда увидел автограф Маши, вдруг поменялся в лице и, кажется, был очень смущен.
- Я тебя понял, извини, - Адам ухмыльнулся, но тут же откашлялся, - вопросов больше не задаю.
- Адам! – шепотом воскликнула я и ударила его по плечу, - Это не то, что ты подумал!
- Определенно я заблуждаюсь, - он, не сдерживая улыбки, тихо засмеялся.
Адам перестал сдерживаться и от души рассмеялся, когда лекция закончилась. Морщинки у его глаз дружно собрались, будто тоже хохотали над моим неоднозначным положением, он повалился на спинку стула и склонился вместе с ним на соседнюю парту, не переставая веселиться с меня.
- Ну, Адам! – я, сама того не понимая, засмеялась вместе с ним, - У тебя есть салфетка?
- Тебе она не нужна, щёки под цвет помады покраснели, - Адам хихикал и вдоволь развлекался, что совсем на него не было похоже.
- Пожалуйста!?
Он заглянул в сумку и наиграно пошевелил бровями, а после отрицательно помотал головой.
- Да ладно, даже не видно, Софи, - он спускался быстро, приглашая меня догнать его.
- Ты врёшь, видно всё, - мне было сложно его догнать, но я отчаянно пыталась это сделать, не прерывая наш спор.
- Давай я тебя буду смущать, чтобы замаскировать эту прелесть, - Адам шел впереди по коридору, повернувшись ко мне, - мне особо стараться для этого не нужно.
Он хитро улыбнулся.
- Я. смотрю, ты знатно веселишься.
- Что ты, нет, - он в момент повернулся и пошел рядом, - я тебя понимаю. Женщины по-настоящему удивительные... - Адам сделал задумчивый вид, опустив брови и поджав губы, и похлопал меня по плечу.
- Да ну тебя! – я его оттолкнула.
- Разве я не прав? – он склонил голову на бок и сверлил меня взглядом.
- Нет, конечно, ты прав, - начала я с серьезным лицом, - они правда удивительные, сильные, умные, добрые, собранные и честные. Они всегда сдержат обещание, они очень разные и интересные, потрясающие!
Адам ухмыльнулся.
- Маша меня так поблагодарила...
- Она хорошая, правда своеобразная, но не в этом ли её изюминка?
- Ты прав, я поначалу её боялась, но мы... вроде сдружились, - я показала на щеку и засмеялась.
- Я рад, - Адам слегка нахмурился, но после тут же переменился в лице и стал выглядеть добрее.
- Извини, тебе тяжело, наверное, говорить о ней.
- Всё хорошо, не всё же нужно всегда держать в себе. Говорить о том, что волнует, чаще всего несет пользу. Ты мне это показала.
- Да, ты прав... - я сложила руки на груди и уткнула нос в смущении.
- Держи, - перед моим носом появилась салфетка. Возмущенно повернулась к Адаму, что улыбался очень широко, - вот негодяй! – воскликнула я и схватила подачку, тут же принявшись тереть щеку.
Мы остановились у гардеробной перед зеркалом.
- Ну как? – спустя минут пять упорного трения салфетки о щеку спросила я, повернувшись к другу, - Не видно? У неё, кажется, очень хорошая помада, кожу сотру быстрее, чем её. Ты, кажется, совсем страдал из-за этого.
Адам, облокотившись на угол стены и сложив руки на груди, ухмыльнулся и закатил глаза. Совсем на него не похоже!
- Не видно, всю помаду стёрла, - он присмотрелся к щеке, - только... погоди, у тебя на воротнике что-то.
Адам принялся хлопать по воротнику рубашки, я наклонилась, чтобы посмотреть, как вдруг ловкое движение по носу застало меня врасплох.
- Пам! – пропел Адам, - Повелась. Пошли, ты хорошо выглядишь, - он похлопал меня по плечу и пошел к выходу.
Что это было сейчас? Он совсем потерял голову!
- Ты вчера был зол на меня, верно? – спросила я, когда мы направлялись к остановке.
- Нет, абсолютно. Я скорее впервые увидел тебя раздраженной, вот и растерялся немножко.
- Понятно, просто ты вчера так холодно смотрел на меня, я подумала, что ты сильно разозлился на меня.
- Да не злился я на тебя, - выпалил Адам со смешком, - почему ты переживаешь об этом?
- Ладно, извини, - я поджала плечи и опустила взгляд. Его тон голоса казался раздраженным, видимо, он так сказал, чтобы я успокоилась. Он на самом деле зол, а я ещё вдобавок раздражаю его своими расспросами.
- Софи, - Адам остановился и пальцами зацепил рукав моего пальто, - не хочешь прийти в субботу в гости? Мы же с братом приставку вчера забрали, можно будет поиграть... Ты же у меня не была дома, а я у тебя был, хоть и ненадолго...
Я затаила дыхание, а может и вовсе перестала дышать. Он стоял передо мной полный ожидания и спокойствия, а я держала сжатые холодные кулаки в карманах и не смела двинуться ни на шаг, будто передо мной дуло пистолета.
Почему он приглашает только меня? А Марту? Но я же с Мартой вижусь в субботу! Что мы там будем делать? Это свидание? Почему у него дома? Он меня изнасилует? Что он хочет от меня? Зачем зовет? Я ему нравлюсь?
- Софи?.. – как только Адам коснулся моего локтя, я тут же отскочила, будто ударилась током, и посмотрела на него испуганно, сжавшись как ежик.
В его глазах можно было отчетливо прочитать печаль и растерянность, он приоткрыл рот, словно намеревался что-то сказать, но, поджав губы, отдалился на шаг.
- Я понимаю, извини, - его голос стих. – В общем, я всегда буду рад, если вдруг надумаешь, можешь позвонить мне или написать. Увидимся завтра?
Я кивнула в ответ и озадаченно глядела на его уходящий силуэт. С ним сегодня абсолютно всё не так!
*
Наступила среда. Сегодня мне нужно было бежать на работу после пар. Денег оставалось не так много до зарплаты, поэтому мне, кроме кипы тетрадей и учебников, пришлось взять с собой еду. На улице пахло сыростью, небо закрывали серые тучи. В автобусе по привычке слушала музыку, к сожалению, не сидя на кресле возле окна в полупустом транспорте, а стоять, зажатая со всех сторон людьми, что вызывало лишь приступ тревоги и чуткое наблюдение за пассажирами около меня. Мало ли чья рука что заденет, куда полезет...
Духота настигла на полпути, отчего меня невольно начало укачивать. Пытаясь унять твердую боль в желудке, я отвлекалась как могла, но это не помогало. Выглянув за плечо невысокого дяди в окно, увидела знакомые улицы: рядом живёт Адам, от него до университета пешком минут двадцать. До пары оставалось достаточно времени, чтобы я смогла пройтись, поэтому, как только автобус остановился, тут же выбежала на улицу с глубоким вдохом.
- Наконец-то! – шепотом воскликнула и принялась медленно идти по тротуару, пытаясь прийти в себя, поглаживая живот.
Перешла дорогу и, пройдя ещё минут пять прямо, увидела парк, в котором пряталась от дядьки в пальто. Меня передёрнуло от пробежавших по плечам мурашек, и я двинулась дальше.
Улицы в центре всегда мне нравились. Они очень ухожены и обычно сохраняют архитектуру при Российской Империи. Смотря на статуи на стенах или крышах, ощущаешь величие и старание архитекторов и скульпторов. Неоспоримо бесценный труд, который уважают и которым гордятся жители и жительницы города. Когда проходила мимо кофейни, вдруг заметила знакомую черную макушку. Это Адам! Я на минуту засомневалась: стоит ли мне его поприветствовать или пройти мимо? Но думать долго не пришлось, как только Адам получил свой кофе и завтрак в крафтовом пакете, он обернулся. Такое искреннее удивление на его лице я не видела никогда: он вскинул брови и приоткрыл рот, - а после его уголок рта потянулся к уху, и тот улыбнулся так, что я не могла не ответить на его улыбку тем же. Он позвал меня рукой и указал на свободное место. Я послушно зашла в кофейню.
- Привет! – бодро воскликнула я и помахала.
- Доброе утро, - его голос был сонным и бархатистым. Адам присел за стол, расстегнув пальто, и развязал серый шарф, - удивлен, что встретил тебя.
- Я тоже не ожидала тебя встретить. Я ехала в автобусе, но меня чутка укачало, поэтому пришлось выбежать и идти пешком. Народу полно с утра, - я повторила за другом, сняла шарф, расстегнула пуговицы и села, поставив тяжелую сумку на колени.
- Ты как себя чувствуешь сейчас? У меня есть таблетки от тошноты, если нужно, - он схватил портфель и протянул упаковку.
- Ой, спасибо большое, - я почувствовала, как покраснела, и взяла из его рук моё спасение.
- Тебе, может, чаю? Я возьму зеленый чай для тебя, он помогает от тошноты. Хорошо?
- Спасибо, я думаю, что таблеток будет достаточно, - мой голос совсем размягчился, и речь, кажется, стала похожа на что-то невнятное.
Я смотрела в его обеспокоенные глаза, но не могла остановиться на них на долгое время: как только наши взгляды встречались – тут же отводила свой. Я почувствовала, как что-то теплое в груди распространяется по рукам, тянется до самых кончиков пальцев. Всё моё тело сжалось, спина просела и сгорбилась. Обхватила сумку двумя руками и, поджав ноги под себя, сидела опечаленной и тронутой его заботой обо мне.
Адам утвердительно кивнул и пошёл на кассу, а спустя минут пять пришел с чаем в руках.
- Держи, попей, - на его лице проявилась едва видимая улыбка.
- Спасибо большое, - я вдохнула аромат мяты и с нервной улыбкой спросила, - перекинуть тебе, думаю, не нужно? Ты всё равно откажешься.
Я засмеялась.
- Конечно, - утвердительно ответил Адам и выпрямился.
- Что ты будешь есть? – поинтересовалась я и расправила плечи, попытавшись заглянуть ему в пакет.
- Сегодня поем салат.
- Ты только этим позавтракаешь? Сытно?
- Вполне, я решил прийти в форму, в которой был в старших классах. Теперь вечерние прогулки по парку заменяю на пробежки.
- Ты молодец! – восхищенно воскликнула я даже с ноткой зависти. Всё же у кого-то есть сила воли, чтоб заниматься спортом не раз в месяц.
- Спасибо, Софи, - мягко произнес Адам и улыбнулся.
Я сжала его руку в своей ладони в знак поддержки. Слова, думаю, были бы излишни.
- А мы успеем на пару? – выходя из кофейни спросила и посмотрела на время. – Ой, десять минут осталось, нам бы поторопиться.
- Успеем, пойдем.
Он кивнул в сторону, как бы приглашая меня ускорить шаг.
- Дай мне свою сумку, она же тяжелая, - он протянул руку.
- Всё хорошо, мне не тяжело, - отнекивалась, продолжая идти.
Адам нахмурился.
- Я без сумки чувствую себя голой, - я продолжала перечить.
- Закинь мне что-нибудь в портфель тогда, - Адам настаивал, сбросив с одного плеча рюкзак.
- Хорошо, - я сдалась и открыла сумку.
- Ты после учебы на работу? – видимо, он заметил контейнер с едой.
- Да, - ответила, выгружая учебники ему.
- Ты не против, если я пойду с тобой? Чай родным понравился, они попросили ещё взять какой-нибудь.
- Спасибо! Мне очень приятно, что чай оценили, - я в растерянности заулыбалась. – Конечно, я буду не против.
На пару мы не опоздали: преподавательница пришла позже нас. На лекции мы пользовались одним учебником, отчего часто задевали друг друга пальцами. В отличие от меня, которая всячески смущалась и краснела, Адам выглядел вполне расслабленным.
- Извини, что вчера так и не дала ответ, - я прошептала, перелистнув страницу.
- Приглашение будет в силе в любом случае, - тихо ответил он и взглянул на меня.
- Спасибо, меня просто ещё Марта в субботу встретиться позвала.
Адам лишь кивнул.
- Пойдем на перерыве в кафе?
- Я с собой еду взяла. Поем в столовой.
- Хорошо, я посижу с тобой.
Мы шептались, прерывая молчание между нами бытовыми фразами. «Дай ручку», «Подай штрих», «Я не успела записать». Время от времени глядели друг к другу в тетради, чтобы переписать пропуски, и просто слушали лекцию. И только в конце дня с Адамом я поняла, что сегодня общалась с ним так обыденно, не краснея и не пугаясь его, что вовсе ужаснулась, когда он вышел из магазина с набором чая.
Ужас в лице сменился на счастье, когда гордость за себя пробралась мне в сердце. Адам мне правда нравится, и, кажется, вся эта затея с Леонидом совсем не стоит времени. Но, что-то мне подсказывает, что Адаму всё же нравится Маша. У них больше шанс стать парой, чем у нас. Но он приглашал меня в гости. Может, как подругу? Я не хочу верить и думать о том, что Адам сможет сделать со мной что-то плохое, воспользоваться мной как заменой. Он заботливый, веселый (оказывается), добрый и такой хороший, что я просто не могу и представить в мыслях, что все его качества окажутся большой ложью ради потехи и последствиями его скверного характера. Правда, справедливости ради, я не могу ему полностью доверять. Всегда нужно быть начеку, ведь мужчины не могут быть искренне добры к женщинам. Их поведение порой пугает до тошноты и ночных кошмаров.
Что-то мне подсказывает, что я забываю очень важное воспоминание.
Поэтому, если учесть все, о чем я поразмыслила, встреча с Леонидом не будет лишней. Нормально я общаюсь только с Адамом, я не смогу понять его настоящие замыслы и мысли, не пообщавшись с другими представителями его пола. Проведу черту перед собой и посмотрю, кто из них первым решит перешагнуть через неё. Кто первый решит, что он волен это сделать – с тем и попрощаюсь. Хотя, если Адам с Машей будут вместе, единственным возможным вариантом будет Леонид. Если Марта с ним дружит, значит, он, скорее всего, не настолько и плох. Думаю, мне не стоит переживать о его характере. И, возможно, всё закрутиться до отношений. Но как мне вести рядом с Адамом, когда это случится? Ощущение, словно мы довольно близкие друг другу люди, и мне придется всё перечеркнуть? А с чего я вообще взяла, что мне придется выбирать? Вдруг Адам относиться ко мне как к подруге лишь потому, что я не в его вкусе? А Леонид тут же разочаруется, когда увидимся с ним. Вдруг они меня воспринимают как стремную подружку или хуже того: совсем не видят во мне ничего. Абсолютная серость, несчастная травка на клумбе потрясающе красивых цветов. Да и чего я ухватилась за них, как за крышку рояля в холодном океане? Будто я не могу жить без любви. Я целых восемнадцать лет прожила без интрижек, школьных признаний на четырнадцатое февраля. Никогда не было у меня друга детства и взаимных симпатий. Может, я действительно никак не воспринимаюсь мужчинами? Я всегда буду одинока.
- София! – звонкий женский голос заставил вздрогнуть.
Маша, небрежно накинув белый шарф, бежала ко мне, чуть спотыкаясь.
- Маша? Какими судьбами? – я расплылась в улыбке.
- Решила посмотреть местечко, куда ты меня позвала работать, - сказала она, оглядываясь и рассматривая пробники чая.
- Ты в итоге решила устраиваться?
- Нет, пока нет, - с печалью в голосе ответила Маша и поправила шарф.
Я кивнула, но всё же беспокоилась за неё.
- Ты идешь куда-то? Очень красиво выглядишь, - я почесала затылок, смущаясь от того, насколько невнятно я это проговорила.
- Что ты! Я всегда очень красиво выгляжу, - она засмеялась, заставив меня выпалить смешок, - спасибо!
В магазине помимо Маши зашла пожилая пара. Уловив в их глазах озадаченность, я намекнула подруге, что мне нужно отойти к покупателям, на что она лишь кивнула и продолжила скорее делать вид, что ей интересна наша витрина. Периодически я ловила её дружелюбный взгляд на себе. Но не успели мы поговорить, как Маша ускользнула из магазина, спешно помахав мне рукой на прощание, а после на телефон пришло сообщение: «Лишь хотела увидеть тебя перед работой, спасибо». И за что ей меня благодарить? Приятно, что она вовсе не злится на меня, хотя ей есть за что. Я усмехнулась. Эта ухмылка была словно плеск желчью. Я будто съела что-то не то и началась изжога, что прожигает глотку. Странное чувство тревоги схватило мои запястья. Меня не учили ненавидеть людей, меня не учили лицемерить, но почему-то именно это я и делаю, когда передо мной стоит Маша.