5 глава
Утром меня всю передёргивало от ужаса, что я вчера испытала. Дыхание никак не могло прийти в норму, да и сердцебиение тоже. Внезапно моя жизнь стало невероятно «интересной». Во-первых, меня пытались убить. Во-вторых, я видела убийство. И ни черта из этого не было интересно.
Я узнала, что Крис заболел. Я пыталась ему позвонить, но он так и не взял трубку. Я оставила сообщение на автоответчик:
– Крис, я наговорила и натворила глупостей. Мы можем поговорить. И ещё раз прости.
Я положила трубку, но через некоторое время я взяла её снова и оставила ещё одно сообщение:
– Я слышала, ты заболел. Напиши мне: как ты? Я знаю, что я облажалась тогда. Я не буду оправдаться. Я не хочу говорить о том случае. Я знаю, что это глупо и непростительно. Но... прости меня. Перезвони мне, если ты можешь...
У нас было свободное время. Так что я и Энни сидели в кафе неподалёку от университета. Я заказала себе стакан воды. В последнее время я нуждалась в ней. Причем, вчера я потеряла довольно много крови, поэтому надо пить больше воды. Но это была не единственная причина, почему я пила так много воды, были такие, как, например, меня не понятно кто хочет убить, а парень, который стрелял в меня, утверждает, что он мой «хранитель». Ух. Это было даже слишком.
Когда мне принесли стакан, то было несколько мгновение, моего пристального взгляда на воду. Что я должна была там увидеть? Сама не представляю. Может оттуда появится монстр, который захочет тоже меня убить. Просто отлично! Всего за несколько дней, я стала бояться любого шороха и начала верить в мистику, при этом я не исключаю факт, что схожу с ума и становлюсь параноиком.
Только я хотела выпить стакан, как меня остановил еле заметный силуэт, который передвигался куда быстрее обычного человека. Когда до меня дошло кто это, мой желудок сжался в крепкий узел, вжавшись в кресло, я наблюдала, как ко мне приближается Дэвид.
– Давай договоримся, что в этот раз ты послушаешь меня, – сказал зеленоглазый, положив свои руки по обеим сторонам от меня, и наклонил свою голову ко мне так, что наши глаза были на одном уровне, – и не станешь это пить, будь хорошей девочкой, малышка.
– Что? – спросила я с насмешкой, проигнорировав то, как он меня назвал, за это он получит ещё сполна. Вжавшись в стул, я выжидающе и с вызовом посмотрела на Дэвида, который был воплощением нетерпеливости.
– Не пей! – рявкнул раздражённо он.
Энни сидела, ели, сдерживая смех. А я была благодарна Господу, что у меня не начался истерический смех. А потом Энни начала наматывать на палец локоны золотистых волос. Я недовольно посмотрела на неё, она так делает всегда, когда заигрывает с парнями. Ни то чтобы я ревновала. Нет! Просто он не производил впечатления дружащего с разумом человека. Энни скорчила рожу и перестала наматывать локон. Но любое её движение выглядело так красиво, что даже самая отвратительная гримаса, была ужасно милой.
Я поглядела на Дэвида, который, ухмыляясь, разглядывал меня. Ну и пусть считает, что я его ревную. Зато подругу спасла от этого придурка. Я ещё сильнее вжалась в стул, отстраняясь от него, потому что перспектива дышать с ним одним воздухом меня не впечатляла.
– Я, конечно, понимаю, что ты должен защищать меня и всё такое. Хотя это у тебя не слишком получается, – я понизила голос так, чтобы только он мог слышать. – Насколько я знаю, хранители не стреляют в своих подопечных. Ты сумасшедший, Дэвид. И я тебе ни на йоту не верю.
Я поднесла стакан к губам и помахала им перед Дэвидом, мило улыбнувшись. В ту же секунду Дэвид молниеносно выхватил у меня стакан из рук и разбил его о стол. Содержимое стакана буквально прожигало деревянную поверхность стола. О, мой бог.
Я подавила крик, который застрял у меня в горле, и безмолвно посмотрела на Дэвида, пытаясь найти ответы. Хорошо, что капли не попали на меня и Энни, а то встреча с госпиталем обеспеченна была бы и мне, и Энни. В моей голове возникла ужасный сюжет событий, если бы я выпила это вещество. В этот раз Дэвид, возможно, спас мне жизнь. Совсем немного, но я ему поверила.
– Что это такое? – спросила я, когда ко мне вернулась здравая способность говорить, и я могла анализировать всю ситуацию целиком. А то в чем я сейчас находилось, именуемое ситуацией, было дерьмом.
– Яд, – ответил спокойным голосом Дэвид, который даже не стремился, чтобы переместиться. Он до сих пор преграждал мне путь, своими гребанами руками. Его слова вывели меня из себя. Бьюсь о заклад, что убью его сейчас. Я не считала, что он мне врёт, но это уже совсем было слишком.
Я выпрямилась и ударила Дэвида в грудь, пытаясь оттолкнуть от себя, причём сильно, но он даже не шелохнулся и продолжал смотреть на меня.
– Какой ещё яд?! – прокричала я, пытаясь сдвинуть Дэвида, но он был неподвижной скалой.
– Обычный яд, которым тебя сейчас пытались отравить.
– Кто?! Кому я вообще нужна?! – это начинало сводить меня с ума, поглощая на какое-то вязкое дно.
– Потом объясню, а сейчас уходите отсюда.
– Не решай за меня.
– Будь хорошей девочкой и уноси отсюда свою красивую задницу.
Я расширила глаза, разозлённая и удивленная от его слов. Он усмехнулся и освободил мне место, чтобы я могла встать:
– Тут демоны, не хочу, чтобы такая...
– Боже, заткнись! Кто, чёрт возьми здесь?!
– Демоны, принцесса. Так что просто уходи отсюда!
Я кивнула в забвение и схватила Энни за руку, которая была поражена не меньше меня происходящим, и потащила за собой подальше от этого места.
Энни шла и не оглядывалась. Я видела в её глазах страх. Такой же страх был и в моих глазах, но я же оглянулась назад. Там Дэвид сражался с демонами, как он их назвал. Как и вчера у него была не человеческая скорость, и он... просто был богом.
* * *
– Боже, что же это было? Что вообще происходит? И этот парень, боже, он не нормальный?
Я поглядела на Энни, которая обезумевшими глазами искала... ответа? Я, к сожалению, не могла ей этого дать, потому что сама не понимала, что происходит. И меньше всего мне хотелось впутывать в это Энни, но ведь она сказала, что поможет мне, и любила сказки о всё мистическом. Или только сказки?
– Я не знаю, – ответила я ей, а потом протянула руки, но она только отшатнулась от меня, как будто получила пощёчину. – Успокойся, мы в этом разберёмся.
– Нет, ты разберёшься. – Она взглянула на меня, тем времени как я почувствовала, что что-то одело на меня петель из досады и множество противных чувств, названия которых я не могла найти ни в одном словаре. – Прости, но я в этом не участвую.
Когда она договорила, то убежала, а петель на моей шее затянулась. Я стояла, как вкопанная на месте, и пыталась переварить, что случилось. Она не могла меня просто так оставить, как? Почему? Она оставила меня. Меня оставили мои лучшие друзья. В тот же момент я заметила зеленоглазого парня, который спешил ко мне. Дэвид. И моя ненависть переросла пределы возможного. Как только он появился в моей жизни, она пошла под откос. Всё началось меняться к худшему, даже к невозможному. Он остановился, когда до меня оставалось несколько шагов, и спрятал руки в карманы джинсов, как ни в чём не бывало, в черной куртке, подобно призраку. Зеленые глаза. Черная куртка. Полу ухмылка. Скверный характер. Вот она вся составляющая Дэвида.
– Ты, – тихо вслух с некой злостью прошипела я. Какую ярость я чувствовала к нему, потому что знала, что он замешан в этом. Он был замешан во всём этом.
Я быстро к нему подошла, резко схватив за плечо куртки, и спросила холодным и полным злобы тоном:
– Что, черт возьми, происходит?!
– Если хочешь знать правду, то приходи в Гранд-парк, на то место где был фестиваль, – спокойно ответил он мне. Почему в его глазах играет такой огонь? Почему он так беззаботен?
– С какого черта я должна верить какому-то незнакомцу?! – я разозлилась, потому что он был таким спокойным и потому что я не могла успокоиться. – Мы почти не знаем друг друга, и ты в меня стрелял!
– Дэвид Хоронт. Приятно познакомится.
В горле пересохло. У меня с языка сорвался один вопрос. Хотя я вообще-то не должна была это говорить. Теперь он точно считает меня психопаткой.
– Ты знал Рейна Хоронта?
– Он мой отец.
Дэвид, сказал это так печально и так же со злобой. Но я пожалела, что задала этот вопрос. И по какой-то сумасшедшей причине, продолжаю говорить. Я говорю что-то несвязанное и совершенно не нужное, хотя считаю, что он должен знать это:
– Он погиб. У меня на глазах.
– Надеюсь, он не причинил тебе вреда, – ответил равнодушно он.
– Как ты можешь такое говорить?! Он же твой отец?! – хотя я в этом с ним ничем не отличалась.
– Он падший ангел. Он выбрал зло.
– Но он спас меня.
– Значит, это был спектакль.
– Нет! Нет! – перед глазами возник снова образ того вечера, человек с арбалетом, стрела в спину Рейна, кровь, хриплый голос, умоляющий меня. – Это не был спектакль, это не было похоже на спектакль!
– Ты ничего не понимаешь.
– Да, ты прав, я не понимаю ничего!
Я закрыла лицо рукой. Вдруг перед глазами помутнело, пронеслись какие-то отрывки. Я пошатнулась, когда картинка перед глазами поплыла. Голова болела адски, а перед глазами перенесли какие-то отрывки. Всё было так запутано. И в один момент я почувствовала боль в груди, как будто чья-то металлическая рука надавила мне на грудь, сжимая её и перекрывая мне дыхание. Я видела кинжал в руке. Больше я ничего не помнила. Только смутные отрывки.
– Что ты видела? – спросил меня Дэвид, подхватывая меня, когда я снова качнулась в сторону.
– Я не помню. Стоп, а как ты...? – хотела спросить я, но, не успев договорить, замолчала, я не знала, что дальше мне говорить. Он знал, что это было.
– У тебя было ведение. У чародеев, ведьм, магов это часто бывает, – пояснил он. Я ему не верю. Не единому слову не верю. Он врет. Но всё же, как же сладко он врет.
– Магов?! Нет, хватит с меня странностей! – я пронзила Дэвида взглядом и вырвалась из его хватки, вскидывая руки в воздухе вверх в жесте «сдаюсь». – Это ведь просто розыгрыш! Конечно, это розыгрыш! Давайте выходите! Вы меня разыграли! Ура!
– Это не розыгрыш.
– Нет, такого же не бывает. Этого всего нет. Прости, но я тебе не верю. – Не знаю, за что я извинилась, ведь я не виновата. – Это противоречит всём моим убеждениям, – я отвернулась от Дэвида и сдавленным голосом проговорила, даже сейчас я не верила себе, я сомневалась, а правда то, что мне говорили? – Этого не должно существовать.
Я развернулась снова к Дэвиду и собрала остатки своей воли и гордости, проговорив ледяным и совершенно мне незнакомым голосом:
– И если ты пойдешь за мной, если будешь следить, то я клянусь, что я найду способ, как тебя убить.
Но в ответ мне он засмеялся:
– И как ты это сделаешь? Вызовешь копов? Или может, убьешь меня сама? Какая ты наивная. Ты ничего не знаешь об этом мире. Такие как я не будут наказаны. Ты доверяешь правительству, доверяешь всем, только вот ты не видишь их истинную сущность. Ты не можешь понять, что ты легкая добыча. Ты совершенно беззащитна. И поэтому кто угодно может втерется к тебе в доверие, а потом убить тебя, просто поздней ночью пригласив тебя погулять в парк. Теперь понятно для чего тебе я нужен?
– Кто угодно говоришь? Тогда почему я должна тебе доверять?
– Думаешь, я хочу тебя убить?
– Вообще-то да. – Без раздумий ответила я, вспомнив, как он стрелял в меня.
– Ты доверяешь не тем людям. Неужели ты совсем не умеешь разбираться в них. Разве ты не понимаешь, кому можно доверять, а кому нет?
– Понимаю. И сейчас я понимаю, что тебе нельзя доверять. Я хочу тебе поверить, хочу научиться доверять, но у меня не получается. Моё рациональное мышление подсказывает, что нельзя этого делать.
Он скрестил руки на груди и приблизился ко мне:
– Можно поинтересоваться почему?
– Ты пытался убить меня, Дэвид! Ты стрелял в меня, забыл? – Я презрительно посмотрела на него, Дэвид вздрогнул, можно подумать его волновало, сильно ли меня ранило. Он сглотнул и внимательно посмотрел на меня.
– С тобой же всё хорошо? – наконец-то спросил он. Никогда не думала, что те, кто стрелял в тебе, будут спрашивать подобную фразу.
– Как видишь да. Я не умерла.
Меня накрыла агония. Так плохо я себя никогда не чувствовала. Убежав домой, даже там я не находила себе место. Вроде бы там должно быть безопасно, но это было ложью. Там совсем было не безопасно. Я металась по квартире, словно дикое животное, загнанное в клетку. Только одно большое отличие. В клетке никто не навредит животному.
Вставала и садилась. Пыталась написать что-то в дневнике, но не получалась. Тяжело вздыхала, пыталась заснуть. Ложилась на кровать, закрывала глаза, но когда любая мысль покидала моё голову, то пустота внутри действовала на меня не лучше, становилось только хуже. Меня что-то там внутри съедало.
Он что-то знает. Рейн так сказал. Черт, кому я верю?! Какому ту незнакомцу. Кому я вообще могу верить?! Я набрала номер Криса и оставила ещё одно сообщение на автоответчик:
– Привет, Крис. Это Николая. Ты мне так и не позвонил. Я знаю, что облажалась. Знаю, что это было глупо. И я знаю прекрасно, что ты обиделся, но черт, ты обещал, что будешь со мной, чтобы не случилось. И где ты сейчас?! Мне сейчас ты нужен. Очень нужен. И я уже устала просить прошение. Если ты захочешь, ты можешь позвонить.
Я прекрасно знала, что он прослушивает это сообщение. Я это очень хорошо знала.
В итоге я пришла к выводу, что мне надо знать правду, какой бы она не оказалась. Даже если это испугает меня ещё сильнее, я буду знать, чем сходить с ума в неведение.
Я пришла в парк на то место, где проходил фестиваль. Там стоял Дэвид и что-то увлечённо рассматривал. Строчки песни «Young God» снова заиграли у меня в голове. Я любила эту песню.
Становилось уже темно, и я была удивлена, что он до сих пор там. Лично я не люблю гулять по тёмным улицам, обязательно наткнёшься на психа.
– Хочешь, верь, хочешь не верь. Но вот я так и знал, что ты придешь Николая Драговер, – сказал он, когда я приблизилась к нему. Тогда я впервые увидела его искрению улыбку. Он был и правда, рад меня видеть. На нем была всё та же кожаная куртка.
– А откуда ты знаешь моё полное имя? Хотя чему тут уже удивляться, – ответила я. – Я правда хочу знать правду, только давай договоримся, что ты не будешь в меня стрелять, хорошо?
– Я, правда, пытался защитить тебя, хоть ты мне и не веришь. Но я реалист. И если бы ты была тогда не ранена, то поверь, они бы сразу убили меня. А я хочу жить, так же как ты.
– Говоришь, прям, как Тео Рейкен[1].
Он улыбнулся, а потом посмотрел на меня внимательно:
– Ты сейчас серьёзно?
– Да. – Я кивнула и расправила плечи. – Я серьёзно.
– Тебе меньше надо смотреть сериалы. Это очень серьёзно влияет на тебя, принцесса. И хочу заметить, что я в сто раз сексуальнее Тео Рейкена, уверяю тебя. – Он взглянул на меня, а я рассмеялась. Боже у кого-то слишком большое мужское эго. – Уверен, ты хочешь это узнать.
Ха. Я не уверенна, что я хочу что-то вообще знать. Поэтому я в упор посмотрела на Дэвида и медленно покачала головой. В животе у меня сжимает комок, превращающийся в кулак. А потом мне стало ещё хуже, как только я подумала о том, что меня будет ждать за правда, что станет со мной после этой правды. Дэвид улыбнулся, взял меня за запястья и спросил:
– Готова?
Я неуверенно кивнула в ответ. По телу пробежался легкий холодок, похожий на ток. Через несколько секунд мы оказались в необычном месте. Стены, потолок, пол – всё было белое.
– Мы тебя ждали, – послышался мужской голос. Такие фразы стоит внести в список наряду с теми, что говорят за секунду до сердечного приступа. Из белого пространства вышел мужчина в белом одеянии, а с ним ещё четыре человека в такой же одежде. Всё было похоже на идеально спланированный спектакль. – Я Григорий главный из Всевышних.
– Я Амара, – сказала женщина в белом одеянии с золотистыми волосами. – Я и тебе все расскажу. Пойдем со мной.
Она повела меня по длинному коридору. Белые стены исчезли, это было похоже на обычный дом. Одежда на Амаре стала вполне обычная. Я не могла мыслить. Я не могла ничего делать. Я удивлена, как у меня вообще получалось передвигать ноги.
– Мы Всевышние. Мы представляем собой силы добра. Нас пятеро. Главный Григорий. Я его заместитель Амара. Но так же есть и силы зла. Пять тёмных советников, так они себя называют. Вампиры, демоны это всё они. У нас же ангелы, хранители, нефилимы, странники. Твой хранитель Дэвид Хоронт, – рассказывала Амара.
Я с увлечением слушала её, но осмелилась и задала вопрос. Один чертов единственный вопрос, в котором я раньше и не сомневалась. Потому что я знала ответ, теперь я не могу понять, где правда, а где ложь:
– Кто я такая?
Она улыбнулась, словно знала, что я задам этот вопрос. А может и знала. Скорее всего, знала. Уверена я не первая, кто это спрашивает.
– Ты Николая Драговер, потом древнего королевского рода. В тебе сила. В тебе опасная сила. Ты нужна нам, – сказала Амара. В душе всё замерло от её слов, но виду я старалась не подавать. Не знаю, почему что-то внутри меня прекратило свой ход на несколько минут. Почему мои шестирёнки остановились. Почему мне показалось, что я уже где-то это слышала. Почему мне показалось, что я не так уж и мало знаю.
Амара привела меня к портрету девушки. И в туже минуту внутри всё снова оцепенело. На портрете была я. Только в средневековой одежде. Я, но другая. Я смотрела на саму себя. В животе опять сжался кулак.
– Если гены повторяются в том же порядке. Вы называете это реинкарнацией.
– Такого не бывает, – покачала головой я, пытаясь скорее убедить себя, чем кого-то. У меня опять началась паника. А потом мне словно вкололи обезболившие, и я замерла на месте, не способная двигаться дальше, не способна жить.
– Бывает, но очень редко, – убеждала меня Амара. – Её зовут Серафима Драговер.
Драговер? Моя родственница? Это девушка на портрете связана со мной?
– Серафима самая злая сильная чародейка в мире, – сказал Григорий, появившийся совсем не заметно, от чего я взвизгнула.
– Значит я слабая? – спросила я, в чем я не сомневалась.
– Ты в сто тысяч раз сильнее.
Ага. Конечно, так это и заметно.
– Но причем тут я?
– Серафима может вернуться, ты единственная кто сможет её остановить, – пояснила Амара. – Мы думали, что можем справиться с миссией: не дать ей вернутся. Но мы ошиблись.
– Но я не хочу ни с кем бороться, – возразила я. Мне хочется закричать те слова, которые застревают у меня в горле: «Я хочу нормальной жизни!»
– У тебя нет выбора. После восемнадцати лет силы пробуждаются. Твои силы пробудились, демоны будут охотиться на тебя, чтобы сделать злой. И пока ты на стороне добра, твоя семья, ты, все кого ты любишь в опасности.
От мысли, что все кого я люблю, умрут, просто погибнут, у меня в душе всё перевернулось и замерло. Я не могу этого допустить:
– Что я должна сделать?
– Ты должна стать сильной, научиться защищать себя и окружающих, ты должна, научится использовать свою силу, научится драться, - пояснил Григорий. – И в этом тебе поможет Дэвид. А сейчас тебе пора.
После таких слов, скорее всего, должно прийти воодушевление и поднятие силы духа. Мой дух же упал ещё сильнее. Толком я ничего не узнала, только лишь то, что я двойник и обладаю магией, которой управлять не умею, а ещё я должна бороться против собственного... предшественника?
Бог мой! Во что я вляпалась?!
[1] Персонаж телесериала «Волчонка», появившийся в 1 серии 5 сезона