4 глава
Утром я долго смотрела в зеркало. Я смотрела на себя, не верила, что я сейчас жива. Перед глазами переносились эти жуткие события. Как мне сейчас страшно. Это ужасное лицо. Как только я воспоминаю её лицо, меня бросает в дрожь. Ты девушка живой мертвец. Я не в том смысле, что она зомби. Просто она, наверное, была живая, но её до ужаса бледная кожа характерная для мертвых, и губы, словно вымазанные кровью вместо помады, не давали мне быть уверенной в том, что она жива. Крис не отвечает на мои звонки, не на сообщения. Надеюсь, хоть в университете он сегодня со мной поговорит.
Но сейчас мне ещё страшнее. Мне так плохо. Я не знаю, кому могу доверять. Я не знаю кто я.
Вроде я всё та же плоть, у меня всё та же кровь и те же кости, но сейчас мне всё больше кажется, что люди это не просто плоть. Это что-то большее. То, что непостижимо человеку, нам не дано понять, что нас делает такими, какими мы есть. И если у людей есть материя - душа. То у меня прах. Я не только кожа и кости, я ещё и прах. Прах из разбитых картинок прошлого, которые я не могу собрать в едино целое. Мне всегда чего-то не хватает.
Дописав последние строчки в дневнике, я положила его в сумку и пошла в университет.
К моему сожалению, Крис даже не обратил на меня внимание. Я больше не стала навязываться, глупо было так перед ним унижаться. Я решила рассказать всё Энни. Выслушав мою историю, она очень заинтересовалась. Энни в отличие от Криса верит во все мистическое. Мне было хорошо видеть её добрую улыбку. Она была в полном восторге. И почему-то я тоже была в восторге. Наверное, от того что я вчера осталось жива.
Мы сидели на скамейке в Гранд-парке и разговаривали. Мы часто туда ходили гулять или на пробежку, ведь Чикагский университет был совсем недалеко от него, а ещё и я жила рядом с парком. Я обожала прогуляться до 57 улице, там были кафешки и рестораны с приятными и манящими запахами, а ещё там были книжные магазины и Старбакс[1]. Это был весомый аргумент. Сама я жила на 59 улице.
Я почему-то люблю весну в Чикаго. Для меня весна это как начало новой жизни, нового шанса. Словно что-то что умерло давно, получило шанс начать заново. Шанс жить.
– Она не берёт? – спросила меня Энни, когда увидела, что я звонила маме, а она так и не взяла трубку. Я каждые три минуты проверяю свой телефон в ожидании сообщения, хоть и знаю, что оно не придет. Хоть и знаю, что она не позвонит, может, потому что занята. Но мне нужна мама. Мне нужна её поддержка. И её объятья.
– Нет, – с горечей ответила я. – Уже два дня прошло, а она даже не позвонила.
– Может, работы просто много?
– Надеюсь, что это так.
– Смотри там праздник какой-то, – Энни указала на площадь, где кругом была толпа.
– Наверное, весенний фестиваль, – я снова отвернулась от Энни и проверила сообщения на телефоне.
– Пойдём?
Я кивнула, и мы пошли туда. Там была сцена, на сцене стоял ведущий что-то рассказывавший. Вокруг сцены была толпа людей. Мы влились так сказать в эту толпу людей и смотрели представление. Ведущий что-то рассказывал, смеялся. На сцену выходили гимнастки, музыканты, акробаты со своими номерами. Но меня всё это не впечатляло. Я была полностью погружена в свои мысли. Я не помню, что они говорили, я просто стояла и смотрела куда-то вдаль.
– Постой тут, мне звонят, надо ответить, – сказала Энни и ушла подальше от толпы. Было очень шумно, поэтому если бы мне звонили, я бы тоже ушла, но мне никто не звонил.
Я стояла и оглядывала взглядом толпу. Один человек из толпы стоявший довольно далековато от меня, посмотрел на меня, сначала его лицо я совсем не разглядела. Он несколько раз поворачивался и смотрел в мою сторону. Раньше бы я такой мелочи бы не заметила, но после недавних событиях, я начала замечать всё. Человек, был брюнетом, с голубыми глазами. Но мне его лицо показалось знакомым. Даже очень знакомым. Это был Дэвид. Только теперь его глаза были голубыми. Когда я его увидела, моё сердце ёкнуло и сделало кувырок. Пришла Энни, я рассказала ей про Дэвида. Она решила разредить обстановку и сказала, что он, наверное, влюбился в меня. Но я совсем не поняла это шутку. Мне не было дело до шуток. Это казалось очень подозрительным. Ведь теперь он ходит за мной как тень. Ведущий объявил о выходе какого-то певца. Вышла кстати певица. Она начала петь песню. Это был ковер на песню Halsey "Young God". Энни потянула меня за руку и вывела ближе к сцене:
– Давай танцуй! – подруга затанцевала.
Я огляделась того парня уже не было. Мне было так тяжело и страшно, что когда я затанцевала, мне стало так легко и свободно. Строчки песню уносили моё волнение подальше от меня и успокаивали. Do you feel like a young god? You know the two of us are just young gods. And we'll be flying through the streets with the people underneath. And they're running, running, running again.[2]
Но когда я заметила заинтересованный взгляд Дэвида, мне на секунду стало плохо. В тени его глаза мне показались совсем не голубыми, скорее зелеными. Он улыбнулся мне. Я с ужасом осознала, что видела его уже. Не в университете. Это он был в окне моего дома. Эту ухмылку и зелёные глаза я точно узнала. Узнала бы где угодно. Я попыталась не обращать на него внимания и снова затанцевала, почувствовав, как легко мне становилось от правильно подобранной песни. Мне показалась, что это просто совпадение и ничего больше. Я забыла обо всём.
После фестиваля, я пошла домой. Я замечала, что за мной кто-то идёт. Я ускорила темп, а потом, попытавшись разглядеть боковым зрением, кто за мной идёт. Это был Дэвид. Его яркие зеленые глаза его выдавали. Меня уже не одолевал страх. Какой-то он был скользким и подозрительным типом. Да причём это точно он был в моём окне. Я себе казалась такой бесстрашной, но я была трусихой. Я хорошо знала улицы в Чикаго и быстро завернула в ближайший переулок. Это был не очень хороший план, идти по переулку, когда за тобой следят, но другого выбора у меня не было. Дэвид ускорил шаг, пытаясь догнать меня. Страх брал вверх над рациональным мышлением, поэтому я рванула, что есть сил от Дэвида.
Побежав от этого парня, сама не заметив того, я выскочила на дорогу. И свет от фар машины ослепил меня. Кто-то одёрнул меня за руку, и я шагнула назад. В тот же миг там, где я стояла, пролетела машина. Маленький миллиметр был промежутком у меня и машины. Я обернулась назад, но там никого не было. Я снова посмотрела вперёд, и выдохнула в туже секунду. Я чуть не умерла, опять. Когда, я убедилась, что машин нет на дороге, я перешла её. Вернувшись, домой я завалилась спать.
В университете Крис опять со мной не разговаривал. После очередной пары, я стояла в коридоре и разговаривала с Энни. Она была такой счастливой, а я такой напуганной.
– Эй, смотри, а это не тот парень, что не отрывал глаз от тебя на фестивале, – сказала Энни, указав пальцем на него. Внутри всё перевернулось. Почему-то я в одно и то же время почувствовала страх, ужас и привязанность, а ещё я подумала, что он сумасшедший и необычный. И почему я не могу понять он стал для меня потрясающим? И всё это крутилось в моей голове секунду, а потом я отвергла эти мысли. – А он так ничего.
Я прислонилась к стенке, не хватало мне ещё подруги влюбленной в какого-то сумасшедшего. Мы обе взглянули на него оценивающим взглядом. Хотя я с Дэвидом уже была знакома, довольно близко знакома. Энни нет. И это было её время восхищаться его внешностью. Боже. Теперь он внушал мне настоящий ужас.
– Ты что серьезно? – я вздохнула и перевела взгляд на неё.
– Да! Ты посмотри на него! – она сказала это так громко, что он как мне кажется, услышал и усмехнулся. Я невольно посмотрела на него. Наверняка, он привык к такому вниманию, а ведь Дэвид и правда был ничего даже больше, чем просто «ничего», наверное, у него была девушка или кто-то на примете. Он одернул куртку и посмотрел на меня, нет, он посмотрел на Энни. Она та выглядела неотразимо, а я как напуганный кролик. На меня бы не один мальчишка не взглянул сейчас! – Боже, так он выглядит, как герой какого-нибудь супер фильма, который получит Оскар! И только не говори, что так не считаешь!
– Может быть.
– Может быть?! Боже, у тебя, что проблемы со зрением? Да он же красавчик. Интересно, есть ли у него брат близнец?
– А второй зачем? На случай если первый сломается? – съязвила я, а потом я залилась краской, как-то двух смылено получилось.
– Нет же дурачка! Мне и одного хватит! Просто первый уж точно на тебя запал!
– Никто на меня не запал! Перестань!
– Согласись, он же просто неотразим.
– Он за мной следит, – наконец выдохнула я и наконец-то сказала это, но только потому, что не могла отрицать то, что он красивый. А ещё он был придурком, кретином, но в какой-то момент он был даже очень милым.
– Да это можно подумать.
– Нет, он на самом деле за мной следит. И не первый день. Я не знаю, что мне делать.
– О! Поймай его с поличным и спроси, что он за тобой следит.
– Отличная идея.
Я пошла на следующую пару.
– Вообще-то я это в шутку, – сказала мне в след Энни. Она поняла, что я уже её не слушаю, и сама пошла на пару. А я уже продумывала план действий.
После учебы, я пошла домой. Я была такой жалкой и одинокой. Мне хотелось быть лучше. Быть лучше во многом. Заметив, что Дэвид опять за мной следит. Я решила исполнить идею Энни. Я завернула в переулок. Он тоже. Мне было страшно, мне постоянно страшно. Голова постоянно кружится и болеть. Я чувствовала себя такой беспомощной. И это бесило. Я перешла дорогу, он перешёл её за мной. И тут я сделала довольно глупую вещь, я побежала, мне хотелось убежать так далеко. И пока я бежала, я почувствовала как мне легко и свободно на душе, и ничего не произошло. Когда я завернула в очередной переулок, то резко развернулась, указав на него пальцем, но прежде чем сказать я забыла, как вообще дышать. Так получилось, что он резко врезался в меня, мы стояли почти вплотную. И нас разделяла только моя рука, указывающая на него. Я, наконец, сказала:
– Зачем ты за мной следишь?
Дэвид был очень удивлён и растерян. Мы секунды две или три просто стояли и смотрели друг на друга. Я словно застыла на месте и не могла двигаться. Единственное, что я подумала, что он один из тех сумасшедших и сногсшибательных героев. Может я сошла с ума, но мне кажется, что он моя родственная душа. Он такой же, как и я сумасшедший. Он такой же, как и я. Я просто это знаю, знаю как свое имя, что нас что-то связывает. Дэвид быстро спохватился.
– Я не слежу за тобой, – ответил он. Я усмехнулась. Конечно, он не следит за мной. – Может просто ты мне понравилась, и я хотел познакомиться поближе, не в стенах университета?
– Так нормальные люди не знакомиться, – сказала я.
– Я не совсем нормальный, – его зеленые глаза сверкнули на солнце. Просто нереальные зелено-голубые глаза, в которых скорее зелёный преобладал.
– Я думаю, что уже поняла это.
– Люблю смышлёных девушек.
– Не флиртуй со мной! – выкрикнула я и просверлила его взглядом.
– Я же сказал, что ты мне понравилась.
– Нет.
– Зато вот ты покраснела.
Это была правда. Я покраснела и из-за этого ещё больше разозлилась, по-настоящему разозлилась:
– Это от ярости, – прошипела я. Конечно, он нереально красивый, но меня он отталкивал и пугал. Думаю, что меня бы испугал любой, кто за мной следит.
– Нет, на самом деле ты считаешь меня... опасным? – на его лице появилось разочарование, но потом его зеленые глаза снова засверкали. – Почему ты меня боишься?
Я испугалась, как он вообще узнал, о чём я думаю?! Я сделала несколько шагов от него подальше.
– Кто ты такой? – спросила уверенно я.
– Человек, – раздражённо ответил он. А я ожидала что-то вроде демона или оборотня, может даже вампира, или убийца. Всё что угодно, но он точно не человек. Или сумасшедший. Просто сумасшедший.
– Зачем за мной следишь?
– Решил продать тебя на органы, – он улыбнулся. Дэвид шутил, но всё-таки говорил это серьёзно.
– Зачем ты за мной следишь? – повторила свой вопрос я.
– Ну, говорю же, что понравилась.
– А теперь правду, – сказала я, рассматривая его. Он был привлекательным, но я им не была заинтересована. Хотя если честно, то в нём было что-то притягивающее и опасное. И мне это безумно нравилось. Я сделала шаг назад, он сделал шаг ко мне.
– Ты не поверишь, если я скажу, – ответил он.
– А если я поверю?
– Я твой хранитель. – На полном серьёзе выдал он, я удивлённо вскинула брови и поджала губы:
– Да ты был прав, я не поверила.
– Это правда. Я должен охранять тебя, – он пожал плечами, словно говоря этим, ничего не поделаешь.
– Меня ни от кого не надо охранять. А тебе лучше в больницу сходить. И кстати, никогда не поверю, что ты мой хранитель, я бы точно поверила, если бы ты сказал, что ты демон или серийный убийца. Это было бы гораздо правдоподобнее.
Дэвид схватил меня за руку и развернул к себе, потом прижал к стенке:
– Послушай меня...
Но он осёкся и посмотрел куда-то вдаль, а потом снова на меня. Его зеленные безжизненные и полные тьмы глаза исследовали моё тело, а потом остановились на лице. Я попыталась выдернуть руки и убежать, но я оказалась в ловушке.
– Стой тут. И прошу, никуда не беги!
Он отпустил меня, а сам отошёл в сторону, где послышались шаги. Чей-то синхронный топот. Я не могла отдышаться, мне хотелось убежать, но я смирно стояла, вжавшись в стенку. Шаги были совсем близко. Я посмотрела на Дэвида, который резко развернулся ко мне. Мои глаза расширились, когда я увидела в его руке пистолет.
– Твою мать! – выкрикнула я и попыталась сдвинуться с места, но мои ноги назло стали ватными. А потом Дэвид резко выстрелил мне в левый бок живота. Я согнулась пополам, прижав руку к месту ранения, и опустилась на землю. Боль пронзила моё тело не сразу, но сильно, сдавленный крик вырвался с моих губ. Я с надеждой в глазах и мольбой посмотрела на Дэвида, боже, почему именно я. Зачем ему меня убивать? Для чего?
– Спрячь своё лицо, подожди немного, скоро всё закончиться. – Он присел рядом со мной, боже так, что всем жертвам говорят убийцы, потом Дэвид отвернулся от меня и поднялся на ноги.
Кто-то подошёл к нему, кто это был, я не видела, хотя какая разница, если меня скоро убьют. Хотя меня уже пытались убить, какая-то девушка в моём доме, но я выжила, моя рана затянулась, и не осталось следа. Мне ничего тогда не приснилась, я точно знала, что тогда я умирала.
– Это она? – спросил чей-то голос, я почувствовала, как на меня пристально смотрят, я отвернулась, пытаясь не заплакать, и укусила губы до крови, чтобы не было слышно проклятых всхлипов.
– Дарак, какая тебе разница?! – это уже был Дэвид, никогда не видела его таким злым. – Если и она, скоро умрет. Я ранил её.
– Не дури, пацан.
– Она неопытная.
И тут в лучах солнца засверкало что-то острое. Это было длинное лезвие. Дэвид размахнулся и проделал резкую и глубокую рану на груди у Дарака. Дарак упал на колени, а на Дэвида напали ещё два парня. Но Дэвид ловко и быстро отбивался от ударов. У него была нечеловеческая скорость и ловкость. В этой суматохе, я поняла, что моя рана затягивается, и попыталась встать на ноги. Дэвид убил их. Убил их всех, а потом развернулся ко мне, убрав оружие, приблизился ближе:
– Ника.
– Ты убил их. Убил их всех. – Сдавлено произнесла я и отстранилась от Дэвида. Но он снова протянул ко мне руки и сделал шаг вперед.
– Дай посмотрю твою рану.
Я вытянула руку вперед и сделала медленный шаг назад:
– Нет, не подходи ко мне!
– Ника. – Умоляюще посмотрел на меня Дэвид. – Ты ранена. Мне нужно посмотреть в порядки ли ты.
– Ты меня ранил! – вскрикнула я и отпятилась назад.
– Я пытался защитить тебя, чтобы ты не погибла. – Он скрестил руки на груди, так же как и делал во время нашей первой встречи, посмотрел на меня озорным взглядом. – Ты бы не послушала меня, не отрицай, я знаю, ты бы убежала, и тогда тебя бы точно убили. Рана, которую я нанес тебе, безобидна, но я настаиваю всё равно посмотреть её.
– Что ты такое?
– Ника. Я не что.
– Ты определено что-то, но не человек. – Со всхлипом сказала я и сделала ещё несколько шагов назад.
– Ника, твоя рана, я должен посмотреть, – Дэвид протянул ко мне руки, но я оттолкнула его.
– Не смей прикасаться ко мне! Кем бы ты ни был, Дэвид, ты чудовище. – Я взглянула на него, на его ссадины от драки, и на то место где он спрятал кинжал. Может быть, он был хорошим в начале, но теперь он однозначно плохой, в этом не было сомнений. Я развернулась и зашагала домой, поняв, что раны, досаждающей мне, больше нет.
Дома было спокойно, но я слишком рана радовалась. Смотря телевизор, я услышала шум. Тот же шум. Мне стало не страшно, я была взволнована. Я вскочила с дивана и пошла на кухню.
Взяв нож, я вернулась в зал. Голова опят начала кружится. Всё опят стало мутным. Я почти ничего не видела, а потом всё исчезло. Шум опять послышался за моей спиной. Я резко развернулась в руке с ножом. Передо мной стоял человек, одет он был во все черное, даже его волосы были пепельно-черными, но глаза ярко зелеными, такие же, как у Дэвида. При мысли о Дэвиде у меня возникала каждый раз тошнота.
– Кто ты? – спросила я незнакомца. Мой голос дрожал. Я не хотела казаться такой глупой и беспомощной. Я размахивала ножиком перед ним и так отстраняла его от меня.
– Убери нож, я не причиню тебе вреда, – сказал он.
– Мне так спокойней. А теперь кто ты? – я вытянула руку вперед, сжав ножик до того, что костяшки побелели.
– Не главное кто я, главное кто ты! – Это манера говорить, напомнила мне Дэвида, и моё сердце сделало кувырок внутри. От чего-то мне было очень больно думать, что он пытался меня убить, что он убил тех людей. Потому что совсем недавно я узнала его другую сторону.
– И кто же я?
– Ты Николая Драговер.
– Я это и так знала без вас.
Боже, какой-то полоумный делал у меня в квартире и нёс полную чушь.
– Это уже о многом говорит.
– Зачем вы пришли? – я направила на него нож, снова сжав рукоятку ножа до боли в пальцах.
– Как много вопросов.
– Зачем?!
– Что бы рассказать правду.
– Так говорите.
– Бедная – бедная дитя.
Он что насмехается надо мной?! Вот урод. Да кто он вообще такой?! Послышался шум, но в 2 раза сильнее.
– Они меня ищут.
– Кто?
– Нет времени объяснять. Доверься тому мальчишке, он хороший. Он и откроет тебе правду.
В ту же минуту появился позади него человек с арбалетом. Не успела, я и предупредить об опасности, как в этого незнакомца попала стрела. Человек с арбалетом исчез. Нож выпал у меня из рук. Я подбежала к незнакомцу.
– Черт! – я склонилась над побледневшим телом. – Нет! Только не это! Не умирайте, слышите меня?!
– Доверься мальчишке, он знает. Он поможет, – договорил незнакомец осипшим голосом. Мне показалось, что он знает и об этом странном парне, который заставил меня справиться с дрожью и помог, который выстрелил в меня сегодня.
– Хотя бы скажите ваше имя?
– Рейн Хоронт.
После этих слов его ресницы затрепетали, и он умер у меня на глазах. Его тело превратилось в горстку пепла, который подхватил и развеял ветер. Всё было до жути странно, но я даже не стала вдаваться в подробности, почему это происходит. И когда мне было плохо, я начинала писать в своём дневнике:
Как свести себя с ума?
Как уничтожить себя?
Как заставить страдать себя?
Как исцелить себя?
Что мне надо сделать, чтобы это всё прекратилось?
Что мне надо сделать, чтобы забыть эти изумрудно-голубые глаза?
Что мне надо сделать, чтобы забыть эту ухмылку?
Почему я не хочу это забыть?
Я хочу это забыть.
Я не могу понять, что происходить. Я просто схожу сума.
Сегодня в меня выстрелил Дэвид, новенький парень в школе. И я его боюсь. По-настоящему боюсь. Но только по другой причине. Я не знаю, что это за причина.
Но это был он в окне моего дома. Это он следит за мной. Он просто сумасшедший. Но я его знаю.
Когда я с ним разговаривала сегодня, я это поняла. Я его знаю. Я не знаю где и когда, но я его видела раньше, до того как он появился в школе и в окне моего дома и перевернул мою жизнь с ног на голову. Я это чувствую. Чувствую привязанность. Нас что-то связывает. Глупо конечно, но это так. И теперь его ухмылка и зеленые глаза преследуют меня. Я не могу его забыть
Что нужно сделать, чтобы разрушать человека?
Покажи ему, как умирает кто-то на его глазах. Даже незнакомец. Всё равно ты запомнишь ужас в глазах этого человека, когда кончина неизбежна. Ты запомнишь, какой ты никчемные, когда поймёшь, что ничего не сделал.
Его звали Рей Хоронт. Он пришёл, чтобы помочь мне. Он умер. Он попросил меня послушать этого странного парня.
Я долго не могла уснуть. Руки тряслись. Не могла заходить в зал. Я решила послушать его. И поговорить с Дэвидом, нам многое надо обсудить. Кем бы, черт его побрал, он не оказался.
[1] Starbucks — американская компания по продаже кофе и одноимённая сеть кофеен.
[2] Ты думаешь, что ты юный бог? Знаешь, мы оба такие, и мы полетим сквозь улицы, наблюдая за людьми сверху вниз, которые бегут, бегут, бегут.