Глава 9
— Придумала! Попробуй наложить на меня Инкарцеро.
— Но я не видел тебя.
— Ты прав, — Иса разочарованно цокнула, но тут же оживилась. — Но ты видел мои руки! Постарайся вспомнить.
Оминис нахмурился.
— Ты уверена? Это не самое простое заклинание. Что если я...
— Уверена! Я уверена, — уверила она. — Ничего страшного не произойдет.
Она отошла в сторону, намеренно громко стуча каблуками туфлей по плитам, чтобы дать Оминису ориентир. Остановившись у дальней колонны, Иса развернулась к нему лицом. Она сделала глубокий вдох и вытянула руки перед собой.
Оминис встал в стойку, крепко сжал палочку, но долго не решался произнести заклинание. Он, наверняка, так же как Иса переживал, что ничего не получится. Когда он, казалось, наконец-то решился, Исабелла невольно зажмурилась.
— Инкарцеро!
Она ждала обжигающей боли или вспышки магии, но ничего не произошло. Вспышки из палочки не последовало, руки не связались. Оминис заметно погрустнел.
— Не получается. Я не могу... — он тяжело выдохнул и сдавил глаза ладонями. — Не получается колдовать, если не вижу цель. Это бессмысленно.
— Перестань заранее думать о поражении. Отключи голову, вспомни, как смог притянуть тыкву. Ты колдовал моими руками, но это был ты. Твоя магия и твое заклинание. Ты сможешь, просто попробуй снова.
Он расправил плечи, сосредоточился и направил палочку на Ису.
— Инкарцеро!
Из кончика палочки вырвался невидимый вихрь. Заклинание ударило точно, и в следующее мгновение Исабеллу слегка оттолкнуло назад. Она ойкнула, едва не потеряв равновесие, и дернулась, когда невидимые путы сжали ей запястья. Оминис тут же оказался рядом.
— Ты в порядке?
— В полном, — весело выдохнула Иса. — У тебя получилось!
Пусть веревки и не сковывали ее слишком сильно, но они были. Реальные. Невидимые. Зачарованные. Магия сработала, а это означало, что все, что она делала — было не напрасно. По груди разлилось приятное тепло и она не смогла сдержать смех. Это ощущалось так же, как если бы она смогла наложить сложное заклинание, которое раньше не была способна создать.
Снять заклинание оказалось просто. Она потирала запястья, на которых по прежнему ощущалась легкая стянутость и собиралась предложить повторить, возможно усложнив задачу, когда из коридора послышался топот ботинок и приглушенные голоса.
В крипту вбежала, воодушевленная, Поппи. За ней, о чем-то переговариваясь, вошли Эверетт и Гаррет, следом напряженный Амит. Двоих не хватало.
Пока все рассаживались на ящики, старую мебель и перевернутые котлы, Эверетт, хитро улыбаясь, подошел к Оминису и театрально поклонился — знал, что тот ничего не видит, очевидно хотел подразнить подругу.
— Приветствую, принц.
— Что? — опешил Оминис, уверенный, что обращаются именно к нему.
Иса с силой удара друга в бок.
— Эверетт! — шикнула она и угрожающе нахмурилась.
— Ладно-ладно, — развеселившись еще больше, он отскочил в сторону, потирая побитый бок.
— Прости. Он дурак, не слушай его.
Ей вдруг стало невыносимо душно от мутного растерянного взгляда — казалось, что он все-все понимал, хотя, конечно, наверняка это было просто воображение Исы. Ища спасение в окружающих ее друзьях, она выцепила взглядом Гаррета, который стоял дальше всех и оказалась рядом в несколько широких шагов.
— Принес?
— Обижаешь, — с гордостью ответил Гаррет.
На ее ладонь приземлился увесистый бархатный мешок. Иса развязала тесемку и заглянула внутрь. По меньшей мере дюжина колец из разноцветного металла блеснули от слабого света огня в жаровнях.
Пока Иса раздавала всем кольца, Поппи уже успела начертить на доске карту с Хогвартсем в углу и схематичной башней по середине. Она нервно обвела башню мелом, обозначая их будущую цель и с натянутой улыбкой приняла кольцо.
— Эти кольца... — начала Иса и замялась. — Это как... ну, что-то вроде плаща-невидимки. Только они не скрывают вас от глаз, а от... чувств. В данном случае — грифонов.
— Детеныши волшебных существ очень чувствительны к человеческому запаху, — пояснила Поппи. — Мы не должны оставлять свою человеческую энергию в их логове, чтобы не напугать их. Наденьте кольца, когда мы будем рядом.
Поппи еще долго и с воодушевлением рассказывала, как общаться с грифонами и что ей удалось узнать о башне. Она достала из архива Хогсмида чертежи, предположила, где браконьеры могли бы держать клетки достаточно большие, чтобы поместить взрослых грифонов и даже сколько волшебников могут охранять территорию. Мальчики иногда перешептывались, но в основном внимательно слушали и отвечали на все вопросы, которые задавала Поппи. Оминис, как обычно, стоял дальше остальных и нервно подергивал ногой. Иса то и дело поглядывала на решетку. Внутри стягивался узел — что-то подсказывало, что сегодня их будет меньше, чем ожидалось.
— Разве с нами не будет других ребят? — неуверенно спросил Амит, будто услышал ее мысли. — Ну, остальных слизеринцев. Себастьян и...
— Мэри, — помог ему Оминис. Взгляд его потемнел, кулаки сжались. — Я не смог с ними связаться. Отправил сову еще утром, но она так и не вернулась.
— На занятиях их тоже не было, — поддержал Гаррет. — Обоих.
— Что же нам делать?
— Пойдем без них, — холодно отрезал Оминис.
И они действительно отправились в лагерь без них. Дождавшись темноты, они одолжили метла, любезно предоставленные школой — хоть и без прямого разрешения профессора Когавы — и стали кружить вокруг башни.
Ночная мгла сгустилась над старыми руинами, звезды прятались за облаками и только слабые лучи холодной луны пробивались и освещали землю. Ветер шевелил складки плащей и проникал под одежду, завывающе гудел в ушах. Башня возвышалась перед ними, обросшего мхом и паутиной. Во внутреннем дворе лениво прогуливались маги.
— Вон там, — негромко произнесла Поппи, указывая на последний этаж башни. — Я слышу как минимум три взрослых грифона.
Действительно, где-то за каменной кладкой можно было расслышать недовольное фырканье, крики и даже жалобные стоны существ. Они хлопали своими большими крыльями и ждали своей участи. Верхняя часть башни не имела окон и дверей, только широкие ворота, механизм которых был зачарован изнутри. Попасть внутрь оказалось не так быстро, как хотелось бы.
Амит держал в руках устройство, помогающее определить магические ловушки в округе. В отличии от лагеря с драконами, здесь их было расставлено достаточно, чтобы их окружили и уничтожили, соверши они хоть одну ошибку. Они приземлились на один из неохраняемых выступов и без проблем открыли самой простой амбарный замок.
— Я прошу вас, — умоляла Поппи, обращаясь в основном к Гаррету. — Только не геройствуйте. Нас мало, мы не сможем справиться с браконьерами. Наша задача — освободить грифонов.
Все, не договариваясь, синхронно кивнули. Каждый осознавал риски и опасность миссии, когда с ними нет двух сильных волшебников в лице безумного волшебника и загадочной пироманки с силой, сравнимой с Мерлином.
— Наложите на себя дезиллюминационные чары, — начала Иса в полголоса. — И молю вас — избегайте атак как можно дольше. Не втяните себя в драку, из которой мы не сможем выйти живыми.
Башня была заброшена много лет, внутри пахло сыростью и многовековой пылью. Единственным источником света служили слабо горящие свечи на стенах. Их желтое пламя едва освещало лица ребят, но никто не рискнул использовать Люмос. Иса с Амитом шли впереди и обнаруживали магические ловушки прежде, чем кто-то в них попадется. Они медленно двигались вперед, дергаясь от любого шороха сухих листьев, залетающих в крошечные окна, и шума ветра, угрожающе поющего сквозь узкие отверстия в стенах.
Им удалось без препятствий преодолеть два этажа, поднявшись по ржавой винтовой лестнице. Когда Исе показалось, что все получается слишком просто, сверху послышались тяжелые шаги. Двое магов, злобно переговариваясь на незнакомом языке, спускались вниз и вот-вот заметили бы вломившихся на их территорию студентов. Иса от испуга замерла на месте, но Амит потянул ее вниз. Они спустились обратно и попрятались кто куда: по шкафам, за бочками и под лестницей.
Гаррет высунулся в окно и смог притянуть бочку с порохом. Эверетт дождался, когда браконьеры подойдут к двери и шепотом поджог бочку, когда Уизли отпустил ее вниз. С улицы послышались крики и ругань, что-то большое и деревянное охватилось пламенем. Браконьеры побежали помогать и не обратили внимание на нежданных гостей.
Иса, наконец, смогла дышать. Амит подбодрил ее несильным толчком в бок и уверенной улыбкой, которую, на самом деле, было необычно видеть после того, как в прошлый раз он испугался и зарекся влипать в подобные истории. Однако вот он здесь. Однако все они здесь. Она смогла собрать всех, смогла убедить каждого в этой комнате, что это достаточно важно, чтобы они игнорировали опасность и наплевали на наказания профессоров. Эта мысль немного отвлекла ее и помогла отодвинуть прилипчивую тревогу подальше.
Внутри огромного зала их встретила такая же полутьма. Слабые полоски лунного света пробивались через узкие бойницы и серебрили ржавые звенья цепей, которыми к стене были прикованы трое грифонов. Шеи существ окольцовывали толстые металлические ошейники, они дышали тяжело, с хрипами, и при каждом вдохе их грудные клетки заметно дрожали. Один дернулся, звон цепи разнесся по камере и больно ударил по ушам.
Грифоны смотрели на них настороженно, золотые глаза блестели, но страха там было меньше, чем ярости. Они били крыльями, поднимая вихри пыли и песка, их гортанные крики эхом отдавались в каменных стенах. Поппи шептала им что-то успокаивающее и подошло лишь после того, как почтительно поклонилась. Она склонилась к ним так близко, что перья почти касались ее лица.
Иса потащила за собой Амита в дальнюю часть башни. Механизм представлял из себя громоздкое строение, покрытое древними рунами. Он слабо светился зеленым и угрожающе подрагивал, когда Иса приближала палочку. Вдвоем им удалось снять защиту, но на снятие остальных чар и открытие ворот требовалось много времени.
Краем глаза Иса наблюдала за друзьями: Поппи говорила о чем-то с крупны грифоном, Оминис держался рядом и не вмешивался, готовый в любой момент заслонять ее. Эверетт и Гаррет, молча переглядываясь, освобождали существ. Каждый раз, когда звено или ошейник грузно падали на каменный пол, ком страха внутри болезненно сжимался. Где-то внизу пронесся порыв ветра, и в темноте показалось, будто это шаги, голоса и шорохи плащей. Она затаила дыхание, вглядываясь в проем лестницы. Тишина. Но сердце продолжало бешено биться.
Механизм поддался неожиданно — с протяжным скрежетом. Шестерни дрогнули, заскрипели, башню, казалось, слегка тряхнуло. Ладони Исы стали липкими. Она бросила взгляд на грифонов: они уже не шипели так яростно, один даже приглушенно ворчал, будто согласился. Поппи вытянула дрожащую руку, продолжала говорить что-то шепотом.
По помещению внезапно пробежала металлическая искра, ощутимая, до дрожи в пальцах. Прямо перед ними аппарировали двое магов. План сбежать по-тихому рушился. За башней протянулся тяжелый и тревожный гул рога. Подкрепление. Лестница задрожала под натиском чужих сапог. В проеме сверкнуло заклятие, и в зал ворвались озлобленные голоса.
Гул механизма рос, шестерни вращались все быстрее, и ворота начали поддаваться. Холодный воздух ворвался сквозь щели, поднимая из-под ног пыль. Последний ошейник был снят, грифон встряхнул головой, остальные топтались на месте, призывая спасателей поторопиться. Один из них издал трель, от которой по спине пробежали мурашки.
— Ворота! — крикнул Эверетт и побежал на помощь.
Оминис, инстинктивно угадывая направления атак, отражал первые атаки, создав вокруг грифонов щит. Гаррет помчался прикрывать остальных, пока они открывают ворота. Он бросил в браконьеров несколько заклинаний, разнося каменный пол под их ногами в крошку.
Иса чувствовала, как сердце рвется наружу. Она вложила последние силы в заклинание — массивные створки с протяжным скрежетом раскрылись наружу, пропуская в зал свет полной луны, отогнавшей от себя облака.
— Быстрее! — выкрикнула она, отражая по пути удары магов. Один луч прошел так близко, что волосы Исы взметнулись от жара.
Один из браконьеров метнул ярко-красное проклятие, и Иса услышала хриплый выкрик — Оминис качнулся назад. Его щит лопнул, и свет полоснул по плечу. Он зашипел от боли, но удержался, тут же поднял палочку и вновь ударил в сторону противников.
— Оминис!
— В порядке, — прошипел он и поторопил Поппи, которой Эверетт помогал сесть на грифона.
Гаррет с Амитом наколдовали совместный щит, чтобы выиграть время.
— Давай! — прокричала сквозь шум и гам Иса, зазывая к себе раненного Оминиса.
— Вовремя сказать сейчас, что грифоны до смерти пугают меня?
— Боюсь, выбора у тебя нет.
— Так я и думал.
Потянув Оминиса за здоровую руку, она помогла ему забраться на пушистую спину и приказала крепко держаться.
Грифоны подняли рев, от которого задрожали стены и одновременно взмыли вверх, мощным рывком выбив из-под себя потоки воздуха и оставив на дереве ворот глубокие царапины от когтей. Иса вжалась в загривок и крепко зажмурилась, когда поток холодного ночного ветра ударил по лицу. Все тело дрожало от выброса адреналина. Башня и браконьеры остались внизу, вдогонку им сыпались крики, проклятия и зелено-алые вспышки света.
Оминис послушался и крепко обнял Ису со спины. Она почувствовала, как резко он выдохнул — словно только сейчас поверил, что происходящее не сон. Иса нервно рассмеялась. Она чувствовала под ладонями шерсть и мышцы под ней. Только сейчас у нее хватило смелости открыть глаза и посмотреть вниз, на тянущиеся поля, густые леса и редкие крошечные домики.
— Мы спасли грифонов! — послышался восторженный крик Гаррета вдалеке, перебиваемый хлопаньем крыльев. — Мерлин, мы спасли грифонов!
Исабелла снова не сдержала смех. Она почувствовала как глаза защипало, то ли от ветра, то ли от шерсти, то ли от теплых объятий со спины. Она достала из кармана пузырек и наполнила его слезой.
Грифоны приземлились мягко, чтобы не напугать сородичей, недалеко от логова. Оно раскинулось среди гор, у самой вершины, между острыми пиками. На выступах были заметны гигантские насесты из веток, сухой травы, с клоками меха и перьями, торчащими во все стороны.
Исабелла спрыгнула с грифона, помогла Оминису спуститься и огляделась вокруг. Луна медленно спускалась к горизонту, освобождая небесное полотно солнцу, однако звезды продолжали ярко сверкать и освещать землю. Приглаживая взъерошенные волосы, Иса напомнила друзьям о кольцах — и только тогда они вошли на территорию грифонов. Они благодарно поклонились своими мордами спасителям и медленно разбрелись по гнездам, возвращаясь к своим малышам.
Не переговариваясь, ребята разошлись по своим местам вокруг логово и долгое время они накладывали защитные заклинания. Когда казалось, что больше ничего не смогут сделать для существ, они пешком вернулись к замку.
Поляна не далеко от замка, где они решили перевести дух, была слегка влажной от росы, а ночная тишина перебивалась стрекотанием сверчков и шумом воды озера.
— Еще раз спасибо вам огромное, друзья, — произнесла Поппи, с трудом сдерживая слезу благодарности.
— Было здорово, — выдохнул Гаррет. — Жалко, что никому не расскажешь о таком. Тетя меня съест. Или хуже — вернет родителям на весь оставшийся год.
Поппи и Эверетт уложились на траве, собираясь романтично наблюдать за звездами, но рядом присел Амит, который принялся рассказывать о созвездиях все, что он выучил за несколько лет на уроках астрономии. Гаррет не отставал и, вальяжно растянувшись рядом, шутливо комментировал любое его слово. Эверетт расстроенно вздохнул, но, казалось, смирился, что чудного неожиданного свидания сегодня не случиться.
Чуть поодаль Иса осторожно склонилась к Оминису, сосредоточенно шепча заклинание над раненной рукой. Тонкий свет палочки ложился на плечо, обнажая глубокий порез под влажной тканью мантии. Он старался не подавать вида, но его пальцы в складках мантии то и дело сжимались и разжимались от боли.
— Это всего лишь царапина.
— Замолчи, — пробубнила Иса и несильно надавила пальцем на рану. Оминис шикнул. — Это всего лишь царапина.
Оминис чуть повернул голову к ней, действительно замолчав. Свет заклинания отражался на его лиц и она не понимала, слушает он шутки Гаррета, лекцию Амита или ее прерывистое дыхание, но продолжала дрожащими пальцами лечь рану и по наитию отводить смущенный взгляд.