Глава 7
Крипта встретила неожиданное количество посетителей запахом сырости и старого камня. Жаровни под потолком потрескивали и отбрасывали на стены рваный пляшущий свет ярко-оранжевого цвета. В углах шуршали пауки, плетущие своим сети. Крупные частички пыли летали в воздухе и забивались в носу, вызывая неприятную аллергию.
Студенты заняли места в разнобой — кто-то сидел на пыльных коробках, кто-то прямо на полу, Оминис хмурился и стоял в стороне, скрестив руки перед грудью, — но все смотрели на старую доску в середине комнаты. У доски стояли Поппи, тщательно рисовавшая план лагеря браконьеров, и Исабелла, которая ходила из сторону в сторону и рассказывала будущих план вторжения в этот же лагерь.
— В лагерь есть два входа, — она провела палочкой вокруг каждого из них, оставляя слабый свет в нужных местах. — Тот, что ведет с главной дороги, охраняется больше всего.
— Верно, — подтвердила Поппи. — Я насчитала как минимум пять магов.
— А вот тайный вход с леса совсем не охраняется, но его будет сложно открыть. На замок наложены сильные чары, я не уверена, что смогу их снять.
Гаррет, на удивление быстро согласившийся помочь, поднял руку с очередным вопросом.
— Разве не проще будет сделать так, чтобы драконы сами устроили в лагере хаос? Это могущественные существа, злобные, я бы даже сказал, — произнес он и передернул плечами.
— Но как?
— У меня есть свои методы, — Гаррет самодовольно улыбнулся. — Я смогу добыть оксамитовую пыль. С ее помощью выращивают растения, но у драконов на нее что-то вроде аллергии, они начинают сходить с ума, нападать на всех, сжигать все на своем пути...
— Значит нам нужно создать шум у дороги, отвлечь как можно больше магов, кто-то откроет ворота со стороны леса и распылит окса... этот твой порошок, и драконы помогут нам с их освобождением, — Эверетт развел руки в сторону и широко улыбнулся, будто они планировали мелкую кражу камня из леса, а не опасный набег.
Себастьян, сидевший поодаль на бочке, странно хмыкнул, бросил короткий взгляд на Оминиса, а тот нахмурился еще больше, сделал шаг дальше от друга и отвернулся. Никто другой этого, кажется, не замечал. Иса вернулась к делу, прогоняя лишние мысли, сосредоточилась на плане.
— Если кто-то приманит браконьеров из лагеря, я смогу создать достаточно мощный взрыв, чтобы ненадолго оглушить их и привлечь на этот шум еще часть магов, — предложила Мэри, скромно улыбаясь.
Иса прищурилась, изучала новенькую, пыталась понять, откуда же она такая взялась, со способностями взрослой волшебницы, прибывшая в Хогвартс на пятом курсе. Она собиралась задать вопрос вслух, но прикусила губу и проглотила слова. Если это поможет Поппи, то она отложит свое любопытство на дальнюю полку и вернется к нему только после того, как воочию увидит силу слизеринки.
Когда все заучили план, придумали несколько дополнительных ходов отступления и каждый запомнил свою роль, народ стал медленно расходиться. Мэри ждала Себастьяна, тот остановился, хотел сказать что-то Оминису, его грудь поднялась и тут же опустилась, брови нахмурились и он молча вышел из крипты, сжимая кулаки. Иса наблюдала за сценой из тени, теребила пальцы.
— Оминис? — произнесла она едва слышно, но он поднял голову и смотрел в ее сторону.
Он долго думал о чем-то, направив взгляд в одну точку. Его кулаки сжимались и разжимались, нижняя губа потрясывалась, будто он сейчас заплачет.
— Себастьян, он... — начал он хриплым голосом, запнулся, замолчал еще на несколько секунд. — Его сестра, Анна, была проклята.
— Мерлин, — ахнула Иса и приложила ладонь ко рту.
Неудивительно, что Себастьян не хотел об этом говорить. И не удивительно, что решил обратиться к темной магии, ведь не существовало способа помочь тому, кого прокляли. Человек становился ходячим мертвецом, без надежды на выздоровление.
— Он стал одержим идеей найти заклинание, или артефакт, который сможет избавить Анну от страданий. Я его понимаю. И хотел бы верить в его идею так же, но он не проходил через то, через что проходил я. Темная магия не поможет ему, она не излечивает, она только разрушает. Всегда забирает, никогда не дает. Мне удавалось сдерживать его порывы... Но когда появилась Мэри, это стало невозможным. В ней он увидел преданного друга, которого не увидел во мне.
— Ты боишься потерять его.
— Иногда мне кажется, что я уже его потерял, — он произнес это в полголоса, но слова эхом отразились от стен.
Исабелла хотела пожать его руку, чтобы поддержать, но одернула себя. Она делала так с семьей, делала так с друзьями, но пока не понимала, может ли делать так с Оминисом. Вместо этого она едва коснулась его плеча и несильно похлопала его, не надеясь на самом деле ободрить. В такой ситуации ничего не могло по-настоящему успокоить человека. Любые слова вроде "все наладится" были настоящей жестокой ложью.
Она покинула крипту с колющим чувством тоски на душе. Понимала, что хотела бы помочь, но ни имела ни малейшего представления, как. Она не сможет совладать с безумием Себастьяна, особенно, когда Мэри поддерживает его. Иса не была их друзьями и не имела авторитета перед слизеринцами, желающими подчинить темную магию.
С тяжелыми мыслями она дошла до астрономической башни. Это был первый в учебном году урок астрономии: профессор Шах создала вокруг башни проекцию ночного неба, рассказывала о звездах, просила найти любую из тех, которые класс проходил в прошлом году. Завороженная красотами, Иса смогла отвлечься от негатива ровно до того момента, пока не настала ее очередь смотреть в подзорную трубу. Она долго водила ей из сторону в стороны и наконец нашла единственную, которую смогла сразу узнать — Большую Серебряную Змею. Она резко отодвинула от себя трубу. Увиденное расстроило ее до конца занятий.
После всех уроков, дополнительных занятий и вечерних наказаний, они встретились у входа в запретный лес. Вдалеке слышались сверчки, сотни светлячков освещали дорогу. На середине пути команда разделилась, Мэри, Себастьян и Эверетт свернули на дорогу, ведущую в главному входу в лагерь, остальные дошли до края леса, выглядывая из-за кустов в поисках браконьеров. Иса подкралась ко входу и попыталась снять чары сама, произнесся заклинание шепотом, но ничего не произошло. Она расстроенно повернулась к друзьям и отрицательно кивнула. Оминис и Амит остались в лесу, с палочками наготове.
Гаррет и Поппи подошли ближе, они втроем внимательно изучали двери и долго возились с ними, применяя разные заклинания, прежде чем зачарованный амбарный замок наконец-то щелкнул и открылся. Иса затаила дыхания, вслушивалась в голоса и шаги внутри лагеря.
— Готовы? — спросила Иса и в этот же миг с другой стороны послышался оглушающий взрыв.
Земля под ногами задребезжала, ударная волна отбросила Поппи и Гаррета, в ушах неприятно зазвенело. Иса смогла устоять на ногах, спрятала лицо в мантии. Из-за под платок показался широкий столп дыма.
— Какого черта? — послышались крики браконьеров и топот множества ног, бегущих к главной дороге.
Иса сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь унять сердцебиение, хотела сделать все тихо и незаметно, но в Гаррете заиграл адреналин — он с силой пнул дверь, угрожающе держал перед собой палочку, был готов броситься в бой, но во дворе никого не осталось.
— Даже жаль, — он расстроенно опустил палочку и цокнул языком.
— Радуйся, что мы никого не встретили, — Поппи нахмурила и стукнула его по голове.
Гаррет потирал ушибленное место и послушно шел за Поппи к самой большой палатке. Иса завершала цепочку, оборачивалась на каждый шорох сухих листьев под ногами, выставляла перед собой палочку, но вокруг было тихо. Слышались только отдаленные крики и шум борьбы на дороге. Мэри без разбора кастовала Бомбарду, Себастьян связывал магов с помощью Инкарцеро, а Эверетт подстраховывал.
— Пожалуйста, поторопитесь! — послышался испуганный голос Амита из леса.
Палатка, как и предполагалась, внутри оказалась в тысячи раз больше. Они бежали по бесконечным коридорам и деревянным помостам, искали хоть какой-то намек на огромных огнедышащих существ, но нигде не были ни их, ни браконьеров, охраняющих драконов. Наконец, в далеко послышались гул, крики и душераздирающее рычание, заглушаемое звоном тяжелого метала. Они ускорили бег и остановились там, где их не было бы заметно, наложили скрывающие чары, вслушивались и всматривались вперед.
Перед ними простиралась огромная площадка для боев, вокруг пустые места для сотни зрителей, а у одной из стен три клетки с существами. Они были сильно меньше, чем Иса представляла по книгам и легендам.
— Они еще совсем подростки, — жалобно заскулила Поппи, отвечая на ее немой вопрос.
— Отлично, — произнес Гаррет и получил от нее еще одну оплеуху, более мощную. — Я хотел сказать, это все ужасно и грустно, но на детей порошок будет действовать еще лучше, успех у нас в кармане.
Драконы были закрыты в клетка и внутри дополнительно прикованы цепями. Они бились в истерике, пытались извергать пламя, но из пасти шел только густой дым. Трое магов охраняли клетки, переговаривались между собой о чем-то, смеялись, будто за их спинами не страдали самые редкие и древние существа во всем волшебном мире. Иса разозлилась и выбежала вперед, выкрикивая все заклинания, которые только могла вспомнить.
— Инсендио!
Одного из магов окатило пламенем, он закричал, другие маги пытались оглушить ее, но рядом показалась Поппи.
— Протего! — закричала она.
Полоски волшебного света поглощал невидимый щит. Началась нечестная битва двух студенток против злобных магов.
Этого хватило, чтобы отвлечь внимание браконьеров, и Гаррет успешно, не снимая дезиллюминационное заклинание, прокрался к клеткам. Простой Алохоморой он смог снять замок, прикрыл нижнюю часть лица и, не жалея, высыпал несколько пакетиков пыли на самого крупного из драконов. Существо в эту же секунду взревело, обезумело на глазах, захлопало крыльями. Дракон открыл пасть и поток алого пламени расплавил не только клетки и замки, но и несколько сидений рядом. Часть стены, завешанная холщовой тканью, тоже загорелось, помещение медленно заполнялось вязким дымом.
Браконьеры тут же забыли о волшебницах — они метались в панике, пытались сдержать драконов, громко ругались, накладывали заклятия, которые тут же растворялись в огне. Один из драконов, с золотой чешуей, остервенело зарычал и сжег своих надзирателей, не оставив от них даже костей, только горки пепла. Поппи и Иса восхищенно наблюдали за существами, взмывшими в воздух. Втроем они разорвали материю палатки и скрылись в темной беззвездной ночи, вдалеке еще долго слышалось хлопанье мощных крыльев.
Иса пришла в себя от потрясения, когда начала задыхаться. Она закрыла лицо и нашла в огне Гаррета, который собирал вокруг расславленного металла чешую. Она сильно потянулась его к выходу, Гаррет врезался в Поппи и вцепился в нее обеими руками. Они направились к выходу.
— Бежим! — крикнула Иса, подгоняя друзей по спины. — Быстрей-быстрей-быстрей!
Пожар перешел с сидений на крышу и на балки, держащие всю внутреннюю конструкцию. Палатка разваливалась, угрожала похоронить ребят прямо там. Горы метала медленно плавились, бумаги шуршали, полы опасно скрипели, но им удалось выбраться наружу. Палатка захлопнулась сама в себя, огонь остался внутри, только тонкая струя дыма поднималась вверх.
Во дворе их встретил Эверетт. Его глаза округлились, он мямлил что-то неразборчивое, показывал пальцем на Мэри, тяжело дышал и не мог сформулировать ни одну мысль. Мэри связывала браконьеров зачарованными веревками поверх заклинаний, Себастьян помогал, ни один мускул не дрожал на их лицах.
— Она делала что-то... — он рисовал что-то в воздухе, затем снова показывал на Мэри. — Безумие.
— Я отправил сову в полицию, — сообщил Амит, переминаясь с ноги на ногу. Он не решался ступить на территорию лагеря, стоял у входа и держал руки в мольбе. — Пожалуйста, давайте уйдем! Нам так влетит, если кто-то узнает...
Никто не стал спорить, Амит был прав. Управившись с последним браконьером, компания со всех ног рванула в лес и не останавливалась до самого входа в Хогвартс, где они затормозили и пытались восстановить дыхание. Часть лежала на влажной траве, часть опиралась на стену или на свои колени. На удивление, никто из них не был пойман — когтевранцы натолкнулись в коридоре на Муна, но тот мирно сопел в обнимку с пустой бутылкой.
На уроках следующим утром Иса кусала губы, рисовала на полях рожицы драконов и бессмысленные узоры, совершенно не способная настроиться на занятия. Эверетт рисовал в воздухе сердца, даже не сомневаясь, что Поппи теперь будет вешаться на него с щенячьим восторгом. Амит старался больше всех, но его ноздри раздувались и сужались, а нога предательски тряслась под партой.
После занятий Поппи разослала всем записки с трогательной просьбой собраться в Трех метлах. Так она хотела отблагодарить друзей за помощь. На удивление, никто не отказался. Когтевран пришел последним, когда стол был заставлен полупустыми кружками сливочного пива. Гаррет заметил их первым и помахал рукой.
— Если верить новостям, полиция смогла задержать браконьеров, — неожиданно произнес Гаррет, когда все собрались за столом. Он пожал плечами на некоторые вопросительные взгляды. — Я подумал, вам будет интересно знать.
— Отлично! — Поппи хлопнула в ладоши и подпрыгнула на месте. — Я не могу передать словами, как благодарна вам. Мы вместе сделали очень важное дело и без вас у меня бы ничего не получилось. Я кое-что приготовила, — добавила она смущенно и у нее в руках оказался поднос с румяными кексами. — Это меньшее, что я могу сделать. Если когда-нибудь вам понадобиться любая моя помощь — я вся ваша.
— Ты сама их испекла? — удивилась Иса. Кексы были свежими, едва остывшими, будто ее собственная мама только что вытащила их из духовки.
— Во время наказания на кухне я услышала, что кошка одного из поваров пропала, — она поставила поднос на стол, неловко улыбаясь. — В общем, я нашла кошку и эльф позволил мне иногда приходить и что-то печь.
— Очаровательно, — вдохновленно произнес Эверетт и первым взял кекс.
Напряжение после ночной опасной битвы наконец-то полностью спало. Ребята расслабились, общались между собой на отдаленные темы, делились новостями и сплетнями о профессорах и новых изученных местах школы. Иса допивала вторую кружку сливочного пива и, оперев лицо о ладонь, с удовольствием слушала истории. Краем глаза она замечала сурового Оминиса, который отсел дальше от Себастьяна, сидевшего с Мэри и иногда шепчущего ей что-то, абсолютно точно не связанное с темой разговора за столом.
Иса преодолела свободное расстояние скамьи между ними и оказалась рядом с Оминисом, несильно толкнула его плечом.
— Ты как? — спросила она шепотом, держа перед лицом кружку.
Оминис пожал плечами. Он вертел в руке нетронутый кекс и, как обычно, хмурился.
— Бывало и лучше.
Она до сих пор не нашла правильных слов утешения и решила промолчать.
— Спасибо за помощь, — только произнесла она.
Оминис ничего не сказал, но ей показалось, что самую малость его лицо просветлело, а уголки губ едва заметно подняли вверх.
Поздно ночью Сирона выгнала всех их таверны и шумная компания вернулась в замок. По дороге Эверетт, выпивший больше всех, напевал какую-то глупую романтичную мелодию, Поппи ему восхищенно аплодировала, а Гаррет театрально затыкал уши. Слизеринцы шли поодаль и молчали, напряжение между ними ощущалось физически, воздух обретал зеленоватый оттенок. Она побоялась влезать в их немой конфликт.
— Ты в порядке? — Иса выровнялась с Амитом, на лице которого до сих пор оставалась тень страха.
— Что? — он повернул голову и почесал затылок. — Да... Да, я в порядке. Это было настоящие безумие. Самоубийство. Но здорово, что мы смогли помочь драконам.
— Удивительно, но мы действительно оказались отличной командой, как и говорила Поппи. Спасибо, что согласился. Если честно, я не до конца верила в успех.
— Какой ужас, — он приложил руку к сердцу. — Хорошо, что ты не сказала это в слух раньше.
Студенты без происшествий вернулись в Хогвартс и в главном зале разошлись по своим дормиториям. Иса пожелала друзьям доброй ночи и аккуратно открыла дверь. Но соседки не спали и хищно изучали ее кровать. Они очень обрадовались, когда увидели в проеме ее хозяйку.
Сердце Исы часто забилось, когда она увидела на кровати гору ярко-оранжевых плодов. Она открыла рот и несколько мгновений тупо пялилась на них, боялась, что ей просто показалось, часто моргала и издавала ртом странные вопросительные звуки. Судя по реакции соседок, апельсины были самыми настоящими. Она рванула к кровати в поисках записки, расталкивая их по синему покрывалу.
— У Исабеллы появился тайный поклонник? — прикусывая губу, спросила соседка.
Иса растерянно смотрела на апельсины в руках, еще раз прошлась глазами по кровати, но не обнаружила ни намека на записку.
— Нет никакого... поклонника.
— На то он и тайный, глупая, — кокетливо вздохнула другая соседка и они все радостно захихикали, будто таинственный поклонник был общим, и принадлежал целой комнате влюбленных девочек.
Иса не смогла сдержать улыбки, не понимая, чему именно радуется — тому, что у нее появился тайный поклонник или самому факту, что вся кровать завалена ее любимыми фруктами. Она, конечно, понимала, кто принес этот подарок — во всем мире о ее большой любви знали только семья, которая не могла себе такое позволить, такие же бедные друзья, которым на такое количество апельсинов пришлось бы копить несколько лет, и неприлично богатый потомок основателя Слизерина. Сомнений не оставалось, но ей было стыдно произносить это не то что в слух, но и про себя.