Глава 6
Большая пятнистая сова в мгновение преодолела большое расстояние и оказалась у открытого окна башни Когтеврана. Она угукнула Исабелле и расцепила лапы с посылкой. Иса, едва сдерживаясь, прыгнула на кровать и спешно развернула коробку, внутри которой лежал завернутый в ткань артефакт. Он оказался меньше, чем она думала, слегка больше ее ладони. Иса с открытым ртом рассматривала искусно вырезанные из светлого дерева узоры на пирамидке, сверялась со скопированной из книги страницей, удивлялась тому, насколько подробно рисунок передает узоры на настоящем артефакте.
Иса наколдовала немного красивой подарочной бумаги и лент и упаковала подарок. Довольно рассматривая результат, она подумала, что Оминис ведь не увидит этогоо, но отмахнулась от мыслей и перевязала все лентой.
Под озорной смех соседок, Иса рассматривала в зеркале костюм. Она подняла руку и убедилась, что рукав поднимается как положено и хотя бы отдаленно напоминает летучую мышь. Она убрала волосы назад, чтобы они не мешались, и вышла в общую комнату, где ее уже ждали друзья в таких же костюмах, как у нее. Они, улыбаясь, подняли руки, показывая свои крылья.
— Поохотимся? — театрально произнес Эверетт и троица синхронно рассмеялась.
Толкаясь с другими возбужденными студентами, они спустились вниз и дошли до Большого зала, двери которого распахнулись и приглашали учеников на Хэллоуинский бал. Соседки стояли рядом, поправляли платья принцесс и костюмы жаб, хихикали и думали, кого бы им пригласить на танцы. Прямо перед ними выпрыгнул парень со старшего курса в костюме оборотня. Он успел громко завыть и ударить кулаками по груди, до смерти напугав первокурсников, прежде чем мистер Мун взял его под руку и, угрожая, повел куда-то в сторону.
В зале витал запах булочек с корицей, теплого тыквенного сока и яблок в карамели. К парящим свечам под потолком добавились крошечные тыквы, вырезанные лица которых двигались, будто говорили о чем-то, но не издавали звука. Профессора веселились так же, как и студенты. Кто-то расслабленно сидел на своих местах и смеялся с шуток друг друга, кто-то танцевал в середине зала с учениками, кто-то — украдкой попивал огневиски и следил за праздником из слабо освещенных углов.
Когда троица пробиралась ближе к столам, заставленным ароматной едой, из толпы показался Гаррет. Он окинул Амита таинственным взглядом и пригласил его посмотреть на что-то, что ему точно понравится. Тот не успел произнести и слова, как был утянут куда-то обратно в тесно танцующую толпу. В стороне показалась Поппи. Она активно махала друзьям рукой и подзывала к себе. Эверетта не нужно было просить дважды — он побежал ей навстречу, на ходу повернувшись лицом к Исе.
— Догоняй! — крикнул он прежде, чем слиться со студентами в ярких пышных костюмах.
— Погоди... — Иса потянула руку вперед, но друг ее уже не слышал и не видел.
Она растерянно осмотрелась вокруг. Не заметив вокруг знакомых лиц, она взяла со стола бокал с соком и решила прогуляться вокруг, наслаждаясь музыкой, играющей откуда-то сверху.
Оминис опирался на колонну, прислушивался к музыке, даже дергал ногой в такт, но его плечи были напряжены, а лицо выражало что-то между тревогой и яростью. Он был без костюма, что ничуть не удивило Ису. Снисходительно улыбаясь, она подошла ближе.
— Где твои друзья? — она по наитию осмотрелась вокруг, вглядывалась в толпу, будто действительно могла там что-то найти. Ни Себастьяна, ни Мэри не было видно.
Оминис напрягся еще больше, втянул шею в плечи и пробубнил под нос что-то неразборчивое.
— Они меня не послушали и отправились в очередную опасную пещеру за очередной темной магией. Не важно... Я с ними разберусь, — он отмахнулся. — Что там у тебя? — услышав шуршание в руках Исы, спросил Оминис.
— Это... — она опустила лицо, позабыв, что уже несколько минут держала в руках артефакт. — Как и обещала, я нашла способ временно вернуть тебе зрение.
Она протянула артефакт Оминису. Он долго вертел его в руках, аккуратно развязал ленты и снял бумагу. Его пальцы касались узоров, пытались понять, что именно он держит.
— Но как...?
Иса открыла рот, чтобы рассказать о происхождении пирамиды. Судя по немногим записям, артефакт был придуман много сотен лет назад волшебником, который желал вернуть свою любимую супругу. В книгах говорилось, что ее чувства к жениху ослабли, он собирался таким образом привязать ее к себе, но артефакт сработал совсем по-другому. Вслух это звучало так глупо и неловко, что Иса решила опустить некоторые детали.
— Артефакт позволит нам временно поменяться телами. Нужно вложить в него наши волосы, слезы и... кровь, — тише добавила она.
— Магия, связанная с кровью, непредсказуема, — он протянул ей подарок, но Иса толкнула его обратно.
— Клянусь, это не имеет ничего общего с темной магией. Ее создал... ну, в общем, безобидный волшебник, — уклончиво ответила она. — У нас будет всего три попытки, каждая не больше часа и мы сразу же вернемся обратно в свои тела. Я изучила половину библиотеки и не нашла никаких серьезных побочных эффектов. Я буду носить его с собой, на случай, если ты передумаешь. Просто... Просто подумай хорошо о том, где и когда ты бы хотел это сделать, ладно?
Было видно, что Оминис мечется между страхом перед неизведанным и любопытством перед тем, чтобы впервые по-настоящему увидеть мир вокруг. Он вцепился пальцами в пирамиду и не отпускал пока, кажется, не принял окончательное решение. Он ослабил хватку и Иса спрятала артефакт в кармане пышной юбки. Она собиралась найти друзей, которые так неожиданно бросили ее, и провести остаток времени настолько весело, насколько это было возможно. Она немного расслабилась, ведь Оминис принял артефакт, а это значит, что часть обещания Поппи выполнена, и дело осталось за малым — ждать, когда Оминис решится. Она успела сделать всего пару шагов, когда почувствовала крепкую хватку. Он схватился за предплечье, его губы напряженно сжались в тонкую линию.
— Хочу сделать это сейчас.
— Ты... Уверен?
Иса осмотрела полный танцующих студентов зал. В одной стороны, здесь была вся школа, он мог увидеть одноклассников, профессоров и зал, в котором проводил много времени, с другой — это было огромное количество людей, которые могли сбить с толку, свести с ума.
Оминис уверено кивнул, продолжая держать ее за руку. Когда Иса неожиданно выдернула волос у его виска, он отскочил в сторону от неожиданности, потирая больное место. Иса еще раз спросила, уверен ли он, и вместе они повторили несложное заклинание.
Они вдвоем взялись за артефакт, Иса сосредоточилась на заклинании. Стоило им произнести последнее слово, как раздался щелчок и четыре лепестка медленно открылись. Внутри пирамида была полой, с более простыми узорами, посередине переплетались две тонкие стеклянные змейки, языки которых были похожи на крошечные лезвия. Она вложила волосы, заиграла коротая мелодия и артефакт закрылся.
Бесконечные несколько минут ничего не происходило. Иса смотрела на пирамиду, на Оминиса, пыталась понять, что пошло не так. Неужели артефакт оказался подделкой? Ее охватила тревога. Что, если она нашла неправильное заклинание? Может быть, артефакт работал только с влюбленными? Или она просто была недостаточно сильной волшебницей, чтобы заставить его работать? Иса расстроенно вздохнула, готова была заплакать от обиды, ведь она потратила на это много времени и галеонов, пообещала Оминису и Поппи то, что не могла сделать. Ругала себя за глупость и спешку.
Поток мыслей прервала сильная тряска. Казалось, что Большой зал трясется так сильно, что вот-вот разрушиться, но трещин на стене и полу не было. Внезапно ее охватило ощущение, похожее на падение в пустоту. Мир вытянулся в тонкую нить. В ушах зазвенело, будто кто-то с силой ударил в колокол. Резкий холод пронзил тело, руки и ноги стали тяжелыми, а воздух вокруг — вязким. Иса попыталась сделать вдох, но легкие заполнились липкой жидкостью, она захрипела, схватилась за горло. На мгновение все чувства исчезли, а затем накрыли ее волной — звуки резали слух, музыка и движения вокруг эхом отдавались во всем теле, в нос ударило множество запахов. Все стало резким, чужим. Сердце бешено колотилось, вырывалось из тесной грудной клетки. Тело реагировало иначе, совсем не так, как она привыкла.
Когда сознание наконец собралось воедино, она ощутила странную легкость в конечностях, но тяжесть в голове осталась. Ее глаза... Нет, его глаза оставались слепы. Она погрузилась в кромешную темноту. Глубокая, всепоглощающая тьма заполнила все вокруг. Ее окатило новой волной паники. Ноги подкосились, она инстинктивно метнулась в сторону, дрожащими руками искала опору. Она смогла унять дрожь, когда схватилась за Оминиса, за себя, и почувствовала под пальцами ткань своего платья.
— Все хорошо? — спросил ее голос, но не она.
Она судорожно втянула воздух, сжала пальцы еще крепче и кивнула. Исабелла чувствовала себя выброшенной в пустоту, где исчезло все, что она знала. Как глупо, — пронеслась мысль, ведь она изучила всю библиотеку, пока искала артефакт, но ни разу не подумала о том, чтобы подготовить себя к перемещению в пространстве без зрения. Она осталась одна, зажатая в чужом теле, беспомощная, слепая. Единственным ориентиром, знаком, что мир вокруг продолжал существовать, был Оминис, который придерживал ее обеими руками, не давал окончательно провалиться в темноту. Неужели он чувствует это каждое мгновение своего существования? Ису бросило в дрожь.
— Хорошо, — произнесла она и испугалась собственного голоса, он звучал совсем по-другому.
Она втянула побольше воздуха, сосчитала до пяти, попыталась сосредоточиться.
— Мы можем... ну, прогуляться вокруг...? Ты в порядке?
Она еще раз провела руками по своему телу, но внезапно кровь прилила к щекам с осознанием, что она лапает Оминиса. Она убрала одну руку, второй несильно держалась за его — свое — предплечье.
— Да. Я... — он, кажется, вертел головой в разные стороны, восторженно вздыхал и охал. — Зал выглядит так... всегда?
— Почти, — хмыкнула Иса и подтолкнула его в сторону, откуда музыка играла громче всего, к танцующей толпе. — Не будем терять время. Хочу, чтобы ты кое-что попробовал.
Они медленно шли вперед. Чувство, что она бесконечно падает в темноту, не покидало ее ни на секунду. Иронично, что она пришла на бал в костюме летучей мыши, а сейчас оказалась в теле человека, который буквально слеп и может ориентироваться вокруг только с помощью звуков.
— Пожалуйста, скажи, что на нас не палятся, — в полголоса умоляла Иса, чувствуя, как студенты перед ними расходились, шептались о чем-то, хихикали.
— Смотря что ты называешь пялиться, — ответил он неоднозначно. — У меня не много опыта, как ты могла заметить.
— О Мерлин...
Конечно, они пялились. Иса никогда не искала славы в Хогвартсе, всегда держалась тенью, старалась не привлекать лишнего внимания, а сейчас она, по мнению окружающих, шла сквозь толпу студентов и учителей и держалась за Омниса Гонта, как за спасательный путеводный камень. Тревожная мысль, что она серьезно об этом пожалеет, стала хищно преследовать ее глубоко в подсознании.
Иса со временем привыкла к обостренным чувствам, голова от музыки перестала раскалываться, а нос чесаться от специй и сладостей. Она по памяти шла вперед, вела их ближе к профессорскому столу. На половине пути их встретил директор с бокалом, из которого Исабелла отчетливо чувствовала огневиски. Она вдруг вспомнила, как Снбастьян говорил о ее парфюме и осознала, что ощущала запах жасмина с первой секунды, как оказалась в теле Оминиса. Она смутилась собственным мыслям и вжала голову в плечи, но бархатный голос директора отвлек ее внимание.
— Мистер Гонт. Мисс... Вудворд? — удивленно спросил он, не ожидая увидеть их вместе.
Иса интуитивно разжала руки и убрала их за спину, слегка покачиваясь на месте. Оминис откашлялся, подбирал слова, чтобы не звучать подозрительно. Однако директор совершенно точно пил не первый бокал и едва бы заметил разницу, представься они именами древних волшебников.
— Директор, — учтиво произнес Оминис. — Нам нужно... Позволите?
Директор хмыкнул и шагнул в сторону.
— Конечно. Наслаждайтесь вечером.
— Спасибо, — зачем-то ляпнула Иса и прикусила губу.
Оминис шикнул и потянул ее вперед. Они встретили еще пару профессоров, но те лишь бросили вежливые приветствия и скрылись в толпе. Иса выдохнула и с помощью Оминиса смогла присесть на порог. За спиной она слышала разговоры учителей, а впереди веселые танцы студентов.
— Жаль, что я не увижу Себастьяна... — выдохнул он ее голосом и присел рядом.
Она почувствовала, как щеки краснеют, будто это она хотела видеть Себастьяна, а не его лучший друг.
— У тебя еще будет возможность, — Иса несильно пихнула его плечом и кивнула на танцпол. — Лучше расскажи, что видишь.
— Вижу Поппи в дальнем углу.
— Но как ты понял? — Иса удивленно повернулась к нему.
Оминис хмыкнул и пожал плечами.
— Именно так я ее и представлял. Она танцует... — он помолчал, приподнял ее руки, шелестя длинными рукавами-крыльями. — Она танцует со студентом в таком же наряде, как у тебя.
— Это Эверетт, — улыбнулась Иса. — Попробуй найти в толпе еще одного парня в таком костюме.
— Угу.
— Это Амит. Мы все с Когтеврана. С ним должен быть Гаррет, племянник профессора Уизли.
Исе показалось, что Оминис вертит головой, ищет профессора, потом возвращает взгляд к Гаррету, долго изучает, ищет сходства. Он удовлетворительно хмыкнул и еще какое-то время осматривался вокруг, Иса сидела рядом и молчала, пыталась справиться с паникой от осознания, что никакой Люмос не поможет ей увидеть зал. Она прочистила горло и хлопнула ладонями по коленям.
— Видишь под потолком свечи и маленькие тыквы? Попробуй скастовать Акцио.
— Сейчас? — удивился он.
— Почему нет? Это несложное заклинание. Просто шалость. Тебе нужно сосредоточиться на предмете, произнести слово и сделать палочкой вот такое движение, — она покрутила в воздухе рукой, потому что посчитала, что будет неловко лезть в карман собственной юбки. — Представь, как тыква оказывается в твоей руке. Это несложно.
Оминис сделал три неудачные попытки и тяжело вздохнул. Ему понадобилось еще несколько минут, чтобы сделать правильное движение палочкой и тыква оказалась у него в руках. Она издала клацающий звук и отскочила в сторону, Оминис вскрикнул.
— Она укусила меня, — прошипел он.
— Я не знала, — Иса извиняющееся улыбнулась. — Но эй! Зато у тебя получилось.
— Да... — невесело произнес он.
Они снова молчали, сидя на прохладном камне. Иса слушала мелодию, Оминис, наверное, рассматривал студентов, вслушивался, чтобы узнать профессоров по их голосам. Спустя некоторое время мистер Мун согнал их со ступеней и они двинулись к колоннам.
Иса потеряла счет времени и удивилась, когда тело вдруг стало горячим. Звуки теперь казались тихими, будто музыка играла где-то далеко, в другой части замка. Она часто заморгала, привыкая к яркому свету свечей и по прежнему держалась за Оминиса. Вернув полный контроль тела, она отпустила его и сделала шаг назад, переваривая все, что только что произошло. Она потопталась на месте, подняла руки, шевелила пальцами, радуясь, что тело снова слушалось ее.
Она стояла напротив Оминиса и молчала. Сердце укололо от тянущего внизу живота ощущения тоски и одиночества, которые она испытывала. Она не решалась сказать что-то первой, завела руки за спину и замерла на месте.
— Это... — начал Оминис, но запнулся.
Он открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но на Ису с разбегу налетел Эверетт. Они вместе почти повалились на пол.
— Ты не представляешь, как мне было неловко! — выпалил он. — А ты просто сидела там и смотрела! Ну спасибо за поддержку, подруга.
— Я... — она позволила Эверетту потащить себя к выходу из залы, но обернулась к Оминису. — До завтра!
Она не была уверена, что Оминис ее услышал, но он, растерянный, приподнял руку и едва заметно помахал рукой.