Incognito

— Рози, все будет хорошо. В любом случае я за соседним столиком, помнишь? — уголки Гарри слегка приподнимаются в этот момент.

— Мне очень хочется в это верить, — отвечаю я, застегивая свою кофту.

Сердце бьется просто бешено.

Оборачиваюсь и вижу Гарри. Он старается держаться уверенно, но, полагаю, тоже боится. Мы не знаем, чего ждать от этой встречи. Гарри убирает свои кудрявые волосы назад, а затем надевает капюшон черной толстовки, который почти полностью скрывает его лицо.

— Давай повторим, — говорит мне парень почти ровным тоном. — Я приду немного раньше тебя и сяду за столик. Ты зайдешь после меня. Так что я буду рядом. Все будет хорошо, — не знаю, в какой уже раз он повторяет эту фразу.

Потупив взгляд в пол, я киваю. Конечно, я могла бы и не идти на встречу с этим инкогнито, но мне не хочется, чтобы мои личные фото висели по всему университету, и к тому же во мне горит желание узнать, кто мучает меня уже на протяжении месяца и буквально рушит мою жизнь.

Весь день я то и делала, что думала об этом. Я успела тысячу раз передумать идти и столько же раз поменять свое решение обратно, но все же осознала, что должна посмотреть этому человеку в глаза и понять, что ему, черт подери, от меня нужно.

— Хватит так нервничать, я не хочу, чтобы от твоей губы ничего не осталось, — улыбается мне Стайлс, намекая на то, что я постоянно кусаю ее. — Посмотри на меня, — просит он, и я поднимаю взгляд. Гарри берёт мой подбородок в свои руки. — Все будет хорошо.

Не выдержав, резко обнимаю его за плечи и зарываюсь носом в его шею. Я не должна плакать. Нет. Даже несмотря на постоянно мешающий нормально дышать комок в горле.

Гарри целует меня в лоб, еще сильнее прижимая мое маленькое тело к своему. В этот момент я задумываюсь о том, что не успела уследить два момента. Первый — когда Стайлс превратился из того нахала в этого заботливого парня, и второй — когда наши отношения вышли на такой уровень. Да, отношения на уровне сестры и брата, но для меня это многое значит.

— Ну все, нам нужно идти, Рози, — вздыхает зеленоглазый, отрываясь от меня.

Поправив мои светлые волосы, он вновь воодушевляюще улыбается мне, а затем направляется к двери.

***

Пока мы едем в «Burberry», я молча рассматриваю кольца на пальцах Гарри и пытаюсь отвлечь себя какими-то сторонними мыслями. Конечно, это не увенчивается успехом, но взгляда от его рук я все же не отрываю.

И в этот раз дорога до кафе занимает очень мало времени для меня. Едва я успеваю сглотнуть слюну, как вдали уже виднеется злосчастная вывеска из дерева, на которой изображена девушка в желтом плаще. Краска уже давно начала облезать, но это даже придает какой-то особый ретро-стиль этому заведению.

Гарри не смотрит на меня; его взгляд сосредоточен на дороге. Возможно, он пытается что-то развидеть в этом тумане, возникшем сегодня на улице из ниоткуда, а возможно он просто-напросто беспокоится о том, что может с нами случиться. Кудрявый парень будто бы нарочно начинает ехать медленнее, когда мы подъезжаем.

Вскоре машина останавливается возле обочины недалеко от кафе. В воздухе немедленно появляется те самые волнение и напряжение, которых я так боялась.

— Это ключи от моей машины, — наконец, выдавливает Гарри, отдавая их мне в руки. — Нажмешь на кнопку, чтобы заблокировать двери.

— Хорошо, — почти пищу я, забирая их.

— Удачи, Флетчер, — он усмехается, и на мгновение я забываю о всей серьезности ситуации. — Надеюсь, мы разберёмся с этим, и твой телефон наконец-то оставят в покое.

Гарри уже открывает дверь машины, но прежде чем парень успевает выйти, я одариваю его поцелуем в щеку.

Он движется в сторону входа в «Burberry», и его лица почти не видно, но я все же могу заметить след слабой улыбки.

Гарри заходит; я оглядываюсь на свои наручные часы и понимаю, что до момента нашей встречи осталось около пяти минут. Соберись, Розали Флетчер.

Выхожу из машины. По указанию Гарри нажимаю на кнопку сигнализации и машина издает противный звук, посла чего посильнее укутываюсь в свое пальто и короткими шагами иду по тротуару в сторону кафе. На улице невыносимо холодно, ветер невероятно сильный. И даже не знаю, от чего так стучат мои зубы: от холода или от страха.

Дверь раскрывается. Первым делом я оглядываю все помещение в поисках Гарри. Он сидит недалеко от входа, уже купив себе чашку черного кофе. Изображение парня в черной толстовке с капюшоном определенно успокаивает и остужает мою голову.

Но где же инкогнито? Неужели он опаздывает? Не очень-то и вежливо с его стороны.

Еще раз оглядев каждый столик, я понимаю, что кроме Гарри, какой-то парочки и одинокой старушки из посетителей здесь больше никого нет, поэтому занимаю место поближе к Стайлсу.

Раздается звон колокольчиков, которые висят над дверью в кафе и звенят каждый раз, когда кто-то входит. Я мгновенно съеживаюсь на своем месте, так как понимаю, что скорее всего это и есть инкогнито.

Громко топая ногами по деревянному полу, мужчина, как я уже успела понять, подходит к моему столику. И я осознаю, что такая медвежья походка мне очень даже знакома.

Он садится напротив меня. Аккуратно поднимаю взгляд.

— Томас?

Парень ничего не отвечает и просто снимает капюшон своей куртки. Я не ошиблась. Это именно он и есть. Томас Гилл.

Я ничего не понимаю. Так это он и есть инкогнито? На кой черт ему все это нужно? Мне хочется встать и накричать на него.

— Розали, я... — он пытается что-то сказать, но его речь прерывается из-за волнения.

— Что ты? Ты следил за мной уже целый месяц и слал мне сообщения на телефон? Ты подкинул мне записку в локер, чтобы я пришла сюда? — мой тон повышается все больше и больше с каждым предложением. — Это ты угрожал мне?!

Томас поднимает на меня свой взгляд. И в нем я не вижу ничего, кроме боязни. Гилл выглядит, как... провинившийся щенок, но точно не как человек, способный проворачивать такие махинации.

Но он не отвечает мне. Получается, что так. Получается, это именно он так издевался надо мной.

— Молчание — знак согласия, не правда ли?

— Розали... — тихо произносит он, почти шепчет. — Нет. Я ничего из этого не делал.

— Да что ты?! — вскрикиваю я так громко, что все посетители кафе оглядываются на наш столик. — Зачем ты распустил слух о наших отношениях?

— Поверь, я не хотел навредить тебе, — впервые за все время, проведенное здесь, Томас поднимает на меня свой взгляд. — Меня заставили.

— Кто? Кто тебя заставил?

— Мне тоже приходили сообщения, но я никак не реагировал на них. Кто-то просил меня о том, чтобы я распустил такой слух. Конечно, я этого не сделал, но потом... — он сглатывает.

— Что потом? — продолжаю спрашивать я.

— Меня поймали и начали угрожать. Я не мог ничего сделать, Розали, прости, — вздыхает он. — Они угрожали моей семье. Мне пришлось сделать это. А сюда я пришел только потому, что они прислали мне сообщение на телефон.

— Какое сообщение?

— Они сказали, что если я приду, то отстанут от меня. И вот я здесь. Извини, — вновь говорит Томас, запуская пальцы в свои волосы. - И я не должен был тебе все рассказывать, но я хочу выйти из этой дурацкой игры, даже если теперь мне придется прятаться и скрываться.

Я даже не знаю, что на это ответить, поэтому задаю последний вопрос:

— Ты скажешь, кто угрожал тебе?

С минуту он собирается с мыслями, нервно теребя пальцы, после чего неуверенно выдает:

— Джемма... Да, это была она.