Имя весны

Время на паре тянулось как сыр в корейских корн-догах, только без вкусного соуса, панировки, и вообще это было горько. Когда пытка закончилась, нам казалось, что уже нет сил ни на какого Святого Валентина, но я вспомнила о своем блокноте и предупредила друзей, что мне должны передать мою потеряшку именно там.

— Кира, сколько уже можно терять вещи? — визгнула Света.

Какова вероятность того, что этому же человеку принадлежит блокнот, который я приняла за свой? В какой момент вообще он подменился? Вчерашняя первая пара проходила с параллельной группой, но не припомню, чтобы доставала его. Ладно, главное, что он нашелся. Если тот, что у меня, не принадлежит человеку из сообщения, просто положу его в коробку для находок на первом этаже университета, и с концами.

Света снова сидела на переднем сидении и была диджеем. В день всех влюбленных она заявила, что играть должны только адресованные любви песни. Только подумать, как много песен о любви написано всем, кому не лень, сразу невольно закрадывается предположение: неужели человеку не о чем больше писать?  Первым заиграла Bloody Valentine – mgk, и я успокоилась, что все же не будет сопливых песен типа Sting'а. Под звук электрогитары из динамиков машины мы съехали под мост, а потом Робби выругался – чуть не пересек сплошную полосу, зато минутой позже развернулся поперек дороги и поехал под знак «стоп». Я попросила включить Hungry Eyes из культового фильма «Грязные танцы», с которым меня познакомила бабушка пару лет назад. Я не люблю чересчур много ванили, но это — классика! А кто против классики, тот против всего хорошего, что есть в настоящем.

Когда на навигаторе оставалось пять минут до места назначения, Роб неожиданно предложил включить Kiss – I was made for Lovin' you.

— Кто ты? Роберт или его темный двойник? – шутливо его хлопнула по плечу я.

— Я тоже кое-что знаю помимо Eminem'а. – Он посмотрел на меня через зеркало заднего вида и сделал громкость на всю.

В забегаловке мы выбрали место поближе к статуе будды в соломенной шляпе, Роберт собрал нашу верхнюю одежду и пошел к вешалке.

— Тебе он не кажется настоящим джентльменом? – наклонилась я к Свете.

— Что-то в этом есть, но это же его воспитание и характер. – Подруга пожала плечами.

Роберт вернулся, и мы начали выбирать блюда из многочисленных позиций. До шести вечера оставалось немного, стоит ли написать первой по поводу моего блокнота?

— Кстати, как там твой брат? – спросила Света.

— Без понятия, написал, что вечером уедет по делу, а я сказал, что меня тоже не будет минимум до восьми. Как насчет вьетнамских булочек с острой курицей?

Булочки – это отличное начало. Здесь они были великолепными, мягкие, большие и сочные, так и таяли во рту, а острое мясо добавляло ощущение сытости и теплоты в желудке. Короткая вибрация на телефоне: «Я на месте».

— Ребята, я на секунду отлучусь, мне принесли мой блокнот.

— Постой! Ты будешь грибной суп? – окликнул меня у вешалки Роберт.

Я показала палец вверх и вышла на улицу.

Где же? Как я пойму, кто это? На лавочке около забегаловки никого. Может, пройти за угол? Хорошо, что я все же накинула пальто, сейчас похолодало, а из-за сквозняков в этом переулке мои волосы успели немного растрепаться. Я посмотрела вдаль на последний луч солнца, прежде чем он совсем исчез.

— Я так и думал, — раздался голос за спиной.

Я резко обернулась и впечаталась лбом во что-то металлическое.

— Ауч!

Пару шагов назад, глаза медленно поднимаются наверх:

– Авив?

Он довольно помахал моих блокнотом. На груди у него висел круглый медальон – причина моей головной боли.

— Я нашел его на полу в комнате и решил, что ты сбросила его со стола, пока металась по комнате, а когда открыл и прочел первые пару строчек, — он начал цитировать, —  «Что может быть за пустотой? За отчаянными попытками ее заполнить?» — Он на секунду замолчал. — Держи. И верни мой, будь добра.

— Да, конечно. Спасибо. — Почувствовав мягкую обложку, душа немного успокоилась. — Слушай, он внутри, оставила в сумочке. — Я показала на вывеску забегаловки, из которой вышла. — Там Роберт и Света, не хочешь присоединиться? Ты же, вроде, скучал по брату.

Его большие темные глаза округлились, он явно не ожидал такого предложения, но согласился и пошел следом за мной. Роберт неприятно удивился, увидев нас с Авивом, а Света с улыбкой поприветствовала его и сказала, что наш заказ скоро будет готов. Я полезла в сумочку, которая была на соседнем от моего места сидении. Немного покопавшись, достала оттуда блокнот и вручила владельцу. Он повертел его немного в руках и спрятал в небольшую сумку-мессенджер, глазами указал на свободное рядом со мной место. Ладно, не быть моей сумке почетным четвертым гостем за столом, бедняжке придется ютиться под столом.

Авив сделал заказ через телефон, а нам тем временем уже принесли булочки с острой курочкой.

— Надеюсь, ты тоже включил в заказ это чудо Вьетнама, — обратилась к Авиву Светка, аппетитно кусая булочку.

— Нет, но тоже попробую. Позволишь? – он указал на лакомство у меня в руке.

Я протягиваю ему, как суперблагодарная Кира, раз уж он вернул мне блокнот. Авив обхватывает мою руку и медленно откусывает. Я заглядываюсь на его опущенные ресницы и ощущаю тепло его мягкой руки. Смущение накрывает меня с головой, но, как только парень отстранился, вся магия момента улетучилась, оставив только звездную пыль.

— Кажется, теперь у меня появилась новая гастрономическая любовь. – Дал экспертную оценку Авив, а Света довольно сказала любимую всеми женщинами фразу «я же говорила».

Мы наслаждались горячей острой едой в окружении разноцветных вывесок на тайском и китайском языках, кошек с качающимися правыми лапками под огнями гирлянды в виде сердец, ставшим единственным напоминанием о Святом Валентине в этом месте. Так я думала, пока не заметила, что некоторые действительно пришли отмечать сюда день, посвященный их любви. Они заказывали суп с поэтичным названием «Райское наслаждение» из специального меню и печенья с предсказаниями.

Света проследила за моим взглядом и предложила тоже друг другу заказать такие печенья ради забавы, но, может, и для поддержки надежды, которой часто так не хватает в хмурые дни нашей жизни. Мои дни не хмурые, но иногда бывает одиноко, несмотря на наличие друзей.

Авив выдвинул свою кандидатуру и пошел за «нашим будущим». Вернувшись с четырьмя печеньями на тарелке в виде сердца и своим фо-бо, он лично вручил каждому по «фортуне». Света и я с трепетом предвкушаем то, что будет написано на маленьком клочке бумаги, скрытой от глаз хрустящей корочкой.

— Любовь – это как купание, надо зайти в воду и поплыть, довериться воде! — защебетала Светка, развернув свое послание. – Как жаль, что я не умею плавать, значит, мне не светит любви в этом году?

— Это цитата Есенина, – оживился Роберт. – Тебе нужно довериться человеку, а не воде. – Он внимательно, не отводя глаз смотрел на Светку, выжидая реакции, но она просто доела оставшийся кусочек и стряхнула с себя невесомые крошки.

Роберт вздохнул и прочитал:

— Настоящая любовь начинается там, где ничего не ждут взамен . Ну и что это мне дает? Фортуна смеется надо мной!

Но посмеялись мы и принялись по очереди его утешать.

— Наоборот, — заговорил Авив. — Самые подходящие тебе слова. Не строишь воздушных замков, а просто живешь настоящим, не требуя от других каких-то взаимных чувств.

Лицо парня тут же помрачнело, после сказанных Авивом слов, и он снова погрузился куда-то в глубину себя. Когда-то он встречался с девушкой, от которой он действительно не ждал большой любви и страсти, но она ее давала сполна. Но когда он стал больше времени проводить за работой и меньше на тусовках и в постели с ней, девушка устроила скандал. В конце концов Роберт решил, что человек, который искренне любит, просто не может не понимать мотивов своего партнера, и порвал с девушкой. Это все, что он рассказал в первую ночевку у него дома.

— Любовь прорастает сама, но, чтобы цвести, ей нужна смелость обоих сердец, — мелодично полились слова из уст Авива.

— Красивые и верные слова, – оценила я и немного задумалась. – Кажется, Виктор Гюго писал нечто подобное, сравнивая любовь с деревом, растущим самим собой.

— Все гениальные писатели и авторы красивых изречений о любви топтали ее в реальной жизни. — Авив отпил немного дынного молока. — Можете не соглашаться, но, по-моему, ловеласу не стоит торопиться доверять.

— Не порть атмосферу! Такую романтику испортил! — Светка надулась и скрестила руки, а Роб погладил ее по плечу. — Лучше бы мне такая цитата досталась. Кир, а у тебя что?

Мои руки немного похолодели, так хотелось увидеть что-то приятное, может, впервые за год... Я так долго избегала чувств, что теперь боюсь стать бесчувственной эгоисткой. Найду ли я человека, который будет видеть во мне меня, а не кого-то еще?..

—  Не бойся выпустить сердце из клетки, любовь его научит биться.

Мне бы так этого хотелось. Хочется дышать полной грудью, вдыхать аромат своего человека, слышать стук его сердца. До этого момента я не понимала. Но, скорее всего, именно страх меня отдаляет от того, чего я искренне желаю. Страх снова разбиться, решить, что все ложь, перечеркнуть хорошие моменты, помня только боль. Вновь и вновь собирать осколки. Да, я прожила расставание с Димой и чувствую себя прекрасно. Но где гарантия, что, попав снова в море любви, мое тело не выбросит штормом на скалы? Не только душу требовалось лечить, но и кожу от синяков.

Вечер стремительно подлетал к концу, и мы засобирались по домам. Роб предложил развезти нас со Светой по домам, но Авив неожиданно предложил подбросить Свету, чтобы было быстрее.

— Мне в ту же сторону нужно в офис. Давай подвезу? – кинул он без всякого энтузиазма.

Света не успела ничего ответить, как Роберт со злостью посмотрел на брата и на нее.

— Я сам с этим справлюсь! — он взял Свету за руку и потащил ее к выходу.

Я застыла от такой перемены в поведении друга и непонимающе посмотрела на Авива. Он развел руками.

— Ладно, спасибо, что пригласила. Иди к ним.

Было странно оставлять его там одного. Авив выглядел расстроенным и явно винил себя за сказанное. Людей к этому времени в забегаловке почти не осталось, поэтому фигура парня выглядела особенно одинокой, словно кукла, помещенная в огромный игрушечный короб. Перед машиной Роберта я остановилась и в спешке написала на номер, принадлежавший Авиву: «Что бы между вами ни произошло, все наладится!».

Света уже бранила молчаливого Роберта.

— Что за всплеск эмоций, Роб? Он просто предложил меня довезти! Он точно не маньяк какой-то, а твой брат! Прекрати себя вести как напыщенный индюк! И вообще почему ты решил за меня? — слова так и выскакивали из ее губ.

Подруга замолчала, чтобы перевести дух.

— Робби, ну правда, хватит дуться! Лишиться волос на какое-то время – не приговор! — пошутила я в попытке разрядить обстановку.

— Серьезно?! – он обернулся на меня. — Вы думаете проблема только в этом? Он меня предал! – соскочило с губ парня в порыве эмоции.

Он тут же замолчал, но Светка не собирается ему позволить все оставить без объяснений.

— Я никуда не хочу ехать, пока за рулем водитель, у которого не все в порядке с головой! – завопила Света.

Щеки Роберта залились краской от злости, а ноздри раздувались с каждым новым вдохом.

— Роберт, что произошло между вами? – мой голос был требовательным и холодным.

— Хорошо. — Он с хлопком стукнул ладонями руль. — Я расскажу.

***

Восемнадцатилетний Роберт уже полгода встречался с девушкой старше его на год. Ее звали Кристина. Эффектная брюнетка, которая обожала вечеринки и коктейли в барах. Роберт впервые захотел с кем-то поехать заграницу, хотя до этого у него была вагон и маленькая тележка возможностей повидать разные страны. Он нашел начинающую IT-компанию и взял проект по разработке и дизайну их сайта, параллельно готовясь к экзаменам и поступлению в университет. Кристина сначала одобрила идею с подработкой и с пониманием относилась к тому, что они стали видеться только пару раз в неделю. Авив тогда был рядом с ним и поддерживал как мог, давал советы и даже помогал с подготовкой к английскому. За время путешествий у него была возможность практиковаться и научиться тонкостям языка.

В один из вечеров, которые Роберт сидел за очередным учебником вместе с братом, пришла Кристина. Она начала что-то говорить про танцевальный баттл в клубе, звала ребят с собой, чтобы показать им свой номер.

— Крис, я не могу. Мне сейчас некогда, ты же знаешь, — устало ответил Роберт.

— А что насчет тебя, Авив? – стрельнула глазами девушка.

Авив растерянно посмотрел на брата в поисках ответа, как его поступить, но тот лишь пожал плечами.

— Ладно, только ненадолго. Роби, справишься сегодня без практики говорения?

Роб кивнул и вскоре остался один в своей комнате. Через часа два Авив прислал ему пару видео с танцами Кристины. Он немного поморщила от того, как это выглядело: девушка часто трогала свое тело и будто говорила каждым движением «я — символ секса». Но он не мог не признать, что танец ему все же понравился, хоть и не адресовался ему лично.

После того раза Кристина чаще по вечерам заходила к Робу. Он был рад тому, что наконец она не тянет его куда-то, а предпочитает посидеть спокойно дома. Помощь Авива тоже давала свои плоды, Роберт уже спокойнее рассуждал на повседневные темы на английском языке и получал оценки выше прежних. На подработке ему выплатили обещанную сумму и предложили еще один проект, за который Роберт тут же взялся. Мысль о летней поездке на Бали с девушкой, когда уже не надо будет думать об экзаменах, держала его на плаву полным решимости.

Но внезапная вспышка и свист бомбы в отношениях начали менять его реальность. Крис закатила истерику.

— Ты вечно сидишь дома! — с этими словами девушка вошла в комнату.

— Что случилось? — опешил Роб.

— Вот именно, что ничего не случилось! Мы никуда не ходим, ты не уделяешь мне время!

— Ты можешь приходить ко мне, чтобы мы провели время вместе. Это временно, ты же знаешь. — Роб был спокоен и знал, что его поймут.

Но так не случилось в эту минуту.

— Твой брат был и во Франции, и в Греции, и в Турции, и опять скоро полетит во Францию! Знаешь, как интересно он живет? Я нигде не была, конечно, — смахнула Кристина волосы с плеча, — но у меня тоже жизнь не проходит в четырех стенах!

Девушка почти на одном дыхании пересказывала все, что краем уха слышала из разговоров братьев.

Роберт не хотел рассказывать о сюрпризе, который он готовил на лето, но заверял девушку, что они тоже смогут поехать куда-нибудь в будущем. Пара долго спорила, перейдя на повышенный тон, но в итоге примирилась в постели. Кристина уснула спокойным сном и ушла до прихода отца Роберта и Авива.

Подобные сцены повторились еще несколько раз. Роберту все сложнее удавалось убедить Кристину успокоиться, а стресс сталкивал его с того уровня, которого он достиг в учебе.

— Роб, что происходит? – забеспокоился Авив, — Ты путаешь простые слова в употреблении и выглядишь чертовски уставшим, брат.

— Крис, — начал Роб и потер глаза. — Мы постоянно ссоримся с ней. Я устал и больше так не могу. Я не могу...

Авив похлопал его по плечу и заверил:

— Что бы между вами ни произошло, все наладится. Вот увидишь.

Роб улыбнулся и стряхнул с себя угрюмых вид. Он поверил в слова брата.

Но проходили недели и ничего не налаживалось. Календарный лист с маем был оторван, последний экзамен через несколько дней, как и отъезд Авива во Францию. Брат впервые так долго был на одном месте и проводил с ним время не только в сети, что Роберт поймал себя на мысли, как будет по нему скучать. К разъездам матери он привык, но брат стал ближе ему, чем когда-либо.

Роберт был измотан. Он смотрел на сумму денег, которую накопил для поездки, и его виски начали пульсировать. В этот момент Кристина прислала голосовое сообщение.

— Ну вот, — начала она с презрением в голосе, — мои знакомые выступают вечером в клубе, и в очередной раз я пойду без тебя. А ты сиди в свое скворечнике, птенец.

Уровень золотого терпения достиг предела. Роберт вспомнил все их ссоры за последние два месяца, обидные слова, которые она ему говорила, а он держался. Ему пришло в голову, одно единственное объяснение – они не подходят друг другу. Он для нее так и останется серой массой, выбирающей домашние посиделки, а не тусовки. Почему они вообще вместе? Что держало их рядом? Все, о чем они говорили, вылетело из головы Роберта. Он вспоминал только ее кукольное тело, длинные вьющиеся локоны и алые губы после долгих поцелуев.

— Давай расстанемся. —  В записанном голосе в ответ Кристине слышалось только сожаление о несостоявшейся поезде и неиспытанной радости от совместных приключений.

Роберт сдал последним экзаменом английский и почувствовал облегчение. Разрыв с Кристиной все еще звучал внутри него болезненным эхом, высасывая энергию из тела. Он помнил, что завтра его покинет и брат, хоть и ненадолго, но и это его огорчало. Авив обещал привезти ему подарок ко дню рождения, который он точно оценит. Роб улыбнулся от этой мысли.

Пейзаж улицы неощутимо сменялся, пока он не ступил на дорогу, в паре кварталов от дома Авива.

— Навещу его перед отъездом, — прошептал он под нос и зашагал, разглядывая бежевые строения, чтобы не пропустить поворот.

Роберт довольно подпрыгивал на ходу, предвкушая как подкрадется к брату и заорет ему на ухо. Улыбка сползла с лица, когда глаза наткнулись на сидящих вместе Кристину и Авива за стеклом кофейни. Он остановился на безопасном расстоянии и смотрел. Конечно, услышать разговор он не мог, но, когда улыбающаяся Кристина накрыла своей ладонью руку Авива, Роб в смятении ушел. Ступая на асфальт, как на иголки, он чувствовал и нож предательства в спине. Они только расстались с Кристиной, значит ее связь с Авивом не могла так быстро начаться. В памяти стали всплывать обрывки фраз девушки в моменты ссор. Сравнение его, Роберта, и Авива, восхищение образом жизни брата и смешение с грязью его самого. Дни, когда она чаще приходила по вечерам, тоже во многом совпадали с присутствием Авива. Он строил догадки и приближался к мысли, что его предали два дорогих человека. Предали и за спиной перемывали его скучную беличью жизнь, как однажды сказала Крис.

Он дошел до ближайшего метро и уехал домой, пообещав, что никогда не будет об этом говорить. После отъезда Авива Роберт перестал отвечать на его сообщения, а через время тот перестал писать в пустоту.

***

Что-то в этой истории не давало мне покоя. Теперь мы понимали причину злости Роберта, но спокойнее не становилось. Неужели кто-то мог так предать своего близкого человека? Но если смог Авив, как у него хватает совести смотреть в глаза Роберту?

— Я не против того, чтобы он жил у меня, пока не найдет жилье. Он сделал много хорошего в прошлом, впрочем, как и я для него. Но я не позволю ему больше себя дурить. — Роб рванул с парковки, и больше мы не разговаривали между собой.

Телефон в кармане завибрировал от сообщения Авива: «Спасибо, я в это тоже верю.».

Мое сердце начал грызть маленький червь. Я не могу в это поверить. Роберт не врет, ему и не за чем, но что, если он не прав? Если он что-то не так понял или увидел? Головоломка не может быть без решения, но здесь что-то не сходилось. Если это вообще была не Кристина, а просто похожая на нее девушка. Я чувствовала, что этот парень просто не мог оказаться интриганом, ловеласом и прочим. Через пару секунд пришло еще одно сообщение: «Я правильно запомнил адрес?» и прикрепленная геолокация. Все верно, но... Что? Зачем ему это? «Напиши, когда Роберт тебя довезет», — светилась иконка с сообщением.

Я догадываюсь, что он хочет встретиться, но зачем? И как мне себя вести после того, что рассказал Робби? Дыши, Кира, просто дыши. Ты умная девочка и все сделаешь, как надо.